Полководцы, прославившие Россию

– Не будет с него толку, не сгодится такой заморыш для воинской службы.

Так же полагал и батюшка маленького Саши, генерал Василий Иванович Суворов, автор первого русского военного словаря. Решил он сына готовить к службе гражданской, не военной. Но Саша Суворов более всего любил тогда играть в солдатиков. За этой игрой и застал его однажды друг семьи генерал Абрам Ганнибал, прадед поэта Александра Пушкина. Увидав, как ловко будущий полководец расставляет игрушечные полки, он позвал Василия Ивановича и сказал:

– Коль сын твой эдак умеючи оловянными солдатиками командует, не будет ли больше толку с него на поле брани, нежели в канцелярии?

Призадумался Василий Иванович и стал сына понемногу приучать к закаливанию. И вот тут и продемонстрировал маленький Саша Суворов твёрдость характера, ставшую основой всех его грядущих побед. С недетским упорством он занимался физкультурой, обливался ледяной водой, скакал на коне, фехтовал: делал всё, чтобы укрепить себя, тренировался. А кроме того, прилежно изучал математику, географию, фортификацию, не забывал и про военную историю, ведь Александром его назвали в честь полководца Александра Невского.

Усиленные занятия пошли впрок, Суворов окреп, возмужал, и в пятнадцать лет он уже поступил на военную службу. И благодаря полученным знаниям, природному таланту и лидерским качествам весьма быстро стал офицером и во многих баталиях успешно командовал своими солдатами. За годы службы Суворов всегда демонстрировал волю к победе, не жалел себя, но заботился о нуждах простых солдат. К началу войны с турками он уже в чине полковника и за его плечами не одно успешно проведённое сражение. Именно ему поручает императрица Екатерина II штурм турецкой крепости Измаил.

Крепость Измаил была построена на берегу Дуная и имела важное стратегическое значение. У неё были высокие каменные стены, на которых размещались пушки, земляной вал и ров, наполненный водой. Турецкий паша, уверенный в неприступности Измаила, заявлял: «Скорее небо свалится в реку, чем русские возьмут крепость». Но не тут-то было.

Хитроумный Александр Суворов переоделся из своего офицерского мундира, нарядился простым бродягой на худой лошадёнке и так, никем не узнанный, не привлекая к себе внимания турецких дозорных, объехал вокруг крепости, разведал, где слабые места, где сподручней всего на штурм идти. Затем он приказал изготовить вал и ров, какие видел во время своей разведки, и стал тренировать солдат, которые по лестницам карабкались на самый верх, учились преодолевать ров. Суворов очень хорошо знал, какое значение имеют регулярные тренировки при достижении поставленной цели!

Настал день штурма. Взлетела ракета, подавая сигнал к атаке. Ударили русские пушки по стенам крепости. Сразу с четырёх сторон пошли войсковые колонны к высоченным крепостным стенам.

– Вперёд, ребята! – кричал Суворов своим солдатам. – Пуля – дура, штык – молодец!

Бесстрашно, в едином порыве устремились бойцы на штурм, преодолели ров, начали подниматься на стены. Турки стреляли из пушек, ружей – пороховым дымом заволокло небо. Это был жаркий бой. Среди прочих в нём отличился молодой офицер Михаил Кутузов – речь о нём ещё пойдёт дальше.

Натренированные Суворовым солдаты овладели стенами Измаила, но внутри крепости бой продолжался ещё целый день, турки бились упорно, не желали сдаваться.

После славной победы над Измаилом Александр Суворов был награждён орденом и снова продолжал сражаться во славу Отечества. Навечно в историю вошёл его Альпийский поход, когда русская армия под его командованием была направлена на помощь союзникам в войне с Наполеоном. Это был тяжелейший поход через горы, в снегу, в чужой стране. Не хватало провианта, мало было пороха и пуль. Чудеса доблести и отваги проявили в тот раз «чудо-богатыри», как называл своих солдат Суворов. Он снова не проиграл ни одной битвы, снова разбил всех врагов, несмотря на тяготы горного перехода. И нёс эти тяготы престарелый полководец, разделяя наравне с обычными солдатами: несмотря на давнее ранение в ногу, шёл пешком, спал в снегу и лишнего сухаря не съел – всё вместе с солдатами!

«Истинная слава… есть следствие пожертвования самим собою в пользу общего блага».

Вечно будет жить память о талантливом полководце Александре Суворове, его именем назван орден, который вручают за службу Отечеству, памятники ему стоят в российских городах, в годовщину взятия турецкой крепости Измаил празднуется День воинской славы России.

Григорий Александрович Потёмкин

Светлейший князь, основатель Черноморского флота, Херсона и Севастополя

1739–1791 гг.

Гриша Потёмкин родом был из дворянской семьи. Батюшка его скончался рано, и мальчик жил с мамой в Москве. Гриша усердно учился, кушал пареную репу и мечтал стать большим начальником. Он от природы был чрезвычайно одарённым. В гимназии он получил золотую медаль и поступил в университет.

Ещё в гимназии Потёмкин подружился с будущим знаменитым литератором и родоначальником русской бытовой комедии Денисом Ивановичем Фонвизиным. Позже про его знаменитую пьесу «Недоросль» Потёмкин скажет:

– Денис, хоть умри, а лучше не напишешь!

За успехи в обучении семнадцатилетнего Потёмкина с другими отличниками на специальном приёме представили императрице Елизавете Петровне. От таких почестей он немножко зазнался, стал хуже учиться и был отчислен. Пришлось пойти по отцовским стопам в армию служить!

А тут на трон взошла императрица Екатерина II. Она обратила внимание на молодого офицера: Григорий мало того что был умён и обаятелен, так ещё и много физкультурой занимался. Очень он понравился Екатерине, и стали они много общаться. Потёмкин часто забавлял императрицу редким даром: он умел в точности копировать голос собеседника и смешно отвечал на вопросы Екатерины её же голосом.

Но у Екатерины уже были друзья, которые помогали ей взойти на престол: княгиня Екатерина Дашкова и братья Григорий и Алексей Орловы. Не нравился им новый друг царицы, не рады они были ему при дворе Екатерины. Императрица забеспокоилась о Потёмкине и сказала ему:

– Очень тебя, Гриша, мои придворные невзлюбили. Сплетни всякие про тебя распускают. Я бы за тебя заступилась, но они могут навредить тебе втайне от меня. Лучше поезжай на турецкую войну, Бог даст, свидимся.

Потёмкин послушался и поехал добровольцем воевать.

«Сплетня – это всего лишь сплетня. Но сплетня, повторяемая многократно, становится отвратительной клеветой».

Он сразу весьма успешно проявил себя на военном поприще. Началась очередная война с турками, и он взял командование нашими войсками на юге России: храбро сражался, проводил ловкие кавалерийские атаки, скоро стал генералом, а потом и фельдмаршалом. Он оказался умелым организатором. Недовольный условиями в армии, он затеял военную реформу: не нравилась ему тогдашняя солдатская форма – неудобные парики с косичками. Эту форму он отменил, и по его приказу солдатам стали выдавать более комфортные и лёгкие сапоги и штаны, в которых удобнее сражаться, а не на смотрах вышагивать. Немало внимания он уделил и взаимоотношениям внутри армии: запретил офицерам бить своих солдат и бранить их не по делу.

«Платье должно служить солдату одеждою, а не в тягость. Всякое щегольство должно уничтожить, ибо оно есть плод роскоши».

На службе Потёмкин подружился с Александром Суворовым. Они вместе воевали, а в перерывах между битвами любили подшучивать друг над другом.

Однажды пришёл Потёмкин к Суворову на обед. Григорий Александрович давай дорогую еду заказывать, напитки заморские, потофё из телятины, а Александр Васильевич попросил себе гречневой каши, квасу и чёрного хлеба. Когда же им принесли счёт на много тысяч рублей, Суворов сказал:

– А я этого ничего не ел, пусть он платит.

Потёмкин рассмеялся, заплатил и сказал:

– Дорого мне обходится дружба с Суворовым.

Когда Потёмкин с Суворовым выгнали турок с юга России, Григорий Александрович основал там крупные города – Севастополь, Херсон, Екатеринослав; и пригласил туда императрицу. Екатерина приехала, всё ей понравилось, особенно Чёрное море.

– Хочу по морю на кораблике покататься, – говорит она тогда Потёмкину.

А у того кораблей-то и нету. Приказал тогда Потёмкин ещё и флот на Чёрном море строить. На этих кораблях адмирал Ушаков потом провёл много успешных морских сражений. А Екатерина II была так довольна деятельностью своего верного друга, что наградила его почётным титулом – приставкой к фамилии, и стал Григорий Александрович Потёмкиным-Таврическим.

«Наибольше отличать прилежных и доброго поведения солдат, отчего родится похвальное честолюбие, а с ним и храбрость».

Екатерина II, убедившись в талантах Потёмкина, доверила ему полное управление югом Российской империи, где он всего за несколько лет произвёл гигантские преобразования. Человек кипучей энергии, Потёмкин интересовался всеми сферами жизни, был знатоком искусства, религии, философии. С подчинёнными он был строг, но никогда не позволял себе грубостей в их адрес.

Он многого достиг, был успешен, богат, до конца жизни был близким другом и советником императрицы. Его таланты послужили России, и память о нём жива по сей день.

«Мне предстояло тысячу забот, и я всё исправил, борясь с климатом, с водой и разными недостатками природными. ‹…› Везде один за всех, не щадя себя».

Фёдор Фёдорович Ушаков

Адмирал – новатор морского боя, непобедимый «Ушак-паша», громивший турецкие эскадры и морские крепости

1745–1817 гг.

Изрядно поговорили мы о российских полководцах, настал черёд рассказать о нашем выдающемся флотоводце, адмирале Ушакове. Он прошёл курс обучения в Морском кадетском корпусе. Про гардемаринов, которые там учились, снят очень интересный фильм «Гардемарины, вперёд!», но, в отличие от героев этой ленты, Фёдор Ушаков в период обучения не за барышнями ухаживал да шпагой налево-направо попусту размахивал, а прилежно занимался и был по успеваемости среди первых выпускников. Знание воинских наук, а также географии, астрономии, математики стали надёжным фундаментом его будущих свершений.

«Всякий да спешит исполнить ему должное».

С первых же дней своей флотской службы Ушаков отличался инициативностью, смекалкой и отвагой. Он быстро стал командиром, а к началу Русско-турецкой войны он уже командовал целой эскадрой.

Турецкий флот тогда был очень силён, все его боялись. И Чёрное, и Средиземное моря контролировались турками, их парусные боевые корабли несли на себе гигантские пушки, стреляющие тяжёлыми мраморными ядрами. Для морского боя турки выстраивались в линию и маневрировали, отрезая противника от попутного ветра, а потом расстреливали из своих пушек.

Когда Фёдор Ушаков со своей эскадрой вышел на бой с турками, он велел капитанам не строго придерживаться линейной тактики, а исходить из соображений целесообразности. Он не стал, как тогда было принято, располагать свой флагманский корабль в середине строя, а смело под всеми парусами ринулся вперёд и первым ворвался в линию турецких кораблей.

Воодушевлённые его примером капитаны других кораблей также сократили дистанцию с противником, и турки со своими дальнобойными палубными орудиями утратили преимущество, бой завязался на равных.

Гремели пушечные залпы, ядра в клочья рвали паруса, ломали мачты и реи. Наши короткоствольные, но более скорострельные пушки коронады наносили турецким кораблям немалый урон. Но адмиралу Ушакову и этого показалось мало, он всё шёл вперёд, стремясь принудить противника к абордажному бою.

– Готовиться абордажным командам, – приказал Ушаков, и сигнальщики передали его приказ всем нашим кораблям.

Но турки не выдержали натиска и уклонились от продолжения битвы, они бежали.

Так русский флотоводец, проявив творческий подход к правилам ведения морского боя, впервые применил тактику, которая впоследствии стала залогом многих его побед. Это он придумал атаковать прежде всего флагманские корабли турецких эскадр и действовать в наступлении, а не обороне.

«Смерть предпочитаю я бесчестному служению».

Успешно действовал адмирал Ушаков не только в морском бою, но и при штурме береговых укреплений. В войне с Францией предстояло адмиралу захватить сильно укреплённый остров Корфу в Средиземном море. Этот совсем небольшой островок представлял собой настоящую крепость, усиленную бастионами со множеством пушек и многочисленным гарнизоном.

Чтобы свести к минимуму потери десанта, которому предстояло высадиться на остров под огнём противника, Ушаков приказал подвергнуть Корфу длительной бомбардировке с кораблей эскадры. Корабли, расположенные в гавани, начали пушечный обстрел бастионов. Когда огонь береговых батарей был подавлен, гренадеры из десанта переправились на шлюпках на остров и начали штурм укреплений. Завязался рукопашный бой. Французы бежали. На следующий день они прислали парламентёров, и Ушаков принял капитуляцию. Получив известие о взятии Корфу, наш полководец Александр Суворов воскликнул: «Ура русскому флоту!»

«Всем моим состоянием предан службе и ни о чём более не думаю, как об одной пользе государственной».

Ушаков проявил себя не только на военном поприще, он был ещё и способным административным работником: успешно руководил строительством порта в Севастополе и всего города.

Этот прославленный адмирал вошёл в историю как талантливый новатор и непобедимый флотоводец, его именем названа медаль, которой награждают за мужество и отвагу, проявленные на службе Российской Федерации.

Фёдор Фёдорович принёс славу Черноморскому флоту, не проиграв ни одного из своих 43 сражений. Ни разу не потеряв ни одного корабля, не имея ни одного моряка, попавшего в плен, – этим он вызвал восхищение и зависть у прославленного британского вице-адмирала Горацио Нельсона!

Но, как ни странно, будущий непобедимый адмирал получил свой первый орден отнюдь не за военные заслуги, а за победу над чумой. Вспышка этой болезни застала флотоводца в 1783 году в Херсоне, куда Ушаков прибыл для строительства кораблей Черноморскому флоту. Именно Ушаков ввёл карантин и вскоре придумал собственную схему борьбы с эпидемией, которую впоследствии станут использовать на территории всей страны. За это в 1785 году Фёдор Ушаков стал кавалером ордена Святого Владимира IV степени.

Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов

Государственный деятель и дипломат, генерал-фельдмаршал, спаситель Отечества

1747–1813 гг.

Стараниями своей любящей бабушки раннее детство маленький Миша Кутузов провёл в неге и уюте. Каждый день его потчевали блинчиками с медком да оладушками со сметанкой, а Миша на аппетит не жаловался. Оттого и остался он на всю жизнь человеком весьма крепким и упитанным.

– Откушай, Мишенька, душа моя, жареной курочки, – уговаривала Мишу бабушка.

– Не желаю курочки, велите подать бланманже, – капризничал маленький Миша.

– Пусть будет бланманже, – соглашалась бабушка, и несли барчуку и бланманже, и сладкую гурьевскую кашу, и ароматный сбитень.

Как знать, возможно, так бы и остался будущий великий полководец изнеженным недорослем, да на своё счастье пристрастился к чтению. А ведь чтение в те времена, особенно в дворянской среде, считалось занятием чуть ли не предосудительным. Но уж очень нравились Мише авантюрные французские романы. Так нравились, что он даже специально французский язык выучил. А за ним и немецкий, и латынь и начал уже не про вымышленные приключения почитывать, а взялся за серьёзное изучение исторических трудов, жизнеописания знаменитых военачальников, деяния которых оставили неизгладимый след в истории.

Походы Александра Македонского, сражения Ганнибала, недавние баталии Петра Великого будоражили фантазию мальчика. Да и примером служил Михаилу отец, человек военный, а главное – дядя, который руководил Морским кадетским корпусом. Для успешного обучения в Артиллерийско-инженерной дворянской школе, где преподавал артиллерийские науки его отец, юный Михаил Кутузов начинает усиленно заниматься арифметикой, геометрией и физикой.

– Знание точных наук поможет твоей карьере осуществиться наилучшим образом и в кратчайшие сроки, – говаривал Михаилу его отец, сенатор Илларион Матвеевич Голенищев-Кутузов.

– Карьера – дело знатное, но ратное дело для славы Отечества важнее, – отвечал юный Михаил Кутузов и оказался прав: именно на военном, а не учёном поприще сыскал он своё призвание. Впрочем, и в овладении точными науками талантливый юноша весьма преуспел: окончил досрочно курс обучения в кадетском корпусе и даже привлекался для преподавания в этом престижном в те годы учебном заведении.