Помоги проекту - поделись книгой:
— Это ты очень вежливо выразился, надо попросить Русского или Немца, они умеют круче.
Все хмыкнули. Текст был следующий: «Когда Феликс скомандовал: „К стене!“ — медбрат стоял около нас с Индусом, но побежал через всю комнату к дальней стене. Тут рядом, гораздо ближе, были две другие стенки. Откуда он знал, что будет взрыв и в какой стороне будет взрыв?»
Еще минут через тридцать Китаец вдруг тихо зашептал соседу — Русскому:
— Смотри сюда!
Русский — крупный, наголо бритый парень — с трудом повернулся к Китайцу и увидел на его классном новеньком ноутбуке изредка помаргивающую синюю кнопочку. Они стали перешептываться, что-то крутить и приспосабливать.
Потом Русский долго чего-то набирал у себя на компьютере крупными буквами и показывал Китайцу, а тот, в свою очередь, быстро шлепал по клавишам и что-то настраивал у себя в компьютере. Когда они закончили свою работу, по рядам побежала новая записка, от Китайца. Теперь она продвигалась гораздо медленнее, каждый задумывался перед тем, как передать далее. Только Индус, прочитав записку, стремительно написал в нее несколько строк и вернул соседу, шепнув:
— Всем надо прочитать мой ответ!
Еврей прочитал слова Индуса, быстро добавил от себя пару фраз и послал записку назад, в сторону Китайца.
Послание Китайца было следующее: «Ребята, я в самом углу, и тут есть чуть-чуть сигнал Wi-Fi. Русский зачистил провода наушников, мы поупирались, и теперь антенной работает вся моя кровать. Сигнал слабенький, но все же есть. Там запаролено. Русский берется влезть без пароля, но только на шестьдесят секунд в день, он знает, как это организовано. Какие идеи, на что потратим этот шанс?»
Индус ответил четко: «Если у тебя есть надежный человек, пошли короткое письмо. Попроси найти в Сети и переслать какой-нибудь простой рецепт приготовления противоядия (антидота) от зарина».
Еврей добавил: «Больше ни с кем не связывайся. Наши родные не смогут удержать внутри себя. Информация о контакте утечет, дойдет до новостей, Феликс отберет компы, и шанс оборвется».
Китаец получил письмо назад, прочитал и сказал так, чтобы все слышали:
— О’кей, попробую.
Через несколько минут напряженного сопения он поднял неестественно тоненькую правую руку, сжал ее в кулак и резко опустил локоть с коротким словом:
— Йес!
Все поняли, что письмо ушло. Первый раз за последние часы ребята немного повеселели. Индус позвал медбрата, и начался неспешный ранний завтрак, объединенный с несостоявшимся вчера ужином.
Глава 15
Сотрудник Канарской астрофизической лаборатории Ригоберто Мануэль Мендес ехал ранним утром заступать на смену. Его смена начиналась в восемь утра, сейчас было только около шести. Он выехал с большим запасом и сейчас хвалил себя за предусмотрительность. Погода сегодня преподнесла неприятный сюрприз. Автомобиль не успел еще серьезно подняться с побережья вверх по горной дороге, как въехал в пелену густого тумана. Семья Риго, как его звали все родные и близкие, жила в городе Гуимар, почти на побережье. Практически никто из обитателей острова не жил на высоте более двух-трех сотен метров над уровнем моря.
Обсерватория же находилась высоко в горах. Туда и в хорошую погоду с побережья было не менее двух часов пути, в основном по извилистой горной дороге. Большинство работников обсерватории были люди приезжие, с континента. Они проводили почти все время наверху, живя в общежитии при обсерватории.
Риго был единственным научным сотрудником — уроженцем этих мест, и он заслуженно этим гордился. Получить приличное общее образование здесь, на маленьком острове, еще было можно. Но стать специалистом в такой области, как астрономия, — практически нереально. Только большая мечта и упорство плюс врожденные способности к точным наукам привели Риго к цели.
Сначала он получил образование инженера-механика. Потом устроился на мизерную зарплату в обсерваторию. За десять лет Риго прошел путь от стажера до ведущего инженера по обслуживанию оборудования обсерватории. Одновременно шаг за шагом, заочно обучаясь и сдавая курс за курсом, он шел к намеченной цели. Его не устраивало просто обслуживать астрономические приборы. Он хотел сам стать астрономом.
Сначала некоторые научные сотрудники подтрунивали над ним. Постепенно все оценили его скромность и трудолюбие, и мечта Риго со временем стала общей. Когда он получил желанную степень и был официально переведен на должность научного сотрудника, праздновала вся обсерватория.
Сегодня вести машину приходилось, что называется, шепотом. Риго хорошо знал и любил свой остров. Такой туман в это время года мог означать лишь одно.
Этой ночью, месяца на полтора раньше обычного, температура воздуха наверху опускалась ниже нуля. Примерно через час медленного движения вверх по извилистой дороге он вынырнул из тумана, оказался над ним. Сколько лет Риго наблюдал эту картину — и продолжал ей удивляться. Всего два с половиной километра над уровнем моря — но насколько другой мир, другая природа, другие мысли! Внизу жарко, круглый год толпы туристов, торговцы и экскурсоводы. А еще всякая мелкая пакость, которая заводится в местах скопления людей: карманники, аферисты всякие. Здесь — красота и чистота.
Дорога далее шла через кратер бывшего вулкана. Последнее крупное извержение этого вулкана видел Христофор Колумб на своем пути в Америку. Пейзаж внутри огромного бывшего кратера радиусом в несколько километров потрясал каждого, кто впервые его видел. Не случайно именно здесь лучшие кинокомпании мира снимали фантастические фильмы. Величественная красота была действительно неземной. По краям гигантского кратера стоят невысокие скалы. Огромное внутреннее блюдце заполняет застывшая лава разных оттенков от черного до красного цвета. Всюду только хаотическое нагромождение огромных глыб. Небольшими пятнами скучилась растительность — скудные, необычной формы кустарники.
Риго привык к этой картине. Но сейчас он понял, что сегодняшний пейзаж был даже для него необычен. Восход солнца начался как раз тогда, когда автомобиль выехал из тумана на плоскогорье. Сегодня все было еще прекраснее, чем всегда. За всю свою жизнь Риго не довелось наблюдать такого зрелища. Вся поверхность земли, скалы и обломки лавы — все это тихо дымилось. Клубы белого цвета медленно поднимались над землей и таяли в воздухе. Ветра почти не было, картина была безмолвна и торжественна.
Риго понимал, что это, по-видимому, остатки тумана. Но впечатление было такое, будто камни, вся поверхность земли были еще недавно раскалены и сейчас остывают. «Так выглядела Земля сразу после сотворения», — благоговейно подумал он. Хорошее, доброе чувство осталось от увиденного зрелища, как от неожиданного и приятного подарка.
В обсерватории на входе Риго, как всегда, сначала выпил чашку кофе. Простенький автомат стоял в маленьком баре под плакатом со словами Герберта Уэллса. Плакат гласил: «Ни одно животное не станет смотреть вверх… Только это нелепое создание — человек — тратит время попусту, глазея на небо».
Сегодня в обсерватории Риго ждала обычная работа. Группа сотрудников, в которую он входил, принимала участие во всемирной программе поиска внеземных цивилизаций. Программу уже давно собирались сворачивать по всему миру. Спонсоров становилось все меньше и меньше. Этой программе было более пятидесяти лет. Группы энтузиастов работали по этой программе в обсерваториях, расположенных в разных местах земного шара. Они все по согласованной программе осуществляли непрерывный поиск радиосигналов, похожих на осмысленные. Ничего похожего на сигналы инопланетного разума за все время существования программы обнаружено не было.
