Завоевать свою девственницу

Губами она говорила «нет».

Взглядом — что сомневается.

Но тело? Другой разговор. Тело говорило «да».

В тот первый миг ее мягкие полные губы сами прижались к моему рту. Она хваталась за мою рубашку и, сминая пальцами ткань, притягивала меня ближе. Во время жаркого поцелуя сердце Мари колотилось так сильно, что я мог чувствовать отголоски его биения в своей собственной груди. И она задержала дыхание. Черт, хотя бы на пару секунд ощутить жар ее тела было чистым блаженством.

Я знал, что пересек черту, но оно того стоило.

Мари тоже этого хотела. Хотела меня.

Ради того, что могло быть между нами, я вышел за рамки и сбил ее с толку. Лишил точки опоры. Зато теперь, чем бы ни занималась Мари, и чего бы ни добивался Трент, все ее мысли были обо мне, не о нем. В некотором роде я отметил ее. Заклеймил, сообщив ей самой, Тренту и всем остальным, кому она принадлежит. Похоже, я своего добился.

По крайней мере, на данный момент.

Вот почему я сдержанно попрощался и вернулся к работе. Я хотел предоставить ей личное пространство, возможность отдышаться, подумать и позволить телу, разуму и сердцу придти к соглашению.

Раньше мы с Мари созванивались каждый вечер, и вот по прошествии нескольких дней от нее не было ни весточки. Однажды я все-таки получил сообщение, но поскольку оно было сдержанным, ответил в том же тоне.

Мари: Привет. Как прошла неделя? Помнишь Лилу? Она вернулась.

Я: Привет. Классно. Сколько лет, сколько зим, да?

Мари: И не говори. Она только закончила колледж и нашла в городе работу.

Я: Повезло ей.

Мари: У тебя найдется время сделать нам одолжение и в ближайшие дни помочь ей перевезти вещи в новый дом?

Я: Что я за это получу?

Мари: Lol, спасибо.

Я: Шучу. Конечно, я помогу. Что бы тебе ни понадобилось.

Мари: Ладно, не разбрасывайся словами. Возможно, Лила угостит нас ужином или пивом.

Я: Превосходно.

Мари: Спасибо. Скоро сообщу тебе детали. Созвонимся позже.

Я: Созвонимся.

Перечитав нашу переписку, я покачал головой. Мари вела себя странно. Мы редко обменивались сообщениями, и она никогда не попросила бы об услуге по смс. Оставалось надеяться, что поцелуй не разрушил нашу дружбу.

Ведь если из-за него Мари повела себя странно, какой реакции от нее ждать на продолжение? Которое непременно последовало бы. Теперь, попробовав ее на вкус, я стал зависим. Рано или поздно я получил бы Мари в свое полное распоряжение.

* * *

Глубоко вздохнув, я посмотрел в зеркало заднего вида своего старенького потрепанного пикапа на то, как отдалялось ранчо. Впервые за долгое время я уезжал отсюда в середине рабочего дня. Обычно мне хватало обеденного перерыва, однако сегодня Мари понадобилась моя помощь. Точнее, помощь понадобилась не ей, но раз уж она попросила, я с радостью согласился. Мари весь день провела в новом доме Лилы. Теперь им нужно было, чтобы большой сильный парень вроде меня перенес несколько коробок и расставил тяжелую мебель.

Когда я припарковался на подъездной дорожке арендованного дома Лилы, мой пульс зачастил. При виде Мари, застенчиво помахавшей мне с порога, у меня сдавило грудь.

Видимо, пытаясь сразить ее поцелуем, я оказался сражен сам. Я не мог отвести от Мари взгляда. Она была охрененно великолепна. Не заглушая двигатель, я позволил себе полюбоваться ею.

Я слишком долго воспринимал ее как должное.

Хватит.

Я решил помочь Лиле, после чего остаться с Мари наедине и сообщить ей, что она моя.

* * *

Я помог Лиле обустроиться. Мне было не привыкать к физическому труду, и Мари знала, что ради друзей и близких я выложусь по максимуму. Пока девушки распаковывали коробки и подыскивали идеальные места для вещей, я по указанию Лилы развешивал книжные полки, расставлял в гостиной мебель и собирал кровать в хозяйской спальне.

Все шло гладко, пока мы не сели за стол. Ужин стал настоящей пыткой. Последние дни я жил в подвешенном состоянии, поэтому теперь, оказавшись рядом с Мари и не имея возможности прикоснуться к ней, мог сорваться в любую секунду. Я со счета сбился, сколько раз смотрел на нее и заставлял себя отводить взгляд. Болтала ли Мари с Лилой или спорила со мной, я невольно представлял ее в моей постели.

Мое воображение рисовало ее, сидевшую на столе, обхватывавшую меня ногами и позволявшую брать сладкую киску. Несколько раз я поперхнулся и покашлял, скрывая страстные стоны. Я даже отпустил шутку, пытаясь хоть как-то поднять себе настроение. Конечно, девушки посмеялись, но сам я не развеселился. Как бы я ни ерзал и сколько бы ни поправлял член в штанах, лучше мне не становилось. Он был невыносимо твердым.

Внезапно в дверь постучали, и я порадовался возможности отвлечься. Но облегчение испарилось, когда незваный гость принялся буквально ломиться в дом, напористо и агрессивно. Мари с Лилой подскочили. Судя по стуку, пришел сердитый парень, готовый вот-вот впасть в кровавую ярость.

— Ты кого-то ждешь? — спросил я Лилу и, отложив салфетку, поднялся на ноги.

— Нет, — покачала головой она и тоже встала, — никого. Может, это мама, хотя…нет, не она. Мама никогда бы не стала так барабанить. К тому же я на всякий случай дала ей запасной ключ.

Лила последовала за мной. Выскочив из столовой, я краем глаза заметил, что Мари пошла с нами.

— Останьтесь здесь, — велел я девушкам. — Кем бы ни был наш гость, он невменяемый, пьяный или злой.

Расправив плечи, я открыл дверь и обнаружил на пороге друга Лилы. Он нес какую-то несусветную чушь. Мы с ним едва друг друга знали, но сукиному сыну хватило наглости обвинять меня в том, что я пытался увести у него Лилу. Мы с ним столкнулись в дверях, и мои инстинкты взбунтовались. Вместе с ними вырвались на волю гнев и нетерпение. Я не выдержал.

— Какого черта? — услышал я свой собственный крик. — Я хочу только Мари! — я отпихнул Логана, и он отступил.

Мари вышла вперед и прикрыла рот ладонью. Она была в шоке. Скорее всего, Мари удивилась не меньше меня. Я ведь впервые признался вслух.

В комнате воцарилась тишина, и все замерли на своих местах.

— Мы, пожалуй, пойдем, — обратилась ко мне Мари. — Нам нужно поговорить…обо всем.

Да, хорошая идея.

— Мы поговорим, но я не оставлю твою подругу наедине с этим придурком, — резковато бросил я, и Логан тихо зарычал. Я как можно строже посмотрел на него. — Не знаю, что на тебя нашло, мужик. Ты спятил.

— Роуэн, все хорошо. Логан уже успокоился, — Лила выразительно посмотрела на него. — Правда, Логан? У нас не будет проблем, верно?

— Не думаю, что мне стоит уходить, — повторил я.

— Роуэн, Логан взял себя в руки, — вмешалась Мари, хоть и не слишком уверенно. Черт, сейчас даже я ни в чем не был уверен.

— Все хорошо, правда, — вздохнула Лила. — Логан, все в порядке? Просто произошло недоразумение.

Снова воцарилась тишина. Наконец, я схватил Мари за руку и в упор посмотрел на Логана.

— Не знаю, что на тебя нашло, но остынь уже, — проходя мимо Лилы, я остановился. — Если понадоблюсь, я буду за дверью, ладно?

Мари прошла со мной на улицу и дальше, к моему пикапу. Забравшись в салон, мы долгое время молчали. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Мари повернулась ко мне.

— Значит, ты меня хочешь? — спросила она, скрестив руки на груди. — Я долгое время была твоей лучшей подругой. Очень долгое, Роуэн. Будь добр, объясни мне, в чем дело. Что изменилось?

Глава 4

Мари

Я уставилась на Роуэна, ожидая пояснения, как мы докатились от дружбы до его заявлений. Долгие минуты он ничего не говорил, напрягая челюсти и глядя вперед через лобовое стекло. На его скуле подергивалась мышца, и я слышала зубовный скрежет.

Я разочаровалась и расстроилась. Мне нужны были ответы, но я не хотела настаивать, иначе Роуэн отгородился бы от меня еще больше.

Отвернувшись, я посмотрела на дом, где Лила с Логаном либо ссорились, либо мирились. Сегодняшний вечер напоминал мыльную оперу. Снова повернувшись к Роуэну, я стиснула свои лежавшие на коленях руки и задалась вопросом, когда все это закончится.

«И когда начнется»

— Роуэн, — не выдержала я. Он промолчал. — Роуэн, посмотри на меня, — надавила я, пытаясь понять, что за чертовщина творилась. Мы были друзьями, но тот поцелуй…теперь еще и признание. — Поговори со мной, — практически взмолилась я, надеясь, что Роуэн откроется. Насколько я его знала, он мог не просто закрыться, но и возвести между нами нерушимую стену.

Наконец, Роуэн все-таки взглянул на меня. Выражение его лица было нечитаемым, что я ненавидела больше всего. Мне хотелось, чтобы он объяснился и поговорил со мной. Я любила его так долго, что не могла вспомнить, когда зародились мои чувства.

Разумеется, я злилась — вернее, была в ярости — из-за того, что после стольких лет Роуэн заявил о своих намерениях не кому-то, а Логану. Почему нельзя было поговорить со мной? Ну почему? Я решила накричать на Роуэна и потребовать объяснений. Но когда мы сели в пикап, напряженная атмосфера стала еще неловче, и я обнаружила, что мой гнев испарился.

На смену ему пришла отчаянная потребность снова почувствовать с Роуэном связь.

— Поговори со мной, — прошептала я.

Тяжело вздохнув, он откинулся на спинку сидения, скрипнув кожаной обивкой. Несколько долгих секунд Роуэн ничего не говорил, но в моем распоряжении было все время в мире.

— Да, я хочу только тебя, — Роуэн посмотрел мне в глаза. С самого начала этой эпопеи он впервые показал мне свою уязвимость.

— Но почему? — покачала я головой. — Почему сейчас? Что изменилось? Зачем заявлять такое постороннему человеку? Неужели нельзя было поговорить со мной? — вопросы вылетали из моего рта один за другим, и я не могла их остановить. — Ты считал меня всего лишь подругой, — мне были ненавистны навернувшиеся на глаза слезы.

Роуэн снова скрипнул зубами. Судя по выражению лица, разговор давался ему не легче, чем мне.

— Для меня не существовало других женщин.

Я остро чувствовала, как весь воздух покидал мои легкие.

— Что? — искренне воскликнула я в сильнейшем замешательстве.

— Как только я понял, что не хочу никого другого и забочусь о тебе больше, чем имею право, остальные женщины перестали для меня существовать, — Роуэн провел рукой по лицу и опять невидяще посмотрел вперед. Но затем перевел взгляд на меня. — Я всегда заботился о тебе и всегда буду. Когда я понял, что люблю тебя по-настоящему, все прочие потеряли для меня значение, — невесело рассмеялся Роуэн и покачал головой. — Наш поцелуй у фургона несколько дней назад? Я подумал о тебе с Трентом, взбесился и дико заревновал. Я не знал, как рассказать о своих чувствах, поэтому поцеловал тебя, — он закрыл глаза. — Наверное, талант делать глупости у меня в крови.

Замерев на месте, я осознала его слова, проникшись всеми до последнего. Первой моей эмоцией был восторг. Казалось невероятным, что Роуэн признался мне в любви. Что он на самом деле в меня влюбился. Но секунды тикали, и когда до меня дошло все остальное, я взбесилась. По-настоящему. Теперь уже я заскрипела зубами, и мое лицо залило краской.

Пока я молчала, Роуэн наблюдал за мной с все той же уязвимостью. Я сжала кулаки так крепко, что ногти болезненно впились в ладони.

— Мари? — Роуэн заметил мое расстройство. — Что случилось?

Меня потряхивало, и я не могла притворяться, что держу себя в руках. Я могла лишь пойти на поводу у эмоций. Разжав кулак, я занесла руку и отвесила Роуэну пощечину. Она получилась не очень увесистой, но все же причинила ему немного боли. Мне же казалось, что в мою ладонь воткнули иглы.

— Мари, какого черта? — шокировано воскликнул Роуэн, широко распахнув глаза.

Снова сжав кулак и отведя взгляд, я попыталась совладать с собой и вернуть себе хотя бы иллюзию самоуважения. Прежде чем снова посмотреть на Роуэна, я дала себе время успокоиться.

— Хочешь знать, какого черта? — ответила я вопросом на вопрос.

— Да, — его будто ошеломило, что я до сих пор не забралась к нему на колени и не потерлась об него.

— Ты давно заинтересовался мной, но не соизволил мне рассказать? Ты вынудил меня скрывать чувства и не пересекать черту, чтобы не рисковать нашей дружбой, — я покачала головой, обуздывая расстройство и стараясь не расплакаться. — Затем ты поцеловал меня, но не потому, что сильно любил. Ты поцеловал меня из ревности? — я снова скрипнула зубами. Такими темпами я бы стерла их до самых десен.

— Я…

— Нет, — перебила я. — За последнюю неделю ты сказал достаточно, уж поверь мне, — отвернувшись к окну, я уставилась на дом Лилы. Я не знала, как долго мы сидели в пикапе, но судя по ощущениям, целую вечность. — И теперь ты признался едва знакомому человеку вместо того, чтобы отойти со мной в сторонку и поговорить по душам, — по моей щеке потекла слеза, и я быстро ее стерла.

— Мари…. — тихо позвал Роуэн. — Мари, посмотри на меня, милая, — потребовал он уже тверже.

Наконец я повернулась к нему, стараясь не показывать расстройство и слезы, пролитые из-за всей этой ерунды. Ничего не сказав, Роуэн стер с моей щеки вторую слезу, которую я даже не заметила.

«Черт возьми»

— Я сделал тебе больно, — сказал он.

— Да, сделал, — отстранившись от него, я снова повернулась к окну. — Раз Лила не выдворила Логана, значит, у них все хорошо. Пожалуйста, отвези меня домой, — поскольку Роуэн не ответил, я вновь посмотрела на него. — Если хочешь подождать еще, я могу дойти пешком.

Мне нужно было время, чтобы все обдумать. И лучше бы не под взглядом парня, смотревшего на меня так, словно я только что вырвала ему сердце.

Глава 5

Роуэн

Я кончиками пальцев провел по тому месту, на которое пришлась пощечина. Кожу жгло. Удар отрезвил меня, но лишь на секунду. На смену раскаянию и желанию помириться пришли возбуждение и голод.

Я захотел Мари еще сильнее, и член был со мной солидарен.

— Ты уверена, что хочешь уехать? — спросил я.

— Уверена, — в ее голосе сквозила причиненная мною боль. — Я не могу сидеть здесь вот так. Только не с тобой.

Вот черт. На этот раз я действительно все испортил. Поерзав на кожаном сидении, я попытался заглянуть ей в глаза. Мари избегала зрительного контакта, смотря исключительно перед собой. На ее лице застыло стоическое выражение, и она напряглась, привалившись к пассажирской двери, словно хотела отодвинуться от меня как можно дальше.

— Я знаю, что ты расстроена, но не могла бы посмотреть на меня? — я положил руку ей на плечо.

Отодвинувшись еще немного, Мари скрестила руки на груди и только затем медленно повернула голову.