Темный Охотник (СИ)

Больше там делать категорически нечего. Ни промышленности, ни добычи, ни ферм, нихрена. А оно и понятно. Никому не охота вкладываться и развивать свой бизнес с учётом того, что завтра разломные твари могут выбраться чуть дальше, чем следует, и сотрут плоды твоей работы с лица земли.

Вот как-то так.

Остаётся лишь сказать «спасибо» за то, что купе двухместные, без верхних коек. Но и то! Ха! Я почти уверен, что так сделано лишь для того, чтобы одарённые пассажиры не поубивали друг друга за право спать внизу… ну или вверху, тут уж кому как нравится.

Вагон, надо сказать, оказался уютным. Изнутри всё обито деревом, на полу парадный тёмно-красный ковролин, на окошках плотные шторки и парочка очень даже приличных санузлов, даже душевые кабинки есть.

По дороге к своему купе я гадал, кем же окажется мой попутчик? Каким будет его «особенность»? Слишком нудный? Слишком разговорчивый? Храпит? Сопит? Кашляет? Или же он будет слишком вонючим?

И каково же было моё удивление, когда я вошёл в купе и увидел того самого бледного парнишку с лайнера.

Какой-никакой, а у нас ним уже есть бэкграунд. Да и потом, с земляком мне будет куда веселее, чем с каким-нибудь чопорным сынком какого-нибудь чопорного английского пэра.

— Ой, — он тоже меня узнал. — Привет. А ты тоже в Арапахо?

— Да, — кивнул я и протянул руку. — Артём Чернов.

— Егор Веневитин, — ответил он на рукопожатие. — В первый раз?

— Конечно, — пожал я плечами.

Я что, настолько старше своего возраста выгляжу, что Егор решил, что у меня это может быть уже не первая командировка?

— Тогда держись меня, как приедем!

Тут Веневитин состроил очень важную моську, которая ему совершенно не шла. Ути господи, матёрый вояка. Всего на пару-тройку лет старше меня, да и к тому же… м-м-м… на лице написано, что товарищ явный невротик. Это не хорошо и не плохо. И это вовсе не означает, что он трусливый или какой-то плохой, но на лидеров такие люди не тянут.

Замороченные слишком.

Это во-первых! А во-вторых, мне не нужно никого держаться, а даже наоборот. Мне нужно всеми силами постараться чистить разломы соло, так чтобы в гарнизоне не поползли слухи о странном русском, который ходит в тенях.

Я сел напротив Егора и впервые за день стянул с себя ботинки.

До отправления оставалось несколько минут.

— Ну что? — спросил я у своего нового «покровителя». — Быть можем, выпьем за отъезд?

Егор чуть помялся для проформы, но потом согласился.

По старой доброй традиции, начали мы чинно, благородно, с егерьмейстера. Шикарная штука, кстати! Даже странно, что братья из Ордена не додумались до чего-то подобного. Ликёр на основе сорока разломных трав, собранных в сорока разных разломах, был фирменным напитком местных охотников на монстров.

Впрочем, братья додумались много до чего похлеще. Помнится, некоторые напитки не только могли прожечь желудок, а то и тару, в которую их наливали, но ко всему прочему ещё звуки разные издавали.

Здесь же каждый уважающий себя егерь обязательно носил с собой фляжку этого чудо-пойла. Ведь мало того, что это по вкусу вкусно, по сути вкусно, так ещё и сил прибавляет. По крайней мере, так в рекламе пишут. И речь не о мужской силе, хотя и это тоже. Речь о Силе.

Но сейчас о Веневитине.

Так вот. Я не ошибся, когда навскидку составил его психотип. Но откуда я мог знать, что у него есть пьяное альтер-эго⁉ Да притом такое неудержимое и безбашенное⁉

Глава 3

Похмелье

Хорошо быть восемнадцатилетним. Организм многое прощает. Если бы я выжрал столько же алкоголя лет в сорок, да ещё и без печати регенерации, то я, наверное, улетел бы на следующий круг перерождения. Ну а так — лёгкий сушняк, временная потеря памяти, да ещё почему-то всё тело затекло. Затекло и вспотело…

Так…

Кажется, на мне кто-то лежит. И сопит ещё.

Открыв глаза, первым делом я увидел копну чёрных волос и плечико. Волосы чёрные и жёсткие, будто лошадиный хвост, а плечико смуглое, с медным отливом. Ага. Реверсивная психология в действии. Запрет на секс с майянками настолько возмутил меня, что я решил нарушить его первым же делом по прибытию на континент.

Ну и что же меня теперь ожидает? О чём меня предупреждали индейские стендаперы и деда Миша?

— М-м-м, — раздалось сбоку.

Ещё одна! Ох, ё! Да у нас тут это самое… как это будет аристократическим языком-то? Промискуитет, во! Хм-м-м… А у этой, второй, — кожа ещё более в красный. А это маянки вообще? Или инки? Или ацтечки? Вот надо было вместо того, чтобы бухать, учить матчасть.

Так.

Откуда они вообще взялись? И почему я не в своём купе? Не могу сказать, что такое пробуждение меня не радует, но хочется подробностей!

Соберись, Артём!

Вспоминай!

Итак, мы с Веневитиным начали с егерьмейстера у нас. Выпили бутылочку разломной ханочки и потихоньку разговорились. Тогда-то я и заметил в Егорке первые изменения: его личность полностью подменил собой кто-то очень весёлый и шебутной. Никакой магии и менталистики, просто с паренька слетели все его психологические зажимы.

Я немного рассказал Егору о своей семье, Егор немного рассказал о своей.

Когда на стол встала вторая бутылка разломной, мы решили не открывать её сразу, а для начала найти себе компанию. Мол, так и так, приходить в гости к незнакомым людям с початым флаконом неприлично.

Сказано — сделано.

Далеко ходить не стали и постучались в соседнее купе. Там мы познакомились с двумя молодыми егерями-немцами, Юргеном и Стефаном. Те к этому времени уже тоже начали отмечать отъезд, а потому мы с ними были на одной волне. Никому никого догонять не пришлось, шли ровно, ноздря в ноздрю.

Хоть и общались мы с ребятами на английском, Юрген быстренько стал для нас Юрцом, а Стефан — Стёпкой.

Вторая бутылочка пошла, как дети в школу. Какое-то время мы знакомились и узнавали кто, откуда и куда, ну а затем все мысли благородных донов обратились в сторону прекрасного пола.

— А спорим, я найду нам попутчиц⁉ — подал голос Веневитин.

Да, синее альтер-эго Егора оказалось тем ещё спорщиком. Я ещё себе галочку поставил, что надо бы это как-то использовать.

— Спорим, — согласились мы.

В тот же момент было решено идти в вагон-ресторан в поисках приключений, славы и роскошных женщин. Да и алкоголь у нас, по правде говоря, уже закончился.

В вагоне-ресторане мы с порога напали на вискарь и пригласили за стол двух молоденьких индианочек… Ага! Вот они откуда! Одной загадкой меньше.

— М-м-м, — заворочалась девушка, которая лежала сверху.

Я было дело попытался растолкать их, но девчонки спали как убитые. Кажется, я оказался в западне. И выбраться из этого сладкого девчачье-сисечного плена без применения магии было никак невозможно. Что ж. Чисто технически, я мог бы скинуть девушек, но такой поступок показался мне не очень-то джентльменским, а потому я попросту скользнул в тени и вышел из них уже на середине купе.

Голый.

— Эй, — я ещё разок потормошил одну из девушек. — Где моя одежда?

— М-м-м?

Та подняла на меня осоловелый взгляд и зевнула. Как её зовут? Ах, чёрт, вертится на языке. Помню, что её полное имя хрен выговоришь и что в нём точно больше четырёх слогов, но я сократил его до Миси.

О!

Вспомнил!

Мискванаквадоквэ. Я его ещё заучивал по пьяни и как скороговорку проговаривал. А вот у подруги, наоборот, было что-то очень короткое. Иси? Да-да-да, точно! Иси и Миси!

— Миси, — повторил я. — Где моя одежда?

— Там, — девушка махнула рукой в сторону окна.

— Где? — не понял я. — Погоди, вы что, выкинули мою одежду?

— Угу, — кивнула индейка.

— Зачем⁉

— Она была в крови, — опять зевок. — Пачкалась сильно.

— Погоди-ка. А почему она была в крови?

Вместо ответа Миси уронила голову на подушку. Толку от неё в ближайшее время точно не будет…

Так. Вспоминаем дальше. Почему я был в крови? Подрался? Убил кого-то? Надо бы срочно разыскать Веневитина и немцев, может они помнят больше.

На свободной кровати нашлась мятая и чем-то слегка заляпаная простынь. Что ж, сойдёт! Завернувшись в неё, как в тогу, я вышел в коридор.

— Доброе утро, господин Чернов, — тут же поздоровался со мной проводник, как будто караулил под дверью.

— Доброе, — буркнул я в ответ.

А сам постарался сделать невозмутимое лицо и проскользнуть мимо проводника, но не тут-то было.

— Как вам спалось, господин Чернов? — продолжил тот светскую беседу.

— Прекрасно, спасибо, — ответил я, сдерживая позыв уйти в тени.

— От лица всей поездной бригады хотел бы ещё раз выразить вам благодарность, — сказал мужик, развернулся и пошёл по своим делам, на ходу насвистывая и поигрывая связкой ключей.

Так…

Да что вообще происходит⁉ То есть персонал поезда благодарен мне настолько, что их даже мой внешний вид не смущает? Да с чего бы вдруг⁉ Что я такого сделал-то⁉ Грёбаное разломное пойло из грёбаных сорока трав! Обычный алкоголь вряд ли вызвал бы у меня такие провалы в памяти! Мне срочно нужны мои печати!

Уверенной походкой я вышел в тамбур, сверился с нумерацией вагонов и двинулся к своему. Мне срочно нужны ответы, и я их найду. Сейчас же.

Не в лучшем расположении духа, я добрался до своего купе и безо всякого стука распахнул дверь.

— Так, Егорка, а теперь расскажи-ка мне… о…

Шёл за ответами, а получил ещё больше вопросов.

— Какого хрена⁉ — не сдержался я от комментария увиденного.

Прямо посередь купе стояла пятидесятилитровая пивная кега с накрученной на неё помпой. Это ладно. На левой кровати, обхватив колени руками и нервозно раскачиваясь взад-вперёд сидел Веневитин. В этом тоже нет ничего удивительного. Парнишка протрезвел, его истинная натура вернулась и теперь истово охреневала от событий прошедшей ночи.

Но едем дальше. Теперь про странности:

Во-первых, рядом с Егором на кровати лежал мой меч. Весь клинок, от крестовины до острия, и даже частично рукоять — в засохшей крови.

Во-вторых, напротив Веневитина плакал немец Стёпка.

— О, Юрген! — причитал он. — Бедный Юрген!

Я что, завалил Юрца? Не-не-не, не мог. Зачем мне это? Да и потом, с чего бы поездной бригаде быть мне благодарными за убийство пассажира? Что же он должен был такого сделать? Устроить дебош? Закинуть в унитаз дрожжи? Ворваться в кабину к машинистам, чтобы подудеть в дуделку, а получив отказ, изнасиловать их? Да не… Чушь… Тут что-то другое…

Тут я заметил, что Веневитин до сих пор не обратил на меня никакого внимания. Он всё так же сидел, раскачивался и, не мигая, смотрел куда-то вниз, за бочку.

— Егор? — я позвал парнишку. — Егор, с тобой всё нормально?

— Нет, — ответил Веневитин. — Мама предупреждала меня насчёт выпивки и говорила про плохую наследственность, а я не слушал. И вот, кажется, допился. До белочек.

Стоило ему договорить эту фразу, как на пивной бочонок, гремя доспехом, запрыгнула белка. Рыжая такая, наглая. Вслед за ней вылезла вторая, в кожаном жакете, с луком и колчаном стрел через плечо. Оба грызуна вопросительно уставились на меня.

Так, блять!!!

Какие ещё белки??? Какие нахрен доспехи???

Охренеть!!!

И охренеть дважды от того, что у меня с этими белками связь! Я что, призвал их из Океана Душ⁉ А если так, то откуда они там взялись⁉

— Так, — сказал я. — Егор, всё нормально. Не до чего ты не допился, белки настоящие.

— Ты что, тоже их видишь⁉

— Вижу.

Та, что в жакете, — похоже, что девочка, — мысленно уточнила у меня, будут ли новые приказания. Тот, что в доспехах, — явно мужик, — просто хотел жрать. Я ответил, что новых приказаний нет, и пока можно расслабиться. Белки тут же шмыгнули вниз и пропали.

Сейчас мы общались с ними на уровне ментальных запросов и формулировали их максимально просто. Они не понимали мой язык, а я не понимал их язык, но, судя по всему, очень скоро… о-хо-хо… вот ведь угораздило, а? Нет бы привязать себе в помощники что-то крутое и опасное, так нет же. Выбрал двух пушистых крыс. К тому же одна из них, если судить по первому впечатлению, не блещет умом даже по меркам белок.