Черный апостол

— Э… спасибо.

— Мы победили, понимаете? Вы все понимаете, что мы победили?!

К сожалению, остальные лорды отреагировали на мое появление заметно более сдержанно — явных восторгов никто не выказал и мне пришлось довольствоваться одобрительными улыбками. Впрочем, сегодня этих улыбок насчитывалось с избытком.

— Прекрасная работа, лорд Максим, — благосклонно кивнул король. — Это было впечатляюще.

— Благодарю, ваше величество.

— Магистр Хол, у вас все готово?

— Да, ваше величество, — откликнулся стоявший рядом с Абраци волшебник. — Можете говорить.

— Приветствую всех защитников города, — неожиданно твердым и громким голосом произнес король. — Приветствую каждого воина, каждого торговца, каждого ремесленника, каждую женщину и ребенка. Вы только что видели настоящее чудо, подаренное нам богиней…

— Лакарсис.

— Подаренное нам богиней Лакарсис. Орды бездушных уничтожены, колдуны раздавлены и повергнуты в прах, а ваши братья прямо сейчас добивают остатки имперской армии. Это великая победа. Великая.

Монарх сделал паузу, а я внезапно понял, что участвую в самом настоящем политическом шоу. Здесь тоже присутствовал ведущий свой доклад руководитель страны, его окружали верные чиновники и силовики, а рядом стоял никому не известный герой, которого требовалось возвысить и наградить на радость толпе внимающих избирателей. Не хватало лишь прилизанного ведущего и ответственной за аплодисменты массовки.

— Окончательный успех еще далек, — внезапно сменил пластинку король. — Однако уже сейчас мы готовы отблагодарить великую богиню нашими молитвами. С сегодняшнего дня все храмы старых богов будут служить новой покровительнице, а завтра утром в городе начнется праздник. Праздник спасения от проклятых колдунов, праздник жизни и веселья. Подготовьте ваши животы для бесплатной еды и выпивки!

Та легкость, с которой правитель изменил религию своей страны, вызвала у меня серьезное удивление. С другой стороны, здесь прощупывался весьма хитрый план — момент для возвышения пришлой богини выглядел чертовски удачным, а заключенная в кисло-сладкий бутерброд новость казалась второстепенной и не очень важной. Учитывая новость о безусловном разгроме вражеской армии, напоминание о необходимости отлавливать все еще гулявших по королевству имперцев и анонс праздничных мероприятий, обычные жители в данную секунду испытывали значительную информационную перегрузку, вследствие чего должны были принять любые капризы своего правителя с равнодушным одобрением. Там более, что весть о грядущей халяве наверняка трогала их разум больше, нежели свержение давным-давно отошедшего от дел бога.

— Приветствуйте лорда Максима, апостола великой Лакарсис! И ждите королевского угощения!

— Я убрал полотно, — сообщил многоопытный магистр Хол. — Они вас больше не слышат.

— Ну и хорошо, — король сбавил тон, снова превратившись в обычного вальяжного аристократа. — Лорд Максим, требования богини исполнены. У вас есть друзья, готовые помочь с различными делами?

— Рискну взять на себя эту роль, — вкрадчиво произнес Абраци. — Думаю, что смогу объяснить своему ученику все тонкости дворцового этикета, а также передать любые его желания по назначению. Не тревожьтесь на этот счет, ваше величество.

— Хорошо. Тогда я возвращаюсь во дворец. Генерал Тариджи, добейте этих выродков.

— Будет сделано, ваше величество!

Король ушел к лестнице, генерал начал отдавать приказы скопившимся у парапета офицерам, а я погрузился в размышления. Пока что все складывалось очень даже хорошо, но речь монарха открыла передо мной ту часть задачи, о которой я еще не думал — пользоваться результатами своей работы требовалось прямо сейчас, не откладывая дело в долгий ящик. И если я хотел избежать проблем в дальнейшем, то должен был незамедлительно идти в главный столичный храм, выкидывать оттуда жрецов Ванареса, после чего устанавливать свои порядки.

Рейдерский захват следовало осуществлять быстро и жестко.

— Магистр Абраци?

— Слушаю вас, лорд.

— Мне нужен отряд королевских гвардейцев и ваша помощь.

— Отряд гвардейцев? Для чего?

— Для того, чтобы выполнить приказ короля и занять главный храм.

— А, вот оно что, — пробормотал волшебник. — Да, вы правы. Идите за мной.

Помощь Абраци оказалась очень уместной — магистр окончательно принял мою сторону, вследствие чего развил бурную деятельность, найдя среди толпившихся на стене офицеров какого-то лейтенанта и озадачив его соответствующим приказом. Нужного количества свободных гвардейцев рядом не оказалось, так что лейтенант спешно отправился во дворец, а мы неторопливо спустились на землю и двинулись вслед за ним. Рядом тут же возникли сопровождающие, у меня возник соблазн использовать их для стремительного визита в храм, но здравый смысл все же победил — дело было чересчур ответственным для подобных экспериментов.

— Слава великому апостолу, — неожиданно донесся до моих ушей чей-то несмелый голос. — Слава богине!

Я оглянулся, увидел группу наблюдавших за нами солдат и приветливо помахал им рукой. Этот жест вызвал небывалое оживление — пятеро или шестеро бойцов дружно вскинули вверх мечи, кто-то вытянулся в струнку, а самый отважный повторил свое приветствие:

— Слава великому апостолу!

— Вас уже любят, — магистр усмехнулся и тоже махнул солдатам рукой. — Это отличная новость.

— Надеюсь, так все и останется.

— Я тоже надеюсь.

По мере того как мы приближались к центральным кварталам, внимания к моей персоне становилось все больше. Оставшиеся в городе солдаты и высыпавшие из домов жители с интересом рассматривали крошечную процессию, время от времени выкрикивали что-то одобрительное, но старались держаться на расстоянии. Обмен мнениями тоже шел, причем весьма активный.

— Тот самый апостол. Видишь? Это…

— Он сюда смотрит, отвернись!

— Он же колдунов перебил.

— Все равно.

— А что такое апостол?

— Главный жрец, наверное.

— А богиню кто-нибудь видел? Как она выглядит?

— Говорят, красивая.

— Брешут. Там просто дым был.

— Много ты знаешь…

Настроения горожан совершенно точно находились на уровне восторженного интереса пополам с облегчением, так что я еще раз уверился в правоте своих мыслей. Мы без каких либо трудностей добрались до главной площади, встретили вышедший из дворца отряд, после чего свернули туда, где возвышался тройной шпиль столичного храма.

— Как будете действовать? — вполголоса поинтересовался магистр. — Что придется сделать?

— Прикажу всем выйти из здания, установлю посты, а затем поговорю с богиней. Она решит, что ей нужно.

— Будет лучше, если вы дадите жрецам время собрать свои вещи.

— Да, это хорошая мысль. Спасибо, великий магистр.

— Не за что, лорд Максим. Или мне называть вас апостолом?

— Понятия не имею. Мне все равно.

— Нужно будет разобраться с титулом, — задумчиво протянул волшебник. — Я этим тоже займусь.

— Спасибо.

— Мы пришли.

К моему искреннему облегчению, операция по выдворению жрецов прошла чуть ли не идеально — прихожан в храме не было, уяснившие задачу гвардейцы мгновенно взяли территорию под контроль, а вышедший за объяснениями пожилой настоятель уже знал о королевском приказе и быстро понял текущий расклад.

— Благородные лорды, я прошу совсем немного времени. У нас есть реликвии, которые больше никому не нужны, у нас есть одежда…

— Конечно, уважаемый лорд Кацон, — перебил старика магистр Абраци. — Никто не заставляет вас немедленно все бросить. Собирайтесь спокойно.

— Благодарю вас, уважаемый магистр. Эй, мальчики, вы слышали лорда Абраци? Собирайтесь!

Столь безропотное подчинение выглядело достаточно странным, однако я понимал, что у настоятеля попросту не осталось выбора. Высокое начальство сидело во дворце и никак не давало о себе знать, бог спал и абсолютно не рвался прийти на выручку, зато королевский указ, королевские гвардейцы и самый настоящий живой магистр были прямо здесь. Пожалуй, в такой ситуации я бы тоже собрал шмотки, а затем очень тихо и спокойно ушел восвояси.

— Собирайтесь, мальчики, — повторил старик. — Заберите книги, заберите символы. Лорд Ракоццо потом решит, что с ними делать. Быстрее.

Несмотря на его увещевания, процесс сдачи храма растянулся часа на полтора. Сначала жившие в здании жрецы торопливо спускали с верхних верхних этажей какие-то мешки, картины, статуэтки и другие предметы искусства, но затем у главного входа появилась телега, в которую начали загружать скопившееся на улице имущество, а у меня в душе проклюнулась неуместная жадность — старые владельцы уносили с собой то, что вполне могло достаться мне и моему ближайшему окружению. Даром, что это самое окружение пока что не сформировалось.

— Вы там долго?

— Заканчиваем, благородный лорд.

Минут через пятнадцать все действительно подошло к концу — поток мешков иссяк, телега стронулась с места, а все это время остававшийся в главном зале настоятель глубоко вздохнул и двинулся к выходу, даже не подумав обратиться с последней молитвой к своему богу. Что, в общем-то, отлично характеризовало этого самого бога.

— Хорошего дня, благородные лорды.

— И вам тоже.

До отвращения цивилизованная и спокойная передача собственности завершилась. Молчаливые гвардейцы оттянулись к выходам, двери закрылись и мы с Абраци оказались в полном одиночестве.

— Так…

Доставшийся мне храм выглядел древним, побитым жизнью, однако вполне ухоженным. Сквозь узкие высокие окна струились потоки солнечного света, обрамлявшие периметр колонны были покрыты искусной резьбой, на полу поблескивал идеально отполированный мрамор, а стоявший у дальней стены молельного зала белоснежный алтарь радовал взгляд тончайшим золотым орнаментом. Единственным, что серьезно портило общую картину, была возвышавшаяся над алтарем статуя Ванареса — высеченный из черного камня надменный полуобнаженный мужик мне сразу же не понравился.

— Лакарсис, уважаемая, что дальше?

Ответа пришлось ждать очень долго, но в конце концов богиня все же решила до меня снизойти и под сводами храма послышался ее тихий ласковый голос:

— Уничтожь алтарный камень, воин. Сделай это ножом.

Магистр тут же бросил взгляд на мой пояс, но предпочел воздержаться от комментариев. Я же, понимая, что выполнять распоряжение все равно придется, глубоко вздохнул и шагнул вперед.

— Вы уверены, лорд Максим?

— Уверен, — буркнул я, доставая артефакт. — Был уже опыт, знаете ли.

— Кажется, нам еще многое предстоит обсудить, лорд.

— Обязательно…

По мере приближения к алтарю я начал испытывать сопротивление заключенной в нем силы. Оно не шло ни в какое сравнение с тем, которое ощущалось мною во время схватки с тенью погибшего бога, но общие впечатления все равно были чертовски схожими. Кто бы что ни говорил, а частичка Ванареса здесь однозначно присутствовала.

С другой стороны, это уже ничего не меняло.

Одолев внезапный приступ паники и справившись с поднявшейся из глубин подсознания тошнотой, я остановился перед алтарем, дотронулся до его гладкой поверхности раскрашенным прожилками лезвием, после чего с силой нажал на рукоять. Храм ощутимо вздрогнул, ладонь как будто прострелил электрический разряд, а затем до меня докатились отголоски чужих эмоций. Беззаветное вожделение, просыпающаяся жажда крови, щенячья радость… и в противовес этому — усталое раздражение, смешанное с медленно нарастающим гневом.

Прожилки на клинке ярко вспыхнули, я скрипнул зубами от наполнившей руку боли, но в следующее мгновение все закончилось. Посторонние эмоции ушли, нож с легкостью провалился вглубь алтаря, а белоснежный камень начал покрываться сеточкой черных трещин. Секунду спустя от него отвалился первый кусок, затем еще один, еще…

— Отойди в сторону, воин, — произнесла невидимая богиня. — Отойди и смотри.

Я спрятал нервно подрагивающий клинок, а потом вернулся к магистру. Надо сказать, тот выглядел очень заинтересованным и даже счастливым — чувствовалось, что видеть такого рода зрелище ему пока что не доводилось.

— Вы закончили? Это…

— Не знаю. Здесь решает богиня.

— А…

Здание еще раз вздрогнуло, после чего начало стремительно заполняться холодом. На колоннах возникли прожилки голубоватого инея, оконные стекла захрустели, разломанный алтарь вспыхнул оранжевым пламенем, а статуя Ванареса начала осыпаться. В следующее мгновение иней тоже загорелся, намертво впечатывая свои контуры в податливый камень, а цвет внутреннего убранства стал меняться. Исчезли белые и золотые тона, им на смену пришла холодная полупрозрачная лазурь и бесконечная чернота, сквозь эту черноту пробились жутковатые багровые узоры…

— Впечатляет, — тихо шепнул магистр. — Очень впечатляет.

Несколько минут спустя преобразование завершилось. Морозный орнамент вкупе с черным глянцем, а также едва заметными рубиновыми потеками полностью изменил внутреннюю атмосферу молельного зала, добавив ей нотки холодной сдержанности, изысканного стиля и также сдержанного величия, но главным было даже не это. На месте уничтоженного алтаря теперь стоял новый — полупрозрачный и как будто сотканный из бесконечно ветвящихся кристалликов льда. А прямо над нив возвышалась статуя молодой девушки — одетой в длинное развевающееся платье, целеустремленной и совершенной.

Лакарсис получила-таки свой собственный храм.

Глава 4

Внимательно рассмотрев морозный орнамент и бесстрашно потрогав новый алтарь, я обошел зал по периметру, после чего в сопровождении предпочитавшего помалкивать волшебника отправился исследовать свои новые владения.

На первом этаже ничего действительно интересного не нашлось — мы обнаружили только заполненные метлами, ведрами и прочим хламом подсобки, скромную кухню, а также запасной выход. Второй ярус оказался жилым и там имелись в наличии многочисленные свидетельства недавнего исхода — покидавшие обитель жрецы старались утащить с собой любые мало-мальски ценные вещи, не брезгуя даже покрывалами с кроватей и занавесками.

Все выглядело так, словно храм разграбили полчища диких варваров. А каким образом я должен был приводить все это безобразие в порядок, было решительно непонятно.

— Лучше бы просто так выгнал.

— Очень хорошо вас понимаю, лорд, — тут же откликнулся Абраци. — Но слуги могут это исправить.

Так как никаких слуг в моем распоряжении не наблюдалось, я лишь молча кивнул и направился к следующей лестнице. Третий этаж оказался предназначен для проживания высшего духовенства — несмотря на усилия жрецов, в просторных комнатах сохранились остатки недавней роскоши. Высокие шкафы, массивная полированная мебель, оставшиеся кое-где ковры — все это говорило о том, что настоятель вел отнюдь не монашескую жизнь. А у его братии, скорее всего, хватало запасных аэродромов.

Чувствуя, что совершенно зря дал волю своим непосредственным конкурентам, я поднялся на четвертый этаж и оказался в здоровенном круглом пентхаусе, по центру которого располагался вместительный бассейн с подогретой ароматной водой. Кажется, предыдущее руководство действительно умело радоваться жизни.

— Думаю, вам не следует пускать сюда обычных людей, — заметил магистр. — Вряд ли им стоит это видеть.