Помоги проекту - поделись книгой:
Этимология и развитие слова-понятия «рус-» — исходного самоназвания суперэтноса русов.
Итак, вторичное, производное значение корневой основы «рс-» этнонима «русы» — «властитель, владыка, царь, император, рекс-король». Первичное и вторичное значения тесно связывает красный цвет — цвет русов и одновременно цвет всех без исключения властвующих особ.
Рус = «царь, царствующий, властитель, красный».
Первичная этимология этнонима «рус» имеет изначальные естественные корни, вторичная обусловлена историческим процессом. Как мы узнаем в дальнейшем именно представители суперэтноса кроманьонцев-бореалов-индоевропейцев, а точнее и короче говоря, русы стали основателями всех европейских и очень многих афро-азиатских княжеских, царских, королевских и императорских династий.
Прежде чем приступить к непосредственному изложению краткой тезисной Истории Русов, подведем итоги и ещё раз уясним себе ОСНОВУ ОСНОВ, без которой правильное понимание реального исторического процесса, то есть самой Подлинной Истории невозможно:
• Подвид Хомо сапиенс сапиенс (
• Праязык Хомо сапиенс сапиенс («
• Самоназвание суперэтноса — «русы»: с исходной, первичной этимологией «светлые, хорошие, красивые, свои» и вторичной, производной этимологией «властвующие, царствующие, красные».
• История этническо-культурно-языкового ядра («
Проторусы.
Вехи начальной истории русов
Сорок тысячелетий назад на землях, распростершихся с запада на восток от восточного побережья Средиземного моря и до Месопотамии включительно, и с севера на юг от Армянского нагорья до Персидского залива, на землях библейских Палестины и Сирии (точнее, Сурии), в этом центре мира, связывающем три части света — Европу, Африку и Азию, появились первые русы. Исходя из членения истории русов на три основных больших периода — «кроманьонский», бореальный и индоевропейский — мы можем условно называть первых русов проторусами.
Проторусы появились на белый свет не в результате эволюции или смешения предыдущих подвидов Хомо сапиенс, они не «вышли» откуда бы то ни было, и не развились из существовавших видов палеоантропов. Проторусы появились в результате генных мутаций, вызванных у нескольких (или, что вполне вероятно, у одной) пар представителей подвида Хомо сапиенс неандерталенсис жесткими космическими излучениями. Проторусы зафиксированы антропологами как подвид Хомо сапиенс сапиенс.
Отличительными особенностями проторусов стали: высокий рост (до 180 см), прямая осанка, круглая голова, грациализация костяка (утоньшение и выпрямление костей скелета), яйцевидная форма головы при рассмотрении анфас (широкий лоб, достаточно широкое лицо, сужающийся подбородок) и, главное, светлые волосяные и кожные покровы, светлый цвет глаз. Последнее послужило основной причиной для самоидентификации русов — они определили себя как людей «светлых» — то есть как «русов».
Топонимика и история земли, на которой появились первые русы, проторусы, сохранили для нас исходный этноним. Сирийская пустыня, Сирия, а точнее, Сурия — вот что дошло до наших времен, спустя 40 тысяч лет сохраненное в языковых рамках тех народов, что пришли на место древних русов и проживают уже не первое тысячелетие в указанном регионе. Сурия, земля Сур — это достаточно поздний лингвистический «перевертыш», исходная основа которого — Русия, Русь. Подобных перевертышей множество, взять хотя бы «финикийский» город Тир, древнее название которого Цур, что лингвистически есть тот же Сур-Рус. Ближневосточная карта (не позднеарабская, а исходная) пестрит «русской» топонимикой.
Русы, как нам уже известно, называли себя и яриями-ариями (то есть, жизнестойкими, ярыми). Этот этноним-эпитет также остался в топонимике указанного региона и прилегающих мест в тысячах названий рек, пустынь, гор, городов, селений и т. д. (Аравия, Армения, Иран-Яран, Иордан-Ярдон, Аракс, Арбела, Арзухана, Аррапха, Иерихон-Ярихо, Иерусалим-Яр-рус-алим, Арасани и множество других).
Как мы знаем из апокрифических библейских текстов, «сурский, сурийский» (русский, русийский) язык и был тем библейским первоязыком, на котором говорили Адам, Ева и все их потомки до известного «вавилонского смешения языков». Это согласуется с вышеизложенными изысканиями антропологов, которые утверждают, что достаточно развитый речевой аппарат появился только у проторусов (подвида Хомо сапиенс сапиенс), предыдущие подвиды могли общаться друг с другом множеством звуков, но речи как таковой не имели. Отсюда вполне объяснимо почему язык русов (русский язык) стал первоязыком человечества. Уже позже он зафиксировался в памяти человечества как «сурский, сурийский, сирийский» — разумеется, не современный сирийский). Как известно, Библия была написана на арамейском языке. Арамейский язык был родным языком Иисуса Христа. Даже в этих случаях, о которых мы развернуто поговорим выше, совершенно четко прослеживается изначальная проторусская корневая основа «ар-, яр-». Память человечества, заключенная в его языковых пластах, значительно глубже, чем это нам представляется.
Первые 5–10 тысячелетий проторусы проживали на своей прародине достаточно компактно, о чем убедительно свидетельствуют многочисленные стоянки, могильники. Земля, на которой они обитали в 40–30 тысячелетиях до н. э., была благодатным и теплым краем, покрытым лесами, лугами. На месте нынешней Сирийской пустыни простиралась бескрайняя лесостепь, обильная травами, зверем и дичью. Междуречье, внутренняя область между Тигром и Евфратом, было в те времена огромным, совершенно неприспособленным для проживания людей болотом — его осваивали постепенно, по мере высыхания и обработки в течение всех последующих тысячелетий.
Трудно даже предположить, что произошло бы в том случае, если бы первые представители подвида Хомо сапиенс сапиенс появились бы в менее благоприятных условиях, скажем, где-нибудь у кромки ледника, в промерзшей и суровой Евразии, — вряд ли бы тогда мы могли бы заниматься этим исследованием по той простой причине, что ни археологии, ни лингвистики, ни прочих наук, как и печатного или рукописного слова, а также и самих исследователей, нас с вами, скорее всего, ещё не было бы на свете.
Этногенез русов и периферийно-пограничных предэтносов.
Исключительно благоприятные, умеренные во всем климатические и природные условия помогли первоэтносу не только выжить, сформироваться, но и расплодиться, увеличиться численно до такой степени, что он перестал умещаться в рамках первичной прародины.
Мы не знаем имен вождей родов и племен проторусов, не знаем основных вех их начальной истории — отсутствие письменности и значительных, монументальных произведений искусства, отсутствие каких-либо иных видов изобразительного искусства (фресок, жанровой резьбы по камню, дереву, кости и т. д.) на первом этапе существования суперэтноса затрудняет изучение истории этого этапа. Наскальная живопись, оставленная проторусами в пещерах Ближнего Востока, ещё недостаточно развитая, а скорее всего, недостаточно нами открытая, дает представление о первоэтносе, как о сообществе охотников и собирателей. Причем, собирательство уже отходит на второй план. Проторусы создают принципиально новые каменные орудия труда, значительно более совершенные, чем те, которые использовали неандертальцы. И здесь мы не видим переходной ступени: каменные топоры, рубила, ножи, скребки проторусов-кроманьонцев появляются не в результате совершенствования предыдущих форм, а сразу, как принадлежность нового этноса, им созданная и им применяемая.
Да, первые десять тысячелетий истории проторусов дают нам чрезвычайно мало материалов для изысканий и обобщений. И тем не менее, этот период, пожалуй, более важен и значителен для всей дальнейшей истории русов, чем любые другие, потому что — это период формирования суперэтноса и, в первую очередь, период формирования и закрепление первоязыка — того самого языкового «ядра», той самой «главной ветви-ствола», на которую нанижутся все последующие тысячелетия. Первые сто веков и создали русов, как таковых, и их язык — тот основной стержень, на котором держится вся история, и без четкого представления о котором, история человечества представлялась бы нам (и представляется до сих пор многим утвердившимся историческим школам), как неупорядоченное смешение огромного количества фактов и событий (мы не будем развивать данную тему, историософия и вопросы подхода к изучению прошлого достаточно освещены в монографии «Дорогами Богов» и других наших работах).
Итак, многие более поздние этносы и сообщества оставили яркий след в истории земной цивилизации: они создавали царства и империи, дворцы и пирамиды, глиняные таблички и папирусы с записями о своих достижениях. Но проторусы, несмотря на кажущуюся неприметность свою и вопреки явному невниманию к ним со стороны научного мира, создали и оставили в наследие человечеству значительно большее, чем все упомянутое вместе взятое, они создали основу земной цивилизации — ядро своего суперэтноса, породившего практически все последующие этносы и при том сохранившее себя самое, первоязык, ставший основой для большинства языков планеты и так же сохранивший себя в своем «ядре».
Как было сказано выше, увеличение популяции проторусов привело к естественному расширению границ их обитания. Расселение периферийных племен происходило по трем основным направлениям: на запад, на север и на восток. С юга, юго-востока и юго-запада прародина проторусов была ограничена пределами самого Аравийского полуострова, омываемого Красным морем и Индийским океаном с его заливами.
Проторусы продвигались во всех направлениях. На восток — преодолевая горы Загроса и расселяясь на Иранском нагорье, по побережью Персидского залива, проникая затем на полуостров Индостан и далее. На север — через Восточный Тавр, осваивая Армянское нагорье, оседая на нем частично и частично добираясь до Кавказа, преодолевая и его, проникая в Северное Причерноморье, затем и на бескрайние просторы Евразии. Но главным и основным направлением было западное. Через Синайский полуостров оно открывало пути к Нилу и по всей Северной Африке. А через малоазиатский, анатолийский мост, Балканы и Причерноморье оно давало проход в Европу, заселенную к тому времени множеством небольших по численности, кочующих от стоянки к стоянке племенных семей неандертальцев.
Продвижение проторусов не было целенаправленным и быстрым, оно носило характер естественного расселения. Когда род или племя возрастало численно сверх тех пределов, которые обеспечивала пропитанием данная местность и едоков становилось больше, чем добываемой пищи, эта группа людей делилась, отправляя, как правило, молодые семьи или одних только юношей на выселки. Зачастую это делалось заранее, вожди и жрецы племен-родов, умудренные опытом не дожидались критической ситуации. Рождаемость значительно превышала смертность, роды и племена суперэтноса членились, делились, не утрачивая этническо-культурно-языковых признаков и связей, напротив, храня их на всех уровнях, в том числе, и магически-ритуальном. Шло закономерное, естественное освоение пространств. Проторусы преодолевали в этом движении-расселении тысячи и десятки тысяч километров пути. Но не надо забывать, что делали они это в течение тысячелетий (скажем, в наше время Сибирь и Дальний Восток были покорены и освоены русскими — а это сотни тысяч квадратных километров — за какие-то два столетия). Проторусы осваивали земли Евразии медленней и основательней. И в этом процессе, занявшем период примерно с 35-го тысячелетия до н. э. по 20-е тысячелетие, в своем основном сохраняющемся «ядре» они становились уже прарусами, то есть русами-бореалами. Разумеется, преобразование это проходило долго и в разных местах по-разному. И тем не менее, сообщества переселенцев сохраняли свои этническо-культурно-языковые признаки и в достаточно отдаленных друг от друга местах от Пиренеев до Южной Сибири.
Одновременно с расселением в той или иной степени проходил процесс смешения проторусов с кочующими поблизости неандертальцами. Происходило это, как и всё происходящее в жизни, в самых разнообразных формах: отселенные юноши-проторусы добывали себе невест (как умыканием, так и вполне мирным путем) из неандертальских семей; неандертальцы, молодежь или взрослые, оставшиеся по тем или иным причинам без женщин, также умыкали девушек и женщин из проторусских выселков, где-то доходило до боевых столкновений, когда добыча в виде тех же женщин доставалась победителям; где-то пограничные, расселяющиеся семьи-роды проторусов роднились с семьями-родами неандертальцев, объединялись, сливались, приобретая новые этническо-культурно-языковые признаки. Так появлялись с течением времен новые этносы.
Одновременно именно на этом этапе проходило образование трех основных рас. Данные антропологии и археологии говорят о том, что присутствие кроманьонце было достаточно заметно и в ареалах зарождения негроидов и монголоидов, то есть на территориях Африки, где помимо Хомо сапиенс неандерталенсис обитали и многочисленные разновидности Хомо эректус (человека прямоходящего), и Юго-Восточной Азии, где издревле проживали синантропы. Как пишет ведущий специалист по антропологии В. П. Алексеев, «протягивается объективная, основанная на морфологии линия преемственности между синантропами, отстоящими от современности не менее чем на три сотни тысячелетий, и современными монголоидами»[9].
Сейчас с полной уверенностью можно утверждать, что в формировании негроидной расы принимали участие не только неандертальцы, кроманьонцы, представители подвида Хомо эректус, но и иные палеоантропы, населявшие Африку и Средиземноморье. Подобный процесс происходил и в Азии. Первые кроманьонцы, зашедшие далеко на восток, были практически полностью ассимилированы синантропами и иными подвидами палеоантропов. В восточном этническом котле тех времен и родилась раса монголоидов. Мы не будем долго задерживаться на процессах расообразования, они достаточно подробно описаны в научной литературе.
Проследим за судьбами тех переселенцев-проторусов, что не утратили своих этническо-культурно-языковых признаков или утратили их частично. Процесс данной утраты происходил зачастую не только в прямой зависимости от преодоленных расстояний, но и от плотности проживания местного населения и твердости его этноязыковых традиций.
К 30–25-м тысячелетиям до н. э. проторусы, сохранившие свои основные родовые признаки, занимали Ближний Восток, практически всю Европу от Иберийского полуострова до Урала, Северную Африку и долины Нила, полуостров Индостан. В Средней Азии и Южной Сибири их присутствие было не столь значительным — нам достоверно известны лишь несколько десятков стоянок проторусов в этих регионах — но, надо думать, что вследствие ещё малой изученности столь обширных территорий мы имеем о них далеко не полные сведения.
К 25-му тысячелетию в Европе численность неандертальцев резко снизилась. Мы ещё не можем с уверенностью говорить об их полном исчезновении — наверняка, отдельные кочующие семейства-роды все ещё бытовали на севере, у кромки ледников, в других труднодоступных местах. К этому времени проторусы господствовали в Европе. Но представление, что они одни проживали в этой части света, было бы неверным. Проторусы жили в окружении множества прото- и праэтносов, порожденных ими же самими в смешении с неандертальцами и иными подвидами. Сейчас очень трудно выделить какие-либо из них, тем более, что большинство этих протоэтносов исчезло с исторической арены, оставив по себе лишь какие-то незначительные антропологические особенности в этносах сохранившихся. Нам важно иное, к рассматриваемому периоду на рассматриваемых землях проживало в основном европеоидное население (русы-кроманьонцы), обладавшее светлыми кожно-волосяными покровами и рецессивными наследственными признаками, и в значительно меньшей степени уже сформировавшееся и обладающее доминантными наследственными признаками негроидное население (потомки кроманьонцев и неандертальцев). Все промежуточные формы на том, достаточно удаленном этапе, практически неуловимы для исследователя-антрополога.
Но именно с этого времени, когда проторусы расселились в северных по отношению к Ближнему Востоку областях, осели там, сохранив основу-ядро своей антропологической, языковой и культурной сути, мы можем считать свершившимся переход от проторусов к прарусам, от русов-кроманьонцев к русам-бореалам, не забывая при том, что речь по-прежнему идет лишь о «ядре — основном стволе» рассматриваемого суперэтноса. Интересно и показательно то, что каких-то существенных различий между русами-бореалами 25 тысячелетия, проживающими на весьма отдаленных друг от друга расстояниях (Пиренеи — Сибирь, Урал — Палестина), мы не обнаруживаем — их орудия труда и оружие одинаковы, наскальная живопись чрезвычайно сходна, скульптура в малых формах однотипна, будто сделана одними руками. Лингвоанализ и реконструкция корневых основ позволяют нам говорить о едином праязыке — бореальном, том самом, что в своей «главной ветви», как мы помним, даст ранний праиндоевропейский язык, а боковыми его побегами станут алтайские и уральские языки. Итак, мы подобрались к истории бореалов или прарусов.
Прарусы. Русы-бореалы
Позднепалеолитические стоянки прарусов или русов-бореалов хорошо известны. Это Сунгирь, Мезин, Пушкари, Гонцы, Авдеево, Чулатово, Тимоновка, Елисеевичи, Амвросиевка, Костенки, Каменная балка, Бызовая, Молодова, Гагарино, Сюррень, Акштыр, Фатьма-Коба, Мурзак-Коба и др. в Европейской части России и Украины. Капова пещера, Малая Сыя, Буреть, Афонтова гора, Мальта, Ачинская, Кокорево, Толбага в Сибири; Шугноу и Самаркандская в Средней Азии; Альтамира, Кастильо, Левант, Пиндаль в Испании, Фон-де-Гом, Истюриц, Белькайр, Ла Ферасси, Нио, Пеш-Мерль, Ласко, Шанселад, Пенсеван, Арси, Ле-Рош (топонимика русов), Куньяк, Монгодье, Солютре, Ланда, Виенна, Дордонь, Кро-Маньон во Франции, Тразимено, Савиньяно, Кьоццы, Романелли в Италии, Аддора, Леванзо на Сицилии, Виллендорф в Австрии, Брилленхёле, Гоннерсдорф, Петерсфельс, Фогельгерд, Добриц в Германии, Острава, Петровиче в Силезии, Младеч, Пшедмостье в Чехословакии, Зелета в Венгрии, Бачо-Киро в Болгарии, Франхти в Греции, Долни Вестоница в Моравии, Руммель в Северной Африке, Ком-Омбо в Египте и многие другие. Столь обширная география (мы не рассматривали удаленные от прародин проторусов места) говорит о многом.
Русы-бореалы в течение пяти-десяти тысяч лет полностью осваивают Европу, выживая из нее и частично ассимилируя неандертальцев и других палеоантропов. Позже их самих постигнет подобная участь, и мы к этому ещё вернемся.
Бореалы, впервые обнаруженные антропологами в пещерах-навесах долины реки Везер — первая находка в пещере Кро-Маньон — были названы по имени этой пещеры «кроманьонцами». Нам следует помнить, что название это предельно условное, что оно ни в малейшей степени не носит этнического характера. В равной степени, в соответствии с любой из последующих находок бореалы могли бы называться в научной литературе по любому из вышеперечисленных топонимов и ещё по сотне-другой не перечисленных. Нам представляется обоснованным и логичным ввести в научную практику более точное наименование основной ветви европеоидов того времени не по местам их захоронений или стоянок, а непосредственно по их этнониму — «русы», а также по их языковой принадлежности «бореалы». Достаточно нелепо звучит, когда мы говорим о «кроманьонцах», например, Сунгиря под Владимиром или прибайкальской Мальты, ибо там европеоиды-бореалы жили за много тысячелетий до того как они появились в пещере Кро-Маньон, и вернее было бы кроманьонских обитателей называть «сунгирцами» или «мальтийцами». Но ещё вернее и научнее наш метод: и в Сунгире, и в Мальте, и в Кро-Маньоне жили прарусы или русы-бореалы.
В Евразии того времени проживали также и остатки неандертальцев и множество предэтносов, образованных от смешения двух или более подвидов Хомо сапиенс.
Но нас сейчас интересуют именно русы-бореалы. Напомним их отличительные признаки: высокий рост, прямая осанка, широкий, высокий лоб при достаточно широком лице (не путать с монголоидными широкими лицами!), светлые кожные, волосяные покровы, светлый цвет глаз. Как мы уже отмечали выше, в захоронениях русов-бореалов практически всегда присутствует красная охра, что говорит о ритуально-магическом характере красного цвета, цвета крови, изначально признаваемого русами как священного. По его остаткам на многочисленных фигурках «богинь-матерей», найденных по всей Евразии, по другим ритуальным предметам, окрашенным в красный цвет, по обрывкам дубленой одежды со следами охры мы можем достаточно четко проследить за расселением русов-бореалов в Евразии.
Позднепалеолитическое поселение русов-бореалов в Пушкарях на Десне (30–26 тыс. до н. э.) Трехсекционные «длинные дома» из костей мамонтов, состоящие из трех «круглых» домов, соединенных вместе и покрытых кровлей из шкур мамонтов. Здесь мы видим сочленение традиций проторусов и прарусов: «круглые» и «длинные» строения. Традиция строительства «круглых» домов постепенно отомрет. «Длинные дома» будут строиться вплоть до XIX в. н. э. Но приоритет в их создании будет приписан немецкими учеными-«романтиками» псевдогерманским племенам 1 тыс. до н. э.
Сани и челны русов-бореалов Евразии (30–5 тыс. до н. э.)
К 25-му тысячелетию до н. э. русы-бореалы, сохраняя все основные этническо-культурно-языковые признаки русов, уже значительно отличались от своих пращуров, обитавших на Ближнем Востоке, и от своих проживающих там же, на первичной прародине, собратьев-современников. Несколько тысячелетий непрерывного движения — движения в постоянной борьбе за выживание, сделали из южан, привыкших к благоприятным условиям, неприхотливых, выносливых и чрезвычайно стойких северян, которые шли за кромкой гигантского отступающего ледника.
Бореалы приспосабливались к суровому климату и тяжелейшим условиям. Сама природа и их образ жизни принуждали к этому. Охотничьи угодья в десятки и сотни квадратных километров могли прокормить лишь одно большое племя-род. Благодатный юг был занят, пути назад были отрезаны, тем более, что с прародины периодически шли по всем трем основным направлениям всё новые и новые выселки. Суперэтнос стремительно и неудержимо разрастался, занимая уже огромные пространства Земли.
Вместе с тем свободного времени для создания масштабных памятников культуры, искусства не оставалось — вся жизнь была посвящена добыче пропитания, выделке мехов и кож для одежды, необходимой особенно на севере, изготовлению орудий труда и оружия. И тем не менее русы-бореалы оставили нам в наследие подлинные шедевры искусства: наскальную живопись и каменные, костяные и глиняные фигурки людей, животных — малые формы, специфические для верхнего палеолита, но ставшие фундаментальной основой всей мировой скульптурной пластики.
Достаточно недолгого сравнения изображений из Альтамиры в Испании и росписей Каповой пещеры на Урале для того, чтобы придти к выводу — и то, и другое создавалось по одним канонам, выработанным ранее. Вся пещерная живопись русов-бореалов 25–15-х тысячелетий до н. э., где бы мы её ни обнаруживали, имеет одни корни, одни истоки. Никакие разные «саморазвившиеся» этносы ни при каких обстоятельствах в разных местах Евразии не смогли бы одновременно создать высокохудожественную живопись в едином стиле, в едином каноне — это исключено. Мы имеем дело, как и указывалось выше неоднократно, с творениями «одной школы». Нам неизвестны имена гениальных художников и скульпторов верхнего палеолита, мы можем лишь предполагать, что они принадлежали к жреческой касте, так как и само
То же самое можно сказать о мелкой пластике. Все найденные изображения лосей, оленей, медведей, рыб, коров, буйволов, мамонтов и т. д., из чего бы они ни были сделаны, из кости, камня, глины, словно несут на себе отпечаток руки одного мастера, одной школы мастеров. Особо следует отметить изображения «богини Матери, Родительницы всего сущего» — прообраза богини Лады, «Матери-сырой-земли, Праматери».
Палеолитические «венеры» или «мадонны», как их принято называть в научной печати, встречаются во всех ареалах расселения русов-бореалов. Эти «венеры» могут отличаться одна от другой размерами, объемами, материалом, из которого они выполнены. Но все до единой они выполнены по строгому канону прарусов: анфас и профиль фигур, сужающихся к ногам и голове, имеет ромбовидную форму (как мы узнаем позже, ромб, заполненный определенными знаками, в сакральных воззрениях русов является символом плодородия), ноги и руки скульптур не проработаны, имеют преднамеренно рудиментарный вид (обратите внимание на стилистику изображения конечностей в иконописи), голова изображается формально, без проработки черт лица, первостепенное внимание уделено широким и объемным бедрам, грудям, животу, то есть всем вторичным и основным, на взгляд древнего человека, признакам плодородия.
Мы знаем из более позднего, зафиксированного фольклора и письменных памятников русов, какое внимание уделялось ими «богиням плодородия». Связано ли это с эпохой матриархата (для признания существования которого у науки пока нет веских оснований) или нет, тем не менее, «Мать-Рожаница», «Мать-Сыра-Земля», «Родительница всего сущего» — это, пожалуй, основная культовая фигура древних русов после главного божества вселенной, табуизированного и неупоминаемого по имени (Род, Сварог, Дый и пр. теонимы — всего лишь эпитеты, но не имя — запретное и непроизносимое). По количеству находок и географии их распространения мы можем судить о важности и глубине культа, зарожденного не позднее 30-го тысячелетия до н. э. и просуществовавшего до наших дней. Нет ни малейших сомнений, что мы имеем дело с культом древнейшего божества плодородия и женского начала, сохранившегося в памяти человечества, как Мать-Рожаница — Лада — Кибела — Макошь. Безусловно, в той или иной форме подобный культ существовал и в прочих этносов, родственных или неродственных суперэтносу. Но наибольшее значение и распространение он имел в среде проторусов и прарусов. И потому по находкам фигурок Матери-Рожаницы Лады, со следами окраски красной охрой, мы можем прослеживать пути следования и места расселения древних русов.
Культовые фигурки находят и на Урале, и в Сибири, и в Средней Азии. Но больше всего их обнаружено в Восточной и Центральной Европе, что в совокупности с другими данными, антропологическими, археологическими, лингвистическими, топонимическими, дает нам основание говорить, что именно в этих местах в 30–15 тысячелетиях до н. э. и бытовало основное, главное этническо-культурно-языковое ядро русов-бореалов (три других родственных «ядра» прарусской общности были в Южной Сибири, Средней Азии и в Долине Инда).
Наиболее известны фигурки Рожаниц из Виллендорф в Австрии (20 тыс. до н. э.), Гагарино в верховьях Дона (20 тыс. до н. э.), Леспюга во Франции, Долни Вестоницы в Моравии, Пшедмостья в Чехии, Костенок под Воронежем… По именам первого и последнего поселений даже названа соответствующая культура «виллендорфско-костенковская», культура ядра, основного ствола русов-бореалов. Но мы должны помнить, что и располагающиеся в пограничных областях схожие, родственные «культуры» также вне всяких сомнений принадлежали бореалам.
В Костенковско-Борщевском районе Воронежской области исследования проводятся уже более ста десяти лет. Открыто и изучено свыше двадцати стоянок русов-бореалов, живших здесь 25–20 тысячелетий назад. Здесь найдено огромное количество предметов быта, украшений, орудий труда, оружия и культовых фигурок пещерных львов, шерстистых носорогов, мамонтов и, разумеется, богинь-рожаниц. Особенно много изображений мамонтов, что вполне естественно. По результатам раскопок жизнь русов-бореалов реконструируется детально.
Палеолитические охотники на мамонтов, буйволов, оленей и носорогов вели полукочевой образ жизни, перемещаясь по безлесой степи, покрытой густой сочной травой, вслед за стадами упомянутых животных — в основном в направлении юг — север и обратно. Стоянки их были длительными, как правило, зимними. Уходя летом далеко на север вслед за животными, зимой русы-бореалы возвращались на юг (относительный, разумеется, юг в Костенках). Они строили или восстанавливали так называемые «длинные дома». Уже в новое время, в 18–20 в.в. приоритет в создании такого типа домов немецкими учеными-шовинистами будет приписан «германским племенам» значительно более поздних времен, что совершенно неверно, так как «германцы», как одна из последних ветвей этнодрева русов, просто использовала наработки своих предков. Длинные дома, как наиболее удобные в суровых и полукочевых условиях, использовались русами с древнейших времен и именно в степных условиях, где не было естественных укрытий типа пещер и скальных навесов (на территории формирования «германских племен» таковые имелись). Каждый дом, рассчитанный на большую семью-род, состоял из трех-четырех конических шалашей, где «ребрами жесткости» служили кости мамонтов. Шалаши были соединены длинными переходами, и все покрывалось несколькими слоями толстых, сшитых друг с другом шкур. Рядом с домами русы-бореалы вырывали большие ямы-ледники (навык, бытующий до сих пор) для хранения мяса на всю зиму. Кроме того тут же складывали нечто вроде полениц из множества бивней и костей — эти запасы помогали поддерживать огонь в «длинных домах», служили материалом для резьбы по кости и изготовления оружия. На зиму приходилось шить добротную меховую одежду, без которой в условиях ледникового периода люди просто не выжили бы. Большое количество костяных игл, остатков самой одежды, бусинок и прочих украшений говорят о том, что добротности одеяний и своему внешнему виду бореалы уделяли особое внимание. Зимой охота на крупную добычу становилась не столь удачной, приходилось расставлять силки на песца и прочего пушного зверя. Именно долгими зимними вечерами и создавались шедевры палеолитического искусства, в том числе и культовые. Фигурки Рожаницы, Матери Лады из Костенек по своим художественным достоинствам занимают особое место. Весной охота в степях возобновлялась в полном объеме, и времени на что-либо другое у мужчин рода не оставалось.
Фигурки Лады (Роды), Матери-Всерожаницы женской ипостаси Рода (Костенки-1, Гагарино) 30–20 тыс. до н. э.
Примерно такой же образ жизни — в различных вариантах в зависимости от окружающего ландшафта и местного климата — вели и другие роды-племена этническо-культурно-языкового ядра русов-бореалов.
В долине Везера, гористой местности Испании, Прирейнских областях, на Южном Урале или в Прибайкалье бореалы укрывались на зиму в пещерах, оставляя на их стенах свою ритуально-магическую живопись. Они охотились на тех животных, которые обитали в данной местности — на мамонтов, на диких лошадей и оленей, на горных козлов, медведей… Но несмотря на определенные различия, быт их был примерно одинаков. И говорили они на одном языке — бореальном, уже начавшем делиться на периферийных участках своего применения, но нерушимо и ритуально сохраняемом в «ядре» суперэтноса. Мы можем на тот период, естественно, говорить о множестве «диалектов» бореального языка. Но они ещё не разошлись в эпоху русов-бореалов настолько, чтобы представители даже самых отдаленных родов, разбросанных на десятки тысяч километров друг от друга, не могли понять своих далеких лишь по фактору расстояния сородичей. Мы можем представить себе это на примере, скажем, русского и белорусского языков.
По совокупности имеющегося материала, в том числе носящего культовый характер, мы можем с уверенностью говорить, что даже на самом раннем этапе у русов-бореалов было внутриплеменное (внутриродовое) деление если не на три касты по Ж. Дюмезилю[10] (типа брахманы-кшатрии-вайшья = жрецы-воины-работники), то, по крайней мере, на две: «жрецы — воины» = «волхвы — охотники-воины». Роль «работников-вайшья» в палеолите по необходимости приходилось выполнять женщинам племени и частично самим «воинам-охотникам», изготавливающим для себя оружие и орудия труда для себя и для женщин. Из среды «воинов-охотников» выделялись и вожди племен. Ни о каком предгосударственном устройстве общества русов-бореалов в 25–15 тысячелетиях, по-видимому, говорить не приходится, во всяком случае фактов для подтверждения этого у нас пока нет.
Но достаточно серьезное социальное расслоение племени-рода прарусов отмечается и в более ранние времена — это очевидный факт, несмотря на множество трудов так называемых историков-марксистов, отвергающих таковое расслоение в «первобытном обществе».
Мы уже упоминали о поселении в районе Сунгиря, что в 200 км восточнее Москвы, под Владимиром, где в могильнике, залитом охрой, были найдены останки вождя одного из родов русов-бореалов. Это было богатое захоронение 24 тысячелетия — пожалуй, одно из первых поистине царско-княжеских захоронений, положивших на многие тысячелетия вперед традицию захоронения правителей родов и государств древних русов и их продолжателей, будь то тайные, скрытые погребения скифов, могилы фараонов под пирамидами, микенские и этрусские погребальные камеры или великокняжеские курганы X века н. э. Пышные меховые и кожаные одеяния руса-бореала были усеяны тысячами искусно выделанных бусин из бивней мамонта, на руках его были надеты более двадцати тонких костяных браслетов с резными узорами. Голову погребенного вождя украшал обруч из бивня мамонта также с затейливой резьбой, кроме того на ней был меховой головной убор, расшитый бусинами и клыками песца. Не менее пышными были и сунгирские погребения мальчика и девочки, в которых вдобавок ко всему лежали резные фигурки лошади и мамонта. Но особый интерес исследователей вызвали найденные в захоронениях копья из распрямленного бивня мамонта и так называемые «жезлы предводителей» — костяные булавы с просверленным в них округлым отверстием.
Этот характернейший признак верховной власти также станет отличительной чертой русов: зародившийся во времена бореалов, он будет сопровождать их потомков многие сотни веков вплоть до ваджры-«алмазной палицы Индры» и гетманской булавы.
«Жезлы предводителей» или «жезлы начальников», что более употребимо в западной научной печати, встречаются практически во всех захоронениях и стоянках русов-бореалов от пиренейских и везерских пещер до сибирских и дальневосточных гротов. В ряде изданий высказывались предположения, что сами «жезлы» были лишь орудиями производства, предназначенными для распрямления бивней мамонта и выделки копий. Но такие предположения малоубедительны. В большинстве случаев «жезл» изготавливался из большого оленьего рога, украшался причудливой тонкой резьбой, окрашивался красной охрой и имел нижнюю часть с удобной рукоятью и верхнюю с отверстием, имея при этом форму скипетра. Орудия производства орудий труда так не выглядят. Мы имеем дело с явным символом власти. Именно с символом, то есть не с реальным орудием, с помощью которого можно установить или захватить власть в племени или над племенем в борьбе с чужаками, не с каменным топором-палицей, а именно с символом, освященным сакрально. А это говорит нам уже о многом.
Анализируя подобные социальные явления в обществе русов-бореалов, их чрезвычайно высокие художественно-ремесленнические способности, говорящие о развитом образном восприятии мира и наработанных творческих навыках, учитывая наличие «лунных календарей» (костяная дощечка с календарными отметинами изменяющихся лунных фаз, с остатками красной охры — найдена в Дордони, Франция, 30 тыс. до н. э.; подобные найдены в Сибири на стоянках бореалов), «счетных костей», применявшихся бореалами для упрощения и быстроты подсчетов (стоянка Долни Вестонице, Пшедмостье и др.) и прочих археологических находок, всевозможных изделий, артефактов, мы можем с полной уверенностью утверждать, что имеем дело далеко не с «первобытным стадом» марксистов-дарвинистов, а со сложным и по-своему гармонично развитым миром, с социумом, имеющим свои законы, свои традиции и, следовательно, свою историю.
Попутно отметим ещё один интересный факт, имеющий истоки в палеолите, но развитие свое на всем историческом пути проторусов — русов-бореалов — русов-индоевропейцев. Именно в палеолите, то есть в 40–20 тысячелетиях до н. э. археологи впервые встречают изделия, украшенные свастичным узором — тем самым узором, что считается одним из основных культурно-бытовых признаков протоиндоевропейцев и этносов индоевропейской языковой семьи (русов). В частности, интересны ручной браслет из бивня мамонта и фигурки птичек[11] (Мезин, Северное Приднепровье, 25 тыс. до н. э.), украшенных четким и искусным свастичным орнаментом-резьбой, каковой в последующих веках мы встречаем повсюду, где обитали потомки русов-бореалов: от Скандинавии, Греции и Малой Азии до Тибета и полуострова Индустан.
Интересно и то, что уже на столь раннем этапе бореалы, помимо совершенной наскальной живописи, причудливой резьбы по камню и кости, мастерства ваяния, овладели также тончайшим искусством затейливого и многосложного абстрактного орнамента, сохранившегося потом в традициях многих этносов, вычленившихся из суперэтноса.
По всему обширному ареалу расселения русов бореалов, и в особенности в области проживания их основного «ядра» — по всей Центральной и Восточной Европе, в становищах древних охотников на мамонтов — археологи находят множество крестообразных предметов, крестообразных прорезей, прорисовок. Это дает нам основание говорить об особом сакральном значении четырехконечного креста у бореалов. Из более поздних материалов по исследованию мифологии и верований русов-индоевропейцев мы знаем — число «четыре» для них было священным числом: четыре стороны света, четыре ветра и т. д. Теперь нам известны истоки подобного мировоззрения, выработанного ещё в палеолите. Четырех- и восьмиконечный кресты, ромб, ромб с внутренним четырехсторонним крестом, свастика-солнцеворот, орнаментальная «плетенка», раскручивающаяся спираль, переходящая в спираль скручивающуюся, волнообразная линия, и снова кресты, в основе четырехконечные, иногда с раздваивающимися концами (прототип «мальтийских») — вот основные священные символы, пронесенные русами из седой древности до наших времен. На протяжении всего данного исследования мы будем постоянно сталкиваться с теми или иными проявлениями этих символов у русов — от проторусов до современных русских.
Как мы уже писали, особый интерес при изучении всей истории русов, и в особенности европейских русов представляет культ медведя. По имеющимся у антропологов данным он зародился ещё в среде Хомо сапиенс неандерталенсис. Так некоторые свидетельства поклонения останкам (черепам) пещерных медведей зафиксированы на неандертальских стоянках в Петерсхеле около Вельдена в Германии, в Вильдкирхли в Швейцарии, в Драконовой пещере в Штирии… Но и у самих антропологов есть сомнения по части подвидовой принадлежности найденных останков, и мы можем вполне предположить, что в среду неандертальцев культ медведя-Велеса был занесен «кроманьонцами» при их смешении. Не исключено, что обряд поклонению беру (таково подлинное, исконное табуизированное русское наименование «хозяина подземного мира» — хозяина пещер, пещерного медведя; отсюда и «бер-лога» = «логово бера», отсюда и мягкое «вел-Вел-ес», как мы знаем лингвистически «б» переходит в «в», а «р» в «л», и наоборот. Само же слово «медведь» есть эпитет, прилагательное «ведающий где мёд») зародился за десятки тысяч лет до появления проторусов. И тем не менее, именно у последних он становится очень твердой, неискоренимой традицией и приобретает даже гиперболизированный, демонически-инфернальный характер.
Княжеское погребение знатного руса в Сунгире. 24–30 тыс. до н. э. (череп руса, княжеский «жезл», «солнечные диски» — обереги из мамонтовой кости, олицетворяющие Хора-Коло, солнечную ипостась единого бога Рода). В верхней части могилы обнаружен женский череп, густо покрытый красной охрой. Этот череп — знак культа «мертвой головы», культа «доброго предка-защитника», «домового», пращура-покровителя. Данный культ продержится у русов вплоть до 2 тыс. н. э. (в христианстве известен как «адамова голова» под распятием). Красная охра в могилах и на телах погребенных — знак Велесу, что умерший — рус («свой, красный, хороший»).
Русы охотились на пещерных медведей, употребляли их в пищу, пока не истребили всех, затем они принялись за медведей обычных. Но это не мешало им приносить «хозяину-владыке» жертвы, задабривать его, ибо именно страшный и всесильный дух Бера-Велеса бродил по темным и страшным подземным пещерам, владел всеми укрываемыми сокровищами, душами умерших, мало того, этот дух (а в реальности сами медведи) утаскивали людей к себе в пещеры, позже в берлоги, а века спустя «воровали» прирученных травоядных, скот. Столь долгому и величественному культу можно посвятить специальную — объемную монографию, он заслуживает того. Мы же здесь коснемся его вскользь.
В известной, хотя и недавно открытой (1994 г.) пещере Ардеш на юге Франции, в этом одном из обиталищ русов-бореалов 20-го тысячелетия до н. э. было обнаружено свыше ста скелетов пещерных медведей. Исследования подтверждают, что здесь медведи жили прежде людей. Но люди сохранили их останки. Некоторые черепа были установлены на возвышения явно в ритуальных целях. Все стены пещеры покрыты наскальными фресками с изображениями львов, зубров, диких лошадей, мамонтов, пантер, сов, горных козлов… Но не они становятся объектами поклонения. А почему-то именно пещерный медведь. Пол пещеры сохранил странные отпечатки, где все перемешано: и человеческие ступни, и медвежьи лапы.
Подобных пещер мы знаем немало. Это и Радоховская пещера в Польше, и пещера в Ветернице (Хорватия), Зальценхёхль в Австрии, Ишталлошко в Венгрии и др.
Вполне возможно, что русы того времени воспринимали медведей как своих предков, грозных, всесильных, диких и даже способных к магии перевоплощения оборотничества. Культ Велеса-Волоса чрезвычайно сложен и архаичен, об этом подробно можно узнать из упомянутой монографии «Дорогами Богов». Но для нас важно, что это характернейший культ русов. Из него, кстати, мы можем сделать достаточно убедительный вывод — русы почти всегда жили по соседству с медведями, точнее и те и другие сосуществовали — далеко не мирно — в одних ареалах.
В целом же с животным миром русы-бореалы не церемонились, и если удача сопутствовала им, они не останавливались ни перед чем. Возле Павлова в Чехословакии были найдены останки ста мамонтов, загнанных в западню и убитых. В оврагах Южной России под Костенками лежат кости тысячи зубров. А под скалами во французском местечке Солютре, где охотники и загонщики гнали обезумевшие конские табуны к обрывам, до сих пор белеют в размывах скелеты десяти тысяч лошадей. Когда сталкиваешься со столь масштабными «бойнями», поневоле ловишь себя на мысли, что не так уж слаб и пуглив был палеолитический человек, не так уж он и трепетал перед силами природы.
Да, к 25–20 тысячелетиям на планете уже не было более значительной силы чем человек. Род или племя русов-бореалов наводили ужас на окрестный животный мир. Сейчас надо откровенно признать, что огромные стада мамонтов, шерстистых носорогов, зубров, огромных оленей не вымерли в результате потепления и отступления ледников — они всегда шли за их кромкой — нет, все они по всему северу Евразии были истреблены русами-бореалами и соседствующими с ними немногочисленными племенами вымирающих или продолжающих род в скрещивании неандертальцами.
Прарусы использовали за дефицитом дерева все, что давала им охота. Тысячелетиями позже костенковских русов-бореалов, охотников на мамонтов, их потомки, прарусы Межиричей, что находятся на Днепре неподалеку от Киева, строили в 15 тысячелетии до н. э. из бивней и челюстей мамонтов круглые дома, вошедшие во все справочники и энциклопедии. Они находили все новые формы жилищ, опробировали их, закрепляли в традиции суперэтноса (позже мы встретим круглые дома по всему Средиземноморью от Иерихона до Аласии-Олешья, нынешнего Кипра).
В Межиричах археологи нашли множество украшений, сделанных из просверленных и иначе обработанных морских раковин. Следовательно эти раковины — в больших количествах — поступали в края, удаленные от морей? Да, на том, и на более раннем этапе русы-бореалы уже пользовались меновыми формами торговли, уже тогда существовали торговые пути, по которым доставлялись нужные товары. Недаром в научной литературе описанная выше стоянка верхнего палеолита в Костенках под Воронежем называется часто «торжище».
Русы-бореалы осваивают и южное направление. Их стоянки обнаружены по течению Нила, в частности, неподалеку от нынешней Асуанской плотины в Ком-Омбо. 17 тысячелетий назад там проживало несколько родов бореалов. Найденные там зернотерки говорят о том, что у бореалов того времени уже было какое-то примитивное сельское хозяйство. Но ещё интересней другой факт — на территории Египта находят палеолитические изображения «богинь-рожаниц», что подтверждает наличие и там культа древних русов — культа «Матери-Лады». Причем фигурки как местного производства, так и принесенные из Европы — канонические резные изображения. Раннее проникновение русов в долины Нила безусловно сказалось на всей дальнейшей истории древнеегипетской цивилизации.
Мир русов-бореалов был значительно сложнее и развитее, чем представлялось ранее. Помимо развитой и сверхсовершенной, по нашим меркам, охоты, сопровождаемой такими премудрыми и хитрыми уловками, которых мы не могли бы себе вообразить, бореалы занимались рыболовством (найденные приспособления для рыбной ловли очень разнообразны), собирательством, обменом, торговлей, многочисленными прикладными ремеслами. Нам представляется, что приручение животных, особенно собаки, происходило именно на этом этапе, так же как приобретение навыков простейших сельскохозяйственных работ. Судя по усовершенствованному оружию и следам на черепах и костях человеческих скелетов, велись и небольшие войны между отдельными родами-племенами. Но сейчас, учитывая победное шествие русов-бореалов по Евразии, их постоянно растущую численность и большую в сравнении с неандертальцами продолжительность жизни, мы можем твердо говорить о том, что на бореальном этапе русы не вели междоусобных, братоубийственных войн. Нам трудно реконструировать все полотно их исторической жизни, но, видимо, враждовать с собратьями, говорящими на одном, не просто бытовом, но священно-ритуальном, хранимом с особенным тщанием языке было просто запрещено на уровне непререкаемых запретов-табу жрецов-волхвов. Войны велись с пограничными племенами неандертальцев, представителями Хомо эректус, смешенными племенами, то есть с «чужими, темными, нехорошими, неговорящими». К сожалению, с тысячелетиями сакральное отношение к родному первоязыку и его собратьям-носителям было русами утрачено.
Нам остается лишь смириться с тем, что ни проторусы, ни прарусы не обладали письменностью. При наличии таковой, вне сомнений, до нас дошли бы столь интересные сведения, что многим историкам последних веков пришлось бы признаваться в полной своей несостоятельности. Во всяком случае мы знаем, что архаика русского (и во многом балто-славянского) фольклора уходит корнями в палеолит. А это все сорок тысячелетий живой народной памяти русов!
Но русы-бореалы далеко не одни в Европе и Азии.
«Человек позднепалеолитического времени в Европе генетически тесно связан с европейскими неандертальцами… вместе с тем не подлежит сомнению наличие негроидной примеси, широко распространенной в позднепалеолитическое время в населении Европы. Контакт древних форм европеоидной и негроидной рас имел место, по-видимому, на всем протяжении их истории… в Средиземноморье контакт с негроидными формами продолжается и в мезолитическое время»[12].
Да, современная наука признает существование двух основных расовых стволов того периода: первый — европеоидно-негроидный, существовавший в тесном переплетении двух рас; и удаленный и самодостаточный — монголоидный.
Как мы показали в первых главах, монголоиды есть прямое продолжение синантропов, несколько разбавленное другими архантропами подвида Хомо еректус и переселенцами-кроманьонцами (Хомо сапиенс сапиенс). В нашей работе мы практически не будем касаться расового монголоидного ствола. Напомним лишь, что в 40–10 тысячелетиях ни в Сибири, ни в Средней Азии, ни на полуострове Индостан монголоидов не было. Они появятся там значительно позже. И потому, когда речь заходит о стоянках палеолита, мезолита и даже неолита на Дальнем Востоке, в Прибайкалье, на Урале, в Семиречье, на Тибете, в долинах Инда, речь идет исключительно о европеоидах (проторусах, прарусах, позже русах) и частично о европеоидно-неандерталоидных метисах, то есть о смешанных протоэтносах.
По этой причине мы с полным основанием говорим о существовании в верхнем палеолите соответственно — в Сибири второго этническо-культурно-языкового ядра русов-бореалов, в Средней Азии — третьего ядра, в долине Инда — четвертого.
На Ближнем Востоке сохраняется «ядро» проторусов.
Крестово-свастичные узоры-орнаменты русов-бореалов.
Ну, а первое этническо-культурно-языковое ядро, как мы показали, в основном господствует в Центральной и Восточной Европе, не распространяясь пока по побережью Средиземного моря, но вплотную следуя за кромкой то отступающего, то надвигающегося ледника.
Эпоха бореалов по своей продолжительности вдвое, а то и втрое (локально) превышает эпоху русов-индоевропейцев, и она по справедливости заслуживает значительно большего внимания, чем то, что уделено ей нами. Даже при полном отсутствии письменных источников накопленного научного материала по бореалам хватило бы на десятки объемных томов. Но мы не ставим перед собой задачи описательной. Наша задача — расставить нужные вехи на сложном, непроторенном (а чаще ведущем по ложно проторенным тропам) пути историка-исследователя, реконструирующего подлинную историю человечества.
Проследить этногенез предэтносов, соседствовавших с русами-бореалами в верхнем палеолите, достаточно сложно. На первом этапе мы с полной уверенностью можем говорить о всех разновидностях неандертальского человека, окружавшего бореалов географически.
Неандертальцы, оказавшиеся в зоне высокой активности «ядра» суперэтноса были ассимилированы и поглощены им бесследно в культурно-языковом плане, но оставили незначительную часть своих признаков антропологического характера в ряде племен-родов бореалов.
По прошествии времени и разрастании численности бореалов, а соответственно и их миграции в разных направлениях в пограничных районах становилось все больше метисных форм типа кроманьонец-неандерталец в сравнении с антропологически чистыми неандертальцами. Образно выражаясь, этническо-культурно-языковое ядро бореалов создавало вокруг себя огромный кокон из близкородственных, полуотпочковавшихся или отпочковавшихся предэтносов. Здесь мы и сталкиваемся с феноменом появления в непосредственной близости от основной расы европеоидов метисных, полунегроидных и негроидных племен (как мы помним, они образовывались в результате смешения неандертальцев с кроманьонцами). Причем степень «негроидности» была большей по мере удаления от «ядра». Соответственно менялись язык, культурные навыки и традиции. Периферийная Европа, Север Африки, часть Азии становились — и на долгие тысячелетия вперед — этногенетическими котлами, в которых замешивались и варились многие преднароды, народы, народности. Смешение подвидов, а затем и рас, метисных подрас и появление все новых предэтносов шло по всему Средиземноморью, по всему югу Евразии. Мы сейчас не касаемся вопросов расообразования, этногенеза и заселения Америки, Юго-Восточной Азии, Австралии. Нас интересует Евразийский этнокотел. Нас интересует тот феномен, что в самом центре котла — в Центральной и Восточной Европе — ничего подобного периферийным процессам почти не происходило, этническо-культурно-языковое ядро русов-бореалов было надежно защищено с запада, юга и востока собственным «этнококоном», с севера ледниками, его этногенез был по сути дела практически завершен.
25–15 тысячелетия до н. э. были эпохой формирования множества предэтносов. И мы не напрасно задержались на данной проблеме — без понимания этнообразовательных процессов и их законов мы ничего не поймем в подлинной истории и подобно многим добросовестным и скрупулезным ученым, пытающимся «связать несвязуемое», будем блуждать в потемках. А между тем в Истории все связано, все логично и закономерно. И чтобы это понять, надо просто не закрывать глаза на существующие факты.
В связи с вышеизложенным мы можем считать Центральную и Восточную Европу не только местом постоянного, многотысячелетнего обитания русов-бореалов, но и их прародиной — то есть местом, где они сформировались и закрепились как практически вторая естественная фаза-ступень в развитии суперэтноса.
Поделиться книгой: