Радужный кот

— Пап, А кошки умные?

— Да, доченька. Умные и хитрые.

— Как лиса?

— Еще хитрее.

— Так, хитрей лисы нету никого.

— Есть.

— Кто?

— А сама как думаешь?

— Кошки?

— Люди. Человек кого хочешь перехитрить сможет, — отец взял одеяло, и накрыл девочку.

— Меня сегодня в школу кот не пускал.

— Какой кот?

— Радужный. Возле серого дома.

— Вот, разбойник! И как же он это делал?

— Выскочил на дорогу, и пройти не давал.

— Специально для такого случая, есть волшебное заклинание, — он перешел на шепот. — Нужно махнуть рукой на кота, и громко сказать «Брысь!»

— Оно на него не действует.

— Не может быть. Оно на всех кошек действует.

— Только не на этого, — Саша вздохнула. — А еще, он следил за мной.

— Зачем?

— Не знаю.

— Ой, дочь, загадочные вещи рассказываешь.

— Ага. Сказка сегодня будет?

— Закрывай глаза, поворачивайся на бочок, и слушай, — он потушил свет, и сел рядом на угол кроватки. — Однажды, в одном сказочном королевстве жила маленькая фея. Звали ее Саша.

— Совсем как меня, — улыбнулась девочка под одеялом.

— Не перебивай!

— Ой, прости! Больше не буду.

— Все знают, что феи отличаются от простых девочек только крыльями. Поэтому, как и все девочки, она ходила в школу.

— Не ходила, а летала, — поправил рассказчика под одеяльный голос.

— Да, точно, летала. В школе у нее было много подруг. Таких же фей, как и она. Но самое интересное, что там происходило, — это обучение магии и волшебству. Им выдавали волшебные палочки, почти такие же, как у взрослых фей, и учили. Учили не просто размахивать ею, и выкрикивать заклинания, а правильно, и вовремя применять.

А еще, у них была математика, грамматика, чтение, пение, и физкультура. Потому, что все феи должны быть умными, смелыми, а главное, — уметь хорошо летать. Почти все как в обычной школе. Все, кроме волшебства.

И вот, однажды утром, когда фея Саша вылетела из дома, ей навстречу попался жук. Он был большой, блестящий, и с огромными усами. Вид у него был такой грозный, что Саша даже немного испугалась. Жук летел прямо на нее, и не собирался сворачивать. Она прекрасно знала, что сталкиваться с насекомыми нельзя ни в коем случае. Потому, что феи маленькие, и даже простая пчела для них как кошка для нас. Примерно такого же размера. Кроме того кошки мягкие, а жуки твердые. Чтобы не набить шишку о твердый панцирь, она остановилась. Жук тоже остановился. Они замерли на месте, и каждый думал: «Как бы мне пролететь дальше?»

Саша вспомнила правила дорожного движения, и решила облететь с правой стороны. Жук решил, что фея слишком маленькая, чтобы знать такие правила, и тоже полетел в эту сторону. Саша увидела, что жук летит в ту же сторону, что и она, и свернула влево. Жук сделал тоже самое и они опять остановились. Саша качнулась вниз, жук тоже. Она полетела вверх, но когда остановилась, жук опять был перед ней. Как зеркальное отражение он повторял все ее движения. Издалека могло показаться, что они играют в какую-то веселую игру-повторялку. И в другой ситуации эти двое рассмеялись бы и познакомились, но они начали злиться. Оба торопились по своим делам. Саша в школу, а жук домой.

— Что же делать? — подумала фея, и опустилась на землю. Она решила пройти сложный участок пути пешком. Но напротив нее приземлился тот самый жук. Он тоже, решил больше не летать сегодня. Тогда Саша развернулась, и пошла обратно, надеясь на то, что упрямое насекомое развернется, и уйдет, но жук пошел за Сашей. Ему нужно было как раз в том направлении, и он не был виноват в том, что маленькая фея шла впереди него. Однако фея, когда увидела идущего за ней жука, подумала, что тот за ней следит. Тогда она подпрыгнула высоко вверх, исделав сальто назад, и оказалась позади жука.

— Ха-ха! — закричала она. — Я победила!

Но жук ничего ей не сказал. Он уползал все дальше, и дальше, счастливый от того, что теперь у него никто не стоит на пути. Он ни с кем не состязался, а просто хотел добраться до дома. Совершенно случайно он оказался на пути маленькой феи. И у него не было в планах не пускать ее куда-то.

Спокойной ночи, доченька. Приятных сновидений.

Из-под одеяла доносилось тихое сопение. Уставший ребенок спал. Мама, приоткрыв дверь, вопросительно качнула головой. Отец осторожно встал, и вышел из спальни.

— У нас с тобой выдумщица растет. Фантазерка, каких мало.

— Это хорошо. Значит, не пропадет.

— Мне кажется, ей тяжело вставать по утрам.

— Ничего, привыкнет, — родители отходили от спальни. — Что там за история с котом? А то я ничего не поняла.

Голоса взрослых теперь звучали тише, они ушли на кухню. Саша перевернулась на другой, сонный бок, и натянула на себя одеяло. Перед тем как заснуть, она подумала, что завтра поступит по-другому. Поэтому, когда она вышла утром из дома, то не считала котов, а после светофора не пошла прямо к серому дому. Вместе со всей ребятней она двинулась через парк. Дорожки были сырые, как после дождя, и боясь поскользнуться, Саша шла посередине, и глядела себе под ноги. Те дети, которые спешили и обгоняли ее, невольно задевали рюкзак, или плечо. Саша реагировала на каждое прикосновение, и крутила головой, в поисках нарушителя ее спокойствия.

А у балкона ее ждал тот самый кот. Он был приятно обрадован тому, что девочка не пришла, и растянувшись на траве, ждал. Девочка исчезла, значит должна появиться кормилица. Обязательно должна. Он все рассчитал. С минуты на минуту должна скрипнуть подъездная дверь, и старушка, шаркая стоптанными тапочками, принесет его завтрак. «Интересно», — подумал он. — «Чем она сегодня меня побалует? Я бы не отказался от, чего-нибудь рыбного. Давно ухой не лакомился. А может это будет рататуй, с кусочками колбасы? Тоже неплохо». Кот нежился под утренними лучами солнца, и закрыв глаза задремал.

— Кис-кис-кис! — Это был голос старушки. Она стояла возле балкона, и смотрела по сторонам. Дремавшее животное потянулось, и пошло к своей кормилице. Кот остановился неподалеку, и сел, ожидая, когда его миска наполнится. Старушка выложила остатки вчерашнего мясного рагу, и отошла. Она хотела посмотреть, как ее питомец будет есть. Кот выдерживал паузу, и даже не думал приближаться к еде.

— Все, все. Ухожу! — Она махнула рукой. — Ешь. Я не буду глядеть.

Радужный разбойник дождался, когда останется в одиночестве, и оглядевшись, приступил к трапезе. Он был доволен собой. Он гордился тем, что прогнал девочку, и восстановил нарушенное равновесие.

В отличие от него, сытого, и мирно дремлющего на траве, Саша и натолкалась на весь год вперед. В довершение к этому, она чуть не упала, когда один из обгонявших ее мальчишек, зацепился за ее рюкзак, и потянул за собой. Сашу развернуло, и она потеряла равновесие. Чтобы не шлепнуться на тропинку, девочка растопырила руки, и только цепляясь за проходящих, смогла удержаться. Она остановилась, чтобы отдышаться, и оперлась на ствол дерева. Придя в себя, она решила, что пока еще не может ходить через парк вместе со всеми. «Эти безумцы затопчут меня. Затолкают до синяков, и затопчут», — думала она. — «Надо менять маршрут. Но я знаю только два пути. Один здесь, а другой вдоль серого дома. А там радужный кот. Но он хотя бы один. Ничего, один раз я его обманула, значит и еще раз обману».

Саша, наконец, добралась до выхода из парка. Узенькая тропинка вливалась в широкую асфальтированную дорогу. К сожалению, неприятности, которые начались в парке, продолжились и в школе. День выдался крайне неудачный. Все шло наперекосяк. Ей раз пять наступили на ногу, ручка постоянно скатывалась с парты, и падала. А отвечая у доски, она забыла вытереть руки, и испачкала фартук. Но самое ужасное то, что заметила это уже дома. Значит, все ее видели, грязную, и никто ничего не сказал. Саша почистила одежду, и включила телевизор. Должны были показывать мультики. Но когда экран начал светиться, на нем были радужные полоски, и надпись о профилактических работах, которые продляться до шести вечера. От досады и бессилия, она села на диван и всплакнула. Деваться некуда. Она пошла делать уроки. И провозилась с ними аж до прихода мамы.

Как только хлопнула дверь, Саша бросила карандаш, и помчалась в прихожую:

— Мамочка! — Она обняла мать. — У меня сегодня был самый неудачный день в жизни. Самый-самый!

— Что случилось, милая? — Мама снимала обувь, и ставила на полку.

— Я пошла через парк. Вместе со всеми. А они обгоняют, толкаются, шумят. Я даже чуть не упала.

— Ты же всегда вдоль дома ходила?

— Меня там кот не пропускает.

— Радужный?

— Угу.

— Это ж ваш с папой друг?

— Я тоже так думала, — Саша надула губки, и теперь волочилась за матерью на кухню. — А что вкусненького ты купила? — И она отняла сумку, и начала выкладывать содержимое на стол.

— Ничего.

— Как ничего! — У ребенка был испуганный вид. Она запустила нос поглубже, и выудила из кожаных недр пакет с конфетами. — А это что?

— Ой, забыла совсем! — Мама улыбалась.

— Ты хотела их утаить! — Девочка уперла кулачки в бока.

— Да. Чтобы ночью встать, и съесть все самой!

— А я бы фантики от оберток увидела, и обо всем догадалась.

— А я бы их сожгла!

— Фольга не горит. Мы это в школе проходили.

— Тогда, — мама слегка наморщила лоб, изображая задумчивость. — Тогда я бы спрятала их в карман.

— Не получится. Я замечу шелестящие бумажки, когда буду обнимать тебя.

— Ладно, — сдалась родительница. — Ты победила. От тебя ничего не утаишь.

— Даже не пытайся!

— Уроки все сделала?

— Я же тебе говорю: Самый неудачный день. Телевизор, и тот не работает. Пришлось уроки делать.

— Вот и умница. Гулять пойдешь?

— Не, устала сегодня. Дома побуду.

— Ты не заболела?

— Нет. Этот день лучше пережить дома.

— Хорошо. А чем бы тебе хотелось поужинать?

— М-м-м, — девочка подняла глаза к потолку. — Картошку можно? Жареную.

— С луком?

— Да. И с зажарками.

— И с молоком.

— Да.

— Тогда иди поиграйся, аппетит нагуляй. Через полчаса будем кушать.

Саша побежала в комнату, доделывать домашнее задание, собирать рюкзак, и убирать со стола. Как обычно, уборка стола переросла в веселую игру. В которой карандаши уговаривали резинку отправиться в пенал. Резинка взбунтовалась, и перетянула на свою сторону все ручки. И вот, когда уже должно было развернуться главное сражение между канцелярскими принадлежностями, мама позвала за стол.

— Сейчас, мамочка! — Саша сгребла повстанцев в пенал, и убрала в рюкзак. Потом аккуратно положила тетради, и учебники. Заключительным штрихом всегда была сменка. «Вж-ж-ж-жик!» — Сказала застежка-молния, запирая содержимое. Девочка поставила приготовленное под стол, и потушив свет, выскочила из комнаты.

На кухне, в ее тарелке дымились специально отобранные, зажаренные кусочки картошки. Рядом стояла чашка с молоком.

— Осторожно, — сказала мама. — Еще не остыло. Ешь не спеша, не то обожжешься.

— Угу! — промычала Саша, запивая картошку молоком.

День, который так неудачно начался, подходил к концу. Во время ужина пришел папа. И они всей семьей сели на мягкий диван смотреть телевизор. Девочка устроилась между родителями, иделая вид, что смотрит кино, слушала разговор взрослых о работе, и о том, как каждый из них они провелэтот день. Ей было хорошо. Тепло и уютно. Пересев, она положила голову на мягкий подлокотник, а ноги вытянула на мамины колени. Голоса взрослых становились тише, и дальше. Саша не заметила, как провалилась в сон. Заметив это, папа встал, и тихонечко накрыл голые детские ножки пледом. Родители еще немного посидели, давая возможность крепче заснуть ребенку, а потом, таинственно перешептываясь, переложили ее в кроватку.

Утро следующего дня было полно загадочной непредсказуемости. Ночью пошел дождь, сильный, проливной. С рассветом он прекратился, но каждые несколько минут порывался пойти снова. Поднимался ветер, крупные капли шлепались на сырую землю, но словно передумав, дождь прекращался.

Саша проснулась чуть раньше обычного. Ей нужно было подготовиться к схватке с радужным котом. Но когда она посмотрела в окно и увидела круги на лужах, то поняла, что утро пойдет совсем не так, как она его себе спланировала. У порога стоял зонтик, и резиновые сапоги. На вешалке висел, приготовленный заботливыми родителями, сиреневый плащ.

— Ну и ладно, — сказала она сама себе, и пошла завтракать. Сегодня вместо традиционной булочки с маслом, на столе стояла тарелка с кашей. Ее любимой пшенной кашей. Такой ароматной, и желтой, что девочка ничуть не пожалела об отсутствии булочки. Запивая кашу теплым чаем, она пыталась представить, что будет, когда ее ноги пойдут по дорожке вдоль серого дома. Задумчиво пережевывая, Саша улыбалась, потому, что сама природа помогла ей, вручив самое мощное оружие против котов, и кошек. Вода. Они все боятся воды. А еще они боятся пылесосов, и веников.

Она шла твердой поступью, печатая каждый шаг. За спиной у нее вместо рюкзака висел специально сконструированный пылесос. Он едва слышно мурлыкал, своим мощным мотором. Легкая вибрация передавалась лопаткам, и прокатывалась по позвоночнику. Брезентовые лямки надежно удерживали тяжелый механизм. В руках девочка держала трубу, шланг от которой уходил за спину. Зоркие молодые глаза, выглядывая из-под козырька бейсболки, искали в траве, и окрестностях неприятеля. Радужного неприятеля. Своей походкой, и поведением Саша напоминала разведчика, двигающегося по вражеской территории, и готового в любое мгновение развернуть ствол своего оружия, и применить его, не колеблясь ни секунды.

Из мечтательного состояния девочку вывел звук ложки, грякающей о дно тарелки. За своими фантазиями она не заметила, как съела кашу, и выпила весь чай. Горестно вздохнув, она пошла умываться, и одеваться. Но разбушевавшаяся фантазия не давала ей покоя до самого светофора. Всю дорогу она представляла, как, то сверху, то откуда-нибудь сбоку выскакивали, пытаясь напасть кошки. Она ловко направляя на них пылесосную трубу, нажимала на курок, и животные исчезали бы в недрах механизма, издавая при этом противный мяукающий звук. Однако, переходить через дорогу в мечтательном состоянии крайне опасно для жизни. Саша собралась, и, перейдя на другую сторону, скоро шагала по дорожке вдоль дома. Серого дома. Половину здания она прошла довольно быстро. Но другую его половину, ту, где обитал радужный разбойник, она проходить не спешила. Все утро она представляла, как пройдет здесь, но когда пришло время пройти, не решалась сделать ни единого шага. Она стояла, и думала. Дождь снова решил пролиться на землю, и забарабанил по раскрытому зонту. Решив, что это сигнал к действию, она опустила голову, и пошла быстрым шагом вперед. Саша решила, что не будет смотреть по сторонам, а только на дорогу. И если кот выскочит ей навстречу, то она все равно пойдет прямо, пусть даже ей придется наступить на него. С каждым шагом рюкзак подпрыгивал, и стукал по спине, капли с зонта падали на носки сапожек, разбиваясь о гладкую резиновую поверхность. Она шагала широко, и сосредоточенно, и так увлеклась, что даже не заметила, как прошла всю опасную территорию. В конце пути она остановилась, и обернулась. Из-под балкона никто не выходил, и не выглядывал.

— Ну и ладно, — чувствуя себя немного обманутой, сказала Саша, и развернулась, чтобы продолжить путь. Но как только она опустила глаза на дорожку, то не смогла пошевелиться, потому, что возле ее сапог сидел радужный кот, и смотрел на девочку. Увидев испуг на детском лице, животное прыгнуло ребенку на грудь. Он вцепился лапами в плащ, и оттолкнувшись подлетел еще выше. Воткнув когти в лямки рюкзака кот замер перед лицом девочки. Саша оторопела от такой неожиданности. Ее утреннюю храбрость как рукой сняло. Страх сковал все ее тело. Она смотрела в зеленые кошачьи глаза, и не знала, что делать. Кот ткнулся носом в Сашин носик, и, оттолкнувшись от ее груди задними лапами, спрыгнул на дорожку. Он отошел на полметра от девочки, и сел посередине дорожки прямо на мокрый асфальт. Капли дождя падали на его шерсть, но он не обращал на это никакого внимания. Кончик радужного хвоста слегка подрагивал от волнения. Кот сидел, и смотрел на стоящую перед ним девочку.

Ступор, в котором находилась Саша начал проходить. Обида, усиленная бессилием, выступили на глазах девочки слезами. Она собрала всю решимость в кулак, и сделала шаг вперед. Кот встал, и пригнув уши тоже шагнул вперед. Саша остановилась.

— Мне в школу надо, — всхлипывая, сказала она. — Пропусти, пожалуйста.

Кот снова сел, но уступать дорогу не собирался. Девочка, перехватывая зонтик руками, и помогая себе плечом, сняла рюкзак, и поставила его на дорожку перед собой. Присев на корточки, она открыла молнию, и, порывшись внутри, достала пакет.

— Вот, смотри, что у меня есть! — Саша разворачивала пакет, и доставала переменочный бутерброд. Как только она его достала, то по толщине отрезанной колбасы, лежащей на ломтике хлеба, безошибочно определила, кто его сегодня утром изготовил. Это было мамино творчество. Она любила, чтобы хлеб и колбаса были одной толщины. «Так вкуснее!» — говорила она, когда ее спрашивали: «Почему так толсто?»