Ключи от Бездны

- На шестьсот не справить, - удостоверил Чумп меланхолично. - Яхты нынче дороги. Но можно с Кижингой сторговаться, я собственно с ним и добирался, дорогу он знает, а теперь у него и лоцман местный в команде есть.

- Сплошное расстройство от вас, - пожаловалась Тайанне горько. - Мне самой туда с официальным визитом неловко, после всех дрязг и треволнений. Вот тихой сапой, в составе диверсионной группы... еще и приложить руку к хищению чего-нибудь в особо крупных размерах... Может, прав ваш Старик, что-то с миром не то творится, иначе как я ухитрилась настолько огоблиться?

Гоблины деликатно дали ей проныться, уделив внимание своим кружкам. Хастред пытался смотреть на Чумпа испепеляюще, потому что побывать в Брулазии всегда мечтал, хотя и не помнил чего ради, а сам-один на подъем был недостаточно легок. Но поскольку огнеопасность половым путем не передается, а Чумп к тому же был предупредительно облит пивом, от него даже дымок не поднялся.

А эльфийка, напереживавшись и отвздыхав, извлекла из серванта изящную бутылочку, перелила в стеклянный бокал сочно красную жидкость, источающую сильный аромат фиалок, уселась нога на ногу и осведомилась устало:

- Короче, предприниматели. Нашел этот ваш архивариус Разлом, я так понимаю?

- В конечном счете нашел, - признал Хастред.

- Сперва он нашел о нем некоторые упоминания в одной очень затерянной библиотеке, - скрупулезно поправил Чумп. - И там говорилось, что то ли из Бездны выбралось что-то, что зажрало всех Первых, то ли напротив всех Первых в Бездну засосало, в общем, так вышло, что их не стало, и это как-то связано было с Бездной. А наряду с Первыми в их эпохе жили же и кобольды, которые вроде как были умнее и изощреннее...

- Первые их обзывали рептилоидами, - подсказал Хастред. - Надо думать, это так они свое одобрение им выражали.

- В общем, в той книге было сказано, что кобольды совершили труд своей жизни, а это немало, ибо кобольды были весьма продуктивны во многих областях, подступ к Бездне перекрыли своими самыми мощными постройками и заперли на ключ, без которого ну никак не открыть замок. Наш холмарь-инженер похохатывал, типа нет такого замка, который я не вскрою, но Старик сомневался, и мы продолжили искать уже не только саму Бездну...

- Тут напротив притормозили, потому что на ее расположение указания были даны весьма четко, и она оказалась на довольно опасной территории, - Хастред тяжко вздохнул. - Не было смысла туда ломиться без уверенности, что удастся ее отпереть. А отпереть, он считал, надо, потому что по его рассчетам что-то такое попало в линзу... или в жернова... он все время разные метафоры использовал. Так что мы перестали искать Бездну и стали искать ключ.

- И нашли, - заключил Чумп, но вопреки ожидаемому триумфу довольно кисло. - Это нам дороговато обошлось, половина группы полегла, Старика ранили, насилу выбрались с этой хреновиной. Ну и нам бы конечно собраться с мыслями, перегруппироваться, усилить ряды, но Старик на ладан дышал, а без него конец предприятию — формулу эту его даже Хастред не мог себе уяснить, а уж вся картина целиком только в голове у Старика и была. Если б он не дотянул до Бездны, то и вскрывать ее было б незачем, разве что, как ты справедливо заметила, чтоб нагадить. Но мы были юны и восторжены, верили, что миру можем дать, а он от нас взять, вовсе что-нибудь хорошее... дурачьем были, ага. Ну и полезли нахрапом, а там вокруг племена друг другу глотки резали, иноземцев вовсе не жаловали...

Повисла пауза, перемежаемая звучным прихлебыванием.

- И ничего у вас не получилось, - подытожила Тайанне томным голосом. - Судя по тому, что никаких изменений в мире не случилось за последние несколько сотен лет.

- Ну, кое-что получилось, - ущельник с тоской кивнул на ключи. - Мы прошли через тех, кто был снаружи, пробились через тех, кто был внутри... потеряли остальной отряд, но Старика дотащили до зала с Печатью. Действительно, как ожидалось, многослойные раздвижные кобольдские люки. Вот только выяснилось, что замок не один, а тринадцать — как много позже мне сообщил Вово, которого впрочем тогда еще и на свете не было и он предупредить не мог, но все равно гаденыш — тринадцать это основное опорное число кобольдической науки, которая наполовину магия, наполовину инженерия. Ключ наш подошел только к одному замку, а когда Старик его повернул, замок ключ проглотил, сам ушел в глубину, а в люках что-то лязгнуло и видимо отперлось — там, в глубине. И все.

- Я и того не видел, - посетовал Хастред. - Я там на стреме стоял, то есть, как это на приличном, стражу нес на выходе из зала. Там такие водятся, в этом подземелье, что не хотелось бы с ними снова...

- Старик там и остался, - закончил историю Чумп, потупив потускневшие глаза в кружку. Темный эль отражал его хмурую физиономию и рассказ веселее не делал. - И последнее, что я ему пообещал...

- Не говори! - ойкнула Тайанне. - То есть я и так знаю что ты идиот, но даже не вздумай быть НАСТОЛЬКО идиотом!

- Ну да, - Чумп перекосил морду кривой ухмылкой. - Вы, эльфы, столько живете, что для вас несколько лет не срок, ты вон даже про собственного мужа ничего узнать не удосужилась. А мы друг к другу приноравливаемся, прикипаем. А предсмертные желания — это вообще отдельная песня.

Хастред переворошил и пересчитал ключи.

- Тут семь, восьмой в той пещере, девятый Старик сам провернул... Еще четыре?

- Три, - ущельник откинулся на спинку стула и очевидным усилием вернул на рожу сползший было безмятежный покерфейс. - Я признаться и сам забыл про это дело, но когда мы отвоевывали Хундертауэр, я нашел первый, или десятый, если хочешь, ключ в одной из гномьих заначек. Тут вспомнил и стыдно стало. Так что как освободился — кстати, хорошая свадьба получилась, поздравляю — я перетер с Корглином, сходил в Зазеркалье...

Чумп стремительным нырком свалился со стула и скрылся под столешницей, и очередной пивной залп изо рта Хастреда пронесся поверх него. Тайанне мучительно взрыкнула и испарила пиво на лету, прежде чем оно ляпнулось в стену.

- Чтоб тебе, задница недомерочная, ни дна ни покрышки! - взвыл оскорбленный в лучших чувствах книжник. - Уж в Зазеркалье-то как ты мог без меня?!

- Ты занят был, - донеслось из-под стола сконфуженное. - Хрен вас знает чем, но стены ходуном ходили... я думаю, ты ее учил в файтбол играть, потому что перепихиваются аккуратнее даже тролли, а они, как мне кажется, намного прочнее вот этой макаронины.

- Были времена, - припомнила макаронина мечтательно. - Прочность дело наживное, опыт решает. А что там, в Зазеркалье? Я просилась, меня не пустили.

Чумп опасливо высунул голову из-под стола, убедился, что Хастред стоит разинув рот, и вернулся на стул. Ухитрившись, кстати, не пролить ни капли из кружки.

- Ты бы просто не смогла пройти, портал таков, что если не той крови, то не пустит. А там... да ничего особенного я не разглядел. Может если выйти в открытый мир и погулять, то нашел бы чего хорошего, но я же был с конкретными целями и никуда не рвался. Поговорил с местными мудрецами... не смейся, каких нашел, с такими поговорил. Кое-каким советом они мне помогли. Так что я вернулся, съездил опять к Бездне... Хастред, глотай давай, нечего на меня боезапас подготавливать! Осмотрел замки внимательно, убедился, что на замке и на ключе от него есть совпадающие отметины. Отпер подходящий замок, а с остальных со всем прилежанием срисовал эти самые символы. Опять метнулся до Хундертауэра, Корглин вызвал какого-то ведуна из своего ведомства, специалиста по кобольдовским технологиям. Тот и соорудил приборчик, чтоб я мог остальные ключи найти — поскольку вот эти самые загогулинки, равные на замках и ключах, суть ничто иное как уникальный идентификатор изделия, а это все равно что Истинное Имя для старомодных колдовских культов. Вообще, как оказалось, можно таким путем что угодно отыскивать, ежели штука в своем роде особая и имеет уникальную отметину.

