Младший сын князя. Том 4

Правда, я не чувствовал в словах Светланы, что это напускное беспокойство, и с чем связана такая забота о новом члене её клуба — я пока не понимал. Опять же, её или её сестры, которая ведёт себя слишком уж тихо, чтобы быть главой места, где каждый желает сражаться с сильным противником. Такое чувство, что я о них чего-то не знаю.

— Всё очень просто, — принялся я объяснять свою позицию. — Занять первые три места среди своего курса достаточно сложно, чтобы получить достойную награду. С пилюлями, свитками или артефактным оружием у меня проблем, как сама понимаешь, нет и не предвидится, я могу это получить и на аукционе. Я же Львов.

— Но на турнире можно привлечь к себе внимание и сразиться с теми, с кем обычно тебе бы не довелось бы никогда пересечься, — привёл один из плюсов Гиневард.

— С тем же успехом кто-то из сражающихся может попытаться случайно сломать мне конечности или отправить надолго на больничную койку, — покачал я головой. — К тому же кого-то из судей могут подговорить и он вовремя не прервёт бой, а в случае с секундантами такое более маловероятно. И подобных возможностей во время турнира может быть ещё очень много.

Я разве что умолчал о том, что на турнире больше шансов раскрыть свой талант, поскольку за нами будут наблюдать очень много людей. Причём не кто попало, а маги восьмого, девятого или даже десятого кругов. От них утаить мои приёмы будет очень непросто. А значит, и неизбежно возникнут неудобные вопросы, на которые я бы пока не хотел отвечать.

— Прости, Евгений, но почему ты так этого опасаешься? — поинтересовалась София. — Тем более, как сам ты сказал — ты Львов, а значит, в твоём роду могут обеспечить и целителя, который быстро восстановит тебя в случае чего.

— Меня уже один раз попытались убить. Нанимателя не поймали, — равнодушно пожал я плечами. Возможно, для парня моего возраста это и выглядело со стороны наигранно, но когда столько лет находишься на войне, ко многим вещам привыкаешь. И пусть мне было неприятно, что за мой объявили охоту, но мне было это даже обыденно, что ли. Даже сам не думал, что будут к этому так относиться. — В таком случае стоит ждать повторного нападения. Вряд ли жаждущий моей смерти отступит после одного провала. Сомнительно всё это.

— Аргумент, — согласился Гиневард. — Однако если хочешь узнать моё мнение — лучше тебе всё-таки выступить. Если не на турнире, то убийца в любом случае найдёт способ до тебя добраться. Как, например, тогда, когда ты оказался в больнице.

— Я оказался в больнице из-за битого стекла на руках и спине, — чуть улыбнулся я, отметив заодно, что девушки этому не удивились, а значит, Рязанский им про это говорил. Не то чтобы это было прямо большой тайной, но ещё один штришок к пониманию того, что здесь происходит. — Хотя в твоих словах тоже есть правда. Однако мнение насчёт турнира я не изменил. Будем считать, что мне рановато туда соваться. Может быть, в следующем году или даже через два будет самое время, чтобы замахнуться на первую десятку, а до этого — не знаю, — развёл я руками.

— Печально слышать подобное… — протянула Светлана. — Выходит, в этом году будет некому прославить нашу репутацию.

— Почему это? — удивился я. — Неужели среди участников клуба нет достойных кандидатов для того, чтобы быть среди победителей. Тем более, разве вы не будете сами участвовать?

— Не сможем, — поспешил объяснить Рязанский, чтобы не возникло большого недопонимания. — Возможно, ты не интересовался этим моментом, но если в прошлом году ты вошёл в десятку лучших из своего курса, то в следующем году тебе участвовать нельзя, чтобы не породить доминирующего положения. Мы же трое, в том числе и другие яркие таланты нашего клуба, как раз участвовали в прошлом году. И тут как раз вступает это правило.

— Мы сможем принять участие только, если кто-то из лучшей двадцатки по итогу турнира захочет бросить нам вызов как фаворитам прошлого года, — тихо добавила София. — Такие могут бросить вызов любому из сорока участников, поскольку участники с пятого курса уже выпустились. Только есть ограничение — тот, кому ты бросаешь вызов, должен либо учиться с тобой на одном курсе, либо быть старшекурсником. Сделано это для того, чтобы не навредить репутации учеников. Кому хочется видеть, когда сильный бросает вызов слабому?

