Ворчуны за бортом!

Арда Филип

Ворчуны за бортом!

Мими — другу на всю жизнь!

Глава первая

Неприятное пробуждение

— Ох! — крякнул мистер Ворчун и резко сел в постели.

— Ну что такое? — пробормотала сонная миссис Ворчунья.

Она отодвинулась от мужа и натянула на голову колючее одеяло. То соскользнуло с шишковатых ступней мистера Ворчуна, и дремавшие между его пальцами уховёртки тут же проснулись.

— Куда-то исчезли все лампочки! — закричал мистер Ворчун. — У нас в доме завёлся вор!

Домом он называл необыкновенный фургон, который построил своими руками вместе с отцом, мистером Ворчуном-старшим. Сейчас фургон стоял в заросшем саду ветхого поместья Великаннов — огромного, но населённого всего лишь горсткой жильцов.

— У нас их и не было, бестолочь! — пробормотала миссис Ворчунья из-под одеяла.

— Повтори его по буквам! — выпалил мистер Ворчун, чем удивил и себя, и жену.

Миссис Ворчунья откинула одеяло и тоже села в кровати.

— Кого? — спросила она.

— Слово «бестолочь», — пояснил мистер Ворчун. — Это новое правило. Обзываться можно только теми словами, которые ты можешь без ошибок произнести по буквам!

— Да ты сам его только что выдумал! — фыркнула миссис Ворчунья.

— Но правило есть правило.

— Оно же дурацкое!

— И всё-таки его надо соблюдать, нравится тебе это или нет, лупоглазая!

— Это кто сказал? — строго спросила миссис Ворчунья.

— Я сказал, — заявил мистер Ворчун. — А я крупнее тебя и сплю в пижаме, так что я всегда прав.

— Значит, теперь ты будешь всё время молчать? — Миссис Ворчунья хмыкнула.

— В смысле?

— Ты же ничего по буквам не скажешь!

— Ха! — отозвался мистер Ворчун.

Миссис Ворчунья уставилась на него налитыми кровью глазами, но муж не глядел в её сторону. Он повторил слово по буквам:

— X. А.

Миссис Ворчунья пожалела, что не знает, как правильно пишется слово «бестолочь». В нём наверняка не меньше двух «о»!

— Я в твои глупые игры не играю, ты... старый ботинок! — рявкнула она, застучав жёлто-зелёными зубами так, что в её уродливой голове зазвенело.

— Сейчас не время ссориться. — Мистер Ворчун вытянул руки перед собой, как лунатик. — Надо узнать, куда делся свет.

— А ты ещё не догадался? — прыснула миссис Ворчунья.

— О чём? — с неподдельным интересом спросил мистер Ворчун.

А вы уже догадались, дорогие читатели? Думаете, что Ворчуны проснулись глубокой ночью и именно поэтому в их комнате темно и ничего не видно?

Т-Е-М-Н-О

Но разве мистер Ворчун такой дурак, что сам бы этого не понял? В общем, вы ошиблись. Слушайте.

— Рассказать тебе, куда делся свет, любимый муженёк? — произнесла миссис Ворчунья приторным голосом вне себя от радости.

— Давай, жена, — согласился мистер Ворчун, чуя подвох.

— Твои глаза, — подсказала миссис Ворчунья.

— Что с ними не так? — потребовал ответа мистер Ворчун.

— Они закрыты.

Мистер Ворчун распахнул глаза и заморгал от боли, потому что по ним ударил утренний свет.

— И правда, — вздохнул он, успокоенный и довольный. Но не прошло и секунды, как мистер Ворчун снова рассердился: — А почему ты мне раньше не сказала?! Зачем держала это в секрете?

Миссис Ворчунья вполне могла бы сказать в свою защиту: «Знаешь, ты сам виноват, что сидел с закрытыми глазами! Мог бы и додуматься их открыть», но вместо этого она ответила:

— Ну, у тебя же есть от меня секреты.

Мистер Ворчун выбрался из-под одеяла, свесил ноги с кровати и опустился на пол, чуть не задев целую груду дынь. (О них я расскажу чуть позже.)

— А-а-а-а-а! — завопил он, словно человек, наступивший голой пяткой на чучело ежа по имени Колючка. (Дело в том, любезный читатель, что он и правда наступил на чучело ежа по имени Колючка.)

Мистер Ворчун нагнулся, взял в руку Колючку — ай! — и отбросил его в угол захламлённой спальни со всей своей недюжинной силы.

К счастью, всего минуту назад миссис Ворчунья (сегодня была её очередь готовить завтрак) потянулась за сковородкой, которая всю ночь отмокала в большом, до краёв наполненном водой тазу (он хранился под кроватью, чтобы не занимать много места).

Она села на кровать с мокрой сковородкой в руках как раз в тот момент, когда ёж Колючка полетел в её сторону, хотя в саму миссис Ворчунью мистер Ворчун не целился. Он разозлился на чучело ежа, а не на жену.

Миссис Ворчунья вскинула руки, защищаясь, как вдруг поняла, что у неё есть прекрасное оружие против летающих ежей. Она ударила Колючку сковородкой, и чучело отскочило от неё, как мяч от теннисной ракетки у опытного игрока.

Ёж вылетел в окно спальни так быстро, что вы не успели бы крикнуть: «Осторожно, там, в саду!» Ворчуны наблюдали за происходящим в немом восторге.

Тишину нарушило звонкое «ай!». Мистер Ворчун, разминая пострадавшую от колючек ежа ступню, в два прыжка подскочил к окну и выглянул наружу.

Там стоял Клумбис, бывший садовник поместья Великаннов, и потирал затылок. «Бывший» означает, что садовником Клумбис больше не был и ему уже не нужно было ухаживать за обширным садом, окружавшим громадный полуразрушенный дом.

Мистер Ворчун рассмеялся и показал на него пальцем. (Ему нравилось смеяться и показывать пальцем на тех, кому везло ещё меньше, чем ему самому.)

— Что там, муженёк? — спросила миссис Ворчунья, не вставая с постели. Она вытирала сковородку краем колючего одеяла.

— Колючка столкнулся с Клумбисом, — объяснил мистер Ворчун.

Миссис Ворчунья гаденько улыбнулась:

— Так ему и надо!

Мистер Ворчун понятия не имел, кого она имеет в виду — чучело ежа или бывшего садовника. Мало того, ему не было до этого никакого дела. Ему хватало других забот.

Миссис Ворчунья не ошиблась: он и правда не посвящал её в свои тайны. Например, сегодня он собирался ускользнуть на тайную встречу.

* * *

Мистер Ворчун пришёл на встречу в круглой палатке и уселся в самый центр — туда, куда ему приказали сесть. Из дыры в крыше струились солнечные лучи и падали прямо на мистера Ворчуна, словно свет прожектора.

— Почему я должен сидеть именно здесь? — проворчал он своему единственному собеседнику.

Тот расположился на коврике напротив мистера Ворчуна, скрестив ноги по-турецки, но его лицо скрывала тень, и мистер Ворчун никак не мог его разглядеть.

Он предположил, что незнакомец страшно уродлив. Ведь не всем дано быть красивыми, как его миссис Ворчунья.

Мистер Ворчун широко улыбнулся при мысли о жене, и его и без того пугающее лицо исказила жуткая ухмылка. Он раздул ноздри и втянул в них воздух. Улыбка тут же угасла.

— Здесь воняет, — пожаловался мистер Ворчун, и вполне справедливо: запашок в палатке был не из приятных (хотя воспитанный человек не стал бы на это указывать).

— Она сшита из шкур животных, — шёпотом объяснил Человек-в-тени. — У них особый запах.

— Особо отвратительный запах, — поправил его мистер Ворчун.

Он глубоко вдохнул и тут же об этом пожалел. Конечно, пахло в палатке не так мерзко, как изо рта мистера Ворчуна (с этой вонью вообще мало что могло сравниться), но всё же душок звериных шкур казался ему невыносимым. Пусть и странно слышать такое от человека, который обычно питается раздавленными на дороге животными, да ещё и не первой свежести, но не забывайте, это же мистер Ворчун!

— Ха! — сказал он. (Последнее время ему нравилось к месту и не к месту вставлять это словечко.) Он уже отсидел попу в своей неуклюжей позе и заёрзал на ковре. — Знаете, вот мебель в этой ловушке-вонючке точно не помешала бы, — добавил мистер Ворчун.

Тут он заметил, что его вязаная безрукавка забилась в штаны. Мистер Ворчун выдернул её оттуда и случайно задел локтем небольшой столик на трёх ножках. Столик упал, и мистер Ворчун рассердился.

— Мебель вам просто необходима, а вот дурацкие столики хорошо бы убрать!

Загадочный незнакомец прокашлялся. Это был особый, наигранный кашель, как бы предлагающий, а не перейти ли нам к делу.

— А не перейти ли нам к делу? — прошептал он. (Видите, я же говорил!)

— Точно-точно, — согласился мистер Ворчун.

В палатку он пришёл из-за записки, полученной при самых необычных обстоятельствах. Неделю назад мистер Ворчун проснулся и обнаружил, что к его груди (точнее, к пижаме) приколота бумажка.

Он сразу догадался, что миссис Ворчунья тут ни при чём. Она бы наверняка воткнула булавку в него, а не в пижаму. Кстати, о булавке. В корзинке для швейных принадлежностей миссис Ворчуньи лежали только старые, погнутые булавки, и ещё две она носила в ушах, иногда заменяя их серёжками из металлических колечек. Эта же булавка блестела как новенькая. Она была превосходной.

Некто умудрился пробраться на земли поместья Великаннов, проникнуть в фургон, подняться по лестнице, перешагнуть через их как-бы-сына Лучика, который спал в коридоре, и войти в комнату Ворчунов, никого не разбудив. Такой ловкости можно было только позавидовать! Тем более что ёжик Колючка почти всегда валялся на полу случайно оставленной ловушкой для ничего не подозревающих ступней, а вы сами знаете, как это опасно.

Что касается самого анонимного послания, оно было написано на дорогой плотной бумаге БОЛЬШИМИ БУКВАМИ, но чётко и аккуратно — похоже, что автор легко управлялся с ручкой. Нет, миссис Ворчунья явно не имела к записке никакого отношения.

Неизвестный автор вывел коричневыми чернилами на кремовом листочке просьбу к мистеру Ворчуну: прийти на поле Гиллигана в четверг в час дня. Но внимание мистера Ворчуна привлекло кое-что другое.

Записка сообщала, что о встрече никому нельзя рассказывать и явиться надо обязательно одному. Но даже не это особенно заинтересовало мистера Ворчуна. Он дочитал до строк о том, что в награду обещаны серебряные монетки. Именно эта деталь его и привлекла...

...Разумеется, мистер Ворчун никому и словом не обмолвился о тайной встрече, чтобы ни с кем НЕ ДЕЛИТЬСЯ серебряными монетками. В четверг он сел на свой верный скверный велосипед и приехал на поле Гиллигана примерно к часу. Там он обнаружил большую, круглую, похожую на купол палатку.

— Мне нужно, чтобы вы кое-куда доставили ОЗО, — сказал незнакомец.

Это слово прекрасно рифмовалось со словом «заноза».

— Ясно. — Мистер Ворчун кивнул.

Он понятия не имел, что это за человек и что такое «ОЗО», но уточнять не решился — вдруг ответ покажется ему скучным? Детали его не интересовали. По-настоящему его интересовали только серебряные монеты.

Не поймите меня превратно, жизнь мистера Ворчуна не вертелась вокруг денег, как это бывает у некоторых. Его не привлекали дорогие машины и новинки техники, но у мистера Ворчуна были кое-какие планы, и для претворения их в жизнь ему пригодились бы серебряные монетки в (довольно-таки дырявом) кармане. Если Человек-в-тени просит доставить ОЗО, он его доставит. И точка.

— Много кто желает заполучить ОЗО и прибрать его к рукам, но он поедет с вами, так что постарайтесь скрыть его от любопытных глаз, — добавил незнакомец.

— Поедет? — Мистер Ворчун вскинул бровь. — Так это человек, а не предмет?

Он слушал собеседника вполуха, но точно заметил бы, скажи тот «вы повезёте его с собой» вместо «он поедет с вами», а незнакомец явно сказал «поедет».

— ОЗО — это Очень Значительная Особа, — со вздохом объяснил Человек-в-тени. — Сокращённо. И ваше... хм... испытание заключается в том, чтобы доставить его из пункта А в пункт Б.

— Почему вы просто не посадите его на автобус? — удивился мистер Ворчун. Тут он вспомнил, что получит серебряные монеты за это «испытание» и предлагать другие варианты незнакомцу не стоит. — Я вам помогу! — выпалил он, взмахнув руками, чтобы продемонстрировать свою готовность. (Он не понимал, как связаны эти вещи, но однажды его убедили, что недостаток взмахов руками указывает на недостаток рвения, так что мистер Ворчун решил не рисковать.)