Помоги проекту - поделись книгой:
Слай не собирался терпеть грубость по отношению к своим женщинам. Мирославу он знал давно, а прежний владелец тела и вовсе испытывал к ней любовные чувства. Позже Ходок тоже почти влюбился в княжну. Но водоворот событий и приключений несколько притупили чувства. Китаянка же была его подопечной. Позволить кому-то обидеть ее, значило расписаться в собственной несостоятельности.
Помимо всего прочего, обе девушки затронули парня. Откровенное поведение ученицы раздразнило молодой организм. Если связь с Мирой носила скорее духовный характер, то развратная китаянка будоражила физическое тело. Казалось, она готова отдаться здесь и сейчас. Чего стоило хотя бы последне «случайное» прикосновение.
— Следи за языком! Я не позволю оскорблять дам в моем присутствии! — нашёл козла отпущения Ходок и выплеснул эмоции наружу в виде одной из небесных техник.
Наполненная божественной шакти печать порядка прилепилась ко лбу здоряка и взорвалась, сбросив того с верхотуры. Двоих поплечников грубияна юноша проучил по другому — приголубил оком познания, совместно с боживой. От слишком большой концентрации энергии жизни, волосы веселившихся белобрысого и брюнета отросли по пояс.
— Сдаётся мне, теперь вы сами на девушек похожи! — злорадно расхохотался Слай, окончательно успокоив нервы. После чего, как ни в чем не бывало, продолжил, — Мира, я так рад тебя видеть, какая неожиданная встреча. Позволь представить — это моя ученица, Сюли.
Принцесса проявила смекалку, даже не совсем понимая о чем речь. Заслышав своё имя, она поклонилась, вмиг из развратницы, превратившись в образец поведения и этикета.
— Ты, вижу, времени зря не терял. А я так ждала тебя. Дура… — раздраженно выпалила Святая, развернулась и убежала через, как раз, отворившиеся врата. Получив нужную реакцию, принцесса довольно поглядела в след конкурентке и улыбнулась.
Среднего роста, ещё не старый, но уже седой, как лунь, мужчина вышел из крепости.
— Признаю, сорванцы сами нарвались, поделом им. Но в будущем, давай, избегать конфликтов. Мы же, все-таки, соотечественники. Мое имя — Седой. Я — комендант форта.
Битый жизнью воин протянул ладонь, желая закрепить знакомство. Ходок оценил столь прямые и простые манеры. Кроме того, парень не хотел ссориться с подчинёнными славского Императора. Не колеблясь, он пожал крепкую руку и тоже представился:
— Золотой. Лейтенант, глава рода Золотого Ореха и владетель Багратионовска.
— Пойми, самостоятельно я принять такое решение не могу. Транслитер — основа существования Крюка. Если ты ненароком повредишь артефакт, то база исчезнет, — как можно вежливей мотивировал отказ Седой в ответ на неожиданную просьбу гостя.
Ходок и начальник гарнизона беседовали в административном здании. Комендант, как начальник, имел привелегии. Остальные обитатели форта жили в общей казарме. Да и сама крепость не щеголяла богатством убранства и замысловатостью построек. Стена, бараки, несколько тренировочных комнат, склад, часовня, сокровищница и дом управляющего- вот и все, что здесь было.
— Разве нельзя ничего придумать? В отличие от вас, у меня нет никакой штуки в затылке, потому вернуться на Землю не могу, а очень надо. Мое владение в опасности, я должен позаботится о людях, — нашёл нужный аргумент Ходок.
— Не пойму, чем тебе поможет главный транслитер? Ты что, учёный или инженер? — недоуменно вскинул бровь Седой, но заметив упрямый взгляд парня, махнул рукой, — Давай так, пошлю официальный запрос. Посмотрим, что скажут. А ты пока осмотрись, поохоться. Только не выходи за оговорённый периметр. Возможно, нам удастся сохранить перемирие. Карту нашей территории я тебе предоставлю. Что скажешь?
— Хорошо. Только долго не тяните, — кивнул Слай. Такое предложение юношу устраивало. Он и сам хотел исследовать необычную зону, раз уж попал сюда.
— Процедура займёт не больше двух дней, — озвучил приемлимые сроки комендант, — Это время поживете у меня. Освобожу вам две комнаты, а сам перееду в кабинет.
— Спасибо! — поблагодарил Ходок.
— Не благодари. Действую и в своих интересах. Парни в казарме молодые, горячие. У вас и так была стычка. А что до твоей ученицы, так очень сомневаюсь, что Святая пустит ее к себе в молельню, — хитро прищурился Седой, но развивать щекотливую тему не стал, — Пойдём, разместишься в приемной, а подопечная в спальне. Она же целая принцесса, как — никак.
Слай не перечил и направился на выход из переговорной. Хоть в Преддверии не существовало дня и ночи, парень очень устал от последних событий и нервного напряжения. Требовалось вздремнуть немного, а затем уж ознакомиться с загадочным местом поближе.
Глава 10. Начало охоты.
Посреди бескрайнего, зелёного, мерно-колыхавшегося моря выделялись три фигуры. Высокий, темноволосый юноша с пронзительно-голубыми глазами, шествовал впереди. Он щеголял блестевшей золотом, но не выглядевшей громоздкой, броней. За ним следовали две ослепительно- красивые и очень разные девушки. День и ночь, такое сравнение пришло бы на ум стороннему наблюдателю при взгляде на них. Первая носила белоснежные монашеские одеяния Славской Империи. Ее в тон рясе тугая коса поражала толщиной, а слегка бледная и нежная кожа выдавала аристократку. Вторая была одетая в чёрный, с бордовой вышивкой, китайский ханьфу. Ее чёрные, как смоль, волосы свободно спадали с плеч, достигая пяток.
Временами, обе красотки злобно зыркали одна на другую. Казалось, дело близилось к драке. Рукоприкладство останавливали бросаемые юношей через плечо взгляды. Парень заботился о спутницах. Он нет-нет да и посматривал в их сторону. В таких случаях лицедейки преображались. Они натягивали на лица милые и безмятежные улыбки, превращаясь в невинных овечек.
— И чего эта мымра поперлась за нами! Какая надоедливая! — внутренне злопыхала Сюли.
— Не отдам узкоглазой шлюхе Золотого. Тем более, мы знакомы гораздо дольше, и я ему нравлюсь, — вторила китаянке княжна.
Совсем иные настроения витали в голове у их «яблока раздора». После непродолжительного отдыха, Ходок воспользовался предложением коменданта и решил поохотиться. Выйти он хотел в одиночку и без лишних свидетелей, но едва переступил порог, как за ним увязалась назойливая ученица.
— Учитель, неужели ты оставишь меня здесь одну? Эти парни такие дикие. Они могут обидеть меня в твоё отсутсвие, — кротко поклонилась кареглазая соблазнительница, а пышная, тугая грудь обтянула складки, нового, в цвет волосам, платья. Чтобы ещё больше выделиться на фоне конкурентки, принцесса достала из пространственного перстня свой любимый наряд.
— Хорошо, пойдёшь со мной. Только иди молча и не путайся под ногами, — устало махнул рукой Слай в ответ на не высказанную до конца просьбу.
Возле ворот неприятности продолжились: их нагнала Мирослава. Княжна вернула хорошее настроение и блистала лучезарной улыбкой.
— Наконец-то, я закончила с поручениями Верховной и отправляюсь на первую вылазку! — приветливо усмехнулась Мира, — Не составишь компанию? А то, говорят, за пределами форта не безопасно. Солдаты, меньше, чем по трое, и носу не кажут.
