Помоги проекту - поделись книгой:
Лягушка в этот миг схватила длинным языком сразу с пяток огненно-красных термитов и начала с аппетитом их пожирать. И ляга совсем не обращала внимания на чернокожего, ошарашенно смотрящего на неё. Толик будто не верил в то, что подобное крошечное создание может укокошить такого амбала, как он.
— Анатолий, а ты сообразительный. Остался бы в Африке, как пить дать, вождём бы стал, — иронично сказал я и ткнул копьём ужинающую лягушку.
Она задёргала лапками и быстро издохла, блестя слизью. Я измазал в этой слизи нож, заменяющий наконечник копья. Надеюсь, она действительно ядовитая.
— Спасибо, Костёр, — поблагодарил Толик и чуток виновато посмотрел на меня.
Он перестал задирать нос и напрягать мышцы. И дальше пошёл тише воды, ниже травы. Наверное, потому именно он спустя сотню метров и заметил опасность быстрее меня.
— На землю! — выдохнул парень и распластался на песке.
Я бухнулся рядом с ним и увидел вдалеке фантастическую картину. По широкой полосе жёлтого песка мчалась троица орков, а за ними летела хрупкая сереброволосая девка с ангельскими крыльями. Их хлопанью вторил грохот иссиня-чёрных волн. Они яростно бросались на пологий берег и лениво отползали обратно в волнующийся океан. Горизонт оказался затянут чернотой бушующего шторма. А небо в той стороне скрывали мрачные тучи, пронзаемые зигзагами молний. И оттуда же долетали раскаты грома.
Но, естественно, нас с негром в первую очередь интересовали фигуры, бегущие в нашу сторону.
— Костер, там белая женщина с крыльями и орки. Боже, наверное, я уже ничему не удивляться, даже если замечу единорога верхом на человеке-пауке, — взволнованно протараторил Толик, шумно втянув ноздрями солёный воздух, пропахший гниющими водорослями. — Два орка совсем голые, только дубины в руках, а третий хорошо вооружён.
— Орки и летунья — скорее всего, не местные. Может, попробуем установить с ними контакт? Нам же нужны союзники.
— А как ты планировать с ними говорить? Через гугл-переводчик? — саркастично протараторил парень, тревожно поглядывая на меня. Его откровенно пугала перспектива переговоров с этими зелёными клыкастыми господами и дамой.
— На пальцах поговорим или рисовать будем. Да и вообще… судьба любит смелых.
— Вот так на твой могила и написать, если ты идти к ним.
— Не коммуникативный ты человек, Анатолий, — укоризненно покачал я головой. — Ладно, давай сделаем ход конём. Посмотрим, кто начнёт побеждать. И тогда поможем проигрывающей стороне. Таким образом, мы завоюем её доверие.
— Костёр, на меня не рассчитывай, — малодушно заявил здоровяк, оказавшийся пугливее зайца. — Тебе разве не страшно? Они же могут убить нас.
— Я в Воронеже жил. И там же пару раз чуть не сдох, так что мне ничего не страшно, — храбрясь, отбарабанил я, во все глаза наблюдая за орками.
Первым мчался мускулистый зеленокожий, вооружённый боевым топором. И он бежал так, словно совсем не чувствовал веса мелкоячеистой кольчуги, сверкающей поверх окровавленного кафтана. Его ноги в атласных шароварах с дырой на левом колене работали сильно и мощно, чего не скажешь о ногах двух его голозадых соплеменников. Они безнадежно отставали от него и уже хрипели, как загнанные лошади, чем и воспользовалась летунья.
Она камнем рухнула с небес, расправила ангельские крылья возле самой земли и взмахнула саблей, стремясь поразить орка, бегущего последним. Но тот с гортанным криком резко упал на колени и пропустил над лысой башкой клинок летуньи.
— Гуртак! Гуртак! — жалобно завыл чудом избежавший смерти орк и снова вскочил на ноги. Но теперь он не бежал, а, позабыв о дубине, в ужасе пятился от красавицы, наряженной лишь в кружевные панталоны.
Крики зеленокожего заставили остановиться его товарищей. Орк-воин грозно потряс топором и бросился в сторону летуньи. А та резко подалась к перепуганному голожопику и мощно ударила его крылом в голову. Он с болезненным стоном рухнул на спину и рефлекторно зажал рукой расквашенный в кровь шнобель.
— Кастаналь! — прошипела крылатая девка и попыталась рубануть саблей по глотке истошно заверещавшего подранка. Однако в каких-то сантиметрах от зелёной кожи орка клинок летуньи со звоном встретил сталь топора. Злые искры брызнули во все стороны. А я до глубины души поразился невероятной быстроте вооружённого орка. Он сумел вихрем преодолеть несколько метров и спасти своего соплеменника. Похоже, у него есть какая-то крутая способность, данная симом. Орк-воин точно игрок.
Он с яростными воплями и пеной на губах бросился на летунью. Но та не стала принимать бой. Взмахнула крыльями и взлетела на пару метров над землёй. И тогда в дело вступил последний голозадый…
Он всё это время бочком-бочком заходил за спину практически обнажённой девицы и в какой-то миг покинул поле её зрения. Сощурил глаза и метнул в девку свою дубину. А та прокрутилась пару раз в воздухе и попала точно в спину крылатой красотке.
Летунья жалобно вскрикнула и упала на землю, где судорожно забила крыльями. Она пыталась взлететь, но не могла. Её крылья лишь поднимали в воздух тучи золотистых песчинок.
— Аранга! — ликующе заорали орки и рванули к подбитой девчонке, чьё лицо затопило отчаяние. А ведь ещё пару секунд назад её мордашка источала холод и высокомерие.
— Толик, в твоей душе уже забила копытом боевая зебра? Хочешь поиграть в героя?
— Нет, — яростно затряс он головой, излучая волны страха.
— Ладно. Тогда, если что, всем рассказывай, что я погиб красиво. Можешь даже безбожно привирать, — протараторил я, вскочил с песка и бросился к оркам.
Глава 8
Впереди мелькали спины зеленокожих, а я чуть ли не на цыпочках мчался за ними, намереваясь ткнуть ядовитым копьём орка-игрока. А до него было несколько метров, кажущихся невероятно длинными.
Мои нервы натянулись, как канаты, а сердце наоборот — понеслось вскачь, разгоняя адреналин по венам. Совесть же совсем не протестовала против убийства орка. Она всеми лапами топила за то, чтобы я поскорее расправился с ним. Да только этот чёрт оказался очень быстрым. Он уже ликующе занёс топор над летуньей, обречённо выставившей саблю. И мне пришлось положиться на удачу, навыки эльфа и мой опыт десятиборца, чтобы спасти девчонку.
— Эгей-й-й мля! — неистово исторг я и со всей силы метнул копьё в орка. Аж в плече что-то жалобно хрустнуло.
Игрок резко повернул голову, и примотанный к древку ножик скользнул по его щеке. Клинок вскрыл кожу, будто консервный нож банку с томатной пастой. По щеке зарычавшего орка заструилась кровь, а его свирепый взор вонзился в меня, словно раскалённая пика. У меня аж от страха внутри всё смёрзлось в один комок, а грязные волосы зашевелились на затылке.
Повезло, что летунья с блеском воспользовалась ситуацией. Она с пронзительным криком ударила саблей по правой ноге игрока. Тот распахнул желтозубую пасть и заорал от боли. А обагрившаяся кровью нога не смогла удержать орка. Он грузно упал набок и уже лёжа подставил топор под удар летуньи. Сталь встретилась со сталью, родив громкий металлический звон, скальпелем полоснувший по ушам.
Следующий удар зеленокожий тоже отбил, а затем надсадно захрипел, пуская пену и пузыри. Его глаза стремительно краснели от лопающихся капилляров, а в душе загорелось страстное желание выжить. Да только уже всё было почти кончено. Движения орка быстро замедлялись, намекая, что ему конец.