Принимая смену от своего приятеля и коллеги, Риго даже не спрашивал его, есть ли что новенькое. Задавать такие вопросы в их группе давно стало дурным тоном: если что-то попадалось интересное, дежурный рассказывал сам при сдаче смены.
Алгоритм слежения был разработан под единственный радиотелескоп, выделенный на обсерватории для программы. Ручная работа была сведена до минимума. Основной интеллектуальной забавой было опознавать появляющиеся время от времени новые сигналы. Часть из них была природного происхождения. Как правило, это были слегка изменившиеся старые знакомцы. Было приятно узнавать среди них сигналы от вспыхнувших миллионы лет назад сверхновых звезд или следы неведомых нам космических катаклизмов. По-настоящему новые сигналы этой природы приходили редко. В последнее время в основном попадались обрывки сигналов от творений рук человеческих.
Когда Риго увидел на экране новый, довольно сильный сигнал, он его привычно определил как «спутниковый». Запись пошла автоматически, он стал прикидывать координаты спутника. Через несколько минут Риго понял, что источник находится не на земной орбите, а явно подальше.
Это было гораздо интереснее обычного орбитального спутника. Не так уж много дальних запусков было совершено с Земли. Риго стал перебирать в памяти, сигнал какого аппарата он может видеть. Ничего на ум из действующих проектов не приходило. «Может быть, это потерянный аппарат», — подумал Риго. Таких дальних потерянных кораблей насчитывалось не менее двух десятков.
Это было бы очень интересно и престижно — найти подобный потерянный объект. Пока он размышлял, руки автоматически настроили слежение за неопознанным источником сигнала. Вся поступающая информация в режиме реального времени стала выкладываться на специальный раздел сайта их лаборатории. При этом прошла автоматическая рассылка электронных писем-оповещений руководителям групп всех обсерваторий, участвующих в программе.
Сигналы от неизвестного объекта тем временем обрабатывались анализатором. Параллельно с простой, аналоговой, записью сигнала, прибор пытался определить скорость передачи. Если передача идет от современного устройства, то сигналы должны быть в цифровом виде. Старенький анализатор начал «снизу», постепенно повышая так называемую скорость синхронизации, скорость своей внутренней частоты. При совпадении частот происходит синхронизация, и далее запись сигналов будет вестись наилучшим образом.
Примерно через минуту Риго обратил внимание, что анализатор продолжает «пыхтеть», но никак не может определить скорость передачи сигналов от объекта.
Риго задумался. Обычно с космических объектов сигналы не очень скоростные. Это ведь не репортаж с хоккейного матча. Тем более если аппарат дальний. Чем дальше аппарат — тем шире и слабее импульсы сигнала, долетающие до Земли. Поэтому и ниже должна быть скорость передачи, чтобы сигнал уверенно принять на Земле.
Значит, или анализатор сломался, или… Риго вскочил со стула, чтобы взглянуть на индикатор текущей скорости синхронизации. Анализатор уже проскочил скорость в пять мегабит в секунду и продолжал «лезть» наверх! В аппаратах, запущенных с Земли, таких скоростей передачи не было никогда.
Риго понял, что нужно срочно будить шефа группы.
Через несколько часов был осуществлен поворот станций слежения практически всех серьезных астрономических обсерваторий мира. Те, кто находился в тени, с нетерпением ждали, когда Земля повернется «нужным» боком.
Секретности в подобных исследованиях не было. Исследование дальнего космоса уже давно перестало представлять какой-либо интерес для военных и спецслужб.
Интерес к сигналам вспыхнул во всем мире. В прямой трансляции в интернет с сайтов астрономических обсерваторий потекли получаемые сигналы. Их источником был неизвестный объект, предположительно находящийся на расстоянии одного светового дня от Земли. Средства массовой информации сосредоточили внимание на этой новости. Корреспонденты на все лады повторяли один и тот же вопрос: «Неужели это контакт?»
Глава 16
Утро среды в поместье неподалеку от Зальцбурга началось со встречи нового гостя. Илья позвонил кардиналу в Ватикан вчера вечером, как только вступил реально в свои права. Кардинал сказал, что постарается выехать так, чтобы уже утром быть у него.
Илья едва успел закончить свой завтрак, как машина кардинала засигналила у ворот поместья. Привратник, заранее предупрежденный Ильей, открыл ворота и впустил машину на территорию.
Кардинал был сам за рулем, одетый, как про себя пошутил Илья, «в штатское». Они раскланялись. Донна Исабель проводила кардинала в заранее подготовленную спальню, из которой он вышел через несколько минут в своей привычной одежде. Илья предложил кардиналу позавтракать, но тот сказал, что перекусил по дороге и хотел бы, если можно, пройти в лабораторию.
Когда они появились в комнате для наблюдателей, доктор Бирман уже был в лаборатории. Доктор суетился, переходя от прибора к прибору. Он увидел гостей и помахал им рукой, дав понять, что через несколько минут к ним присоединится. Кардинал подошел к стеклу, перекрестился.
— Господин Стольский, — спросил через несколько минут молчания кардинал, — вы мне не поясните, что делают сейчас эти ученые люди?
Илья пояснил то, что сам успел понять в ходе вчерашних недолгих разговоров с доктором. Доктор Бирман обнаружил некоторую активность мозга пациента (как принято в лаборатории называть основной объект исследования) при воздействии на него различных видов информации. Идея доктора в том, чтобы обеспечить мозг возможностью широкого выбора информации, направляя в него тексты книг, музыкальные произведения, фильмы, новости, наконец. В сети Интернет есть огромное количество информации. Возможно, там есть именно то, что необходимо этому мозгу. Доктор считает, что это безопасно для пациента. По его мнению, мозг имеет внутренний информационный барьер. Такой информационный фильтр может работать аналогично фильтру, через который в мозг поступает из организма кровь. Сейчас реализуется замысел доктора — подключить аппаратуру инициации мозговой деятельности пациента высокоскоростным каналом к сети Интернет.
Открылась одна из дверей комнаты, и в нее стремительно влетел доктор Бирман. Илья представил его кардиналу, тот молча поклонился и опять устремил взгляд внутрь лаборатории. Доктор Бирман заговорил быстро и страстно, он был очень взволнован и не мог сдержать своих эмоций.
Доктор провел в лаборатории практически всю ночь. Дело в том, что, как только он закончил подключение аппаратуры и компьютера к интернету, произошло нечто непонятное. Из Сети вывалился какой-то вирус, он блокировал всю работу и в течение часа отъел примерно десятую часть вычислительных мощностей лаборатории! Доктор пытался избавиться от вируса всеми доступными средствами — все было бесполезно. Наконец процесс остановился, появилась возможность «поплавать» по интернету. Доктор сообразил проверить ситуацию за пределами лаборатории и узнал, что это абсолютно новый вирус, появившийся в Мировой паутине только четыре дня назад, в субботу.
— В общем, — подытожил доктор, — я пока так и не решился подключить связанную с интернетом аппаратуру инициации мозговой деятельности к нашему пациенту. Вы, в конце концов, хозяин, принимайте окончательное решение. Мое мнение — надо подключать, но вирус странный и уж очень несвоевременный.
Кардинал наконец оторвался от стекла и подошел поближе.
— Десятую часть забирает, говорите?
— Ну да… — ответил доктор и призадумался.
— Я верно понимаю, уважаемый доктор, — сказал кардинал, — что вы тоже вспомнили, как впервые отдавал праотец Авраам десятину Господу?
Илья после этих слов тоже вспомнил строки из открывающей Библию книги «Бытие». Патриарх, тогда еще носивший короткое имя Аврам, после первой победы над врагами отдал священнику Бога Всевышнего Мелхиседеку, царю города Салима (будущего Иерусалима), одну десятую из всего добытого. С тех пор повелась традиция отдавать десятую часть прибыли на богоугодные дела.
Подняв глаза к небу, кардинал тихо, но внятно прошептал:
— Дивны дела твои, Господи!
Илья пригласил всех присесть за небольшой стол, стоявший в комнате. Ему предстояло принять исключительно ответственное решение: подключать или не подключать? Какая-то мысль при всем этом вертелась у него в голове, он чувствовал, как она рвется из его памяти, и наконец — есть, он вспомнил! Конверт, который ему дал на прощание настоятель со словами: «Опять не будешь знать, что делать, — откроешь». Конверт эти несколько дней так и лежал во внутреннем кармане его куртки. Илья достал его и аккуратно положил на стол.
— Что это? — спросил доктор.
Илья кратко рассказал о монастыре и его настоятеле, параллельно думая, открывать конверт при всех или все же удалиться. «Открою здесь, — решил он. — Если сам не пойму, так посоветуемся».
Решительным движением он захватил свободный край конверта, оторвал его и медленно стал вытрясать содержимое конверта на ладонь. Из конверта выпала небольшая, явно древняя икона. Такие иконы русские православные называют «Спас Нерукотворный», это было изображение отпечатка лица Христа на платке.
В отличие от привычных старых канонов иконописи, лицо не было изображено стилизованным. Напротив, это скорее был профессионально выполненный миниатюрный живописный портрет. Илья медленно встал из-за стола и нетвердыми шагами, держа перед собой в вытянутой руке икону, подошел к стеклу. Кардинал и доктор так же медленно и смятенно подошли и стали сзади него так, чтобы видеть одновременно икону и лицо человека, лежащего внутри лаборатории.
Сомнений быть не могло: на иконе было изображено именно это лицо. Только глаза на иконе были широко открыты и смотрели прямо в глаза каждому, кто смотрел на икону. Илья и кардинал перекрестились.
Доктор развел широко руками и посмотрел вверх.
— Подключайте, — сказал Илья.
Доктор кивнул и быстро отправился назад в лабораторию.
Тут зазвонил телефон Ильи. Вызывал нотариус города Зальцбурга. Он сказал, что у него есть для господина Стольского две новости: одна хорошая, другая так себе.
Илья сказал:
— Давайте, начнем с хорошей.
— Я вас поздравляю, Парижский банк уже вчера полностью рассчитался по вашим обязательствам. Я сегодня утром был в секретариате губернатора Земли Зальцбургерланде и внес необходимые изменения в реестр землевладельцев. Можете в любое удобное время получить соответствующую выписку.
— Спасибо, — сказал Илья, — это действительно новость хорошая. А что за новость «не очень»?
— Вы знаете, — продолжил нотариус, — только что у меня был один пронырливый корреспондент довольно известной телекомпании. Он заявился в мой офис прямо с камерой и сказал, что у него есть достоверная информация о вчерашней сделке. Поскольку запись я в реестр как раз внес, он мог и без меня получить то, что я под его натиском ему сообщил, — адрес вашей покупки. Простите меня, пожалуйста, я не умею противостоять таким людям. Но у нас открытое общество, переход собственности вы все равно не можете скрыть от общественности. Еще раз прошу прощения и всего доброго!
Илья не нашел ничего лучше, как тоже любезно попрощаться. На вопросительный взгляд кардинала Илья передал ему полученные новости. Кардинал на это сказал, что он захватил с собой копию одной средневековой рукописи.
— Мне очень хочется вам прочитать сохранившиеся строки из этой рукописи, они могут оказаться очень своевременными. Давайте пройдем в дом.
Они прошли в просторный холл дома и расположились в кожаных креслах. Горничная принесла им минеральную воду и вазочку с фруктами и спросила, можно ли начинать накрывать обеденный стол. Илья спросил гостя, не возражает ли он потихоньку приближаться к обеду, тот любезно согласился. Илья кивнул горничной, и она удалилась.
В этот момент в прихожей стукнула дверь и быстрый голос доктора Бирмана спросил:
— Господа, вы здесь?
Илья ответил:
— Да, проходите.
Доктор подошел к ним, сел в кресло, потом встал и начал говорить, причем как-то официально, как будто на какой-нибудь научной конференции.
— Господа! Я хочу сообщить, что мы произвели все запланированные подключения аппаратуры инициации мозговой деятельности к источникам информации. Через минут пять после того, как был, по существу, налажен канал взаимодействия мозга пациента с информационным пространством интернета, возник поток некоторой информации. Поток оказался направлен из Сети к объекту нашего исследования. Напомню, мы собирались сами подбирать интересную, с нашей точки зрения, информацию, направлять в мозг и оценивать реакцию. Однако информационный поток из Сети начался без нашего выбора, сам по себе.
Более того, этот поток устойчиво нарастал и вошел в насыщение только примерно минут пятнадцать назад. Это насыщение определено, на мой взгляд, максимальными пропускными способностями имеющегося у нас доступа в интернет. Наш пациент сейчас постоянно поглощает огромное количество информации.
Доктор замолчал, налил себе стакан воды, выпил и опять сел. Илья сказал:
— Ну вы же сами высказали гипотезу о том, что мозг отфильтрует из нашей мировой Сети то, что можно и нужно.
— И так, и не совсем так. Я только что посмотрел новости. Сегодня утром, примерно в то же самое время, когда мы подключали нашего пациента к Сети, обсерватория на острове Тенерифе зафиксировала новый космический источник радиоизлучения. Этот источник передает в сторону нашей планеты с огромной скоростью поток некоторой информации явно искусственного происхождения. Сейчас уже все уважающие себя обсерватории сориентировали свои радиотелескопы на этот источник. Полученные сигналы все тут же выкладывают на свои сайты. Так вот, хотите — верьте, хотите — нет, но описание этих сигналов полностью совпадает с тем, что сейчас в основном течет из интернета к нашему пациенту. У нас сигналы отображаются на мониторе, можно пытаться синхронизироваться и видеть хотя бы форму и частоту импульсов. Получается, что к пациенту идет два типа сигналов. Немного сигналов поступает земного происхождения. Это обычные пакеты данных, принятые в интернете. Но в основном поток явно не нашего происхождения. Начало и конец каждого длинного пакета данных совсем такие, как принято у нас. Но вот все, что между, — нам и не снилось! Какая-то совсем непонятная система модуляции…
И доктор устало замолчал.
Илья встал, подошел к доктору и обнял его за плечи.
— Давайте-ка, отправляйтесь спать, доктор! Вы нам нужны свежим и здоровым. Мы вместе с вами сделали то, что, как нам кажется, должны были сделать. Теперь нам нужно, наверное, просто ждать.
Кардинал молча кивнул в знак согласия со словами Ильи. Доктор встал, поклонился и пошел к выходу. Через несколько шагов он повернулся и спросил:
— А можно я прямо сейчас сделаю заказ на расширение доступа в интернет? Если, конечно, это возможно. На самом деле у нас и так скорость доступа как у штаб-квартиры концерна «Фольксваген». Так что это может оказаться весьма недешево.
— Доктор, закажите по максимуму.
— Спасибо, — ответил доктор и опять побрел к выходу.
В прихожей его перехватила донна Исабель и вручила корзинку с едой, сказав:
— Пожалуйста, хоть немного поешьте.
— Спасибо, милая, — ответил рассеянно доктор и ушел.
Кардинал только собрался продолжить разговор, как через открытое окно послышался громкий сигнал клаксона автомобиля. Спокойно поговорить им, видимо, сегодня не было суждено. Какой-то новый гость, остановивший машину у ворот, нажимал кнопку звонка у калитки, настойчиво требуя внимания хозяина поместья.
Поделиться книгой: