Помоги проекту - поделись книгой:
– Хватит, а, – мое раздражение росло как снежный ком. – В любом случае, Реф несравнимо лучше тебя. А очередной обман уж точно не делает тебе чести.
– И еще кое-что, Кира, – глаза графа нехорошо блеснули, – небольшая пища для размышления. С некоторых пор о том, кто именно опустошитель, знают совсем немногие. Ваш факультет, включая декана, главный королевский советник. И я. Всем остальным подчистили память, так что больше никто и не в курсе. Но при этом многие властные маги узнали, что опустошитель таки существует. Одни считают, что такую угрозу нужно уничтожить. Другие, что взять под полный контроль без малейшего проявления собственной воли. И если вдруг всплывет, кто же этот маг, на твоего распрекрасного возлюбленного начнется настоящая охота.
У меня даже по спине холодок ужаса пробежал.
– К чему ты клонишь? – голос предательски дрогнул.
– Ни к чему, – Алекс улыбался, вот только в карих глазах сквозила затаенное торжество. – Считай, просто подумал вслух. Но давай все же вернемся к моим условиям.
– Вообще-то ты сказал «сделка», – напомнила я. – А это хоть как подразумевает выбор.
Он встал с кресла и направился ко мне. Я тут же отпрянула в сторону, но Алекс схватил меня за руку и резко притянул к себе.
– Да, Кира, сделка, – держал так крепко, что я не могла его оттолкнуть. – И, конечно же, у тебя есть выбор. Либо ты соглашаешься на мои условия, либо нет. И если нет… – прошептал он, едва не касаясь губами моих губ.
– Что тогда? – выдохнула я перепугано, уперевшись руками ему в грудь и пытаясь хоть немного сохранить дистанцию между нами, но тщетно.
– Тогда я не вижу смысла играть с тобой в благородство, сладкая, если я и так могу получить тебя прямо сейчас. И ты никак мне в этом не помешаешь…
– Ты совсем не изменился, – с отчаянием прошептала я.
Его поцелуй обжег шею, я инстинктивно дернулась, но у меня не было ни малейшей возможности вырваться из крепкой хватки.
– Я жду твоего ответа, Кира.
– Я тебя ненавижу, – от собственного бессилия хотелось разреветься.
– Это «да» или «нет»? – усмехнулся Алекс. – Драгоценная, не тяни время. Либо соглашайся на мои условия, либо заканчиваем со светскими беседами и переходим к куда более приятному времяпрепровождению.
Ну вот почему из меня пока такой слабый маг? С каким бы удовольствием я бы сейчас шандарахнула по этому негодяю каким-нибудь мощнейшим заклинанием! Но, увы, я не могла сделать вообще ничего. Видимо, магия Алекса настолько превосходила мою, что заранее подавляла. Я сейчас даже не чувствовала ее, не говоря уж о том, чтобы хоть как-то применить!
– Так да или нет? – его дыхание обжигало мою кожу. Казалось, Алекса и «нет» очень даже устроит.
– Да, будь ты проклят, – процедила сквозь зубы я.
– Я и не сомневался, что ты не откажешь мне в этой маленькой просьбе, – довольно улыбнулся он.
В этот же миг над нами полыхнуло багровое сияние.
– Что это? – обомлела я.
– Ничего страшного, не пугайся. Всего лишь магическое скрепление нашего договора. А то мало ли, вдруг ты, моя своенравная упрямица, вздумаешь от своих слов отказаться.
К счастью, Александр ослабил хватку, и я тут же вырвалась из его объятий.
– Какой же ты все-таки лицемерный, – меня едва не трясло. – На словах всячески уверяешь, что ты изменился, а на деле, как был одержимым негодяем, так и остался!
– Не одержимым, сладкая, – поправил он, по-прежнему скользя по мне жадным взглядом. – Просто влюбленным. В любви и на войне все средства хороши. И раз уж ты пока упрямишься, я пойду на любые меры. Поверь, для тебя же лучше лишний раз не испытывать мое терпение. Ну а пока, раз мы все-таки пришли к соглашению, я бы хотел кое-что тебе заранее разъяснить. Ты дала согласие на роль моей невесты в Лейне и провести со мной неделю здесь, на корабле, во время этого путешествия. Но тут все будет не совсем так, как сейчас.
– Что ты имеешь в виду? – я все никак не могла унять нервную дрожь.
– Видишь ли, моя магия во многом особенная. Вплоть до того, что позволяет чувствовать другие состояния. Из-за этого, Кира, я не только в курсе, что ты провела день в другой реальности, но и сам знаю все там происходившее.
Честно говоря, я ушам своим не поверила.
– Разве этого возможно? – смотрела на Алекса в полнейшем изумлении.
– С моей магией все возможно. И пусть там мое сознание не могло вмешаться, но я пережил этот день как тот Алекс, ощущая все как наяву. И вдобавок сохранил все его воспоминания. Я знаю, как у нас там все с тобой сложилось. Там не было этого твоего факультета, уникальных дружков и надоедливого опустошителя. И, главное, подтвердилось, что ты вполне бы могла меня любить, – он едва не обжигал меня взглядом.
– К чему ты клонишь? – с каждым мгновением мне становилось все страшнее.
– Я просто докажу это и тебе. И не просто докажу, ты и вправду полюбишь меня. Да, я добьюсь этого всего лишь за неделю. И, кстати, вместе с закреплением нашего соглашения я поставил магический запрет, так что никому рассказать ты об этом не сможешь. Ну а пока я лучше пойду. Слишком велик соблазн все-таки нарушить условия, – напоследок снова смерив меня многозначительным взглядом, Алекс направился к двери.
Уже отперев ее, он обернулся и с улыбкой произнес:
– Доброй ночи и до завтра, моя драгоценная.
– Очень надеюсь, что до завтра ты не доживешь, – в сердцах ответила я.
Алекс даже засмеялся.
– Прости, но очень даже доживу. И не только до завтра.
Едва за ним закрылась дверь, ее окутала пелена магической защиты – ну понятно, чтобы я даже сбежать не могла. Проверила окно, но и оно не открывалось! В полном отчаянии я добрела до кровати, присела на край и схватилась за голову. Все-таки насколько было проще, когда Алексом управляла одержимость… Он действовал на эмоциях. А сейчас этот чертовски умный подлец все тонко просчитывает, не оставляя мне ни малейшего шанса избежать западни.
Да, я в западне. Ну допустим, переживу я как-то эту неделю до прибытия Вестсар, потом с месяц спокойной практики. Но после: возвращение в Лейн, а там и Анна Викторовна приедет. Тут дело ведь даже не в самой конспирации, а в том, как на это отреагирует Реф. Ему это явно не понравится. Мягко говоря. Но что-то мне подсказывало, Александр именно этого и ждет. Ему нужен повод, чтобы Рефа вполне законно уничтожить.
Но мне-то что теперь делать?..
Глава шестая
Утро встретило меня жуткой головной болью. Я просто лежала, не шевелясь, даже глаза открывать не решилась. Казалось, от любого движения только хуже станет. В моей каюте царила тишина, не нарушаемая ни единым шорохом. Зато в мыслях стоял оглушительный гул. Хотя я толком и думать не могла – пульсация в висках не позволяла сосредоточиться. В итоге перед внутренним взором мелькали странные бессвязные обрывки, и везде фигурировал Александр… Причем, упорно казалось, что то ли эпизоды сна, то ли игра моего воображения. Но все равно сосредоточиться на этом я была не в состоянии.
Звук открывающейся двери резанул слух и отдался еще большей болью в висках. Я чуть не взвыла.
– Кира, ты как? – послышался обеспокоенный голос Аниль.
И следом радостно полюбопытствовала Дарла:
– Уже хороним или только готовимся?
С громадным трудом я все-таки открыла глаза. Нет, это была не слуховая галлюцинация. Подруги и вправду появились в моей комнате. Неужто Алекс передумал и не стал устраивать мне затворничество на неделю?
Аниль спешно подошла и взяла меня за руку.
– Ой, – даже вздрогнула она, – тебе же так плохо… Потерпи, я сейчас помогу.
– А что такое? – Дарла села с другой стороны на край моей кровати. – Вроде же уже все в порядке должно быть.
Но целительница не ответила. Закрыв глаза, она неспешно водила руками над моей головой и что-то бормотала одними губами. И вправду тут же боль начала отступать, пока не исчезла совсем, оставив после себя слабость и желание провалиться в восстанавливающий сон.
– Спасибо, – прошептала я. – Я… Я так рада вас видеть.
– А уж как мы рады! – Дарла все же не расстроилась, что никаких похорон не ожидается.
– Мы так волновались за тебя эту неделю, – Аниль тоже присела на мою кровать. – Ничего ведь толком не знали. Местный целитель лишь пояснил, что ты заболела: несерьезно, но заразно, потому к тебе нельзя.
– Ай, да мутный какой-то тип, – поморщилась Дарла. – Я бы такому не то, что лечение, даже вскрытие бы не доверила.
– Я пыталась его расспросить, но конкретней объяснять он не стал, – продолжала Аниль, по-прежнему обеспокоенно на меня смотря. – Что с тобой было-то?
Я от растерянности на несколько мгновений даже дышать перестала.
– Погодите, – ошарашено выдохнула я, переводя взгляд с Дарлы на Аниль и обратно, – вы что этим хотите сказать? Прошла неделя?!
Теперь они уже недоуменно между собой переглянулись.
– Ну да, – кивнула целительница, – неделя. Сегодня мы уже в Вестсар прибываем.
– Кирочка, ты, наверное, головой болела, да? – ласково уточнила Дарла. – Или чем-то другим, но с осложнением на голову?
А я не смогла ничего ответить. Просто не могла! При первой же попытке рассказать про Александра в горле встал ком. Слова упорно не хотели произноситься! Да что же это такое?!
– Я… Я не помню эту неделю, – ну хоть это получилось озвучить!
– Как так? – не поняла Дарла.
Резко нахмурившаяся Аниль снова взяла меня за руку и закрыла глаза. Молчала не меньше минуты, мы нашу целительницу не отвлекали. Наконец, она чуть растерянно произнесла:
– Я не почувствовала и следа какой-то болезни. Ощущается что-то магическое, но так невнятно и едва уловимо…
– Может, нашу Киру слегка проклял кто-то? – тут же предположила Дарла. – Потому ей и плохо стало.
– Нет, здесь что-то другое, – Аниль покачала головой, – никак не могу понять… Но точно не вредоносное. Кира, ты сама-то что думаешь?
Я толком и думать не могла. В моих мыслях сейчас царила такая паника, что в пору было соскочить с кровати и метаться по комнате. Прошла неделя. Неделя с Алексом. Неделя, которая почему-то выпала из моей памяти. Хотя за забывчивость я догадывалась, кому надо «спасибо» сказать. Но зачем он так поступил? Демоны изнанки его побери, что происходило эту неделю?!
Но я лишь покачала головой. По-прежнему на эту тему не могла и слова сказать. И тут, сомнений нет, снова Александр постарался! Вот ведь гад! Но почему?! Неужели между нами что-то было… При одной мысли об этом в горле встал ком зашкаливающего ужаса.
– Ну не знаешь, так не знаешь. Главное, что сейчас все нормально, – Дарла явно считала, что переживать не о чем. – На завтрак-то пойдешь? Тебе Гран с Тавером, кстати, большой привет передают.
– Спасибо, но я пока тут побуду, – я кое-как вымучила улыбку. – Может, к обеду выйду. Мы в Вестсар во сколько прибываем?
– А вот как раз после обеда и будем на месте, – ответила Аниль. – Гран говорит, что уже сегодня к ночи к нему домой доберемся. Ну ладно, – она встала, – мы тогда пойдем, а ты отдыхай пока.
Девчонки вышли из моей каюты. И едва за ними закрылась дверь, я соскочила с кровати. Тут же чуть не взвыла от с еще большей силой захлестнувшего ужаса: на мне была надета не моя сорочка! У меня такой вообще не имелось! Эта, из полупрозрачного серебристого кружева, явно стоила столько, что я бы уж точно финансово не потянула. Я кинулась к своей дорожной сумке. Вроде бы все мои вещи оказались на месте. Похоже, я вообще отсюда ничего не брала. Да и, вероятнее всего, не в этой комнате провела неделю, иначе же друзья были бы поблизости, хоть как бы заметили Алекса. Проклятье, но где же я была?!
Отступив на пару шагов назад, я схватилась руками за голову. Ноги сами собой подкосились, и я опустилась на колени. Тело била крупная дрожь. Неделя… Да что же происходило со мной эту проклятую неделю?! Как ни удивительно, паника придала мне сил. Я спешно поднялась на ноги, переоделась в свое платье и заплела волосы. Решительно направилась к двери. Сейчас найду Алекса и всю душу из него вытрясу! Пусть только попробует мне не рассказать!
Но выйдя в коридор, я так и замерла на месте. Понятия ведь не имела, где графа искать. И куда Алекс подевался? Он ведь может быть где угодно на корабле!
Я вернулась в свою каюту, пребывая в полнейшей растерянности. Закрыла за собой дверь и не меньше минуты так и стояла истуканом. Дико хотелось разреветься от паники и страха. В голове билась лишь одна мысль: «Пожалуйста! Лишь бы только между нами ничего не было!». Вся надежда оставалась на честность Алекса. Но о какой вообще честности могла идти речь после всех его поступков?..
Я была уверена, что Александр так и не появится. Ну а что, логично, сотворил неведомую гадость, а сам в кусты, чтобы я от неопределенности мучилась еще больше.
Время уже потихоньку приближалось к полудню. Несколько раз заглядывали друзья, но я ссылалась на плохое самочувствие и пока никуда не выходила. Моя паника не только не унялась, но и возросла еще больше. Хорошие ведь мысли в голову не лезли, а только плохие. И когда вдруг дверь в мою каюту без стука отворилась, и вошел граф Арландский собственной персоной, я чуть было не запустила в него своей дорожной сумкой, которую как раз собирала.
– Ты… Ты… – я сжала руки в кулаках, голос дрожал от бушующей злости.
Алекс спокойно закрыл дверь и смерил меня внимательным взглядом. Усмехнулся и с укором покачал головой:
– Значит, ты все-таки это сделала…
– Сделала что?
– Стерла себе память о последних днях, – совершенно по-хозяйски подошел к кровати и присел на край. – Я все же надеялся, что ты не струсишь.
– Что ты мне зубы заговариваешь? – я едва сдерживалась, чтобы не кричать. – Я не могла сама себе стереть память! Это ты как-то это сделал! А еще сделал так, чтобы я никому рассказать не могла! – и все-таки в ярости зашвырнула в него сумкой.
Но Алекс поймал ее на лету и отставил в сторону.
– Ч-ч-ч, моя драгоценная, не буянь, – смотрел на меня с невозмутимой улыбкой. – Да, кое в чем ты права. Но лишь в том, что именно я поставил магический запрет на откровенные признания об этой неделе. Вот только сделал я это исключительно для тебя самой, а не в каких-то своих корыстных целях. Сама посуди, – терпеливо объяснял он, – мучимая совестью, ты бы непременно рассказала своему ненаглядному, что я, весь такой мерзавец, принудил тебя провести со мной несколько дней. И если этот опустошитель не совсем тюфяк и размазня, то непременно бы задумал со мной разобраться. И тогда я бы имел полное право его убить. А мне этого делать совсем не хочется. Ты же сразу начнешь страдать, меня во всем обвинять, что уж точно не улучшит наши непростые отношения. Вот потому, моя совестливая, я и запретил тебе кому-либо о произошедшем рассказывать. Ну а память, уж извини, ты сама себе стерла. Я лично был против этой затеи.
– Лжешь, – я не верила ни единому его слову, – я не могла так сделать! Хотя бы потому, что это прием ментальной магии! А я ментальной магией не владею!
– Я тебя научил этому приему, – очень серьезно возразил Алекс. – Ты сама меня об этом попросила. Я не стал тебе отказывать, все-таки это твой выбор.
– Мой выбор? – я нервно расхохоталась. – Да с каких пор тебя волнует мой выбор? – не в силах стоять на месте, я металась по комнате как загнанный зверь.
Александр ответил не сразу. Не меньше минуты он молча за мной наблюдал. Вот только во взгляде не было торжества или злорадства, лишь откровенная досада.
– Кира, послушай, – наконец, очень серьезно произнес он, – я не сделал за эти дни ничего такого, за что ты сейчас пытаешься меня возненавидеть. Единственная ошибка, которую я совершил, это что научил тебя приему стирания собственной памяти. Хорошо, хоть перестраховался на тот случай, если ты и вправду так поступишь. Все воспоминания о проведенном вместе времени к тебе вернутся. Не сразу, постепенно. Что же до твоего выбора… Ты не права, он очень меня волнует. А именно: чтобы этот выбор был правильным.
Что-то мне стало совсем тошно. Чувствовала, Алекс не врет. Хотя бы в том, что это я сама себе так с памятью удружила. Но, демоны изнанки его побери, что такого происходило эту неделю, раз я решила память себе стереть?!
Видимо, и без озвучивания Александр и так все понял по одному моему лютому взгляду. Встал и подошел ко мне, но, к счастью, даже не попытался прикоснуться.
– Кира, я клянусь, я не сделал тебе ничего плохого. Да, признаю, изначально кое в чем я схитрил, но эта моя хитрость не принесла ни малейшего вреда. И уж поверь, я все-таки не воспользовался весьма благоприятной ситуацией, хотя очень даже мог. Пусть тебе сейчас сложно это понять и все мои слова ты воспринимаешь в штыки. Но гарантирую, когда воспоминания к тебе вернутся, ты поймешь мою правоту.
Я ничего не ответила. Внутренним наитием понимала, что говорит он искренне, но это не слишком-то уменьшало злость, лишь еще больше растерянности добавляло.
Вздохнув, Алекс продолжил:
– Совсем скоро прибудем в Вестсар. Я проведу там около месяца, пока все свои дела не улажу. Запомни, что бы ни случилось, ты всегда можешь ко мне обратиться с любой просьбой.
– У меня уже есть одна, – тихо ответила я, голос по-прежнему дрожал. – Оставь меня в покое. Навсегда. Насовсем. Я не желаю тебя ни видеть, ни слышать, вообще ничего о тебе знать. Исчезни из моей жизни.
Поделиться книгой: