Тогда не знали эти двое,
Как всё за них судьба решит…
* * *
Два «Гелендвагена» охраны
Пытаются не отставать
От шефа, он «в дровину» пьяный
Везёт Тамару… Развлекать.
Между коленом и рулём
Зажата голова красотки,
В конце обеда, этим днём,
Так сблизила бутылка водки.
Везёт туда, где нет Марины,
В огромный загородный дом.
Биллиард, бассейн, камин, картины…
Безвкусно, но богато в нём.
В «Гюрзе» за несколько часов
Он смог о Томе всё узнать,
От цвета тоненьких трусов
До «Как я обожаю мать».
О том, как в детстве было трудно.
О том, как бросил их отец.
О том, как с мамой ели скудно.
О том, что «первый» был подлец!
И что, конечно, брали силой –
Излюбленный приём Тамары!
Короче, жалостливо-мило
Втирала про свои кошмары!
Домчались быстро, без потерь,
Права и пешеходы живы.
Пробитый открывает дверь.
«Малыш, а есть презервативы?»
Вопрос от женской стороны
Воспроизвел эффекта ноль.
Не чувствуя своей вины,
Обоим в помощь алкоголь,
Всё застонало, заигралось,
Весь арсенал пошёл на круг,
Она красиво постаралась
Отдаться, подарив «досуг»…
* * *
У Лиды с Колей юбилей,
Они уже три года вместе!
Жениться хочет он на ней,
Вопрос любви и дело чести!
Умело от неё скрывал,
Что пару лет уже в бригаде
Дань с разных точек собирал
Тогда в бандитском Ленинграде.
Поскольку знал, отец её
Такого зятя не желает
И чадо не отдаст своё
Тому, кто с жизнью в смерть играет.
Отсюда шёл путём двойным,
Переживая это остро:
С любимой — парнем был простым,
С друзьями — верил в «Коза ностра»6.
Теперь о папе пару слов:
Неординарен, честен, смел,
Любил коньяк, узбекский плов
И очень многое умел.
Служил и даже видел смерть,
Не раз в беде кого-то спас.
Из гарнизонов круговерть,
Потом уволили в запас.
Крутой по жизни поворот,
К которому он был готов.
Объединял собой народ
Иван Давидович Петров!
И вот он с дочкой, без жены,
Вернулся в город, где и жил.
Мостов тут своды у Невы
И сфинксы в роли старожил!
Здесь тихо Лиду воспитал
В любви, заботе и без фальши.
Кто мать её — никто не знал!
Об этом станет ясно дальше.
Дом сталинский, большая двушка.
Здесь Лида в радости росла,
И новогоднюю хлопушку