— К слову, наш клуб в тот год выступил весьма достойно, — с гордостью сказала Светлана. — Я заняла третье место, София — четвёртое, а Гиневард — шестое. И всё потому, что сразу же сдался. Стоило ему выйти против главы студсовета… — многозначительно посмотрела она на Гиневарда.

Мне показалось или он в этот момент напрягся?

— Я очень уважаю нашу с вами общую подругу, и поступил бы точно также, случись мне сразиться с вами, — уверенным голосом ответил Гиневард, однако было в его голосе что-то не то… Будто он пытался скрыть настоящую причину, и ему это отчего-то не удавалось.

— Да-да, я тебе так и верю, — с явно читаемым сарказмом произнесла Светлана, и снова обратилась ко мне: — Твоя сестра, кстати, заняла второе место, а первое досталось Его Высочеству, Максиму Алексеевичу Романову. С которым Гиневард тоже отказался сражаться, когда мы попали на вторую часть турнира, чтобы выйти против победителей других курсов…

— Ну, как наследник рода, защищающего императорскую семью, я не могу поднять руку на того, в ком течёт кровь Романовых и кто, возможно, возглавит управление страной? — возразил Гиневард. — Он же мне потом свой проигрыш мог припомнить!

— Только после этого он до сих пор держит на тебя обиду и требует нового поединка. И постоянно жалуется, чтобы я тебя образумила, — недовольно сказала Светлана. — Прикрывать тебя — нелёгкое дело, знаешь ли.

— Третьему принцу стоит повзрослеть и принять ответственность, — скрывая улыбку от Светланы, ответил Гиневард. Сразу стало понятно, что он её так передразнивал.

— Это вообще тут причём? Гин… Ты иногда такой, что слов нет! — сказала девушка.

— А вы интересно общаетесь между собой, — отметил я.

По ним сразу было видно, что они старые товарищи. И, возможно, уже не раз выручали друг друга в довольно неоднозначных ситуациях. Правда, скорее всего, после выпуска эта связь не будет такой крепкой и от этого становится грустно.

— Не соскучишься, Евгений, — чуть приблизившись ко мне, сказала София. — Ты бы видел, когда к их разговорам присоединяется глава студсовета…

— София, а тебе не говорили, что сплетничать нехорошо? — неожиданно кровожадным голосом вкрадчиво произнёс Гин. Тут же вспомнилась сцена с Амелией, где она при Рязанском упомянула Юлию Смирнову, и как резко изменилось его настроение по отношению к моей сестре. — Я ведь тоже могу припомнить твои секретики, — в этот момент он стал тихо посмеиваться, будто дразнил Софию.

— Один из моих уже раскрыли. Несправедливо, — возразила девушка и тихо прошептала мне: — Главное — не поднимай эту тему при Гине, а то он может обидеться.

— У меня хороший слух, если что, — спокойно ответил на это Рязанский.

— Я знаю, поэтому и говорю, — неожиданно дерзко ответила тихоня София.

— Весело тут с вами, ничего не скажешь, — улыбнулся я, просто наслаждаясь приятной компанией.

* * *

Дни после этого разговора снова пошли своим чередом, правда, мой сон из них совсем пропал. Оказывается, количество желающих посмотреть, на что способен новичок, было достаточно много. Причём некоторые просили реванша, не веря своему поражению от первокурсника.

Конечно, некоторые бои я проигрывал, но ничего такого в этом не было — сказывалось отсутствие опыта сражения с разными противниками без привычного прикрытия.

Хотелось ещё сразиться с Гиневардом, и он сам изъявил на то желание, но попросил немного подождать, чтобы бой прошёл на более равных условиях. Что именно он имел в виду — я не знал, но Рязанский заинтриговал такой загадочностью, ничего не скажешь.

И всё же я решил, что буду на каждой неделе хотя бы один день выделять для полноценного отдыха, посвящая себя либо медитациям, либо выходам в город, либо посещению разного рода мероприятий для аристократов.

Про свою социальную жизнь из-за тренировок я несколько забыл и этого ни в коем случае нельзя было допускать.

Поэтому я прямо сейчас ехал к Борею Суворову. Причём мой выбор был в пользу него, потому что он сообщил мне, что сегодня аукцион посвящён экспериментальным устройствам.

Было интересно посмотреть, что это такое, учитывая предыдущую работу с големами. Глядишь, возможно, даже работы таинственного Намора там найду для изучения в своей лаборатории. Тема рун всё ещё продолжала меня интересовать, да и не так просто во всем этом разобраться.

Глава 13

— Видите, я вам говорила, что отдых пойдёт вам на пользу. Вы прямо посвежели, молодой господин, — подметила Анна, видя моё довольное лицо.

— Просто я связался с довольно весёлой компанией, и если они увидят моё вечно уставшее лицо, то этого не выдержат, — пошутил я в ответ.

Как всегда, вышло как-то не так, но ничего поделать я с собой не мог. А ведь вроде раньше удавалось нормально шутить, но похоже, это влияние на меня прошлого Евгения, что неизбежно в моих попытках раскрыть все свои воспоминания.

— Приятно, что вы стали чаще выходить в свет и общаться с другими людьми, а не только с нами, — одобрительно улыбнулась Анна, после чего мы въехали на территорию аукционного дома.

За то время, что меня тут не было, практически ничего не изменилось, с другой стороны, и не должно было. Только количество машин на парковке сильно сократилось.

Впрочем, оно и понятно — в первый раз, когда я сюда приходил, было открытие нового учебного года в Академии, из-за чего было не протолкнуться от желающих познакомиться с тем, как проходят столичные аукционы. Сейчас же ажиотаж спал, да и большинству было просто не до этого.

Припарковавшись, я отдал приказ сопровождению оставаться на улице, а сам вместе с Анной отправился внутрь аукционного дома. В этот раз, правда, встретил меня не Борей, а его слуга, поскольку первый уже ожидал меня в ВИП-ложе.

Что иронично, именно в том, в котором я встретился с Совуньей, у которой была необычная магическая печать. Интересно, она ещё там?

С этими мыслями я быстро добрался до ВИП-ложи, в которой сидел Борей со своими двумя слугами, которых я видел ещё в первый день поступления в Академию. Совуньи не оказалось на её месте, и я краем глаза заметил, что Анну это слегка опечалило.

Не знал, что ей до такой степени нравятся милые зверушки. Хотя назвать хищную птицу милой?.. Ладно, нашёл, чем заморачивать себе голову.

— Борей, рад тебя видеть, — не стесняясь неформальной речи, сказал я. Тем более мы и до этого общались без особых официозов.

— А уж я как рад тебя видеть, — улыбнулся в ответ Борей. — Присаживайся рядом, аукцион скоро начнётся, а пока можем поговорить о разном.

— С удовольствием, — сказал я и сел рядом на кресло. — А Совунья, я полагаю, к вам в поместье улетела?

— Есть такое. Увы, сегодня без её компании, — расстроенным голосом сказал Борей и сразу добавил: — И да, чуть не забыл. Касаемо голема, сказали, что в этом месяце Победу точно отремонтируют и вернут тебе. Причину поломки тоже нашли, так что всё в порядке.

— А что за причина была? — заинтересовано спросил я.

— Честно признаться, я сам до конца не разобрался, слишком много сложных формулировок использовалось в устном разговоре, — вздохнув, ответил Борей. — Если надо, я могу попросить в письменном виде отчёт об ошибке. Они подобное предоставляют по запросу.

— Буду очень благодарен, — с довольной улыбкой ответил я.

Причины поломки тоже могут многое подсказать насчёт големов и того, как они устроены.

— Кстати говоря, сейчас начнётся аукцион, — сказал Борей, и в самом деле, появился ведущий, который стал приветствовать толпу и рассказывать речь о долгой истории рода Суворовых и о том, что за мероприятие будет сегодня проходить.

Несмотря на разницу в возрасте, у Борея получалось это явно лучше. Нынешнему ведущему не хватало энергии и харизмы. Поэтому публика не была так же сильно увлечена, как в тот раз.

— А часто вообще выставляют экспериментальные вещи на аукцион? — поинтересовался я.

— Когда как. Это в большинстве своём от корпораций зависит, — отвлёкшись от сцены, повернул голову в мою сторону Борей. — Бывает, что весь год затишье и ничего нового не выставляют, а бывает, за месяц один за другим товары попадают к нам в руки. Что-то сразу продаётся, что-то копится, потому что ограниченная серия не зашла, но деньги терять жалко. Как только их скапливается достаточное количество, мы их разом выкладываем на аукцион, и получается данное мероприятие.

— Вот оно как. А часто что-то интересное на таких аукционах попадается? — продолжил я задавать вопросы.

— От случая к случаю, — развёл руками Борей. — От корпораций обычно попадает серийный продукт. Например, экспериментальная броня или артефактное оружие. Иногда совсем уж бесполезное, но в таких случаях они доплачивают, чтобы попытаться его продать и получить хоть какой-то отзыв. Порой доплата выходит в несколько раз дороже себестоимости продукта.

— Эм… А зачем? — не понял я такой логики.

Им же товар продавать надо, а не платить деньги за то, чтобы его у них приняли.

— Тут есть свои определённые сложности, — стал объяснять Борей. — Вот, смотри. Представим, что у одного клиента есть товар, который он не может продать и не знает ему применения. В таком случае он приходит к нам и платит деньги, чтобы товар был выставлен на аукцион и куплен за бесценок. А затем человек, нашедший применение, оставляет отзыв и изначальный клиент теперь понимает, как рекламировать или изменить свой товар.

— А если человек не оставит отзыв, решив сохранить это в секрете? — приподнял я левую бровь.

— Такое тоже бывает, но подобное поведение сильно не одобряется, поэтому, если правда всплывёт наружу, он получит не самое лучшее отношение к своей персоне, — Борей посмотрел обратно в сторону ведущего. — К тому же, если в отзыве покупатель находит способ повысить цену товара, то корпорация в свою очередь будет выражать ему поддержку. Например, денежную, от продажи данного товара, или бесплатной поставки новых экспериментальных образов. Всякое может быть. Тут уже больше индивидуальные решения. Ну а для нас это возможность расширить свой ассортимент и предоставлять необычные вещи в качестве лотов.

— Вот оно как, — кивнул я. — Тогда ещё вопрос. Допустим, это не корпорация, а одинокий маг-ремесленник. В таком случае что будет?

— В целом всё то же самое, — ответил Борей. — Даже одинокие ремесленники состоят в своих профильных гильдиях. Без этого никак, иначе товар просто не пустят на рынок. И вот гильдия в таком случае может заступиться за одного из своих мастеров — они помогают друг другу и поддерживают знаниями и материалом.

— Приму к сведению, — ответил я, уйдя в свои мысли.

Я задал Борею эти вопросы не просто из чистого интереса или чтобы поддержать разговор.

После окончания Академии мне в любом случае потребуется бизнес, чтобы приносить пользу роду, а не только брать из него деньги, которые вряд ли будут бесконечными.

Из-за этого возникла идея создать мастерскую, в которой я мог бы заниматься улучшением артефактов, в том числе и экспериментальных, чтобы продавать их потом на рынке. Благодаря улучшениям, цена на них может возрастать на порядок.

Это также могло означать, что рано или поздно я бы решил создавать их сам, чтобы не иметь посредников, и поэтому мне нужно было понять в целом, как работает этот рынок сбыта.

С гильдией ремесленников проблем больших, я думаю, не возникло бы, а вот с отношением ко мне, в целом, не узнай я подробностей от Борея, могли сильно испортиться. Поэтому я заранее прощупывал почву и потихоньку готовился к реализации своих планов. Даже если до них ещё далеко.

Впрочем, опять же, многие вопросы будут решаться уже на уровне того, что я из рода Львовых. Есть всё же свой несомненный плюс быть сыном столь влиятельного человека.

В идеале хотелось бы встретиться с кем-нибудь из сильных рунных магов или тех, кто умеет создавать качественный артефактный товар, чтобы перенять у них опыт. С тем же Намором, например. Правда, как это сделать, я пока что не знал. Хотя, честно говоря, и времени выяснить не было.

Пока что единственным вариантом встречи с артефактором был Роман, мой старший брат. Жаль, о его способностях мне было известно ровным счётом ничего, кроме относительных слухов.

Дальше, собственно, начался сам аукцион, который меня, мягко говоря, разочаровал. По сравнению с предыдущим моим визитом, тут выставляли один ничего не стоящий хлам.

С одной стороны, это нормально — не каждый же день можно урвать что-то ценное, как, например, артефактные перчатки для Анны.

С другой, я хотел прикупить для Тимофея и Вадима что-то стоящее, чтобы отдельно наградить за преданную службу и помочь в развитии. Однако увы, такого товара сегодня не выставляли.

В итоге, я купил несколько безделушек, которые мне показались интересными и стоили не так уж дорого. Как минимум, я всегда мог их разобрать или улучшить, чтобы просто попрактиковаться.

Хотя, как ещё один из плюсов, я узнал, что у многих корпораций весьма и весьма богатое воображение. Не думаю, что в моём мире кому-то взбрело бы в голову изготавливать подобные неоднозначные вещи.

Например, копьё-поршень для пробития доспехов. С одной стороны, как концепт — звучит прекрасно. Это чудо инженерной мысли вешается на ведущую руку мага, после чего за счёт работы рун и энергетического кристалла с огромной пробивной силой бьёт по врагу в уязвимую точку.

Им без проблем можно пробить лёгкие и часть средних доспехов, правда, всё зависит от прочности самого «копья», которое идёт отдельно, как расходник. Причём не только их — даже магический щит пятого круга не выдержит удара.

Но опять же, всё зависело от начинки копья, используемого для пробития, и тут был весьма широкий ассортимент, который, конечно же, разнился по цене.

Да и чтобы использовать его, много ума не надо — сблизиться с противником и нажать на спусковой крючок в специально отведённом для этого месте.

Но есть, как говорится, нюанс — большая отдача. Из-за того, что оружие настолько мощное, оно без проблем может как минимум вывихнуть, а то и оторвать руку магу и компенсировать пока это никак не получалось.

Я уже молчу о том, что это копьё весит пару десятков килограмм и будет очень мешаться в бою из-за баланса. И эти проблемы, можно сказать, не решаемы.

Чтобы снизить такую отдачу, нужна сложная вязь рун. Такую не каждый артефактор сможет выполнить, а значит, в массовое производство их не запустишь. С балансом та же проблема — либо сложная вязь рун, либо изготавливаемый экзоскелет под это оружие.

Я уже молчу о том, что такое копьё будет очень дорого стоить.

А ведь цена… Там же будут уходить десятки килограммов ценнейших металлов. Ума не приложу, как оно должно было окупаться. Вот и выходило, что идея интересная, а реализация на два с минусом. Впрочем, они же эти наработки могли использовать и в других своих проектах.

С остальным была если не практически, но схожая история. Особенно удивили доспехи, к которым кто-то пристроил режущую металл пилу.

Каким образом она должна была резать металл и не тупиться, и главное — зачем, для меня осталось загадкой. Но то, что её купили больше чем за десяток миллионов рублей, заставило меня выпасть в осадок. Получается же, что кому-то и такое интересно.

В любом случае я с пользой для себя провёл время. С Бореем я поговорил ещё какую-то часть времени, пока мне не позвонил Гиневард. Отклонив звонок, я попрощался, сославшись на дела, после чего покинул поместье и перезвонил Рязанскому. Чувствую, всё-таки мой выходной будет не таким уж полноценным днём для отдыха.

— Привет, Гин, — перезвонил я, уже сидя в магокаре и покинув аукционный дом Суворовых.

— И тебе. Помнишь обещание насчёт дуэли? Так вот, я всё организовал. Я тебе скину адрес, куда ехать. Толпе людей можешь не удивляться — это всё будут мои слуги. Они тоже должны протестировать новое оружие, — ответил Гиневард.

— Новое оружие? — непонимающе переспросил я.

— Увидишь. Сразу извиняюсь за суету, но поверь, в таком ты вряд ли когда-нибудь сражался, — загадочно ответил Гиневард и сбросил трубку, после чего скинул на телефон местоположение своего поместья, в котором он проживал в окрестностях столицы.

Что ж, до сих пор Рязанский меня ни разу не разочаровал. Посмотрим, чем в этот раз удивит.