Помоги проекту - поделись книгой:
Дональд Трамп с красным довольным лицом говорит с экрана:
— Как мне только что сообщили, прекратил свое существование печально известный Комитет Трехсот, он же Бильдербергский клуб. Эти люди сосали из нас кровь много десятилетий. Они считали себя крутыми. Они думали, что элита. Я не вижу потрясений на фондовых рынках. А знаете, почему? Потому что больше нет фондовых рынков. Ну, кто теперь папочка?
Ты, ты и ты! Кам ту дэдди! Трамп хохочет, становясь багровым.
Звучит выстрел. Разбитый пулей экран мгновенно темнеет.
Перед экраном мелькает чей-то темный силуэт.
— Не знаю, в курсе ли ты, что летучая мышь живет пятнадцать лет, а обычная — от силы год. При этом летучая мышь вовсе не мышь, она просто так называется. Они вообще не похожи. Всем плевать, потому что никто не видит летучих мышей, даже когда они у тебя над головой. Даже когда они живут в твоем доме.
Но есть ученые, Питер. Ученым все интересно. Вот был такой изобретатель Хирам Максим. Твой соотечественник. Хотя родился американцем. Это как те белые лошади, которые рождаются черными.
Так вот, Максим много чего изобрел, кроме пулемета. Например, мышеловку. Но ему этого показалось мало, он начал копать дальше. И обнаружил, что летучие мыши ни черта не видят в темноте. Но как же они тогда узнают, куда лететь, подумал он. И предположил, что они пользуются эхолокацией.
Потом другой ученый, итальянец, которого звали Ладзаро Спалланцани, решил проверить это на практике. Он выковырял нескольким летучим мышам их крохотные злобные глазки и запустил в темную комнату с остальными зверьками. И выяснил, что слепые летучие мыши ориентируются ничуть не хуже зрячих. Чем блестяще подтвердил гипотезу Хирама.
Мне нравятся ученые. Они что-то делают, потому что у них есть на это причины. Они узнают новое, потом применяют это новое на практике. Ты понимаешь. Синильная кислота, пластик, расщепление ядра. Все, что движет нас вперед.
Логан немного отпивает из бокала.
— Но есть еще темные люди. Суеверные, тупые крестьяне. И потому что они тупые, они злобные. И потому что они злобные, они боятся сглаза, верят в приметы и живут в ожидании чуда. Украинские и польские крестьяне, когда ловили летучих мышей, прибивали их к стене над дверью. На удачу. В этом не было никакой логики. Бедных тварей просто брали и прибивали к стене. Живьем.
Хотя по большому счету, какая разница несчастной летучей мыши, умрет ли она ради науки или потакая чужому безумию?
Что скажешь, Питер?
Логан с бокалом отходит от стены, на которой распят Питер Флеминг. Трехдюймовые гвозди вбиты в запястья и пятки посла Ее Величества. Из-под рыжих бровей с неукротимой злобой смотрят налитые кровью глаза.
— Впрочем, ты можешь ничего не говорить. Мне все равно не интересно. Мне просто нравится смотреть, как ты висишь.
Глава 11. Когда в Стамбуле стригут ногти
Заголовки английских таблоидов: «Типично турецкое убийство», «Licence to kill Fleming», «Аллах и Трамп одобрили это», «Турецкие сладости и гадости», «Reject Erdogan!», «Питер Флеминг умирал три дня!», «Oops, they did it again. Американцы убили посла в Турции… опять», «It means WAR».
На фотографиях — прибитый к стене Флеминг с головой, склоненной к правому плечу, шляпки окровавленных гвоздей крупным планом, рыдающая жена с кудрявым сынишкой, злобно оскалившийся Эрдоган с застывшей на нижней мясистой губе капелькой слюны, внезапно танки.
— Все наши знакомые имеют склонность как-то причудливо умирать, — говорит граф Елене, сидящей напротив него за большим столом.
— Марко, — с легким укором говорит Елена. — Это цинично.
На ней красное платье из очень тонкой ткани. Граф делает вид, что не слышит:
— Джулиан, Паоло, Питер… Какое совпадение, все твои любовники.
— О, дорогой. Я думала, Питер твой любовник!
Граф поднимает глаза, видит ее смеющийся рот, очерченную платьем грудь. С грохотом отодвигает стул. Елена смотрит на него с веселым изумлением.
— Ты! — он внезапно чувствует, как горло сжимает спазм. — Ты не должна!..
Его тело сотрясает мучительный внезапный кашель. Елена встает, в ее глазах тревога:
— Что с тобой, Марко?!
Граф машет рукой, показывая — не подходи. Другой рукой он держится за край стола. Его лицо багровеет.
Елена берет со стола колокольчик и звонит.
— Да, синьора, — в двери появляется мажордом.
— Иль конто э малато, Джеронимо. Дотторе, ди пью!
Элитный кондоминиум в Чикаго, лифт открывается на шестом этаже. Двое в масках Трампа, полностью скрывающих лица, звонят в единственную дверь на площадке, с номером 603.
Дверь открывает блондинка за сорок с усталым злым лицом:
— Если вы еще раз…
Один из грабителей буквально втыкает ей в рот ствол пистолета, заставляя отступить в глубь квартиры. Второй аккуратно закрывает дверь.
— Неизвестный вирус, послуживший причиной практически поголовного вымирания отдельных регионов бывшей России и некоторых стран СНГ, не побежден до сих пор, — говорит Лора Ингрэм, придерживая рукой готовый слететь от ветра капюшон. Дождь и сильный ветер, и за спиной у Лоры — Лондон. Улицы его пусты. — Симптомы, описанные раньше, наблюдают медики уже нескольких европейских государств. По одной из версий, источником повторного заражения могли стать летучие мыши. Поговаривают, что в связи с возобновлением эпидемии Британия может возобновить свое членство в ЕС.
Вместе с тем, — картинка на экране меняется на милитаристские виды, Лора уходит за кадр, — сегодня же стало известно, что британский авианосец Queen Elisabeth вошел в воды Средиземного моря. Эксперты связывают это с осложнением отношений двух сильнейших военных держав блока НАТО — Великобритании и Турции. Одновременно с этим в сирийской провинции Идлиб активизировались войска Рабочей партии Курдистана. Официальная Анкара пока никак не комментирует происходящее.
Сегодня в Анкаре аномальная жара, — тоскливо добавляет мокрая ведущая, снова появляясь в кадре. — Это были европейские новости Fox News, берегите себя.
Лагерь беженцев в Баварии, в 17 километрах от Мюнхена. Раннее утро. Храп сотен глоток в огромном помещении, очень похожем на барак. Репродуктор за окном прокашливается. И в сон беженцев тремя мощными аккордами вторгается орган.
— Никогда не думал, что возненавижу Баха, — жалуется соседу-толстяку Мохаммед али Юсуф.
— Восемь с половиной минут, — говорит толстяк. — Нам повезло. Могли и «Богемскую рапсодию» выбрать.
Соседи по бараку сноровисто заправляют койки и бегут к умывальникам во дворе. Голые по пояс, они брызгают друг в друга водой. Заметно отсутствие женщин и стариков.
За воротами лагеря уже выстроилась вереница огромных серых автобусов.
Под финальные аккорды токкаты и фуги ре минор беженцы проходят сквозь строй немецких солдат с овчарками на поводках и набиваются в автобусы.
Провинция Тунджели, Турция. Молодые люди в футболках с портретом Эрдогана, с битами и прутьями в руках, врываются в дома местных жителей, избивают мужчин, выволакивают на улицу женщин. Слышны крики убиваемых и насилуемых. Кровавая пыль висит над селеньем.
— А сегодня, мои маленькие друзья, я вам расскажу про культовую игру Plague Inc, она же Корпорация Чума, — говорит популярный украинский видеоблогер Бурый Ушан. — Игру эту придумала одна английская компания, которая называется Ndemic Creations. Никаких других игр эта компания больше не выпускала, и кто там чем рулит, вообще неизвестно. Суть игры в следующем — вы заражаете человечество какой-нибудь неведомой херней, и выигрываете в том случае, если все поголовно вымрут. Если остался хоть один живой человек — это залет и проеб, мочало-мочало, начинай сначала. Стратегия примерно понятна, хотя ее выбор зависит от типа болячки, ну там, вирус, бактерия или мозговой паразит. Понятно, что нельзя просто взять и угандошить одну страну. Вирус (или какая другая херня) должен распространяться постепенно и не иметь ярко выраженных симптомов, только в этом случае человечество не поймет, что с заразой, допустим, необходимо бороться! А когда поймет, будет уже поздно.
Но вот что на самом деле любопытно — это то, что в новых версиях игры появился мультиплэйер, и можно стало сражаться друг с другом через интернет.
Правда, мне лично не особенно уютно от мысли, что где-то стоит сервак, на котором все эти варианты регистрируются, кем-то, возможно, анализируются, и на основе этого анализа — как знать, как знать, друзья мои! — вырабатывается некая стратегия. Кстати, сколько раз я сам играл в Чуму, у меня почти всегда гарантированно первыми вымирали наши восточные соседи. Совпадение?
Лайкайте этот видос, если вам понравилось услышанное, ставьте колокольчик, и помните — если ты не жмешь на колокольчик, он звонит по тебе! Пока!
Бар Twin Peaks Tavern в Сан-Франциско, как всегда, полон. Много пожилых и среднего возраста мужчин в шортах и футболках. На втором этаже бара из-за столика вскакивают двое, выхватывают из спортивной сумки у ног автоматы Узи и расстреливают посетителей, барменов и официантов. Вычурные люстры рассыпаются, тысячи цветных осколков устилают пол. Пожилой пузатый белый гей в голубой рубашке цепляется за золотой поручень на барной стойке, но рука его скользит, и он мешком валится на пол, и осколки врезаются в его щеку.
Все занимает не больше трех минут.
Двое бросают Узи, спокойно спускаются по лестнице вниз и выходят на Кастро-стрит. Патрульная машина, стоящая напротив входа в бар, трогается с места.
— Отличная работа, парни, — бросает в окно коп и давит на педаль газа.
Глава 12. В провинциях отрезают пальцы
Двое грабителей входят в квартиру 603. Хозяйка пятится в гостиную, они следуют за ней.
В гостиной обнаруживается плешивый и тщедушный мужчина в розовой рубашке и серых брюках на подтяжках, читающий деловые страницы.
— Что за черт, — говорит он, поднимаясь, и получает стволом пистолета по зубам. Мужчина охает и падает обратно в кресло, держась за зубы.
Ударивший его грабитель, качнув стволом, приглашает хозяйку садиться.
Второй тем временем громит полки и шкафчики.
Лос-Гатос, Калифорния. Офис компании Netflix. Красивый и красиво седеющий чернокожий мужчина в красных носках лежит на тахте из IKEA в комнате отдыха, задумчиво глядя на экологически чистый деревянный потолок.
В дверь заглядывает Рид Хастингс, CEO компании:
— Хуссейн, зайдешь ко мне?
— Лучше Барак, если ты не возражаешь.
— Это же была твоя идея, нет?
— Тогда мне казалось, что это будет смешно.
Барак пружинисто спрыгивает с тахты и идет за Хастингсом. По пути тот успевает уволить несколько сотрудников.
— Скажите, что вы ищете, — говорит хозяйка. — Денег здесь нет, драгоценностей тоже.
В квартире разгром, ящики выдернуты и выпотрошены, полки сорваны со стен, пол усыпан бумагами, книгами, мелкой ерундой символического значения.
— Пушки, — бубнит из-под маски грабитель, — пушки и кредитки.
— Что?
— Я сказал — пушки, тупая сука! Пушки и кредитки.
— Пушки? — переспрашивает мужчина, отнимая руку от разбитого подбородка, — ты сказал «пушки»?
— Пушки, чувак.
— То есть пистолеты. А у тебя это не пистолет, что ли?
Он поднимается с дивана. Грабитель пятится, выдергивая ствол:
— Чувак!
— Чува-ак? — улыбается плешивый. — Чувак! Пушки! А покажи мне свое лицо… чувак!
Грабитель пятится. Рука в перчатке, сжимающая рукоятку пистолета, трясется. Плешивый склоняет голову набок:
— Подожди, это ты так загорел или это то, что я думаю?
Грабитель упирается спиной в стену.
Плешивый ловко сдирает с него маску Трампа и бросает на пол. Лицо грабителя, молодого парня, посерело от страха.
Второй пытается незаметно выбраться из квартиры.
— Эй, черномазый! — в голосе плешивого появляется сталь. — Иди-ка сядь рядом со своим дружком.
Он покачивается на пятках и присвистывает:
— Да, ребята, здорово вам голову припекло, раз вы решили сунуться в белый квартал…
— Для начала, Барак, где Мишель?
— Мужик, откуда мне знать.
— Рид, если ты не против.
— Рид, откуда мне знать. Она где-то ходит.
Поделиться книгой: