Помоги проекту - поделись книгой:
Первым, как нетрудно догадаться, обсуждение начал Олег Михайлович. Он уже был знаком с основами теории по моему прошлому исследованию, правда, неверно понял фундаментальную часть природы исследуемого объекта. Он снова принялся описывать плюсы. Тут я был вынужден оборвать его речь и сказал, что исследуемый процесс намного сложнее, чем описал его начальник, и что применение всего этого безобразия намного глобальнее.
– В таком случае недопонимания быть не должно, – сказал Александр, – вопросы есть, и я их задаю. Надеюсь, что ответы тоже есть. Я правильно понимаю, что есть метод извлечения скелета сигнала?
Я кивнул головой в знак подтверждения сказанного.
– Тогда это не составит труда, – добавил он, – дело пяти минут.
– Главный вопрос здесь скорее не во времени, – пояснил я. – Мы делим шкуру неубитого медведя. Татьяна, вы простите нам наше невежество. Мы начали издалека, хотели, чтобы у вас сложилось полное представление. И теперь дошли до самого главного. Без вашего согласия и участия проведение исследования и подтверждение всего сказанного ранее становится невозможным. Мы великодушно просим вас. Я прошу вас.
– Быть подопытной – не самая приятная роль. То, что я услышала в этой лаборатории меня волнует не меньше вашего, тем более, что я живу с этим всю свою жизнь, в этом есть научный интерес. Я всё-таки учёный, а лишь потом куратор. Переходи, Ян, к технической части.
– Женя, настрой кресло так, чтобы Татьяна могла сидеть с прямой спиной. Позаботься о её комфорте.
– Понял, одну минуту.
Кресло пришло в движение, все регулировки были электрические и настраивались удалённо с рабочего места.
Тем временем я занял второе рабочее место и принялся настраивать сканер.
– Для таких настроек, – вмешался Александр, – фронтальный диск будет не нужен, что изрядно облегчает задачу. Всю работу сделает «шапочка», тыльный диск будет работать на половину мощности и не будет издавать шум.
– Отлично, – отметил я старания учёного. – Диапазон частот, как и методика преобразования уже известны. Шумы будут резаться на этапе считывания, поэтому на выходе мы получим чистый сигнал.
Задача была сложная – из всего разнообразия сканируемых данных извлечь нужный нам поток, а затем его проанализировать.
Все были на своих местах, в том числе и фигуры на шахматной доске.
За белых играл Олег Михайлович, а за чёрных Татьяна.
– Партию не начинать, пока не пойдёт сигнал, – скомандовал я.
Александр был абсолютно прав про издаваемый шум: когда диск вышел на установленную скорость работы, он чуть слышно посвистывал.
Все преобразования и обработка получаемых данных со сканера производилась в режиме реального времени. Нагрузка на локальную вычислительную систему была колоссальная. Причиной этого стало наше небольшое открытие. Та жирная линия сигналов, полученная на аппарате неврологов после преобразований с учётом разрешающей способности текущего сканера представляла собой артерию информационных потоков, в которой каждая клеточка крови — это пакет с данными.
– Ничего себе! – воскликнул от удивления Александр. Он масштабировал получаемое изображение, увеличивая и увеличивая его. В конце концов, спустя около тридцати итераций, он упёрся в потолок разрешающей способности сканера. Такую динамику увеличения можно сравнить с изображением Земли, при максимальном приближении которой можно очень подробно рассмотреть муравья на её поверхности.
Я прекрасно понимал, что объём исследуемых данных просто колоссальный, но у нас был очень мощный инструмент в распоряжении.
– Всё же рано мы полезли в эту область, – сказал Женя. – Мы и за год не найдём нужную информацию в этом бездонном океане данных.
Он ещё не имел представления о вычислительной мощности ядра.
– Не соглашусь с тобой, – ответил я. – У меня всё под контролем. Главное, чтобы коммуникация не подвела, как в прошлый раз. Надеюсь, техники добросовестно поработали. Одно дело – пиковая нагрузка, другое – длительная статическая.
Показатели всех систем были в норме. Уже в течение одной минуты данные отправлялись в ядро и возвращались в пригодном виде.
С интерпретатором оказалось очень просто работать, я указал наименование метода для обработки потока данных, и такой метод уже был в базе – легко и просто. Также я указал, что нужно делать после обработки: что урезать, что искать. Временные промежутки для углублённого исследования поступят от меня командами.
– У меня всё готово, можно начинать партию, – в очередной раз скомандовал я.
Олег Михайлович начал партию. Я отправил команду в ядро – начать запись. Татьяна сделал свой первый ход за чёрных, и я отправил закрывающую команду. Первый кусок есть. Второй ход – та же процедура. Второй кусок.
– Прошу притормозить партию.
Я и не надеялся, что с первого раза получится. Результат сравнения не заставил себя долго ждать. Я озвучил его вслух.
– На первой итерации сравнения найдено столько объектов, удовлетворяющих поиску, что я просто не смогу назвать это число. Продолжаем.
Игроки сделали третий ход, обработка шла в режиме реального времени.
– Каждый ход снижает количество найденных объектов на один, два порядка, если так пойдёт и дальше, через 10-15 ходов мы получим пригодный результат. Олег Михайлович, продержитесь?
– Ох, не знаю, это не от меня зависит, – пошутил он.
– Хорошо, можете ходить без команды. Процесс автоматизировался, теперь всё упирается во время и в количество ходов.
После этих слов партия ускорилась. Начальнику было тяжело, он старался как мог: думал, просчитывал ходы, но это ему не помогало.
– Через три хода мат, – объявила Татьяна.
– Так, стоп, – сказал я. – Нужен мозговой штурм! Не факт, что необходимая нам информация будет при последующих трёх ходах. Если Татьяна их знает, значит и смысла нет в запросе к информационному пространству. Мы будем искать пустоту. Кто как думает?
– Вполне резонно, я согласен с тобой, – сказал Александр, ему поддакнул и Женя.
– Я думаю, вариант приходит каждый ход и включает в себя комбинации до конца партии. Просто три хода – это оптимальное количество для объявления неизбежного результата.
– А такого ли неизбежного? – я до этого следил за показателями систем и процессом обработки, а на ход партии не обращал никакого внимания. Я встал из-за рабочего места и подошёл к месту военных действий. Ситуация была плачевная. Сам бы я сдался при таком раскладе. Ин прогнал партию в считаные секунды.
– Вариантов осталось не так много всего около 3 миллиардов, - озвучивал я вслух ход мыслей Ина. – И есть один вариативный ход у белых. Олег Михайлович, как говорили в известном фильме...
– Конём ходить? Да это же откровенный бред! – возмутился он.
Я улыбнулся.
– Весь мир – это бред, в котором мы живём.
Ход был сделан. В ту же секунду количество объектов в сравнительной таблице резко снизилось – стало равным четырём. Совпадение было найдено в текущем блоке и в первом.
Результат был получен. Следующий этап – обработка, и сколько уйдёт на это времени прогнозировать никто не осмеливался, даже Ин молчал. Этим нехитрым делом уже можно было заниматься вечерами без лишней суеты.
4.Материал 84
С опытами и исследованиями на сегодня было решено закончить, тем более, как выяснилось, половина личного состава службы безопасности разыскивала главного куратора.
– Да уж, разочаровали они меня. Неужели так сложно спросить у Эха? – высказывал я своё негодование. – Или это секретная информация. Не понимаю.
Пока мы обсуждали исследование с Татьяной и Женей, я подслушал разговор начальника с Александром.
Саша старательно и скрупулёзно доказывал необходимость какого-то объекта для заказа. Это было что-то экспериментальное, и меня очень заинтересовал объект их беседы. Я не постеснялся и вмешался в разговор, тем самым случайно подключив ещё трёх собеседников к их приватному разговору.
– Можно подробнее? – попросил я, – звучит очень интересно.
Взгляды начальника и Саши различались кардинально. Если первый смотрел с претензией – что я тут забыл, то второй с мольбой и надеждой.
Рассказывать подробнее он начал издалека.
– Я нашёл одну очень интересную научную статью из Японии. Я выписываю журнальчики, чтобы не заскучать. Так вот, местные учёные смогли сделать удивительный материал. Этот материал полностью контролирует токи Фуко. С его помощью их можно полезно использовать, что повышает коэффициент полезного действия любого электрооборудования, делая его практически идеальным, – вдохновлялся он своими словами. – Материал называют «Хати-Джу-Ён», что в переводе означает 84, также он имеет разнородную структуру с различными электромагнитными свойствами.
Журнал со статьёй был у него в руке, и там были приведены графики.
Звучало всё чрезвычайно интересно. Я взял в руки журнал и бегло ознакомился со статьёй. Я-то может и бегло, но вот Ин уже закидывал в мои мысли глобальные идеи, как можно полезно использовать этот материал.
– Разнородная электромагнитная структура? Так ты сказал? – спросил я.
– Да, всё верно, это материал с использованием программируемых нанокристалов, которые и позволяют добиться разрозненности в структуре.
– Но об этом ни слова в статье?
– Всё-то вы заметите! Ну, общался я с этим учёным, когда был на большой земле, это же не запрещено, – оправдался он.
– И как безопасники это упустили? – удивился Дашин.
– Тут указана плотность материала – 84, она соответствует пластику. Сколько может стоить этот материал? Для первоклассного эксперимента нам потребуется около 200 кг.
Начальник сделал серьёзное лицо и посмотрел на старшего из братьев.
– А я-то что? Не я озвучивал цифры.
Все смотрели на начальника, не понимая, что происходит.
– А то друзья мои, – начал отвечать он, понимая, что от него требуют, – что япошки хотят миллион денег за грамм.
– Упс, – ну, тогда, думаю, хватит и 100 килограммов – плотность небольшая, объём приличный получается.
– Так, Ян, выкладывай, что задумал? А то Саша до тебя клянчил пару граммов, как наркоман какой-то.. Говорил, для экспериментов. А ты 200 кг. просишь, а потом в два раза скидываешь. Как-то это не по-инженерному что ли.
Логика в его словах была, пришлось выложить свою разработку.
– Если свойство со структурой подтверждено... – я посмотрел на затейника.
– … Да точно, точно, – перебил он меня.
– Если точно, – повторил я для уверенности, – то на базе материала 84 можно собрать сканер нового поколения.
На меня все смотрели, недоумевая – молча. Я же продолжил.
– Материал имеет различную настраиваемую среду – это значит, что все магнитные поля сканера, в том числе и вращающиеся можно будет впихнуть в структуру материала. И здесь мы уже не будем зависеть от электромеханических ограничений и износостойкости подшипников.
– Вот, Александр Сергеевич, вот как надо доказывать свою точку зрения, вот как надо обосновывать необходимый для покупки материал! Но что вы все ко мне да ко мне, среди нас есть главный по таким вопросам, и я уверен, она уже вынесла решение по этому лоту.
Её ответ меня очень порадовал – он дал понять, что Татьяна не просто куратор, а самый настоящий инженер.
– Вас послушать, так базар базаром. 2 грамма, 200 кг, 100 кг. Откуда цифры такие. Все умные собрались – я уже убедиться в этом успела. А цифры с потолка берете? Расчёт. Мне нужен холодный расчёт. Вот тогда и поговорим.
Дашин стоял и улыбался, видно было, что такой разговор и подход к делам для Татьяны были нормой.
– На основную часть сканера потребуется 98,5 килограммов материала, и ещё 25 – на дополнительную, расчёт абсолютно точный, – заверил я слушающих, но судя по их лицам, заверениям они не поверили.
– Ты издеваешься? Хотя, удивляться не стоит. Когда я в следующий раз приеду – взвешаю установку. За каждый грамм спрошу, ясно? У вас есть ещё час, пока работает «Эхо», чтобы передать мне координаты этого якудзы и может быть уточнённые данные по массе материала.
Все разом, и начальник в том числе, кивнули головой.
На этом моё знакомство с главным куратором было окончено. Великая женщина.
Эта история получила продолжение уже спустя неделю – самую бесполезную и скучную неделю. Я безуспешно пытался расшифровать и понять извлечённый сигнал. Помогал учёным с использованием интерпретатора. По оцифровке, копированию и передаче данных мозгов в единую базу знаний руководством было принято решение – один человек в день. Был составлен список, и вот к концу недели копилка знаний пополнилась ещё на 12 процентов. Каждый последующий скан мозга приносит всё меньше новых уникальных знаний, но это было логично и вполне ожидаемо.
В очередной беседе с начальником я искал пути решения своих задач. Его мозг оцифровали, но при наличии возможности общения лично с ним я предпочитал именно такой способ обогащения знаний.
– Тут игрушка подошла, – сообщил он.
Я не понял, что он так завуалировал, поэтому спросил в лоб.
– Это про что вы сейчас?
– Материал 84 оказался не таким дорогим. Сам по себе он напоминает песок – мелкий, мелкий, я такой видел на островах в районе экватора. А вот львиную долю стоимости взял на себя программатор, он же объёмный принтер. Станок размером с комнату, точнее это и есть комната с оборудованием. Уже выделил помещение для него. Пусконаладчиков привезли вместе с ним. Пришлось в спящем состоянии завозить. Материала выдали больше, как состоятельным клиентам. Твоя затея была, Ян, и Александра. Так что зайдёшь за ним, доступ только у вас двоих есть.
Это внесло разнообразие в застойную неделю.
Система собиралась очень быстро, детали были модульными. За два часа мастера практически закончили сборку.
Вторую половину дня мы потратили на обучение, оно давалось легко. Методика была простой и большую часть процедур выполняли алгоритмы и автоматика. А после того, как я пролистал всю документацию, я был готов сам обучать кого угодно, и периодически поправлял и указывал на ошибки наших учителей, спасибо Ину.
Александр на эти замечания только посмеивался, понимая, когда я успел этому научиться. Самым удивительным моментом из всего, что мы сегодня узнали, и не самым радостным, было время выполнения построения заготовки из материала 84. Этот процесс был очень времяёмким, и обработка одного килограмма материала занимала около 1 часа. Но была и радостная новость: материал 84 был пригоден к вторичному использованию по назначению – как пластилин. Поэтому в случае ошибки в расчётах формы или электромагнитных полей всё можно будет переделать с нуля.
3D модель уже была разработана и досконально отшлифована за прошедшую неделю. Мы со спокойным сердцем задали нужные параметры производства и печатающая головка, а судя по её размерам – голова, пришла в движение.
Никто не был в курсе, но после того, как я узнал о дополнительном материале, я внёс самовольные изменения в проект нового сканера. Добавил своего рода антенны и запрограммировал их на беспроводную передачу данных в среде работы «Эха». Ещё на это повлияла информация о возможности переделки изделия – что нельзя испортить просто обязано быть подвержено экспериментам!
Знания в сфере беспроводной передачи данных я укрепил с помощью «Единой базы знаний». Основатель этой технологии был Дашин, и знания всех связанных с ней учёных были оцифрованы. Выборка полезной информации не представляла сложности. Я знал, что мне нужно, и ядро мгновенно выдавало мне эту информацию. Без доработок не обошлось: в технологии присутствовали как детские ошибки из-за невнимательности, так и ошибки, связанные с неполнотой знаний.
Доработанная технология по беспроводной передаче данных представляла собой чудо инженерии. В пространстве около приёмопередатчиков создавалось по одной точке с невероятной по значению индукцией магнитного поля. Эти точки хоть и были достаточно отдалены друг от друга, но физически по частотному признаку, как будто соприкасались. Таким образом происходило искажение невидимого пространства, а передача данных осуществлялась напрямую из источника в приёмник и наоборот. Ограничений по скорости не было, возникший объём информации на источнике моментально и в полном объёме оказывался на приёмнике, минуя пространство.
Это была теория, проверить которую я смогу лишь спустя одиннадцать дней.
5.Дверка
Поделиться книгой: