А как бы было хорошо!

– Я это специально так устроил, – не совсем уверенно пояснил он. – Нам ведь с вами нужно побеседовать, обсудить материал, ведь так? – Аля нехотя, но смягчилась. – Так вот, теперь нам в этом никто не помешает.

Алевтина все же с недовольным видом достала из модного портфеля текст взятого ею интервью и передала его Аркадию Петровичу для ознакомления.

Между тем, секретарша принесла поднос с принадлежностями, и Алевтина заняла себя чаепитием. Честно говоря, если бы у нее оставался свободным рот, она бы им много чего сказала.

А так, Аркадий Петрович читал материал, раз от разу задавая ей нелепые вопросы, а она попивала настоящий зеленый чай, коего была большим ценителем, и понемногу успокаивалась.

Наконец, чай окончательно вывел ее из состояния раздражительности и в каком-то смысле она даже согласилась с Аркадием Петровичем. В плане того, что им и правда никто не мешал.

И вот, когда Аля делала последние глотки, Аркадий Петрович как-то так вдруг напрягся и почти через силу сказал:

– Аля, вы спрашивали меня о семье. Спрашивайте – я отвечу.

Аля отодвинула от себя чашку, взяла в руки бумагу с ручкой и спросила:

– Итак, из кого состоит ваша семья?

– Моя жена известный в городе медик, – медленно начал он. – Профессор, доктор медицинских наук, автор множества статей, ну, и так далее. Дочь окончила Оксфордский университет, работает в крупной компьютерной компании заместителем руководителя…

– Уж, не Клеонова ли? – перебила его Аля.

– Ну да, – замялся Аркадий Петрович. – Но вы же знаете, что с ним случилось.

– Да, я знаю, – подтвердила Аля. – А как сейчас дела в компании? Я слышала, финансово там все не очень хорошо.

– Тут я вам, к сожалению, не помощник, – сказал Аркадий Петрович. – Дочь мне ничего такого не говорила.

– Но она хотя бы на плову? Дочь не собирается оттуда уходить?

– Ровно, что нет, – ответил Аркадий Петрович. – Во всяком случае, мне об этом ничего не известно.

– А кого подозревают в убийстве, есть информация? – продолжила Аля свой блиц-опрос.

– Так ведь следствие разберется, – начал терять терпение Аркадий Петрович, будучи не сведущим в данной теме.

– И никаких предположений? – не сдавалась Алевтина.

– Да нет, я не в курсе, извините…

На этом официальная часть их беседы была закончена подписанием всех бумаг, и Аркадий Петрович, несколько смущаясь, спросил:

– Алечка, ну а, может быть, мы с вами отметим это мероприятие, когда выйдет статья?

Алечка была совсем не прочь завязать деловое знакомство подобного уровня, потому что знала, что ничего для себя непотребного она не допустит, поэтому ответила утвердительно:

– Да, конечно, Аркадий Петрович. Почту за честь…

И так в этот раз они и расстались, каждый при своем: Аркадий Петрович с чувством душевного смятения, Аля – с понимаем того, что вывернуть клиента наизнанку у нее получилось…

Глава 15

С утра Катю мучило какое-то странное предчувствие, будто произойдет что-то плохое.

Вообще в последнее время она стала замечать за собой, что любой малозначительный повод приводил ее в состояние беспокойства. Что для нее было крайне удивительно.

Ведь за все время службы ничего подобного с ней не случалось. А бывало разное. И нервы выдерживали. Стальные они были, что ли?

Взять хотя бы историю с Золотовым. Ведь он все так замечательно подстроил, что она не вылетела из органов только чудом.

И сейчас опять на горизонте замаячила его малоприятная фигура.

В нем была причина или нет, Катерина Олеговна не знала. Она только знала, что за ее спиной происходит что-то непонятное, и это ее напрягает.

Обиднее всего было то, что она вынуждена была подозревать в пока еще несостоявшейся подлянке своего бывшего, пусть и не зарегистрированного, но все же супруга.

И здесь тоже без Золотова не обошлось. В этом она была уверена на сто процентов. То, что он настраивает Егора против нее, не составляло для нее никакой тайны.

Она только одного не могла понять: Золотов – ясно, ее кровный враг, ну а Егор-то с какой такой стати ведется на его провокации? Ведь у них всегда были прекрасные отношения, даже после того, как они расстались. Продолжали вместе работать, практически в соседних кабинетах. Вместе растили сына Вадима. Да вообще она не припомнит каких-либо проблем, если не считать собственно самого расставания, конечно.

А что происходит теперь, в чем причина того, что он так от нее шарахается?

И чем больше она рассуждала на эту тему, тем больше запутывалась.

Уж она и как выслужиться перед ним придумала: принесла ему Ритину газету, типа в помощь следствию. А он ее взял, и даже спасибо ей не сказал. А сам-то участкового инспектора к Клеоновскому брату посылал, он знает. Правда, результат там, кажется, вышел нулевой. Так она-то здесь причем? Мог бы вообще-то и поблагодарить.

Нет, таким он не был. И это Катю беспокоило.

В итоге на работу она пришла соответствующей своему настроению – полностью выключенной из жизненного процесса.

За стенкой явно намечалось какое-то движение, но она, будучи погруженной в свои мысли, не обратила на это внимания.

Потом время от времени оттуда стало доноситься какое-то гулкое рокотание. А когда из соседнего кабинета вовсю понеслись шум, гам, ругань и галдеж, Катя поняла – что-то случилось. И это что-то не обычного порядка.

Ей, конечно, хотелось выяснить, что произошло. Но просто так взять, и пойти к Егору в кабинет она не могла – его реакция на подобный демарш была вполне предсказуема. И она решила выйти в коридор.

Чтобы потянуть время она налила себе кофе из кофейного автомата и стала ждать.

И вот, когда она уже намеревалась выбросить использованный пластиковый стаканчик, из кабинета Егора вышел он сам и Золотов (ну, куда же без него?).

Катя зашла за угол рядом с кофемашиной и вся превратилась в слух.

Мужчины молча налили себе кофе, каждый себе, и хотя пока что не было сказано ни слова, Катя буквально кожей ощутила, какая возле них накаленная атмосфера.

– Так ты что предлагаешь, – услышала, наконец, Катя голос Егора, – сидеть и ждать, когда все само собой рассосется?

– Это не выход, – сказал Золотов. – Его надо искать.

– Вопрос: где, – озадачился Егор.

– Дом, дача, родня, знакомые – по ним работают.

– Надо еще понимать, как задавать вопросы. Кого мы ищем? – напирал Егор.

– Да, ты прав, – сказал Золотов. – Разглашать-то мы не можем.

– А кто тогда работает, опера? – спросил Катин бывший.

– Вообще-то пока никто. Это я так, образно выражаясь.

– Вот-вот… – сказал Егор и примолк.

– Да… Один большой вопрос… – услышала Катя под занавес, и вдруг все стало тихо.

Она вышла из своего укрытия и направилась в кабинет. Возле автомата никого не было.

И уже сидя за письменным столом, она стала рассуждать.

Судя по разговору, прикинула она, явно, что кто-то в розыске. Но кто по Клеоновскому делу это может быть? Причем, это кто-то, информацию о ком разглашать нельзя. И даже вопросы задавать проблематично. Но почему? И вот еще. Нельзя разглашать эту информацию и самим сотрудникам.

Получается, что в курсе этого дела только ограниченный круг лиц.

Катя, как опытный следователь, не могла не догадаться.

При таких вводных пропасть мог только сам Клеонов.

Так, что там говорила Рита? Звонил Петр? Ну вот, все сходится.

Значит, причина нервозности Егора не она. И это радует. Но ей теперь все равно надо быть в курсе событий, чтобы в случае чего Егору подыграть, помочь, а, может быть, и вступиться за него. Ведь от Золотова неизвестно, чего ждать. Он – человек катастрофа.

В результате Катя поехала к Плетневым, чтобы незаметно выведать у Риты детали того самого телефонного звонка.

А там разыгралась настоящая трагикомедия.

Нонна озаботилась нездоровым интересом Риты к выдумыванию всяких разных небылиц, собственно, свидетельницей чего она и была. И последняя история с рестораном так бы и осталась не критичной, если бы не еще одна, сегодняшняя.

Рита подавала обед, когда по телевизору в какой-то информационной программе выступал широко известный в деловых кругах Эдуард Петрович Гирин.

Сначала Рита на него никак не реагировала, как обычно занималась своим делом, и все.

А потом вдруг, мимоходом глянув на экран, она запросто так заявила:

– Вот этот мужчина тоже с нами в ресторане был.

Нонна, чуть было не подавившись, посмотрела на нее и в первый момент даже не нашлась, что на это сказать.

А сказать явно надо было, потому что накопилось уже.

– И как же он там оказался? – наконец, спросила она.

– А его Сеня позвал. Он ему одолжение сделал.

– Да? И какое же? – все в том же ключе продолжала Нонна.

– Ой, я в этом не разбираюсь, – затараторила Рита. – Ну, какую-то там вещицу ему достал.

– Какую-то там вещицу, – повторила Нонна.

– Он и ко мне приставал, – для большей убедительности прибавила Рита.

– О-о! Вот только этого ты мне не заливай! – всерьез возмутилась Нонна. – Эдуард Петрович давно в разводе и пару себе не ищет.

– Да? – погрустнела Рита. – А почему?

– А потому, что не хочет быть использованным в корыстных целях – вот почему, – с упором на каждое слово подтвердила Нонна. – Да и не такой он человек, чтобы волочиться за молодыми женщинами.

Рита в момент вспыхнула, потом напыжилась и в итоге перестала отзываться на подстрекательства. Только видно было, что она немного расстроилась. Нонна, разумеется, отнесла это на счет того, что ее методично и безжалостно разоблачили.

После обеда Нонна, не пускаясь в объяснения и никому ничего не говоря, отправилась на пропускной пост охраны поселка с тем, чтобы проверить, проходил к ним на территорию некий Сеня или нет.

– Нонна Владимировна, – заверил ее новый охранник. – Тут никаких записей нет.

– Да? – озадачилась Нонна. – А ошибки быть не может?

– Ну, вчера не моя смена была, – почесал он затылок. – Только в любом случае мы все фиксируем.

– Ну хорошо, – в задумчивости сказала Нонна и побрела обратно домой.

В глаза ей весело светило летнее солнце, по обе стороны дороги бушевали зеленые каски дышащей озоном лесополосы, а на душе у Нонны скребли кошки. Это ж надо!

С каждым разом Рита несет такое! Одна небылица круче другой. И что это, паранойя или что?

А, может, это еще и опасно? А у них в доме дети…

Да, она и хотела бы с кем-нибудь вот именно сейчас посоветоваться, но такой возможности у нее не было: у Татьяны появились дома срочные дела, и она на какое-то время их покинула.

Хотя, невесело подумала Нонна, Татьяна тоже та еще советчица. Иногда от нее услышишь такую откровенную чушь, что дальше ехать некуда, а до нее даже не доходит.

И все же сбросить с себя напряжение так хотелось! Мужу докладывать она решила в самую последнюю очередь, когда сама во всем спокойно разберется. Оставалось одно – еще раз не спеша все обдумать.

И именно в этот момент нежданно-негаданно на пороге их дома показалась Катя.

– Катенька, как ты кстати, – открыв ей дверь, воодушевилась Нонна.

– Прости, что я без звонка, – снимая пиджак и вешая его на плечики, сказала Катя и рассмеялась. – я же знаю, что ты дома. Вот я и здесь.

– И ты не представляешь, как это классно! – Нонна повела подругу в свою комнату, чем Катерина Олеговна была немало удивлена.

– А что за секретность, случилось чего? – спросила она у Нонны, пока они поднимались по лестнице.