Подобный поворот мигом сказался на настроении голозадых. Они с ужасом в вытаращенных зенках уставились на издыхающего лидера. И их выдержка дала трещину шириной с Ла-Манш. Не сговариваясь, зеленокожие бросились в кусты.
Летунья же двумя ударами отсекла голову уже не сопротивляющегося орка-игрока. А я схватил своё копьё и замер, буравя девку напряжённым взглядом. Та ответила мне подозрительным взором льдисто-голубых глаз с азиатским разрезом. Они двумя звёздами выделялись на её алебастровом личике с аристократическими чертами и полными губами.
Мордашка девчонки была настолько совершенной, что рядом с ней любой мерседес казался жалкой поделкой двоечника на уроке труда. А уж от вида её крепеньких, налитых грудей с розовыми сосками и плоского животика меня бросило в жар. Однако я всё же обратил внимание на бледные линии симбионта, красующиеся между её холмиками. Летунья тоже игрок и это надо учитывать.
Я покашлял в кулак и начал говорить, почувствовав проникший в солнечное сплетение опыт, полученный за орка:
— Так, милашка, ты меня не бойся. Я не бью женщин… красивых. А ты красивая. Правда, совсем не понимаешь меня, поэтому тебе плевать, что я говорю. Но тембр моего голоса должен слегка расслабить тебя. К тому же я не делаю резких движений и спас тебя. В любом фильме ты бы уже отдалась мне прямо на этом пляже под светом лун. И нашим стонам вторил бы голос прибоя…
— Хм-м-м, — внезапно хмыкнула летунья и усмехнулась, словно поняла мои слова. А затем она по-русски выдала удивительно певучим голосом, за который надо сразу давать три «Грэмми» и повозку «Золотых граммофонов»: — Если ты и будешь стонать, юнец, то лишь от боли, ежели попробуешь хотя бы прикоснуться ко мне. Я вспорю твоё брюхо и натолкаю туда камней.
— Смелое заявление. Видимо, ты неизлечимо больна и тебе нечего терять, раз мне угрожаешь? — хмуро проговорил я, решив пока пропустить тот факт, что передо мной на прекрасной миниатюрной попке сидит убийца одного из землян-игроков. Иначе откуда она знает мой язык?
— Кто ты такой, чтобы дерзить мне? — презрительно бросила красотка и гордо расправила худенькие плечи. Её кости явно были более хрупкими, чем человеческие.
Но больше всего меня впечатлило то, что от неё шли волны уверенности в собственных силах. Она не боялась меня. Или боялась, но на более глубинном уровне, чем могла «учуять» моя наполовину развитая «эмпатия».
— Кто я такой? Я — Костёр. Таких людей знать надо. И, прежде чем ты своим высокомерием заведёшь ситуацию в тупик, тебе следует знать, что я не нападу на тебя, если ты не атакуешь меня.
Девчонка проигнорировала мои слова. Полностью выпрямилась и с трудом подавила судорогу боли, пробежавшую по её мордашке со слегка заострившимися от усталости скулами. Но даже в таком состоянии она бы не затерялась в комнате, полной произведений искусств.
— Ты помог мне, поэтому можешь забрать часть добычи, — наконец сухо сказала летунья, кивнув на безголовый труп орка. Кровь до сих пор сочилась из его шеи и впитывалась в жадный песок. — Но впредь не попадайся на моём пути.
— Притормози, красотка. Наше свидание ещё не закончено. Давай заключим пакт о ненападении и взаимной помощи. В этом месте охренеть как много опасностей и очень мало адекватных гуманоидов. А ты сейчас не в лучшей форме.
И словно в подтверждение моих слов где-то вдалеке раздался полный боли человеческий крик, который резко оборвался. Нет, это не Толик орал. Он лежал гораздо ближе. Да и наша группа не распалась. Значит, он точно жив.
— Хм-м-м, — раздумчиво выдохнула девица и с сомнением во взгляде пробежалась по моей худой, поджарой фигуре. — Ты можешь присоединиться ко мне, если поклянёшься в верности. Став моим слугой, ты получишь мою защиту. Я — хороший боец, а ты — плохой.
— Плохой боец? — удивлённо выгнул я брови. — Да ты вообще в курсе, что для меня лучший отдых — это тысяча отжиманий? А сплю я, когда моргаю.
— Ф-ф-ф, — презрительно фыркнула девка, покачивая саблей, испещрённой линиями, похожими на симбионта.
— Меня такие условия не устраивают. Я за партнёрские отношения. Ты можешь безбоязненно доверить мне свою спину и…
— … И ещё что-то пониже спины? — скривила она пухлые губки, перебив меня. — Я вижу похоть в твоём взгляде.
— Для моего возраста — это нормально. Было бы гораздо хуже, если бы я не думал об этом. Но торжественно клянусь, что буду держать своего удава на привязи.
— Удава? Ха-ха, — натянуто посмеялась девчонка, будто не знала, как правильно это делать. — Скорее всего, у тебя в штанах прячется ссущий пустячок.
— Так, дорогуша. Ты оказалась слишком ядовитой. Моё великодушное предложение аннулируется. Лети отсюда подобру-поздорову. И как только выпадет возможность, то ты опять не рассчитай свои силы и попади в такую же заварушку. Думаю, в следующий раз твои перья всё-таки ощиплют, — мило улыбнулся я и внезапно услышал дикий вопль в нескольких метрах позади себя.
Резко обернулся и увидел орущего Толика, бегущего по песку. За ним скачками мчались существа, похожие на двухметровых то ли крокодилов, то ли варанов, вооружённых кривыми когтями и мощными зубами.
Я тут же сориентировался, метнулся к трупу орка и начал стаскивать с него кольчугу.
— Сапоги с него снимай, а то без лута останемся! — крикнул я замершей летунье.
— М-м-м, — промычала девчонка, изумлённо глядя на Толика. Кажется, она впервые видела чернокожего человека. Однако она быстро сбросила удивление, вцепилась пальцами в сапоги трупа и пронзила меня гневным взглядом. — Не смей приказывать мне, человек!
— Толик, хватай топор! Вон он валяется! — проигнорировав выпад летуньи, крикнул я парню, закинул кольчугу на плечо и помчался по песку.
— Взял! — на бегу выдохнул перепуганный негр, завладев оружием зеленокожего. — Быстрее, Костёр! Быстрее! Они сожрать нас!
— Да не нужен ты им. Они здесь из-за трупа, аппетитно пахнущего кровью, — протараторил я и посмотрел на девчонку.
Она умудрилась стянуть с орка не только его сапоги, но и пропитанную кровью рубаху. После этого девчонка помчалась за нами, размахивая крыльями. Она явно пыталась взлететь, но её крылья поднимали в воздух лишь мелкие песчинки, вызывая у красотки гримасы боли. Видать, всё работало не так, как надо. И именно этот факт заставил её сложить крылья за спиной и со всей силы заработать ногами.
Однако она оказалась самой хреновой бегуньей, что я видел. Если бы кроковараны не заинтересовались трупом орка, то они бы в два счета догнали её и разорвали. А так — монстры с радостным шипением принялись разрывать на куски окровавленное тело орка.
Увидев это, летунья с облегчением сбавила темп и с величайшим одолжением в голосе крикнула мне в спину:
— Ладно, уговорил. Давай заключим союз до утра!
— Договорились. Только без выкрутасов. Один за всех и все за одного, — проговорил я и практически остановился, чтобы она догнала меня.
Летунья поравнялась со мной и нехотя кивнула, потревожив водопад волос. А потом она покосилась на перепуганного Толика, внезапно протараторившего:
— Бежать до воды. Надо оставить чудовищ далеко позади!
Так мы и сделали. Рванули дальше. Пробежали приличное расстояние и остановились лишь у беснующегося океана, где обессиливший Толик растянулся на спине, а девчонка рухнула на колени.
Я же пару секунд поразмышлял и безапелляционно просипел:
— Быстро делим вещи и идём в Белый город. Нечего тут разлёживаться.
— Какой Белый город? Зачем? — подозрительно сузила глаза блондинка, часто-часто дыша, из-за чего её выпирающие рёбра едва не протыкали тонкую кожу.
— Меня там ждут друзья. К тому же в городе должно быть относительно безопасно, — сказал я и следом решил заинтересовать девчонку. — У моих друзей есть карта этого острова. Ты с нами?
— Да, если поклянёшься показать карту.
— Тогда ты расскажешь мне всё, что знаешь об этом острове, а я отвечу тебе тем же.
— Договорились.
— Я взять себе топор? — тихонько спросил у меня Толик, стыдливо стараясь не смотреть мне в глаза.
— Бери. А девчонке отдай свои на удивление крепкие тапочки.
— Я не девчонка, а принцесса Насия! — гордо вскинула она серебряную головку.
— Ну хоть не Нури, — усмехнулся я и указал пальцем на сапоги орка, лежащие около её ног. — Отдашь их вот этому чернявому здоровяку? Тебе ведь они всё равно офигеть какие большие. Ты в них утонешь.
Та пожевала губки и согласно кивнула, после чего негр с радостью напялил орочьи сапоги.
А я нацепил кольчугу и почувствовал приятную тяжесть на плечах.
Девчонка же, брезгливо морща нос, нацепила тапочки Толика и надела вонючую, окровавленную рубаху орка. Она превратилась на ней чуть ли не в платье. Попу рубаха точно прикрыла, а это самое главное. Я это ещё из детства знаю.
— Насия, прими группу, — попросил я и коснулся её локтя, отправляя запрос.
Она отшатнулась и яростно прошипела:
— Не смей трогать меня воню… О! Приглашение! А ты, оказывается, лидер землян! А так и не скажешь. Хорошо, вступлю в твою группу, но только временно, как и договаривались.
— Окей. А теперь пошли. По дороге обменяемся инфой, — проговорил я и двинулся по пляжу, шелестя песком и кольцами кольчуги.
Как оказалось, я совершил не самую выгодную сделку. Девчонка ничего не знала об острове, на который тоже попала ночью. Она лишь поведала мне, что её мир носит имя Ангелика, и по развитию он века на три отстаёт от Земли. Ну, если судить по её краткому описанию.
Я же рассказал принцессе об эльфах, жаждущих убить пришлых. Девчонка молча выслушала меня, а затем вцепилась в моё лицо изучающим взором и недоверчиво выдохнула:
— Это правда?
— Скорее всего, — ответил я, состряпав самую честную в мире физиономию.
Кажется, летунья поверила мне. Ещё бы! Мне ведь на слово верили даже кассирши в магазинах, когда я покупал алкоголь и говорил им, что мне есть восемнадцать лет. А это, знаете ли, уровень повыше, чем в допросной ФСБ.
— Эльфы сильнее нас и многочисленнее, — изрекла Насия и приуныла.
Однако потом она собралась и начала задумчиво морщить лобик. Да так увлеклась, что даже перестала отвечать на мои вопросы. А мне же кучу всего хотелось выведать у неё. Всё-таки она иномирянка. Но девчонка слишком сильно ушла в себя. Ну, да и шут с ней. Потом расспрошу её.
К тому же мы уже подходили к плато. А тут нужно держать ушки на макушки и рот лишний раз не открывать. Благо это понимали все участники нашего крошечного отряда, так что дальше мы пошли в молчании, внимательно глядя по сторонам.
Подобное поведение позволило нам отыскать древнюю дорогу из потрескавшихся плит. Она привела нас на плато. А уже с него открылся потрясающий вид на красноватое солнце, величаво восстающее из неспокойных тёмно-синих вод.
Поделиться книгой: