Помоги проекту - поделись книгой:
Мы начали спуск с гор, когда на них опустились сумерки, я шел за Оюной и с каждым шагом расписывался в своей несостоятельности. Мне было стыдно, что меня вела девушка и совсем не боец, хотя с этим можно поспорить, уж больно смело и в хорошем темпе шла она по узкой только ей известной тропинке.
Тропинка вывела нас в узкую долину через час после полуночи, Оюна затормозила у большого камня и прислушалась. Напрягая звериный слух, я не услышал ни единого постороннего звука.
— Нам бы разведку провести, — шепчу я, прислушиваясь и оглядываясь, — уж больно хороший рельеф для засады или небольшого наблюдательного пункта.
— Ты, видимо, хороший разведчик, правильно определил, есть тут небольшой отряд, но это наблюдатели и наводчики, они высматривают разведывательные аппараты и челноки, нас они сейчас не видят сидят в укрытии, но если потопчемся здесь ещё с полчаса, насторожатся.
— Понял, — достаю навигатор, и начинаю определять координаты, с точностью до сантиметра не получится, так и не нужно, если наша артиллерия будет работать по моим координатам, они накроют квадрат и взорвут это ущелье. — Все, мы можем двигаться дальше.
Оюна кивает головой и сворачивает за камень, а дальше мы начинаем подниматься на невысокую гору, обходим её, и опять начинаем спускаться вниз.
— Ты специально привела меня в это ущелье?
— Специально, у нас одно задание на двоих, чем больше ты обнаружишь военных объектов, тем больше я получу денег.
— Даже так?
— Алдар, ты меня удивил, неужели ты думаешь, что я помогаю тебе из чувства патриотизма? Жителям нашей планеты начхать как на вас, так и на ваших врагов, нам удобнее, если вы уничтожите друг друга, и мы бы даже сплясали на ваших похоронах, но нашей независимой планете нужны оборотные средства и, пока вы воюете, мы этим пользуемся.
— Но с вашей помощью, мы быстро победим, — усмехаюсь я, — или вы и на противника работаете? Вам было бы выгодно растянуть войну — больше денег.
— Война не закончится за один день, а потом она длится уже три года. Или ты думаешь, политики в изгнании все это время ждали и не обращались к нам за помощью?
— Политика — дело грязное, и не все могут ею заниматься, у некоторых ещё совесть и порядочность остались. И твои чувства я понимаю. Чего бы жителям твоей планеты испытывать к нам или к нашим противникам теплые чувства, вот только мы вам необходимы для дальнейшего развития.
— Необходимы, не спорю, однако любить мы не обязаны.
— Не обязаны.
— Раз мы выяснили мотивы наших действий, то включаем профессионалов, Оюна чуть затормозила, — мы выходим на предгорье, предельная осторожность.
Мы вышли на поляну, покрытую невысокими кустами. Девушка свернула к кустам и начала обходить открытые участки, я следовал за неё по пятам, эта местность не подходила для строительства военных баз, слишком открыта и мало подходит для маскировки, можно было бы так не таиться, проходя её, но почему-то я доверял Оюне и не пытался перехватить инициативу.
— Передавай координаты, боец, — Оюна остановилась и повернулась на юго-восток, — в пятистах метрах от нас подземная база противника численностью около пятисот бойцов.
— О таких базах я не подумал, — тихо чертыхнувшись про себя, включил навигатор, совсем расслабился и забыл, чему учили в разведшколе.
В горах обычно не строят временных баз, но сами горы окружают плотным кольцом, чтобы не выпустить противника, если ему все-таки удастся высадить в горах десант. Изучая местность в этом квадрате, я отметил довольно большую ровную территорию, однако по тактическим соображениям нельзя оставлять лазейки противнику, значит, и на этой местности должны быть военные объекты и, для лучшей маскировки, подземные. Однако Оюна не могла их обнаружить в такой темноте и при полном отсутствии посторонних звуков, а я знаю, о чем говорю. И в профессионализме противника нисколько не сомневаюсь, значит, она либо знает о базе, либо…, а дальше мои предположения заканчиваются. Наша раса верит в магию, колдовство и шаманизм, мы сами не обычные люди и верим, что на планетах не одни такие, но как девушка определила? У каждого свои секреты, спрашивать бесполезно, с чего бы ей со мной откровенничать.
— Нам нужно искать убежище, скоро рассвет, — шепчет девушка, — если ты готов, то в путь.
Киваю головой, складывая, навигатор в карман и направляюсь за ней.
За полчаса до рассвета, мы протискиваемся между корнями огромного дерева и попадаем в небольшую землянку, пол её уложен сухой травой. Оюна чуть проходит внутрь и усаживается на неё, я оглядываюсь, корни дерева надежно скрепляют своды землянки, хорошее убежище. Я тоже устраиваюсь на сухой траве, вытягиваю ноги и, положив руки под голову, закрываю глаза.
— Не будем распределять дежурство? — Интересуюсь так, ради спокойствия, сам-то я сплю очень чутко и услышу даже мелкую зверушку.
— Как пожелаешь, дерево уже закрыло проход, но сюда могут попасть мыши, — слышу усмешку в голосе Оюны, ну пусть повеселится, а я отдохну.
Утром я проснулся, обнимая девушку. Мысленно цыкнув на зверя, который воспользовавшись моим сном, временно перехватил контроль, и я неосознанно подполз к Оюне и крепко прижал её к себе. И что моему зверю нужно? У оборотней нет понятия пары или единственной возлюбленной, хотя обо всех не скажу, встречаются среди нас и однолюбы. Но что касается отношений, то тут руководит человеческая половина, у нас, как у людей: встречаем человека, симпатия, любовь, брак дети. В девяносто процентов случаев рождаются оборотни, наши гены очень сильны.
— Я так понимаю, что ты замерз, — тихо говорит Оюна, — я не против такой большой грелки, но нам нужно вставать, хищник, пока не совсем стемнело нужно немного оглядеться, а потом не помешает размять ноги, и тебе перекусить.
— У меня больше нет пайка, а охотиться вблизи военных сооружений противника самоубийственно.
— Значит, найдем продовольственный склад, и позаимствуешь у врага немного припасов. Или ты принципиально против воровства?
— Издеваешься? Но с чего ты взяла, что у противника имеются продовольственные склады?
— Это тактическая необходимость, планету невозможно полностью закрыть, дальние спутники разведки сканируют поверхность, и ваши аналитики быстро бы вычислили военные объекты противника по грузовым челнокам, доставляющим продукты и другое оборудование, значит, оборудуются склады с запасами минимум на год. Я должна объяснять тебе основы маскировки и скрытого передвижения сил противника?
— Ты очень интересно рассказываешь, — улыбаюсь я, потягиваясь, — и ты несомненно права, в этом районе должен быть хоть один продовольственный склад, ещё бы знать в какой стороне он находится.
— Южнее, через лес холмистая местность у реки в одном из холмов оборудованы холодильники для длительного хранения продуктов.
— У меня уже давно есть подозрения, что ты прекрасно знаешь расположение всех военных объектов вокруг этих гор, только не пойму, зачем нужен я.
— Чтобы передавать координаты своему руководству, тебе оно доверяет, мне — нет, и я была бы наивной, рассчитывая на такое.
Мы выходим на поверхность, Оюна останавливается и прислушивается, я напрягаю все органы чувств, никаких подозрительных звуков, наше командование давно признало, что противник силен, профессионален и настроен на безоговорочную победу.
— Все сидят по норам, — шепчет Оюна, — пойдем добывать себе пропитание, боец.
— И ты проголодалась?
— Неужели, обнимая меня, ты не ощутил, что я тоже из плоти и крови?
— Ощутил в полной мере.
— Раз так, то и мне нужно иногда кушать. Вперед боец.
Глава 4
У противника прекрасное обеспечение, мы захватили несколько сухих пайков, по паре бутылок воды и по бутылке энергетического напитка. Сейчас, удобно расположившись в овраге, наслаждались едой. Вкусно, у нас пайки не настолько калорийные, а может оно и лучше, жиром не зарастем, полуголодные бойцы злее и эффективнее.
— Как мы прошли незамеченными прямо под носом патрульных и охранников?
— Только благодаря твоим профессиональным навыкам, боец, — улыбается Оюна.
— Нет, я не настолько профессионален и признаю это, все, что я почувствовал, это холод, примерно такой, как при перемещении на планету. Объяснишь?
— Нет, и извиняться за это не буду, у нас одно задание, но разные начальники и главная цель.
— Твою цель я знаю.
— Как и я твою, доедай, боец, у нас ещё не по всем военным объектам определены координаты.
Мы опять прячемся в подземелье. У моей напарницы (думаю, я могу её так называть) нездоровая тяга к землянкам, хотя, следует признать место удобное, сухо, тепло и сухая трава вместо матраса. Отметив на навигаторе координаты всех военных объектов, я довольно долго рассматривал карту, пытаясь понять планы противника. Я, конечно, не аналитик, но и меня чему-то научили в военной школе.
— Очень грамотно построена охрана, — заглядывая мне через плечо, говорит Оюна, — только личного состава на этих объектах мало, максимум пятьсот бойцов на одной базе, на остальных отряд или два.
— И что это может означать?
— Только одно, они вас не ждут в этой части планеты, уверена, аналитики придут к этим же выводам.
— И не только аналитики, противник либо специально нас заманивает именно сюда, либо действительно думает, что мы не будем атаковать в этих квадратах. По всем правилам ведения боев, местность совсем неподходящая для атак, будет много потерь, а у нас ограниченный военный контингент.
— Спать, завтра будем исследовать следующий квадрат, у нас мало информации. Может, ты прав, и это ловушка, противник заманивает вас именно в эту часть планеты. Я бы на их месте так и поступила, далеко от городов, а значит, местное население, недовольное захватчиками не сможет прийти на помощь, ну и инфраструктура не пострадает, ваши враги не хотят тратиться на восстановление планеты, потратили много денег на войну, средства заканчиваются.
— Откуда такие глубокие познания в военных науках? — Я очень удивлен хорошей осведомленностью Оюны. Для столь юной особы такое прекрасное военное образование. А может она не настолько юная, как кажется?
— Не настолько, — улыбается девушка и удобно укладывается рядом, — все равно придвинешься, ещё и всеми конечностями обхватишь, так что не вижу смысла отказывать себе в комфорте и ютиться по углам.
— Я говорю вслух?
— Только последнюю фразу.
— Плохой из меня разведчик, заговариваться начинаю.
— Это мое влияние, и это нормально, — а дальше Оюна развернулась ко мне спиной, больше объяснений не будет.
Мы отметили ещё три военных объекта с малой численностью бойцов и уже подумывали искать убежище на день, как Оюна резко остановилась, она вытянула шею и начала принюхиваться, смотрелось интересно, как оборотень, но она человек, хоть и необычный в нашем понимании.
— А вот это очень интересно, — прошептала девушка и осторожно спустилась в глубокий овраг.
Для вопросов время совсем неподходящее, и потому я тихо иду за девушкой, не уверен, что она мне хоть что-то объяснит. Но может, соблаговолит хотя бы намекнуть, что все-таки происходит?
Овраг вывел нас к огромному холму, и я уверен, что внутри этого холма надежно скрыта военная база противника, очень интересно, теперь уже принюхивался и прислушивался я.
— Они сами напросились, — прошептала Оюна, повернувшись ко мне продолжила, — планы меняются противник захватил священные пещеры и, как гласит легенда, поплатится за это. Связывайся с начальством, мы проводим разведку боем.
— Ты с ума сошла, — шиплю я, — мы вдвоем разведку боем?
— Воинов будет очень много, в этом можешь не сомневаться, скоро мы узнаем, заманивает ли противник вас в ловушку или действительно не ожидает в этой гористой местности.
— Ничего не понимаю, ты можешь объяснить?
— Некогда, скоро рассвет, нужно успевать, забирайся на дерево, будешь транслировать начальству бой в онлайн режиме.
Тихо выругавшись, я пошел искать большое дерево. Что транслировать? Кто пойдет в атаку? Какая может быть разведка боем?
Следовало ожидать, что захватчик не будет соблюдать традиции и чтить законы планеты, но захватить священные пещеры и организовать там военную базу — это уже перебор. За те столетия, что существуют эти пещеры ни, один житель планеты не заходил туда, к ним приходят, чтобы воздать долг своим предкам, приносят дары, но никогда не заходят внутрь. Пещеры — святилище для мертвых и живым там делать нечего, однако противник не так умен, как оказалось, настолько самоуверен, что нанес оскорбления всем жителям планеты. И он собрался подчинить этих людей? Разве только на время. Настолько не уважать традиции народа? Революция в таком случае неизбежна.
Закрыв глаза, я начала читать заклинание призыва, все души, что покоились в священных пещерах, встанут и пойдут на противника, временно обретя свои тела. Сочувствую оборотню, он такого насмотрится, и если не двинется умом, то до конца жизни не забудет. Когда я закончила читать, вокруг наступила тишина. И птицы, и звери, и даже листья на деревьях — все замерло, когда в мир живых приходят мертвые, все живое замирает.
Оборотень расположился на толстой ветке самого большого дерева, хоть оборотни и не любители лазить по деревьям, но его профессия обязывает, я быстро забралась на дерево и удобно уселась рядом с ним.
— Тихо, — шепнул оборотень.
— Это ненадолго, сейчас начнется.
Сначала я увидел тонкие белые вихри, что кружились над землей, их становилось все больше и больше, скоро они заполнили все пространство у пещер. Я определил, что это священные пещеры. Как я мог забыть, что они находятся рядом с горами? В детстве каждому жителю планету рассказывают притчу об этих пещерах и строго настрого наказывали никогда не заходить в это святилище мертвых. Противник сильно подорвал свою репутацию, организовав в них военную базу, о чем вообще думали….
Ну а дальше я уже не мог ни о чем думать. Белые вихри вдруг вытянулись и стали увеличиваться, что это за явление я не знал, и предположений у меня нет, но когда ближайшие белые вихри начали обретать человеческую форму, я схватился за ветку, чтобы не упасть. Но как? А дальше стало ещё интереснее: эти белые прозрачные вихри стали обретать форму людей, причем они становились телесными и одеты в самые разные костюмы, я некоторые никогда не видел.
— Оюна, объясни, иначе я сейчас лопну от неизвестности и любопытства, — шепчу я, придвигаясь к девушке.
— Это души предков, на время обрётшие плоть, и сейчас они накажут тех, кто осквернил их святилище.
И когда резко стало холодно, до моего медлительного мозга дошло я, такой дурак, хотя у меня есть оправдание, на нашей планете хоть мистика и не под запретом, но её считают лженаукой и мало о ней говорят. Вот кто помощники Оюны, души умерших. Она завила прямо, что у них очень абстрактное сознание, они могут и верх с низом попутать, однако определить количество живых у них получается точно. Вот кто перенес нас на планету! Душам подвластно многое, в том числе и перемещения в космосе, и не только. Души принадлежат среднему миру, и могут через него попасть в любую точку вселенной, а ещё они могут перенести через этот мир живых, не всех, конечно, избранных, но могут же. Вот это лженаука! А наше правительство и ученые недальновидные идиоты.
Поделиться книгой: