Ещё как хотел бы! Просто я держал в руке бумагу на продажу сборочного механического завода, где в графу «Новый владелец» были вписаны моё полное имя и титул.
А Малина, точнее Ива в её голове, очень довольным голосом произнесла:
— Но я-то всё помню! Сначала этот тип из рода графов Плешниных предложил Андрею завод в приданное к их девице, от которой большую половину детей потребовал отдать им.
Я только заметил как вытянулись лица Вики и Инны. Нет поражены были все, но разбирающиеся в заморочках владетельных родов девушки особенно.
— Но я сразу сказала, — самодовольно вещала дриада, — что это дельце очень сильно пахнет бобровой струёй. И Андрей послушал меня, хотя поначалу раздумывал.
Инна с укоризной посмотрела на меня, но тут же рассмеялась и произнесла:
— Ох, врешь, Ива! Скорее, именно ты вопила, что надо соглашаться.
— Ну почти… — проворчала та. — Главное то, что Андрей отказался. Но дальше он выпил кофе, и ему сдуло всю крышу. Хотя он мог разговаривать, и энергии в нем забурлило втрое против обычного. Только выглядел как немного пьяный.
— Немного? — удивленно спросила Вика.
— Напился он потом, — махнула малининой рукой Ива. — И не надо на него спускать всех короедов. Он ни черта не соображал на самом деле.
— Кстати, сколько сейчас времени? — насторожился я.
— Вечер следующего дня, — проворчала Инна. — Ты сегодня рано утром вернулся на такси. И Малина, что-то заподозрив, брала у тебя кровь, но кроме убойной дозы алкоголя ничего не обнаружила.
— Логично, что наркотик короткоживущий и не оставляющий следов, — вмешалась Елена. — За такие штучки виновного запросто на каторгу отправят, так что наверняка под конец Андрею предложили выпить, чтобы он просто проводил время в казино, пока наркотик не выветрится.
— Ну да, так и было, — подтвердила Ива. — А когда Андрей вырубился в такси, я пыталась взять управление, но куда там! Сама сразу при этом чуть не вырубилась от перепоя, еле успела управление бросить. А до этого он меня не пускал. Я всё видела и кричала, чтобы он остановился, но он меня не слушал. Только ругал.
— Извини, — на всякий случай произнес я.
— Да ничего, — отмахнулась дриада. — Ты ругал меня не сильно. Я же хорошая и полезная, и ты это даже куцыми мозгами помнил.
— Ладно, — вздохнула Вика. — И меня извините, что ругалась. Но что было-то после отравления, и до того, как Андрей начал пить? Зачем отравили?
— Догадайся, — фыркнула Ива.
— Всучили завод, — вздохнула принцесса. — Вопрос в том, что за него получили. Нет, я не дура и догадываюсь, что завод в такой ситуации могли не давать в приданное, но там наверняка были свидетели, которые заподозрили бы что-то, если бы Андрей сделал то, за что получил завод, совсем без награды.
Девушка обвела нас всех недоумевающим взглядом и чуть не прокричала:
— Что Андрей сделал за завод?
Я и сам напрягся, но тут Ива недоуменно произнесла:
— Ничего… Этот зуб бобровый, Плешнин, намеренно проиграл Андрею завод в карты.
— Что? Просто отдал? — нахмурилась Лена.
— Ну да… — протянула дриада. — А ведь я и вправду дура. Не поняла, зачем отдали завод, и радуюсь как зеленый побег.
— Стоп! — вздохнул я. — Расскажи, как именно происходила игра.
— Сначала он задал тебе несколько пустяковых вопросов, и по ответам кажется понял, что наркотик подействовал, затем предложил тебе сыграть в бдэкджек. Вдвоем. Около вас никого не было. Он проиграл тебе несколько раз, каждый раз удваивая ставку, и у тебя стало много его денег в виде расписок. Затем Плешнин стал громко сетовать, что ему не везет сегодня и что будет крупная игра, чтобы отыграться. К вашему столу подошли несколько других игроков, и этот короед предложил тебе сыграть на завод. Ты отдал ему все расписки, а он поставил завод. Ну и проиграл. Просто сделал перебор. Тут же твое имя и вписал в бумаги, и вы поставили подписи. Получается, что при свидетелях.
— И что? Часто в это чёртово казино ходят с бумагами на заводы с пустой графой имени? — усмехнулась Лена. — Ива, ты и вправду дура, если считаешь, что тут нет подвоха.
— Эх… — вздохнул я. — А я-то, дурень, решил что мне хотят жену всучить. А это всё было просто для отвода глаз. Мне сразу собирались всучить завод. И даже если бы я согласился взять жену из их рода, то завод мне отдали бы сразу, а после сказали бы, что девчонка передумала.
— Но зачем? — пискнула Алесса. — Завод же это здорово!
А вот лицо Вики слегка даже вытянулось от удивления. Кажется она начала догадываться. Но я успел вперед, проворчав:
— Вот сейчас доедем до конторы этого заводи и узнаем. И по результатам я возможно отшибу этому козлу Плешнину рога. А может и всему их роду!
Начали собираться, а Ива опять попросилась мне в голову, где первым делом заговорщицки прошептала:
— А хочешь я тебе расскажу, что ты делал после? Точнее, между тем моментом, как получил бумаги на завод, и напился? Причем напился ты буквально перед самым отъездом, а до этого разве чуть губы мочил.
— Чёрт… — насторожился я.
— Хочешь подсказку? — захихикала дриада. — Там был этот наследник ниппонского даймё.
— Чёрт! — уже уверенно чуть не завопил я.
— Ага! А с ним дочка, с которой он глаз не спускает, чтобы та не наломала дров. Девочка-то не просто созрела, а уже здорово перезрела и чуть не в открытую искала любовных приключений. Но никак не могла найти способ смыться от папашки. А ты такой изобретательный, когда охотишься на девок!
Глава 5
Я вздохнул, выдохнул и пользуясь тем, что девушкам собираться надо довольно долго, сел за стол и взял чашку кофе, поданную Алессой, которая собралась очень быстро, натянув на себя невероятно красивый, совсем не мешковатый и обтягивающий в нужных местах комбинезон. Но тем не менее рабочий. Явно это ей Ленка заказывала у портных. Любит она её и готова наряжать как куколку.
— А вдруг там надо будет что-нибудь техническое посмотреть? Оценить? — с очень милой и какой-то беззащитной улыбкой пояснила мне свой наряд мулатка-механик, которую меня так и подмывало назвать Гаечкой.
Алесса уселась мне на колени и стала с негодованием посматривать на других девчонок, которые по её мнению слишком долго возятся. Ну да, там же завод ждет… Мне сейчас было не до мулатки, но просить её заняться чем-нибудь другим я не стал. Алесса как котенок, если уж ластится к кому-нибудь из нас, то прогнать её рука не поднимается.
Но я все-таки собрался с мыслями и скомандовал Иве:
— Продолжай!
— Что продолжать? Дай доступ, и я с Алессой продолжу. Пока все соберутся, по-быстренькому… — захихикала дриада.
— Рассказывать продолжай.
— Итак… Там был далай-кардинал.
— Кто? — не понял я. — Далай-лама?
— Нет, далай-кардинал. На Тибете есть далай-лама, он примерно такой же, как в вашем мире, судя по твоим рассказам. Вечно как бы перерождающийся в разных телах и всё-такое. Большой авторитет среди заумников. А есть даже более авторитетный далай-кардинал. Это такое религиозное движение на стыке христианства и буддизма. Кстати, признается и Римом, и частью буддистов.
— Дальше… — проворчал я, не желая вникать в религиозные заморочки. Там же чёрт ногу сломает!
— Этот тип сидит тоже на Тибете, но редко. Все больше по миру шляется. Но с комфортом, не с котомкой. Несет свет праведной жизни. Причем, зачастую лично. У него, кроме серьезных массовых окормлений, есть правило. Даже два правила. Первое — он один раз в день медитирует часа так три на виду у грешников.
— Спит? — усмехнулся я.
— Некоторые так думают, и ты так считал.
Я задумался было, что тут что-то не так с временами в утверждении. С чего это я что-то там «считал», да еще в прошлом времени? И непонятно, почему я что-то там вообще думал про далай-кардинала, если про этого святошу первый раз слышу? Ну да ладно. Дальше по ходу рассказа ясно станет, а если нет, то потом спрошу.
— Правило второе — он тра тит три часа в день на вразумление одного еще не совсем конченного грешника. Или грешницы. И со стороны выглядят эти процессы похоже. Сидит этот далай-кардинал на специальном пуфике в позе лотоса, натянув капюшон. Если рядом никого, то медитирует. А если рядом сидит ещё кто-то, то они беседуют. Тихо и без свидетелей. И этот второй, если не против, то накидывает себе на голову специальное полосатое покрывало, в знак согласия принимать какую-то нереальную мудрость. Иногда не сразу накидывают, но потом, по мере беседы, почти все накрываются.
Я пока ни черта не понимал, поэтому предпочел дослушать пояснения.
— Ты заметил, что этот далай-кардинал сел медитировать в зимнем саду, и смекнул, что у тебя есть три часа. Подошел к ниппонской стервочке, когда она бродила по залу со скуки, и прямо предложил ей выпить… ну и оттянуться, по-взрослому. Та, как она любит это делать, выдала невыполнимое требование. Сказала, что если ты найдешь способ избавить её от надзора папаши, то так и быть согласится выпить с тобой.
Я вспомнил, что в этом казино были и зал просто обеденный, и зимний сад. Не только помещения, где играли, и где кабаре выступало. Я изначально сидел, кстати в зале для игры, где никакой концертной программы не предлагали. Но главное не это. А что главное, я как-то понять не мог. Поэтому предпочёл слушать.
— Ты сказал ей подойти к далай-кардиналу и сесть на стул. И накинуть это покрывало. А она и согласилась. Ну да, сама же тебе предложила что-то придумывать, так зачем отступать. Ей там жутко скучно было, потому что в зал со стриптизом папаша с ней идти и не собирался, конечно же.
— Так! Стоп! — наконец дошло до меня первое несоответствие. — Что далай-кардинал делал в казино?
— Как что? — удивилась Ива. — Он не ходит по монастырям. Там и так все праведные. Он обращает к нереально светлой истине погрязших во грехе. Так что такие места — естественный ареал его охоты. А греховные развлечения… Как он говорит: «К моим стопам грязь не липнет». Ну так вот… Ниппоночка села перед святошей, а ты погасил свет.
— Что? — не понял я.
— Ну там, в этом казино, все освещение электрическое. Часть залов защищены от магии, чтобы играть можно было без мошенничества колдунов. А значит магические светильники не работают. Ну и во всем здании электрические лампы. А ты что-то сунул в одно место, и весь свет погас. Только свечи кое-где остались. Пока чинили, ты подошел к ниппонке, снял с нее кимоно, хотя она и брыкаться пробовала, но не орала, потому что ты дал ей свой пиджак и сказал, что она сама хотела без надзора остаться. Кимоно ты накинул на спинку стула, а сверху покрывало. Вот её папаша все три следующие часа за этими тряпками и наблюдал из-за своего столика в отдалении. А мешать как бы беседе со святошей никто конечно же и не пытался.
— Ну в целом понятно… — вздохнул я, поражаясь своей изобретательности.
— Ну да. Сначала девушка упиралась, конечно, но ты пел соловьем. Угостил её вином с коньяком.
— Что? — не поверил я, услышав о таком подлом приёме.
— Нет, ты не тайком подмешивал, а сказал, что это коктейль такой. А она и повелась. Мне же ты сказал, что она хотела посмотреть как тебе вышибут мозги, а значит на неё правила джентльменского поведения не распространяются. На войне как на войне. Да она вообще всем была недовольна. Но только в начале. Сначала пять минут недовольства, потом десять минут удовольствия. И так все два с лишним часа.
— Ладно, — вздохну я. — Без подробностей. Сам потом вспомню, как мозги в порядок приведу.
И тут Ива занервничала. А почувствовав это, и я насторожился. Покрутил в голове полученную информацию и зловеще спросил:
— А откуда я знал про далай-кардинала, если раньше никогда такой фигней не интересовался? А знал я, получается, много.
— Ну, Андрей! — чуть не завопила дриада. — Знала я. Но ты от меня потребовал, чтобы рассказала. И, к примеру, про электричество я ничего не знала, да и сейчас не знаю, как ты свет ухитрился погасить. А твои слова про «закоротил» мне ничего не объяснили.
— А может ты все и придумывала? Я-то был почти без мозгов.
— Ну я, — вздохнула пойманная на несоответствиях девушка. — Но не всё! Многое ты сам придумывал. И вообще, делал все сам. Хорошо, что меня от органов чувств не отключал.
— Чёрт! — выругался я. — И почему же?
— Забыл, наверное, — хихикнула Ива. — Но я так впечатлениями напитана!
— Ну да… ниппонка… экзотика… А потом я еще и напился.
— Э-э-э… — настороженно произнесла Ива. — Вообще-то ты вернул эту ниппонку, имя которой так и не спросил, еще в полночь. Опять свет гасил. Но её папаша всё-таки что-то заподозрил, по её довольному виду. Раздраженному как обычно, но и довольному. А потом еще сопоставил, что далай-кардинал в эти часы не беседовал, а именно медитировал, как потом всем понятно стало. Но доказать ничего не сможет, если дочка не расколется, конечно. А она не из таких.
— Что с полночью? — вернул Иву на тропу повествования я.
— Ой! Ну там неинтересно… Всего парочка принцесс.
— Принцесс? — чуть не завопил я.
— Да там королевства крошечные, одно название. Корсиканское и Миланское. Да и эти дамочки являются принцессами только если очень широко смотреть на такие вещи… Так почти всех благородных можно в принцы записать, через родство в седьмом колене. Но главное, что эти две любят так представляться, да и вдобавок оказались те ещё оторвы. Клейма ставить негде. Даже не интересно охотиться было. Да там и непонятно было, кто на кого охотился.
— Чёрт! — в очередной раз произнес я, подумывая, что пора переходить на слова покрепче.
— Ты ради них даже апартаменты там снимать не стал. Одну отвел в душевую, а другую в спортзал, — безжалостно добила Ива. — Но ты всё-таки потрудился, чтобы занять их мужей.
И тут у меня в голове опять пронеслось про несоответствия. Замужних дам я всегда обходил стороной, да и на апартаменты не жлобился.
— Ива! — рыкнул я. — Ты врешь! И откуда у меня столько сил взялось?
— Ну немного приврала, — мысленно пожала плечами дриада. — Ты плохо соображал и постоянно спрашивал моего совета. Все бубнил, что надо бы уже и домой. Причем, энергии в тебе было дофига… Этот наркотик, как я понимаю, здорово бодрит, так что домой идти было просто глупо. Веселье же только начиналось!
— Начиналось? — не поверил я.
— Ну да. Сначала ты отвлек мужей, когда выпил с ними и уговорил залезть с тобой на сцену к стриптизершам. Там ты начал…
— Хватать девок?
— Нет, они сразу разбежались. А прибежавших охранников ты выбросил в оркестровую яму, которая в этом казино за сценой находится. Ерунда… Всего-то парочку инструментов сломал. Они сломали. А потом ты стал петь. Частушки. На латыни. Не очень приличные. Те два принца позавидовали минуте твоей славы и составили тебе конкуренцию. Но петь у них не получилось, потому что за попытку петь серенады их освистали, а частушек они не знали. Тогда они стали танцевать. На шестах.
— … — уже серьезнее выругался я.
— Но ты сбежал. Танцевать не стал. Тут тебя эти принцессы и перехватили. Поочередно.
— Но потом-то я хоть напился? — обреченно спросил я.
— Попробовал начать, — серьезно ответила Ива. — Но тебя поймал далай-кардинал и сказал, что тебя надо исправлять. А ты… Ты…
— Что я?
— Ты сказал, что только если он выпьет с тобой.
— И?
— Видишь ли… Ты хотел этого святошу… это… того…
— Что! — мысленно взревел я. — Не верю! И если узнаю, что это ты что-то намутила, то тебе конец!
— За что? — взвизгнула Ива. — Я просто тебе ещё не все рассказала. Мелочи упустила. Когда ты возвращал ниппонку, то как свет вырубил, пошел сначала за кимоно и сказал, что далай-кардинал, который продолжал тогда медитировать, розовой мордой больно на женщину похож, а ты долго на него в свете свечей пялился. И еще он… такой… немного полный и ну… с совсем не мужской фигурой. И без следа щетины, хотя вроде как его раса какие-то бороды носит.
