Последние из Альбатвичей

Леви нахмурился.

— Возможно, альбатвичи?

— Я не знаю, что это такое, — сказал Джон.

— Я знаю! — Стерлинг был взволнован возможностью внести свой вклад в разговор. — Это название голландских поселенцев в Пенсильвании. Означает «похититель яблок» или что-то в этом роде. Предполагается, что это снежный человек. Верно, Леви?

— На самом деле «яблочный стукач», — поправил его Леви. — И хотя они не были Сасквотчем — по крайней мере, в отличие от популярного описания Сасквотча — они вполне могли быть двоюродными братьями. Альбатвичи были намного ниже ростом. Обычно около четырёх футов, хотя было несколько сообщений, что некоторые из них достигают пяти футов роста.

— Я никогда о них не слышал, — сказал Джон.

— Я удивлён, — ответил Леви. — Они составляют большую часть местного фольклора. Но, я думаю, как и многое другое сегодня, старым обычаям и сказкам больше не учат.

— Мои дети не знают, что такое кассета, — сказал Стерлинг, — не говоря уже о пластинке. Они думают, что это просто большой компакт-диск.

Леви сосредоточился на Джоне.

— Говорят, что они всегда были здесь, живя в лесах вдоль побережья в Колумбии и Мариетте, а также на берегу реки в округе Йорк. Основное племя существ было сосредоточено в районе Чикис-Рок и вокруг него. Они остались в основном на деревьях, спускаясь только в поисках пищи. Как можно догадаться по названию, они питали особую любовь к яблокам. Они воровали их с ферм, и есть даже некоторые сведения о том, что они крали яблоки с пикников и сбрасывали плоды обратно с верхушек деревьев. Так что вы можете понять, почему голландские поселенцы называли их «яблочными стукачами».

— Здесь не так много яблонь, — сказал Джон. — Особенно вокруг Чикис-Рок.

— Нет, — согласился Леви. — Там нет. По крайней мере, не сейчас. Но когда эта территория была впервые заселена, яблони были на каждой ферме. Они были основным продуктом питания первопроходцев. Выносливые, легко выращиваемые и легко адаптируемые. Из них можно приготовить всё, от варенья для пирогов до самогона из них. Их консервировали достаточно хорошо, чтобы хранить на зиму. А в лесу тогда тоже было полно диких яблок.

— Они когда-нибудь нападали на кого-нибудь? — спросил Джон.

Стерлинг нахмурился.

— Дикие яблоки?

— Нет, идиот, — Джон вздохнул. — Я имею в виду альбатвичей.

Леви покачал головой.

— Я никогда не читал о том, чтобы они делали это, и поверьте мне, я изучил их подробно. Но я уверен, что на них было страшно смотреть. Сообщается, что племена саскуэханноков украшали свои щиты резными изображениями альбатвичей, чтобы вызвать страх у своих врагов. Но сами существа не отличались жестоким характером. Я полагаю, что их диета состояла в основном из яблок и других фруктов. Они никогда никому не причиняли вреда, судя по имеющимся сведениям. Их основной защитой, похоже, был звук, который они издавали своими хвостами, шум, похожий на треск кнута.

Стерлинг закурил ещё одну сигарету.

— Люблю я яблоки или нет, я всё равно не хотел бы встретить его в темноте.

Леви пожал плечами.

— Я сталкивался с существами и похуже.

— Не буду спорить, — согласился Стерлинг, — и я не хочу знать.

Через несколько секунд после того, как он это сказал, Леви был озадачен собственным признанием. У него не было привычки делиться подробностями своей работы с кем-либо, особенно с теми, кого он считал «гражданскими лицами». Имена и информация имели силу, и хотя он доверял Стерлингу больше, чем кому-либо другому, Леви слишком хорошо знал, что может случиться, если информация, какой бы туманной или тривиальной она ни казалась, окажется в чужих руках. Он задавался вопросом, что заставило его признаться в этом Стерлингу, особенно в присутствии такого человека, как Джон? Страх перед будущим? Его усталость идти по жизни в одиночестве? Другие пока ещё невидимые или неизвестные силы? Или он просто устал и случайно проговорился?

— Ты прав, Стерлинг, — пробормотал Леви. — Ты не захочешь знать.

Тон Стерлинга был сочувственным.

— Но я не думаю, что вы столкнулись в этой ситуации с альбатвичами. Предполагалось, что они вымерли в начале 1900-х годов.

— Так гласят легенды, — согласился Леви, — но с тех пор наблюдения были. Их было несколько в 1950-х и 1970-х годах, и ещё два — в 2005 и 2008 годах.

— В Чикис-Рок? — спросил Стерлинг.

— Несколько. Последние были за рекой, в округе Йорк. Один в городе Ред-Лайон, другой в Райтсвилле.

— Рядом с Лощиной ЛеХорна, — сказал Джон. — Откуда у них эта легенда о Человеке-Козле? Это то же самое существо?

На мгновение лицо Леви потемнело.

— Нет. Человек-Козёл — это нечто совсем другое. И эта конкретная часть фольклора наверняка вымерла.

— Откуда вы знаете? Это часть… того, чем вы занимаетесь? Вашей работы?

— Да, это так. Но вы сказали, что вас беспокоят три причины, Джон. Вы не упомянули другие. Что ещё произошло?

— Ну, полицейские заметают следы. Они сказали нам, что не хотят, чтобы кучка психов появилась и бродила по месту происшествия. Но не прошло и получаса после того, как они это сказали, как появилась съёмочная группа из «Охотников за гробницами». В парке. У них были камеры и всё такое. Полицейские не подпустили их к тому месту, где упала девушка, но всё же было странно, что они добрались туда так быстро. Как будто они были ближе, чем мы думали. Они также выглядели очень нервными.

— Боюсь, я не знаком с «Охотниками за гробницами», — сказал Леви. — Я полагаю, это телешоу?

— Да, — сказал Стерлинг. — Они шныряют туда-сюда каждую неделю в поисках монстров и паранормальных явлений. Но никогда ничего не находят. Чёрт, Леви, тебе нужно уделять больше внимания местным новостям. Они всю неделю были за рекой в ​​округе Йорк, снимая специальный выпуск о Скретче.

— Я не слышал, — признался Леви. — Но я, конечно, знаю Скретча. Легендарную гигантскую водяную змею. Когда мы были маленькими, мой отец пугал нас рассказами о нём.

Джон вздохнул.

— Скретч, Человек-Козёл, а теперь и эта тема с альбатвичами. Если бы я не увидел то, что увидел сегодня, я бы не поверил ничему из этого.

— Вы сами видели след? — спросил Леви.

— Нет. Никто из нас на земле этого не видел. И я сомневаюсь, что кто-то сделает это.

— Почему же?

— Это третье, что я хотел вам сказать. Эта часть меня действительно напугала. Как раз перед тем, как они забрали тело девушки, появились эти головорезы из службы безопасности.

Леви нахмурился.

— Полиция штата?

— Нет, — сказал Джон. — Куча чёртовых наёмников из корпорации «Земной шар».

— «Земной шар»? — Леви нахмурился ещё сильнее. — Они — частная охранная компания. Я думал, их нанимают только для таких мест, как Афганистан и Ирак. Это дело местных правоохранительных органов. Что они делают в Чикис-Рок?

— Ваше предположение так же верно, как и моё, — сказал Джон. — Но они установили периметр и никого не пускают в парк. Даже полицейские, кажется, были удивлены их присутствием. Я спросил у своего шефа, и он говорит, что приказ пришёл сверху, и что надо перестать задавать вопросы. И это чушь. Достаточно плохо, что они замяли этот след, но теперь ещё и это? Происходит что-то странное.

— И я сказал ему, что ты хорошо разбираешься в странностях, — сказал Стерлинг. — И что ты думаешь, Леви? Стоит ли проверить?

Леви улыбнулся, пытаясь скрыть своё беспокойство, а затем пожал плечами.

— Полагаю, я мог бы проверить это.

3

За час между сумерками и темнотой Леви приготовился. Он начал с того, что позвонил своей подруге Марии, репортёру одной из двух газет округа Йорк. Она позвонила коллеге, которая писала для ланкастерской газеты, и подтвердила Леви, что на вершине Чикис-Рок, откуда упала девушка, действительно что-то было найдено. Но хотя Джон, казалось, думал, что след был только один, источник Марии сообщил ей, что их были десятки. Некоторые из них, без сомнения, принадлежали жертве, опознанной как Эйприл Нэйс. Но больше всего Леви интересовали другие отпечатки. Мария рассказала ему, что они по форме напоминали человеческие, с пятью пальцами на ногах, но гораздо крупнее — не менее фута в длину, широкие и, очевидно, с когтями какого-то вида. Редактор газеты особо упомянула о следах, сообщив только, что жертва упала с Чикис-Рок, и что власти работают над тем, чтобы определить, было ли это самоубийство, несчастный случай или насилие.

Ещё Мария рассказала ему, что ходили слухи о том, что детективы нашли что-то в заднем кармане жертвы — удостоверение личности сотрудника, принадлежащее кому-то из корпорации «Земной шар». К сожалению, ей не удалось подтвердить слухи, а её редактор заблокировал дальнейшие попытки сделать это, ссылаясь на приказ издателя газеты.

Повесив трубку с Марией, Леви был озадачен ещё больше, чем когда впервые услышал, как Джон рассказывает подробности. Присутствие сотрудников «Земного шара» вызывало беспокойство. Их участие не имело смысла. Но больше всего его беспокоили следы, найденные на вершине Чикис-Рок. Они были слишком большими, чтобы принадлежать альбатвичу, а это означало, что на свободе было что-то ещё. И он всё ещё не был уверен, что в этом районе всё ещё существует сообщество альбатвичей. Были сообщения о популяции, живущей в Новой Шотландии, где алгонкины называли их «маленькие лесные люди», и он подозревал, что печально известная флоридская скунсовая обезьяна могла быть их родственником, но что касается здесь, в Чикис-Рок, он считал, что они вымерли.

Так с чем же он тогда имел дело? Кто мог оставить такой след, как описали Джон и Мария, но не быть альбатвичем? Было несколько возможностей, и ни одна из них ему не нравилась. Возможно, ликантроп или демон. Это были наиболее вероятные подозреваемые. Какой бы ни была природа угрозы, она была относительно новой, поскольку Леви никогда не ощущал её присутствия во время своего пребывания в окружном парке.

Затем он задавался вопросом, как лучше подготовиться? Он выбрал небольшой серебряный крестик с серебряной цепочкой и надел его на шею, спрятав под одеждой. Он полагал, что серебро окажется полезным против любого существа-оборотня, а сам крест будет защитой, если угроза исходит от демона иудео-христианского происхождения. Затем он пошёл в фойе и выбрал трость, сделанную из ясеня. Дерево само по себе служило мощным сдерживающим фактором против многих видов зла, а трость была достаточно прочной, чтобы физически ударить по чему-либо, не расколовшись и не сломавшись. Затем он набил карманы своего жилета различными маленькими пузырьками с шалфеем, солью и другими вспомогательными средствами. Он также держал на груди свой экземпляр «Давно потерянного друга» — гарантированный запас прочности на случай, если другие меры потерпят неудачу.

Довольный своим вооружением, Леви отправился в гараж и прицепил Ди к багги. Лошадь заржала и с восторгом уткнулась в него носом, счастливая от того, какие перспективы открывал ей Леви. Со своего места во дворе Кроули прыгал и тявкал, гремя цепью, умоляя взять его с собой.

— Не беспокойся, — сказал Леви псу, развязывая его. — Я не забыл о тебе. Обещание есть обещание. И, кроме того, мне могут понадобиться твои навыки слежки. Мы могли бы заставить твой нос работать ещё до того, как закончится ночь.

Кроули сидел рядом с ним на скамейке в багги, приподняв уши и высунув язык. Несмотря на свои опасения по поводу вечерних событий, Леви не смог сдержать улыбку. Энтузиазм собаки был заразителен. Он протянул руку и почесал Кроули за ухом. Кроули наклонился в ответ на этот жест, и его задняя лапа загрохотала. Всё ещё улыбаясь, Леви взял поводья и вывел Ди из гаража на дорогу.

Он заметил Стерлинга, стоящего на крыльце и курящего ещё одну сигарету. Джона не было видно. За занавесками Стерлинга мерцал телевизор. Когда Ди прошла мимо, сосед поднял руку и помахал им.

— Будь осторожен, Леви.

Улыбаясь, Леви ответил на тот же жест.

— Я всегда осторожен. Господь защищает тех, кто Ему служит.

Но когда они свернули за угол и дом Стерлинга скрылся из виду, улыбка Леви померкла.

* * *

Обычно пустынный участок шоссе 441, вдоль которого находился вход в окружной парк, после наступления темноты становился кромешным и освещался лишь изредка проходящими фарами или полной луной. Но когда Ди вела их вверх по холму к парковке (за ней следовала длинная очередь терпеливых местных водителей, привыкших сосуществовать в пробке с более медленными багги амишей), Леви заметил яркое свечение, что окутало деревья жёлтой дымкой.

Поднявшись на холм, он увидел массивные прожекторы, возвышающиеся над парковкой. Генераторы гудели, заглушая проезжающий транспорт. Стоянка была заполнена легковыми автомобилями, фургонами и грузовиками, выкрашенными в чёрный цвет и со знакомым логотипом корпорации «Земной шар» на дверях. Мужчины и несколько женщин стояли под прожекторами и между машинами. Весь персонал носил бронежилеты или униформу одинакового цвета, и все они имели одинаковый логотип. Леви видел бронежилеты в новостях — щиты и шлемы с тёмными забралами были обычным явлением в Ираке, Ливии, Афганистане, Сирии и других местах, где нанимались эти люди, — но сейчас было тревожно увидеть их на выставке в его маленьком уголке мира. Многие из мужчин были вооружены винтовками. У некоторых также было в кобурах личное оружие. Леви не знал точно, какие типы винтовок были у сотрудников службы безопасности. Его познания в области огнестрельного оружия начались и закончились с винтовок, с помощью которых он в детстве охотился на мелкую дичь и оленей — занятием, которым он не занимался с тех пор, как был изгнан из своего сообщества. Он был совершенно уверен, что, независимо от калибра и марки, винтовки, которыми владеют силы безопасности «Земного шара», не оптимальны для охоты на фазанов — если только они не предназначены для превращения фазана в мелкий красный туман.

Помимо наёмников, там было трое мирных жителей. Судя по количеству съёмочного оборудования, которое они несли, Леви предположил, что они были частью телевизионной команды «Охотников за гробницами», о которой упоминали Стерлинг и Джон. Там была молодая женщина с несколькими видимыми пирсингами и татуировками и худощавый молодой человек в очках и с коротко подстриженными волосами. Оба выглядели едва закончившими колледж. Третий мужчина был примерно ровесником Леви и был одет так, будто отправился на сафари. Эта одежда была непрактична для прогулки ранней осенью по лесам Центральной Пенсильвании, но Леви полагал, что по телевидению она выглядела бы хорошо. Он заметил, что все трое выглядели измотанными и измученными. Они стояли несколько в стороне от команды «Земного шара», наблюдая за происходящим, но, что любопытно, не снимая.

Его также поразило то, что под рукой не было местных чиновников. Конечно, для операции такого масштаба на месте происшествия должно было быть хотя бы несколько машин местной полиции или пожарных-волонтёров, регулирующих движение транспорта. Вместо этого эту обязанность выполняли двое суровых на вид сотрудников службы безопасности, мрачно размахивая машинам, а прохожие замедляли ход, чтобы поглазеть на место происшествия.

Леви отвёл Ди к обочине дороги. Кроули беспокойно заёрзал на сиденье рядом с ним. Собака понюхала воздух. Его уши были плоскими, а хвост твёрдо держался между ног. Он почувствовал что-то неладное.

Леви тоже это почувствовал.

Движение продолжало увеличиваться. Гравий захрустел под колёсами багги. Двое охранников подошли к ним ещё до того, как он полностью остановил Ди. Ни у одного из мужчин не было винтовки, но Леви заметил, что они держали руки возле пистолетов. Когда они подошли ближе, Ди вскинула голову и фыркнула.

— Тише, — прошептал Леви.

— Сэр, — сказал один из охранников, — вам нужно продолжать движение. Вы блокируете дорогу.

Леви оглянулся через плечо на медленно движущуюся линию машин, а затем снова на охранника.

— Кажется, движение налажено. Могу заверить вас, что водители в этом округе привыкли делить дороги с багги.

— Как бы то ни было, сэр, ваша парковка здесь сбоку создаёт угрозу безопасности для нашего персонала. Я прошу вас проехать дальше.

— Здесь не на что смотреть? — Леви ухмыльнулся.

Охранник не ответил на этот жест.

— Верно.

— Извините, — сказал Леви. — Я не услышал вашего имени?

— И не услышите. Я вам не скажу.

— Тогда кому вы подчиняетесь? И почему такая враждебность? Это мой город. Я имею право знать, что в нём происходит. Вы из местной полиции?

— Уезжайте, или мы вам поможем, сэр. Хорошего вечера.

Охранник отвернулся от Леви, явно отмахиваясь от него. Леви нахмурился.

— Извините, — позвал он. — У меня ещё есть несколько…

Мужчина обернулся. Выражение его лица было омрачено разочарованием.

— Сэр, я посоветовал вам покинуть это место. Вы отказались подчиниться. Теперь я скажу вам ещё раз. Если вы всё ещё откажетесь подчиниться этому приказу, у меня не будет другого выбора, кроме как принять соответствующие меры.

— О? Неужели? И что могут повлечь за собой эти соответствующие меры?

Правая рука охранника двинулась к оружию. Одновременно он поднёс левую руку к воротнику рубашки. Леви заметил прикрепленное к нему небольшое устройство размером с кнопку. Мужчина наклонил устройство и заговорил в него.

— У меня здесь небольшая проблема. Как слышите? Тут джентльмен, который отказывается подчиняться.

Он улыбнулся Леви. Это не был тёплый, приветственный жест. Леви подумал, что это больше похоже на гримасу. К ним начали приближаться ещё несколько охранников в форме. Съёмочная группа, похоже, также внезапно заинтересовалась происходящим. Леви почувствовал, как рядом с ним напрягся Кроули, его лапы были уже готовы.

— Итак, сэр, — сказал охранник, вынимая из кобуры оружие и глядя на собаку. — Я попрошу вас уйти с этого…

Ди запрокинула голову, а затем в громкой конвульсии чихнула в лицо охраннику, забрызгав его комочками слизи. Отплёвываясь, охранник задохнулся на полуслове и стоял, открыв рот, а с его носа и подбородка капали густые пряди конских слюней. Другие приближающиеся охранники рассмеялись над затруднительным положением своего друга. Сдерживая улыбку, Леви подавил желание погладить лошадь и сказать ей, какая она хорошая девочка.

Остальные охранники уже были почти рядом с ними. Кроули снова зарычал. Леви оглянулся на движение, задаваясь вопросом, рискнут ли эти люди вступить в конфронтацию на глазах у такого количества свидетелей? Как бы это отразилось на обществе, если бы было замечено, что группа сотрудников частной безопасности преследует мужчину, по-видимому, амиша? Он изучал ауры приближающихся, намереваясь угадать их возможное поведение и намерения, но прежде чем он смог это сделать, на опушке деревьев возникло волнение. Из леса выехал вилочный погрузчик, трясясь и грохотая, когда его шины впились в неровную почву. На вилках подвешивалась скрученная стальная клетка. Её рама прогнулась, и что-то сломало несколько прутьев. Дверь болталась на одной петле. На его глазах водитель погрузчика погрузил обломки на бортовой грузовик.

С появлением клетки нервная энергия охранников, казалось, возросла. Один из них рявкнул на двоих других, чтобы они поторопили движение и освободили территорию. Другой подошёл к Леви и его агрессору.

— В чём проблема? — спросил второй охранник.