- Обычная дивинация подтипа Локейт, - уныло отметилась Тайанне.

- Это тебе обычная, ты и яичницу на ладони жаришь, я видел. А для нас — чудо чудное и океан возможностей. Анарал как увидел, так сразу потребовал на его портянки настроить, а то постоянно одна куда-то теряется. Но устройство слишком ценное, чтоб каждому раздать по своей копии, меня за него таким оброком обложили, что уже трижды пожалел... кстати, как своему в доску и к тому же народному герою, в кредит поверили, предстоит еще долго довыплачивать.

- На карте отмечает? - заинтересовался Хастред.

- Если б на карте. То есть на карте тоже может, только не на всякой, а на специальной, с мировою синекдохой перекрещенной, или как это там называется. Короче, на соотнесенной карте. Такая в Хундертауэре есть.

- И ты ее не спер?

- Во-первых, я у своих не краду, - Чумп с достоинством задрал голову. - Позаришься на чьи-нибудь шестьсот золотых, потом будешь до конца жизни бегать с подпаленной жопой, наши же свои — это не рохли какие-нибудь гавропейские, что только вздыхать могут. Но что гораздо важнее, карта эта объемная, как бишь по-эльфийски — трехмерная, и в длину шагов восемь по меньшей стороне. Ни тебе свернуть ее как-то, ни сложить, ни перерисовать, чтоб с собой взять — мотаться туда приходится каждый раз, чтоб понять, куда за очередным ключом направляться. А самый приборчик как компас работает — надеваешь стрелки, на коих гравер нужные символы вырезал, чтоб оно знало, что искать, капаешь кровушкой для, как я теперь понимаю, подключения тяговой силы, и он тебе указывает стрелкой, в какую сторону искомое.

- И куда поедешь после того как восьмой ключ из поля вытащишь?

- Есть еще один условно неподалеку, а там, - Чумп легкомысленно поболтал рукой. - Там видно будет. Загадывать плохая примета. У меня и с одним-то ключом не всякий раз получается быстро.

- Ну, удачи тебе, - пожелала эльфийка, почуяв что фабула приближается то ли к мели, а то ли напротив к водовороту, из-за острова так сказать на стрежень. - А тебе — нет, нельзя пойти покидать с Чумпом мячик, потому что ты семейный человек, глава, можно сказать, ячейки общества, востребованный оказатель полезных услуг, а мячик ваш вечно отлетает в какие-нибудь дикие края и вы претесь его отвоевывать. Штанов не напасешься, каждый раз в драных возвращаешься!

Хастред страдальчески осунулся.

- То ли я виноват, что штаны непрочные.

- Всегда ж возвращается, это главное, - поддержал его Чумп. - Хотя и не понимаю чего ради, но в мире вообще много всякого, чего я не понимаю. Зачем жрать улиток, как делается фокус, где тетку надвое распиливают, почему Первые, если отбросить факт посмертного окоченения, ничуть не отличаются от Новых...

- Если у тебя все... - оборвала его Тайанне многозначительно.

- Пожалуй, все, - ущельник потянулся и сгреб свои ключи. - А, нет, не совсем. Знаете такого сударя по прозванию Дрыхлый Дупень? Говорят, в ваших краях обретается.

- Никогда про таких сударей не слышала.

- Это ты на Теневом Дворе не бываешь, - Хастред кивнул куда-то в сторону двери. - И правильно делаешь, нечего там особо. Есть такой, недавно появился, промышляет торговлей редкими животными.

- Этот самый мне и нужен, - Чумп удовлетворенно кивнул. - Что о нем скажешь?

- А тебе он в каком смысле интересен?

- Редких его животных отжать, в каком еще смысле может быть интересно чувырло с таким-то погонялом.

- Тогда, думаю, все упирается в способности этих животных тихой сапой прокрасться за тобой наружу. Охрану он конечно держит, но не такую, чтоб ты туда войти не сумел. И еще квартальная стража Теневого Двора — она малость понаблюдательнее городской, опять же тебе по колено, но с похищением элефанта могут возникнуть определенные трудности.

- Нет, элефант мне ни к чему, тут другое. Где, говоришь, его лавка?

- Сама лавка между цирюльней и «Клинковым рядом». Но ежели тебе нужно место, где он животных держит, то это в дальнем конце, где конюшни Бельгора. По запаху узнаешь.

- Уяснил, - Чумп заглотнул остатки пива, сныкал кошель с ключами за пазуху и легко поднялся. - Ну-с, пойду учиню малость бедлама. Сделай одолжение, госпожа городской советник, не надо мне туда присылать патрули на подмогу.

- В Теневой Двор мои патрули и не пойдут, да и невелика цена — от тебя отделаться, - Тайанне демонстративно помахала ладошкой. - Можешь даже сжечь что-нибудь, если будет невтерпеж, только аккуратно, чтоб огонь на город не перекинулся.

- У кого чего болит... - проворчал Чумп и прошаркал в сени. Хастред долил себе в кружку из бочонка и грузной опечаленной тушей вывалился следом, проводить.

- А чего тебя вдруг на животных потянуло? - полюбопытствовал он, пока Чумп влезал в свои ботфорты.

- Зембус попросил, - объяснил Чумп. - Даже не так чтобы попросил, а условие поставил такое — если хочу на нем и дальше кататься, а за последние годы я его, признаться, и впрямь загонял бессовестно — приноси пользу. Он сейчас сам-то мало что не иерофант... был бы даже самым натуральным, но что-то там с прошлым не поделил и весь ихний круг друидов так отметелил, что пришлось новую организацию создавать наново. Забот у него и впрямь хватает, чтоб бросаться по свистку меня лесами водить из края в край. Долг платежом красен, а у него как раз из подшефного лесхоза нескольких пиксей покрали, и как я выяснил путем классической разведдеятельности, то есть подпоив пару браконьеров — сбыли их как раз этому Дрыхлому. Почему его зовут так?

- Много дрыхнет.

- А Дупень почему? Много дупит?

Примечание автора. Гоблины широко и активно используют комбинирование слов, дабы создавать слова, имеющие значение более конкретное. Например, «Задись, не то пыкну» - значит буквально «сядь на задницу, иначе ткну пикой». Слово «дупить», в свою очередь, также яркий пример гоблинского словообразования и в целом может быть расшифровано как «часто совершать глупости» в подчеркнуто негативном контексте.

- Видимо так, раз с лесным воинством закуситься не опасается. Выпотрошить его для острастки Зембус не заказывал?

- Его нет, он-то в чем виноват. Обмен товарами и услугами мир вращает, пусть и на очень специфичной оси. А вот которые похищали — те несомненно удивятся по самое не могу, в другой раз в лес заглянувши.

Чумп затянул пояс, расположив массивную бляху размером с кулачный щит на животе, и оправил оказавшиеся накрест за спиной кинжалы.

- Может, через пару месяцев бы, - протянул Хастред рассудительно. - Если что, можно тут найти какое-никакое дело. Есть тут один помещик, заезжал, просил ему подвалы от крыс и прочих чудищ прочистить — а подвалы у него такие, что кажется в до-новые катакомбы перетекают...

Ущельник косо усмехнулся и похлопал его по плечу.

- Я б подождал, брат. Но приступать еще вчера стоило.

Хастред нахмурился.

- Началось?

- Началось? - Чумп печально хмыкнул. - Началось оно давно и не прекращалось. Просто до поры я ухитрялся бежать чуть быстрее. Увидимся!

Он пихнул дверь и прошмыгнул в сгущающиеся зимние сумерки, а Хастред остался стоять в сенях, как соляной столп, и безучастно взирать на кружку в застывшей лапище. Они с Чумпом почти никогда не обсуждали эту тему — проклятие крови ущельных гоблинов, из-за которого, отчасти, их прозывали ущербными. Хотя книжник всегда помнил, при каждой возможности обращался к разным специалистам — что по медицине, что по проклятиям, в Китонии даже, казалось, заинтересовал одного народного дварфийского целителя, но без доступа к пациенту тот мало что мог прояснить и уж вовсе ничем — помочь. Ущельники от рождения несут в себе болезнь, делающую их кровь все слабее с каждым годом, и в итоге даже те их кланы, что избегали беспечной общегоблинской доктрины помирать по глупости в каждой случайной стычке, угасали полностью. Чумп своего происхождения толком не знал, принадлежность его к ущельникам определилась именно по гнилой крови.

Медикусы, пытаясь разобраться в проблеме, находили природу ее сверхъестественной, маги не находили никаких признаков активного воздействия, ведьмы и знатоки проклятий кивали на необходимость глубокого разбирательства, браться за которое каждому, конечно же, было недосуг, даже если звенели монеты. В конце концов, гоблины известные парии, об них убивать свою карьеру никому не вперлось. Да и сам Чумп относился к своей беде чисто философски — мол, сколько ни отмерится, а все мое. Чем посвящать жизнь попыткам бороться с неизбежным, лучше прожить ее так, чтоб и закончить в любой момент было не обидно. Этим, пожалуй, и объяснялась его кипучая жажда деятельности и готовность влезать в самые чудовищные авантюры, зачастую не сулившие ярко выраженного профита.

- Чего застрял? - окликнула книжника в спину Тайанне. - Ушел он? Вот и ладушки. Ишь, сапфиры мои ему подозрительные... а впрочем они правда не самой чистой воды, но уж что было. Что он, интересно мне, делать будет, когда докопается до этого самого Разлома!

- Пойду спрошу, - вызвался Хастред, стряхивая оцепенение, плюхнул кружку на ближайшую полку и потянулся за сапогами.

- Я тебе пойду! - взъярилась жена. - Знаю я ваши народные традиции, вышел за табаком и поминай как звали. Будем надеяться, что пока докопается — найдет себе эксперта по всем вопросам, и не того кейджианина, что с каждым муравейником разговаривает.

- Я ж ненадолго, - книжник досадливо мотнул головой. - Пригляжу, чтоб он никого лишнего не прирезал, пока своих пиксей ищет. Оно тебе не надо, если поутру в приемной у тебя объявится Дрыхлый Дупень с завываниями, что от преступности отбоя нет. Даже топор брать не буду!

Аргумент был силен, хотя Тайанне наверняка догадывалась, что в конюшне-офисе у Хастреда лежит парочка неплохих топоров на случай внезапной надобности, а тот, что висит на видном месте в спальне, все равно подчеркнуто декоративный; однако на городские мероприятия, где приходилось присутствовать, гоблин брал именно его. Впрочем, Хастред редко противоречил жене, а потому у нее не было отработано приемов на случай, когда он не отступает перед грозным ликом ее истерики.

- Чтоб вернулся до полуночи, и меня не буди, ложись на диване, - припечатала она мятежника как могла сурово. - И мы с тобой поговорим еще насчет твоих приоритетов.

Развернулась и уцокала каблуками вглубь дома.

Хастред влез в сапоги, набросил на плечи уличный кафтан, заглянул в чулан, где свое барахло оставлял Чумп, пошарил среди черенков метел и выудил длинный скрамасакс в проклепанных кожаных ножнах. Заправил за пояс и шагнул за дверь, мысленно выстраивая маршрут через знакомые ему огороды, чтобы опередить Чумпа на пути к зверинцу.

Глава 2

Впрочем, поспешать не пришлось. Буквально через два здания книжник заметил ва проулке красный глазок горящего в трубке табака, а потом и сам Чумп отлепился от стены, подавая трубкой приветственный жест, и выдвинулся на улицу.

- Долго ж ты выбирался.

- В последнюю минуту собрался, - буркнул Хастред смущенно. - А что б ты делал, если бы я не вышел?

Чумп беспечно пожал плечами.

- Даже не знаю. Дом бы поджег?

- Ты бы поджег дом эльфийской магички?

- А чего? Она огненный маг, не водяной же. Что она сделает — встречный пал пустит?

Хастред выразительно покрутил пальцем у виска.

- Огненный маг — это заклинатель огня. Свой огонь, твой огонь — ей без разницы. Захочет раздует, захочет схлопнет. Не задумывался?

- Была нужда в стольких знаниях. Ты вот прямо так и собираешься в дорогу?

- Как так?

- В городских сапогах, которые на щебне живо дуба дадут, без того внушительного доспеха, что у тебя в офисе за запертой дверью, без топора даже.

- Хоть не курю. Не ты ли рассказывал, как стражник тебя учуял только потому, что ты накануне чеснок жрал?

- Стражник внезапно был оборотень, у них нюх такой, что можно было и без чеснока — пустил ветер, и он тут как тут. Но при зверинце оборотней быть не может, они себе носы пооткусывают от царящего зловония. Там как пойдет, может статься, что дать крюка за твоим барахлом может и не сложиться, если они там быстро расчухаются и на хвост сядут. Пиксей только выпустить, сами упорхнут, а вот мы нелетучие.

- Я за барахлом не собираюсь, - Хастред собирался прозвучать веско и уверенно, но вышло скорее... скорее не вышло. - Я только до зверинца тебя провожу, чтоб никто не обидел. Ну и в основном чтоб ты никого.

- Понятненько, - примирительно ответствовал Чумп. - До зверинца так до зверинца.

Развернулся и, похрустывая по занесенной снегом улочке, безошибочно направился в сторону Теневого Двора.

- Заодно жена просила узнать, что ты будешь делать с Бездной, когда последний ключ отработает, - сообщил Хастред в его затылок.

- Это ж когда будет, - откликнулся Чумп благодушно. - Отсюда не видать. До тех пор что-нибудь придумается.

- Ты б лучше сначала придумал, а потом уже лез! У Старика были какие-то свои идеи, да и мозгов побольше чем у нас на двоих. А то вскрывши кобольдовский замок, ты ж его взад запереть уже не сумеешь! Так и оставишь пуп мироздания раззявленым, чтоб кто хочешь туда мог забрести?

- Да не такое уж там и прохожее место, чтоб забредал кто ни попадя. Впрочем, я ж не тороплюсь, видишь, ключи с собой таскаю, не пускаю в ход. Была, кстати, идея их вам на сохранение оставить, но вот зашел — и рука не поднялась, - Чумп виновато покосился через плечо. - Никогда твоя рыжая мне не внушала большого доверия, а сегодня прямо вся моя суть против нее восстала. Может, Зембуса попрошу в какое-нибудь дупло их схоронить, чтобы на себе не таскать. А то неровен час сопрут, второго забега за всей чертовой дюжиной я могу и не сдюжить.

Хастред провел его коротким путем, где в эпоху их детства было наглухо завалено и застроено не то баррикадами, не то импровизированной свалкой, а ныне было аккуратно разобрано и расчищено. Чумп смотрел по сторонам и кивал с уважением, хотя и без большой радости — как всякий гоблин, лучше всего он себя чувствовал там, где все перевернуто вверх ногами и набито без системы.

- Вон вход в зверинец, - указал книжник на сумрачный барак, перед воротами которого клевал носом верзила в надвинутой на уши меховой шапке. - Внутри я не бывал, но сдается мне есть там и подвальный этаж.