Вот так разведка и превратилась в фарс. Слай делал вид, что не замечает военных действий между девицами, а те, в свою очередь, разошлись не на шутку. Поначалу прелестницы обменивались колкими комментариями. Парню быстро надоел шум, и он шикнул на них, призывая к тишине. К сожалению, нарушительницы спокойствия не угомонились. Они стали донимать глупыми приставаниями и просьбами: принцесса испугалась несуществующего зверя и прижалась столь плотно, что носом чуть не пошла кровь, княжна же заявила, что в постолы забралось насекомое. А когда Слай наклонился, чтобы помочь, неожиданно подняла подол так высоко, что бедро оголилось почти до середины. Естественно, никакого жука в обуви не обнаружилось.
В таких условиях сосредоточиться на окружающей обстановке было невозможно. Ходок заявил, что ещё несколько подобных выходок, и девушки отправятся назад в форт. Причём самостоятельно. После угрозы соперницы сбавили обороты, шли молча и буравили друг друга полными ненависти взорами. Вредный старикашка также притих и перестал отпускать непристойные замечания. Самое безобидное из того, что предложил «первый учитель», было найти кусты и потискать принцессу.
— Как жаль, что вокруг слишком открытая местность. Лично я бы нашёл укромное место и пощупал кралю с буферами. Она выглядит более доступно. Давай, начнём с неё? — похотливо посоветовал дед, и был послан далеко и надолго.
Из-за творившегося бардака Ходок подрастерял бдительность. Внезапно возникшая на пути серая дымка стала неприятным сюрпризом. О том, что явление необычно для Преддверия, свидетельствовала удивлённая реплика Мирославы:
— Что это такое?! В отчетах групп никогда не сообщалось ни о чем подобном!!
Слаю повисшая перед ними взвесь показалась смутно знакомой. Исходившие от мглы эманации напоминали Серые Пределы. Судя по тому, как вздрогнула через мгновение княжна, ей тоже померещилось нечто подобное.
На полпути к пробою, Ариадна замерла. Из излишне массивных челюстей высунулись и гневно защёлкали жвала. На складе происходило нечто странное. Один из коконов грозил вот-вот разорваться. Тот самый, в который она поместила тушу рыжего здоровяка.
Новые вкусняшки из недавно подключившегося к Серым Путям мира, конечно, хорошо, но целостность логова имела высший приоритет. Злая донельзя, арахна размазалась в воздухе и практически мгновенно переместилась к кладке. Нет, девушка не владела телепортацией. Она лишь скользила по заблаговременно проложенным теневым нитям, мгновенно сокращая расстояние.
— Счсссссс, — сплюнула кислотой Ариадна, когда увидела, что парень внутри волшебных волокон обратился в монстра и почти освободился. Арахна без проблем смотрела сквозь собственную паутину за пертурбациями. Рыжий увалень превратился в подобие несвежего мертвяка с погоста и бессознательно подергивался, повреждая «тюрьму» мощными, отросшими на руках и ногах, когтями. Разум одурманеной жертвы тоже должен был вскоре пробудиться.
Причиной беспокойства послужил метеор, который пару минут назад пробил барьер. Удивительно, но часть остаточной энергии радужной сферы впиталась необычным мутантом. Неясного происхождения облачка силы кружили подле трясшегося кокона, усиливая трансформацию и реанимируя пленника.
— Выходит, жалкий разумный каким-то образом связан с преодолевшей границу междумирья сферой? Иначе как бы он поглощал избытки шакти? — сделала логичный вывод неглупая арахна.
Поначалу девушка вознамерилась прервать опасный процесс, обмотав жертву слоем особой паутины: применённая разновидность не позволила бы жертве поглощать родственные эманации. Но затем умную головушку посетила отличная идея. Острые жвала вновь выдвинулись наружу и довольно защелкали.
В голове царил хаос. Обрывки мыслей носились разрозненными табунами. Даже через прикрытые веки Скалозуб определил, что находится то ли в мешке, то ли в погребальном саване. Последние воспоминания говорили о том, что выручая друга, он переоценил силы и сгорел заживо. Хорошо, что испепелившей энергии было столько, что удалось сохранить личность и удрать по уже знакомому маршруту.
В минуту гибели, Трой распахнул связавший его с Серыми Путями канал и сбежал. Он затратил на побег всё убивавшее его шакти. На остатки таинственных сил, полученных от обитателя терема Багратионовска, юноша сформировал новое тело. На этом успехи закончились. Трой так и не понял, кто его вырубил. В глазах резко потемнело. Дальше он ничего не помнил. Очнулся уже внутри обустроенной кем-то западни, причём в боевой форме караульного склепа.
Юноша напряг зрение ещё больше. С трудом, но он все же рассмотрел, что висит над землей в коконе из паутины. Рядом раскачивались десятки разного размера мотков. Снаружи было безлюдно и тихо. Недолго думая, Скалозуб распрямил руки и ноги, разорвав узилище. Бесшумно Трой выпрыгнул из обратившегося в тлен кокона, приземлившись на четыре конечности, как кошка.
— Сматываться надо, пока не вернулся хозяин данного места! — осмотревшись подумал Скалозуб, — Но куда?
Словно в ответ на вопрос, взгляд нашарил толстую золотистую нить, которая вела вдаль и порождала знакомое чувство.
— Золотой? Он тоже попал сюда? — удивленно прошептали бескровные, сухие губы.
Юноша собрался двинуться по обнаруженным ориентирам, как вдруг висяшка рядом с ним задёргалась. Похоже в ней тоже был кто-то живой. Любопытство являлось одной из доминирующих черт Троя. Юноша подскочил поближе и ловким движением вспорол паутину.
Раздался негромкий треск, через прореху вывалилась рыжеволосая, тощая, увитая мышцами и сухожилиями, как атлет имперских состязаний, скрюченная в позе эмбриона девушка.
— Ты спасёшь меня? — произнесла нагая незнакомка, когда Трой перевернул ее на спину и разжал скрутившееся тело.
Юноша вгляделся в янтарные зрачки довольно симпатичной пленницы и почувствовал, что не сможет отказать.
Глава 11. Продолжение охоты.
— Идут, голубчики, — довольно проговорил Смаз, сворачивая подзорную трубу, — Прут прямо не сворачивая уже почти час. Так что, думаю, маршрут не изменится, можем приступать.
— Не слишком ли далеко мы планируем зайти? — засомневался Кабан, — Как бы нас самих за такое отсюда не вытурили.
— Такой здоровый, а такой трусливый! — рассмеялся Темень, поддев товарища.
— Не переживай. Скат на нашей стороне. Он и ребята засвидетельствуют, что мы охотились с ними. Совсем в другой стороне.
— Да уж, словам принца поверят, — пробасил здоровяк.
— Заткнись, сколько раз тебе повторять, что без чинов. Даже у стен есть уши. Раз дофин хочет сохранить инкогнито, так тому и быть. Мы должны делать вид, что не признали его, — зло отчехвостил Кабана поджарый брюнет.
— Не орите. Хоть до целей ещё больше километра, но шум может привлечь тутошних тварей, — шикнул на спутников блондин.
— С церковью точно будут проблемы. Княжна имеет в ней вес. Недаром же и в реальной жизни носит прозвище Святая, — продолжил канючить верзила.
— Дурак ты, — сбавив тон, прошипел Темень, — По твоему мы зачем вырядились в эту хрень? Наша одежда называется куро сидзоку, а на ногах варадзи. Любой подумает, что произошедшее — происки обиженных азиатов.
— Кстати костюмы ниндзя и артефакт- приманку нам тоже предоставил Скат. Ему не нравится новичок, слишком независимый и властный. Так что не дрейфь. Если бы не твои навыки, вообще тебя не взяли, — раскрыл некоторые детали готовившегося покушения Смаз.
— А я че? Я ниче. За вас больше переживал. Вы же мои друзья… — успокоился и попытался оправдаться туповатый громила.
— Ладно, хорош базлать! Давайте приступать к делу. Время поджимает! — перебил Кабана темноволосый юноша и опустил капюшон, скрывая лицо.
— Помните. Когда подземный червь атакует, ждём пока их потрепает. А потом зазнавшегося урода в расход первым, если он к тому времени выживет. За ним отправим домой долбаную монашку, а с твоей «япошкой» позабавимся.
— Хорошо бы, — залыбился Кабан, — Вот только думаю схарчат ее прежде.
— Поживём — увидим! Ты ауру свою разворачивай лучше, а мы артефакт настроим, — проговорил Темень, и три доморощенных ниндзя засуетились.
Наверное, больше суток Скалозуб уверено шёл по видимой только ему нити. Рядом бесшумно передвигалась Ари. Вот так, с любовью, Трой сократил имя спутницы. Отряд сделал уже два пару часовых привала. Несколько раз отбивался от тварей изнанки, которых встретилось на удивление мало, а заблудших душ вообще ни одной. Вопреки опасениям пленница паучьего кокона не стала обузой. Она первой замечала опасность. Не менее, а то и более ловко, расправлялась со здешними обитателями, а главное имела сходную с караульным склепа мутацию. Генетической болезнью Скалозуб свою хворь предпочитал не называть. В моменты сражений у юной валькирии отрастали когти, жизненный цикл замедлялся, а тело покрывалось мелкими чешуйками.
— Может ли быть, что она такая же, как я? — каждый раз задавал себе вопрос Трой. К сожалению, девушка утратила память и ничего не помнила.
Впервые Трой не таился. Он был собой и ловил восхищенные взгляды. Ари не только не испытывала к нему отвращения, но даже искренне восторгалась и участвовала в трапезах, с большим удовольствием поедая убитых тварей и восполняя растраченную на убийства энергию. Сильная, ловкая, смелая. Она быстро запала в душу. Тем более, что от неё очень хорошо пахло. Настолько, что несколько раз Рыжий едва удержался от непристойных предложений. В общем, парень неожиданно для себя влюбился. Всегда бойкий и говорливый он оробел, как школьник, боясь обидеть предмет вожделения грубой настойчивостью.
Троекуров вырос в публичном доме. Его отец содержал несколько, чтобы иметь возможность поедать свежую плоть. Папаша сжирал нежеланный приплод путан, пока его совершенно случайно не разоблачили*. Детство проходило посреди вертепа и разврата. С юности Трой наблюдал непристойную изнанку жизни.
Большинство проституток в заведение продала их же родня. Холопы, закупы и даже обычные смерды рады были не кормить лишний рот. Что и говорить, сами девушки тоже были не против подзаработать и хорошо устроиться в жизни. Дома терпимости старшего Троекурова имели хорошую репутацию. Сутенер принимал лишь дворян, за порядком следила многочисленная охрана, играла музыка, пелись песни. А в конце «карьеры», потерявшие товарный вид путаны, как правило, накапливали достаточно средств, чтобы переехать в другое владение и начать вторую половину жизни с чистого листа, в достатке.
Была и другая категория дам легкого поведения. Эти приходили по разовым контрактам: жены развлекались и зарабатывали, наставляя рога опостылевшим мужьям, извращённые девахи щекотали нервишки и получали удовольствие от случайных связей и так далее.
Деньги, похоть, разврат, полное отсутсвие совести и морали — вот что видел Скалозуб с измальства. Естественно, такая среда оказала на него не самое лучшее влияние. Трой превратился в прожженного циника, а к женщинам относился с предосторогой и изрядной долей скепсиса. Единственный человек, который мог повлиять на него позитивно, мать, умерла при родах. Таким образом, женское племя парень воспринимал в негативном свете и просто использовал, чтобы удовлетворить потребности молодого организма. О каких- либо чувствах не шло и речи, тем более о влюблённости или, не дай бог, любви.
Так все и было до недавнего времени. Пока на перекрёстках судьбы ему не повстречалась Ариадна. Взглянув девушке в глаза, парень ощутил непреодолимые желание и притяжение. Она не испугалась его даже в неприглядном виде караульного склепа. Наоборот, мило улыбнулась и попросила о помощи.
— Тебе не кажется, что мы все время идём в гору? — нашёл повод завязать диалог Скалозуб.
— Так и есть. Ты говорил, что видишь путь. Долго нам ещё? — подтвердила подозрение девушка и задала вопрос, небрежно проведя по обнаженной груди тонкими, но сильными, пальцами, стряхивая капельки пота.
Ари ничуть не смущалась наготы, но и не выставлялась на показ, не пыталась соблазнить. Она вела себя максимально естественно, но от ее рефлекторного движения у парня чуть не закапала слюна. Хорошо ещё, что он был в виде караульного склепа и контролировал эмоции на более высоком уровне, чем а форме человека.
— Думаю, осталось недолго. Нить утолщилась и подергивается, — ответил напарнице Трой.
— Отлично. Тогда поспешим. Мне не терпится выбраться отсюда, — улыбнулась Ари и провела по губам языком, смачивая пересохшую кожу.
Если бы так сделал кто-то другой, то Скалозуб непременно решил бы, что с ним заигрывают. Но спутница много раз доказывала, что ее поступками двигала рациональность. Вот и сейчас выдав столь эротичный жест, девушка изготовилась к бегу: мышцы на теле напряглись, глаза горели предвкушением и жаждой скорости.
Серый Пути не лучше место для ухаживаний, потому Трой с трудом отвёл взор от ненаглядной и ринулся по следу. Он знал, что Ари не отстанет. Ее поведение и умения радовали, а экстраординарная внешность порождала в груди неизведанную доселе бурю.
* Подробнее в предыдущих частях серии.
Глава 12. Переход.
Прямо в воздухе, на вершине высоченного, укрытого пеплом холма, повисла переливавшаяся цветами радуги плёнка. Во все стороны от неё расходилась пространственная рябь, а само цветистое нечто явно выбивалось из блеклой и скудной окружающей среды.
Возле необычного явления переминались двое: с огненной шевелюрой тучный парень и тоже с пламенными волосами, стройная, нагая девица. В отличие от заплывшего жирком спутника, по телу девушки можно было изучать анатомию: мышечные волокна и сухожилия реагировали на малейшее движение. Казалось божественный скульптор высек ее из камня, настолько плотными и прорисованными были мышцы. Подобное строение не способствовало женственности. Она скорее походила на хищницу, чем на представительницу слабого пола.
— Здесь нить обрывается. Дальше дороги нет, — разочарованно пробормотал Скалозуб и смахнул пот с лица.
Парень едва не валился с ног. Последние метры подъёма истощили настолько, что даже личина караульного склепа слезла. Опасности не чувствовалось, потому важна была каждая капля энергии. Трой немного смутился. От приложенных усилий он сильно вспотел. Юноша и сам ощущал исходивший от него неприятный запах, а и так потрепанная одежда превратилась в лохмотья.
К счастью, «дама сердца» не выказала и толики брезгливости. Ее, как всегда, интересовал только результат. Девушка бесстрашно подошла к разноцветной пелене и ткнула в неё пальцем. После чего слишком массивные для такого изящного лица скулы приподнялись в подобие улыбки. Нормальный человек принял бы такую гримасу скорее за оскал, чем за выражение радости. Скалозуб же облегченно выдохнул. Объекту обожания действительно не было никакого дела до исходившего от него амбре.
Поделиться книгой: