Помоги проекту - поделись книгой:
Стеклова Анастасия
Закон сохранения энергии на небесах
Пролог
Большинство помещений в Тянь-Чжунго имело невысокие потолки с деревянными перекладинами, тонкие стены и крытые циновками полы. Но здесь, в звонкой прохладной темноте, не было даже видно, где заканчивается эхо шагов, потому что под ногами был мрамор, а по бокам — величественные колонны. А это ведь был даже не Нефритовый Чертог, всего-то Среднее кольцо. Даже если тут было немного пыльно, душно и ощущался лёгкий погром.
Из бокового коридора в парадный зал, где у стен стояли обитые шёлком лавки, а на бархатной помпе возвышался трон, прокралась высокая стройная тень. У тени был широкий меч в правой руке, а в левой она держала куда более необычный предмет — фонарик на батарейках. Его луч скользил по залу, но не находил ничего действительно стоящего внимания. Только дорогие фарфоровые вазы, статуи и гобелены. Это был дом одного князя, который сейчас переехал в летний дворец где-то далеко за пределами крупнейшего города страны. Хотя сейчас было не лето. Ну и ёкай с ним, он бы только мешал.
Тень прислушалась: другие такие как она тихо шуршали где-то в глубине комнат, коридоров и, кажется, спустились вниз по лестнице. Хоть бы кто-нибудь нашёл зацепку…
Надо торопиться. Те немногие, что держали в порядке это недоступное для простых смертных место, очевидно, были вырублены каким-то сильнодействующим веществом, и оставалось только надеяться, что их враг — бледное чудовище, отравляющее людей — не переборщил с дозой и не погрузил бедняг в кому. Но нельзя было быть уверенными и в том, что кто-то не придёт им на смену и не застукает честных молодых ребят, изучающих кунг-фу у лучшего в небесах учителя.
Тут тень вздрогнула: фонарик выхватил движения в дальнем углу, куда, видимо, тоже выходил какой-то проход. Всё-таки этот помпезный зал был центром мраморного строения в три этажа. Тот, кто двигался, тоже заметил чужака.
Свет отразился от линзы.
— Кто здесь? — твёрдо спросили громким шёпотом.
Тень не поверила своим глазам, но всё же это была правда: только одна девушка в Тянь-Чжунго могла так выглядеть — вульгарно, не по-местному, но со вкусом свободы…
Тень вложила меч в ножны.
— Ох, мать моя, это ты?! Чёрт, я так… у-ух! Ты-то что здесь делаешь?!
Девушка обняла тень, та обняла в ответ, а затем они удивлённо посмотрели друг на друга: ни одна не ожидала, что такое с ними случится, что однажды они будут настолько друг другу рады, пусть сейчас было не время для встреч после разлуки в несколько месяцев.
В это время подошли соратники тени, такие же незаметные в темноте и готовые сражаться, а за девушкой с линзой вышли двое молодых людей в ханьфу и с безбашенно улыбающимися лицами.
— Мы ищем здесь своего мастера, — негромко произнесла тень, боясь шуметь. — Его похитили и, предположительно, привели сюда. Но кто-то вырубил слуг и охрану. — Она вздохнула: — Не думала, что зайду так далеко.
— Так классно же! — улыбнулась девушка с линзой. — И вот совпадение: мы тоже кое-кого ловим. Думаю, похитителя.
— Похитителя? Зачем?
Девушка пожала плечами и поправила лямку рюкзака.
— Он знает кое-что важное, но не скажет, потому что ему всё равно. А нам нет. Так что у меня с собой верёвка и пара небезопасных предметов.
— Рисковые вы… — выдохнула тень, пуская свет прочь от людей.
Соратники тени и друзья девушки подошли поближе, узнавая друг друга.
— Мечники из деревни Каменные сосны?
— Культиваторы с западных полей?
— Приятно познакомиться!
— Встреча с вами — честь для нас.
— Вы здесь все? — с опаской уточнила тень у культиваторов. — Идти таким маленьким отрядом опасно.
Один из парней усмехнулся.
— Чего нам бояться среди таких девчонок?
— Ещё наш мастер, — поспешно ответила девушка, показушно злясь на друга. — Слышала, этот бледный хрен бесшумен, обладает ночным зрением и хорошо лазает, так что ты права, мы рискуем по…
Договорить не успела: в воздухе что-то просвистело и звякнуло об пол.
Тень тут же направила вверх фонарик, которым до этого светила на царапины возле одной из колонн и лежавший там же кусок тонкой цепи.
Сердце у неё ухнуло в пятки. Весь потолок был обтянут толстой верёвкой, сплетённой в сеть наподобие вант на парусном корабле. И на этой пеньковой паутине жутким бледным хищным членистоногим сидело оно — чудовище в белом халате, с зелёно-сизыми пятнами на щеках, лохматыми бесцветными волосами и большими, чёрными, бездонными глазами, которые сейчас горели в свете фонаря, как две фары приближающегося автомобиля, а лицо было разрезано кошмарной острозубой ухмылкой.
Да, гуманоид. Но, видимо, Бай Цзе и многие другие были правы: в нём немного человеческого.
— Блядь… — прошипела девушка с линзой. Тень, вынувшая меч из ножен, отвлеклась на неё, и ей стало ещё отвратительнее, а гнев закипел сильнее: у её старой знакомой была насквозь пробита ладонь, и с короткого, но острого лезвия кровь капала на пол.
— Там в желобке что-то было, эта хуйня отравлена… Да он нас всех ими забросает!
Точно. Вот что звякнуло.
Тень быстро повернула голову вверх, но там уже никого не было.
Всего несколько секунд, а тварь переползла и снова запустила свои иглы!
На этот раз белый паук был ловчее, и его отрава задела троих соратников тени. Становилось очевидным, что сгонять его надо как можно скорее.
— Ты что делаешь?!
Тени понадобилось несколько секунд, чтобы сунуть фонарик в рот, подбежать к стене, где висел гобелен, и теперь взбираться с его помощью к потолку, где по сети переползало чудовище.
Тень ухватилась за наиболее толстую из верёвок, попавшихся поблизости, и начала её трясти. Уловка сработала: тварь была ослеплена фонариком и не успела подползти ближе, а теперь тень её стряхивала. Нога чудовища не попала между сторонами плетёного прямоугольника, и весь белый паук вдруг сорвался и повис на руках.
Тень улыбнулась: способности к лазанию-то есть, а вот физическая форма не очень.
— Так его! Сейчас упадёт! Хорошо бы к херам разбился! — поддерживающе закричали снизу.
Чудовище обиженно поморщилось, точно ничего плохого до этого не делало.
— Какие же вы все, человечишки, кровожадные… — пожаловалось оно неожиданно звонким, точно горный ручей, голосом.
Тени было неудобно не иметь надёжной опоры под ногами и держаться только одной рукой, потому что во второй был меч, поэтому внезапно пущенную ногой с длинными ловкими пальцами иглу она упустила. И сорвалась сама. Вниз головой.
До твёрдого мраморного пола было метров семь-восемь.
У всех внизу — и уже пострадавших, и ещё не битых — от противоестественности и непредвиденного ужаса ситуации внутри всё загудело, точно это воздух стал глухо звенеть. Никто не успевал на то место, куда падала тень, никто не уберёг бы её от смертельной травмы головы или шеи…
И тут напряжённый гул зала рассёк вопль раненой девушки:
— Пельмешек!!!
Часть 1: Сердцевина. Глава 1. Иди и умри
Если бы четыре девушки, пока ещё стоящие ногами на твёрдой породе, уходящей вглубь на тысячи километров вплоть до мантии и ядра, как и полагается коре земной, узнали бы, с чем они столкнутся, кто предаст их, что обожжёт их ноздри, ударит по ушам и ослепит глаза, кто отдаст им своё время, а кто и самого себя, и ради чего придётся отдать ценное и бесценное, то они точно бы не остались в полном одиночестве в тот день, который повторяется вновь и вновь каждое множество оборотов маленькой планеты, стирая имена из одной истории и вплетая их в другую.
Хамуцо захлопнула книгу Луи Чанг и Мари Деворак "Рассуждения о небесах". Никаких ответов. Только ещё больше вопросов, ведущих в никуда. Но факт остаётся фактом: девушки, отправленные в Чжунголонг, иначе страну драконов, иначе небесный дворец, иначе ещё "страна с тысячью имён", исчезали. Просто уходили и больше не возвращались. На протяжении нескольких тысяч лет. Конечно, в Китае много людей, за всеми не уследишь, но отправляли-то не дочерей крестьян или рядовых солдат, а чиновников, дворян, наконец из семей родственников императора. А ведь это ценный ресурс, это выгодные браки и дети. Но раз благословение поступало…
Да и что, собственно говоря, представляет собой благословение? Чанг и Деворак рассматривали это как увеличение благоприятных для индивида исходов в ряде случайных событий, иначе — улыбку фортуны, которая должна была помочь человеку стать счастливым. А что есть счастье? И приносит ли благословение счастье? Легенда говорят, что дочери должны направлять благословение на императора, и, возможно, поэтому в Китае так долго были императоры. А вот если отчитывать срок через каждые 49 лет…
Нет, нет, нет… Какой-то бред, всё не сходится, всё необъяснимо! Да и эти… лаоваи, чтоб их, не китайские люди, западники… да что они могут понимать? Натягивают дракона на Лапуту.
И всё же Хамуцо пытается найти ответы. Неизвестность, неопределённость её тревожит. Она привыкла жить по методичке, она привыкла к правилам, что написаны в учебниках и умных книгах, а ещё лучше — в соответствующих документах, составленных людьми в твёрдой памяти и с верной позицией. Составленных китайскими коммунистами, а не какими-нибудь западными продажниками. Всё зло — от рыночных отношений. Капитализм — вот порождение западных дьяволов, что травили китайцев опиумом, лишь бы оттяпать себе кусок территории и построить свои заводы, чтобы грести ещё больше денег.
Но ни в одной китайской методичке не написано, как следует отправляться в небесную страну. Где покупать билет на самолёт, куда, каков допустимый вес багажа.
Нет, ничего. Надо просто в один определённый день раз в 49 лет просто… отправиться. Уйти. И не вернуться. Так, чтобы даже тело не нашли. Словно тебя вообще никогда не существовало. Выйти за пределы… чего?
Бытия? В небытие? Но это же смерть!
Даос? Хоть кто-нибудь из мудрецов вообще сформировал конкретное понятие, что означает этот Даос и зачем он Китаю. Если все начнут следовать Даосу, то страна будет обречена на гибель. Пока каждый человек в Китае просыпается утром с мыслью, что в этот день будет много трудиться на благо своей страны, Китай продолжит своё процветание!
Чёрт возьми, это понятно, вот только кого благословить, чтобы Китай оставался лидером на мировом рынке?
Да, Тайвань. С ним всё непросто. А всё из-за их упрямства. Подумать только: они разрешили США им помочь, не понимая, что американцы собираются нажиться на них, нажиться на войне!
Хамуцо поёрзала на неудобном стуле в читальном зале библиотеки и поглядела на книгу Чанг и Деворак…
Она преданный член партии и одна из её активистов, не будет же преступлением взять библиотечную книгу о небесах на небеса? Всего одна книга!
Ладно, не одна. Она берёт в сокращении "Капитал" Карла Маркса. А избранные сочинения Мао Дзэдуна у неё уже есть. Если только найти тоже самое с Владимиром Ильичом Лениным… Вряд ли там будет электричество, следовательно, нет смысла брать электронку.
Хамуцо подпёрла руками щёки и коротко хихикнула: рассуждать о том, есть ли электричество на высоте примерно… на каком километре кончается тропосфера? Так, наверное, надо взять тёплую одежду… нет, лучше сразу отправляться в тёплой одежде. О великий Мао, она реально думает, в чём отправляться на небеса…
"Хамуцо, ты должна доказать, что коммунистическая партия так же сильна, как и раньше. Чтобы ни означало это благословение, оно нужно Китаю. Хамуцо, ты должна принести процветание своей стране. Я верю в тебя, Хамуцо". Отец, генерал Чан, прекрасно знает, чего стоит Китаю оставаться достойным соперником для тех, кто когда-то мог уничтожить его. Из всех людей, что работали на благо страны, девушка не знала человека преданнее, чьи мысли были лишь о всеобщем благополучии. Он организовывал мероприятия и конференции, чтобы находить для партии талантливых молодых людей. Он поддерживал смертную казнь для коррупционеров, взяточников и вредителей, выведя на чистую воду даже своего прежде хорошего друга. Прекрасный человек, образцовый гражданин и коммунист. И Хамуцо убьёт себя, если подведёт его.
Но как не подвести, если она вообще ничего не знает?
Ладно, ладно… Просто уйти и не вернуться.
День, который так манил её возможностью сделать что-то великое и одновременно страшил своей неизвестностью, настал. Именно в этот день ровно 49 лет назад несколько девушек из влиятельных семей Шанхая, Пекина и Гонконга исчезли.
Вроде как девушки исчезали за пределами города. Либо же на открытом месте. Словом, там, где никто бы не заметил, как они пропали. Выехать из города в то место, где ни одна живая душа не заметила бы, что ты провалилась под землю, тебя затянуло в портал или произошли иные пространственные глюки, довольно сложно. Как-никак китайцев миллиард и несколько вагонов с тележками, и им всем надо где-то жить. В том же Шанхае почти 25 миллионов человек.
Пока Хамуцо ехала в полупустом вагоне, прекрасная прежде погода начала портиться. Китайцев не удивить пасмурным небом с тяжёлыми тучами и внезапными проливными дождями, но сейчас казалось, что на землю обрушится поистине божественная ярость с ураганами, цунами, потопами, градом и с испепеляющими молниями.
Урагана не было, потопа тоже. Зато зарницы начали сверкать. Хамуцо становилось тревожнее с каждой станцией, что удаляла её от дома.
Навсегда.
Быть может, сказки всё это…
Или она недостойна, или место уже занято?
Что?! Нет, не-е-ет, не смей и думать об этом! Китаю нужно благословение с небес!
Так, Хамуцо, без паники, чёрт возьми! Это всего лишь гроза! Это не снайпер, не заложенная бомба, не украденный пистолет. У тебя военная подготовка, ты любому левому (точнее, правому) хрену отобьёшь и печень, и почки, если у него самый важный орган уже не работает.
Важный орган — это мозг.
Чёрт, зачем она вообще об этом думает?!
Отец хотел сына, ну и что с того? Как это вообще связано с тем, что она собирается помочь Китаю…
Сказка ложь, да в ней намёк.
Поделиться книгой: