Звёздный десант: Гражданин

Fomcka2108

Звёздный десант: Гражданин

Глава 1

— …Я поступаю на военную службу в армию федеральных сил, на срок не менее двух лет или более, если потребует Федерация.

Закончив произносить клятву я опустил правую руку и осмотрелся. Офицер в серой форме дал команду разойтись и все медленно потащились на выход. Вот я и стал солдатом. Ещё на один шаг ближе к своей цели. Два-три года на службе и стану гражданином. Аж ноги подкашиваются. Гражданство — это настоящий билет в лучшую жизнь. Я смогу завести семью, пойти работать в государственные структуры, получать пенсию и льготы. А самое главное — Федерация полностью оплатит мою учёбу. Чёрт, поскорее бы уже. Больше никаких коммунальных комнат и синтетической еды. Мне хватило года такой жизни, чтобы решиться на военную службу. До двадцати лет я жил в приюте, а там Федерация всё спонсирует и оплачивает. Вот бы снова туда вернуться. Вкусная еда, школа, экскурсии. Всё бесплатно — ты, главное, прояви желание. Но когда тебя оттуда выпускают, ты останешься ни с чем. Без гражданства не устроиться на хорошую работу, даже не купить нормальную одежду. Ты по сути не человек, не часть общества. Больше не хочу такого. Отслужу, отучусь и заживу хорошо.

Мечтая о своём прекрасном будущем, я продолжал идти по военкомату вслед за теми, кто остаётся здесь до отлета в учебную часть. Большинство здесь такие же бедолаги, как я. Нам больше некуда идти, да и незачем. Проще переждать здесь денёк — другой. Тут хотя бы еда нормальная.

Наш провожатый отвёл нас в целый отдельный корпус. Не размениваясь на слова, он просто махнул рукой в сторону двухъярусных кроватей и ушёл. Наша временная казарма была похожа на ангар: четыре стены и потолок. Лишь в дальнем углу стояло несколько десятков стульев перед огромным экраном телевизора. Там наверняка крутят федеральный канал. Скинув обувь и запрыгнув на верхнюю полку, я практически сразу отрубился.

— В колонну по двое. Нет, блять. Это значит, что вы встаёте по два человека! Не так близко, вы ещё за руки возьмитесь! Так, отставить. Вы двое — сюда. Вы двое за ним и так каждый, понятно? Вот, шаг начинаем с левой ноги. Привыкаёте к этому. А теперь за мной, шагом марш.

Было бы смешно, если бы не было печально. Тупили мы все нещадно. Да и шли все спотыкаясь, пиная впереди идущего. Оглядываясь по сторонам я заметил, что у всех солдат, проходящих мимо нашего гусиного отряда, только одна реакция — жалость. Как-то даже не по себе становится.

Мы довольно долго ходили по военкомату, я и подумать не мог, что это здание такое огромное. Наш командир или ведущий строя, не знаю, как его назвать собрал кучу бумаг, а также насобирал в наш строй пополнение из других ангаров. На улице нас встретило несколько мажориков. Почему сразу мажориков? Ну все они в цветной и качественной одежде, морды отъевшиеся, но больше всего выделялся взгляд на нас, как на кучу говна. Я примерно так же первый раз смотрел на синтетическую еду. Засранцы стояли с сумками, там наверняка куча барахла. Жду не дождусь увидеть их лица, когда всё это выкинут. Наш временный начальник быстро всех построил и повёл за здание.

За военкоматом оказалась аккуратная посадочная площадка, на которой стоял небольшой квадратный корабль. Это же Малый Десантный Корабль "DR-4 Викинг". Острый нос-кабина соединялся с крыльями, края которых смотрели перпендикулярно вниз. Под крыльями находился пассажирский отсек. Получалось будто корабль обнимал контейнер с пассажирами. Дааа, на экранах он выглядит куда меньше. Внутрь помещается почти полсотни человек. Открылось две двери, откуда вышло несколько человек в такой же форме, что и наш командир. Не говоря лишних слов нас всех завели внутрь и рассадили.

Нас привезли куда-то в горы, а вокруг гор была высохшая и потрескавшаяся земля. Будто солончак. Сама база была отождествлением Федерации. Монументальная, унифицированная, ничего лишнего. Стройные колонны солдат маршировали или занимались упражнениями. Некоторые отряды были в боевой броне и при оружии, которые я до этого видел только в новостях. Всё это вызывает небывалый восторг. Распределение по казармам и получение формы с вещами прошли буднично. После этого началась учёба. Три месяца мы занимались лишь физической подготовкой и строевой. Каждый день из раза в раз. Но это даже хорошо, надеюсь остальная служба пролетит также быстро и легко. Наш коллектив сплочался всё сильнее. Все знали друг друга, хотя бы по именам. Моим же основным собеседником стал сосед, что спит на верхней полке — Луис Перес. Крупный парень примерно двадцати двух лет. Луис долгое время пытался жить без гражданства и по его оговоркам я понял, что он был связан с преступным миром, теперь видимо решил начать новую жизнь. Самое забавное, что я ничего о нём не знал кроме имени. Инструкторы оставляют очень мало времени на общение и всё, о чём мы говорим — это жалобы на тренировки, мечты о вкусной еде и, конечно, женщины. Рядовой Перес был из тех людей, что любят преувеличивать свои любовные успехи и если в день нашего заселения в казарму я мог ему поверить, то теперь — увольте. В первый же день ему сбрили усы и он сразу помолодел на десяток лет. Теперь же я не могу представить его с растительностью на лице. К слову о еде, здесь она была наполовину из натуральных продуктов, у меня чуть слёзы не полились, когда я попробовал кашу утром. Многие отреагировали так же, видать уже удалось попитаться синтетическим дерьмом. Вторая половина рациона была полностью искусственной, чтобы те, кто её никогда не ел, смогли привыкнуть к её вкусу. На дальних рубежах, где идут боевые действия, солдат нечасто балуют настоящими продуктами.

Тренировки продолжались. Нас стали чаще поднимать по ночам. Во время кроссов стали давать дополнительный вес. Всё сливается в бесконечный поток повторений. В начале мы часто ошибались и получали хоть какое-то разнообразие в виде наказаний. Теперь я уже начинаю путаться в днях.

День Сурка закончился с приходом нашего нового учителя — инструктора по боевой подготовке сержанта Яна Прачека, который сразу же испортил всем настроение.

— Солдаты, вы должны понять одну простую вещь. Вы все отправитесь в боевые войска. Никаких гарнизонных служб, работы в тылу и тому подобного. Сейчас на фронте требуются новые солдаты, поэтому через три месяца вы все отправитесь убивать насекомых размером с микроавтобус. Вам всё понятно?

— Так точно, сэр!

— Отлично! Если же до вас не доходит, говорю проще: у вас есть всего три месяца! Если вы не хотите сдохнуть в первые пять минут боя. Всё то, чему я вас научу, рано или поздно спасёт жизнь вам или человеку, стоящему рядом с вами. Ваше время строевой подготовки сокращается до двух часов в неделю. Также у вас начнутся новые занятия, где вы будете изучать арахнидов. Особенности их поведения и физиологию. Сегодня мы начнём с получения брони и знакомства с вашим боевым оружием. Всем всё ясно?

— Так точно, сэр!

— Хорошо, хорошо.

Закончив свой монолог сержант повёл нас на стрельбище, до этого момента мы были там всего один раз, нам показывали все ключевые здания в расположении части. На стрельбище было пусто, не считая двух сержантов, что заведовали этим славным заведением.

— Итак бойцы. Знакомьтесь — это автомат "Морита" серии МК2. Они являются основным вооружением, практически каждое подразделение оснащено подобными "Моритами" с небольшими модификациями. Инструктаж и полные характеристики мы проведём на следующем занятии, где подробно рассмотрим, как ухаживать за этим оружием, его основные проблемы и различные навесные устройства, которые к нему прилагаются. МК2 появились всего пару лет назад, они легко пробивают панцири небольших жуков, с которыми вы в основном и будете встречатся. Под небольшими я имею ввиду трёхметровую тварь, что может разгоняться до сорока километров в час, ползти по отвесным скалам м выжить после отстрела всех своих конечностей.

Сделав передышку сержант передал винтовку, чтобы каждый мог её посмотреть. Оружие казалось грозным и хищным и довольно увесистым. Без трех месяцев подготовки я бы не смог с таким бегать не то что весь день, даже несколько часов. Как только оружие вернулось к интенданту, что встал рядом с Прачеком, сержант вытащил новое оружие из стойки.

— Это у нас TW202-1 "Морита Глаз Сокола". Двести вторая будет в двух экземплярах предоставлена вашему взводу. Лишь тем, кто сможет впечатлить меня, в чём я сильно сомневаюсь. Вы все пройдёте с ним базовую подготовку. Это снайперское оружие, для длинной и средней дистанции.

Повторив процедуру осмотра сержант словно фокусник вытащил новое орудие убийства.

— И жемчужина нашей коллекции. "Морита Карабин", она достанется командиру взвода, которого я назначу через два месяца. Карабин — редкий экземпляр, он сделан из более прочных и теплоотводных материалов, что позволяет этому "парню" выстреливать магазин в стоню боеприпасов меньше чем за пять секунд. Будь моя воля, я бы снарядил им каждого из вас. Но сейчас этот автомат стоит дороже всего вашего подразделения. Поэтому он достанется тому, кто будет бесить меня меньше всех остальных.

Карабин был ещё тяжелее, думаю Луис и ещё пара ребят смогли бы с таким бегать по горам, но точно не я. Он был немного удобнее, на нём было множество специальных креплений, наверняка для дополнительного оборудования. Красавец, нечего сказать.

— Собрались, солдаты. И последний образец, по очереди, но не по значению. Это у нас осколочная граната MX-90, других вы в мобильной пехоте не встретите. Это противопехотное оружие, которое взрывается через несколько секунд. Однако, в отличие от ручных гранат 20-го века, они обладают удивительно высокими взрывными свойствами, а не просто стреляют осколками. Запомните, вы не сможете убить жука гранатой. Можете конечно попытаться засунуть её жуку в пасть, но уверяю, есть более простые способы умереть. Им наплевать на осколки и ударный момент. Может одну тварь вы и выведите из строя, но, к сожалению, по одному они не ходят. Девяностые используются для подрыва зданий, обвала тоннелей и как средство для последнего шанса. Есть вопросы?

— Сержант, сэр! Рядовой Дьюмонт. О каком последнем шансе идёт речь, сэр?

Прачек опустил голову и немного пожевал губы, перед тем, как ответить. Он посмотрел прямо в глаза солдату и его лицо озарилось лёгкой улыбкой.

— Последний шанс быстро умереть, рядовой Дьюмонт. Когда у тебя закончатся патроны, а все твои друзья умрут. Когда жуки загонят тебя, будто волки кролика, ты будешь мечтать о том, чтобы под рукой у тебя оказалась старая добрая MX-90. Всё понял, рядовой?

— Так точно, сэр.

Небольшая тишина наступила после этого напутственного монолога. Надеюсь, мне не придётся подрывать себя гранатой. Не хотелось бы умереть от своего же оружия.

— Так солдаты, собрались. Я совсем забыл вам показать — это многофункциональный нож M-9. Идёт в комплекте к вашему личному оружию. Вы должны также следить за ним и поддерживать в чистоте. Многие из вас, я уверен, сразу зададутся вопросом, какой толк от ножа в бою с существами, для которых не страшны гранаты и нужны крупнокалиберные — бронебойные пули? На удивление, статистика, собранная военными экспертами Федерации, показала, что самым востребованным предметом у солдат был многофункциональный нож. Он может пригодиться в самых разных ситуациях. Мы их разберём, когда начнём учения за пределами лагеря. На этом пожалуй и закончим. Есть вопросы? Отлично. Тогда, за мной, шагом марш.

Идя в строю вслед за сержантом Прачеком, я предавался своим мыслям. Наконец что-то интересное. Ещё три месяца учёбы и на фронт, а там пока долетим, пока распределят. Уже может и год пройдёт. Моя мечта всё ближе.

Глава 2

Учёба затянула с головой. Каждый день я узнавал что-то новое. По сравнению с бесконечными занятиями физо и строевой подготовкой — настоящий Рай. Сержант Прачек оказался хорошим мужиком, но с очень пессимистичным взглядом на мир. Как он однажды нам объяснил, нет смысла орать и наказывать тех, кто помрёт в первые десять минут боя. Ведь все тактики и знания, которые в нас впихивают, прописаны кровью. Кровью мобильной пехоты. Жуки не прощают ошибок, поэтому нам лучше постараться сейчас, чем потом собирать своих товарищей по кускам.

С того памятного дня, когда мы впервые познакомились с сержантом, прошло два месяца. Нам рассказали обо всех видах арахнидов, которые встречались человечеству. Об их повадках и слабых местах. Хотя если опустить всю мишуру, всё сводится к стратегии "Огненного вала", когда солдаты за счёт превосходства в огневой мощи просто не подпускают тварей к себе. К тому же у нас и нет другого выхода. Как объяснил Прачек, мы зачислены в, так сказать, самую "мобильную" часть. Без тяжелого вооружения и бронетехники. Наши отряды выступают в роли авангарда во время передвижения и в роли затычек фронта в обороне. Потери соответственно у нас самые большие. Сержант немного подсластил пилюлю тем, что мы точно сможем уйти на демобилизацию, после двух лет службы, если доживём конечно. Всё это со своей фирменной улыбочкой. Отношение, как к будущим трупам, замотивировало нас сильнее, чем угрозы и пинки. Думаю, многие согласились бы уменьшить время сна, но распорядок дня здесь соблюдают до секунды, так что подобную инициативу удавили в зародыше.

Мы многое узнали о видах войск Федерации, о кораблях, с которыми будем взаимодействовать, и о бронетехнике. Оказалось, что в войсках Федерации редко используют бронемашины, которые я несколько раз видел на Земле при подавлении бунтов. Прачек объяснил это тем, что жуков слишком много, а боевые машины недостаточно манёвренны. Пушки и орудия, что были актуальны в объединительных войнах на Земле против людей, арахнидами рассматриваются как консервы. Всякие танки, самоходные установки и тому подобное, просто не успевают реагировать на угрозу, когда орды насекомых начинают ползти со всех сторон. Плюс к вышеперечисленному, чтобы избавиться от арахнидов, нужно уничтожать их подземные города, а туда не затащить сорокатонную машину. Поэтому войска Федерации сделали ставку на тяжелые оборонительные платформы на поверхности и мобильную пехоту в паучьих городах. В войсках имеются крупные орудия против больших жуков, а артиллерия с картечью и зажигательными снарядами используются против крупных скоплений мелких тварей.

Мелких, ну да, как же. Нас возили в исследовательский центр, чтобы мы смогли посмотреть на это чудище. Осознание того, что жуку потребовался всего один удар, чтобы разрезать испытательную корову на две части, до сих пор мелькает у меня в голове. А то, что потом арахнид вытворял с телом бедного животного, заставило почти половину отряда опорожнить желудок.

Многие из взвода сразу задались вопросом, как можно защитить себя в ближнем бою от жуков. По факту, никак. Стандартная особь арахнидов весит почти четыреста килограмм, ударами своих лап они пробивают до десяти сантиметров стали, что уж говорить про людей. Сержант Прачек объяснил, что наша броня, состоящая из каски, лёгкого бронежилета, наколенников и налокотников, нужна чтобы спасти нас от осколков и мелких ссадин, не более. Даже медицинский работник, рядовой Гибсон, скорее будет лечить от контузии и психических отклонений в полевых условиях, чем пытаться спасти то, что останется после встречи с арахнидом лицом к лицу.

Все эти новости сильно подрывают боевой дух подразделения. Если бы не сержант Прачек и загруженный график, многие бы сдались.

Сегодня, спустя два месяца, как мы занялись боевой подготовкой, у нас начинаются учения в поле. Тридцать дней до нашей отправки на фронт мы будем учиться вести боевые действия в горах, пещерах и на открытой местности. Не знаю насчёт остальных, но я, как и Луис, в предвкушении. Выбраться за пределы части хочется уже давно. Учения будут проходить с электрическим оружием, против других взводов. Ах да, совсем забыл: Луис же теперь стал капралом. Прачек назначил его командиром взвода. Не знаю, по каким критериям он выбирал, но пока что здоровяк справляется. Уже неделю капрал Перес водит наш взвод по занятиям и принимает командование в отсутствие Прачека. Я сначала тоже надеялся стать командиром взвода, но сейчас понимаю, что с этой должностью связано больше проблем, чем привилегий.

— Ааааа, сука.

Снова я получил удар током. Наш второй взвод уже три недели живёт в этих дурацких горах. Завтра мы должны наконец свалить отсюда. Это был какой-то ужас. Ни поесть, ни поспать толком. Сюда сбросили двенадцать подразделений, среди них десять с такими же новичками, как мы, но вот два оставшихся состоят из ветеранов, которых привезли на ротацию и отдых. На нас они отрабатывают боевое слаживание, как признался мне один из этих говнюков, сидя рядом со мной на камне и постреливая в меня электрическими зарядами. Это было четыре дня назад. После тех событий мы стали двигаться гораздо осторожнее, но сегодня опять угодили в засаду. Я, помнится, говорил, что хотел быть командиром взвода. Ха! Теперь точно нет. Луиса всегда сваливают первым. Они ещё в первый день поняли, что он командир. Наш отряд понимает, что началась атака, когда Луис падает в конвульсиях. Даже забавно немного, но это уже переходит все границы. Всё стали дёрганными, постоянно оглядываются. Я и сам тоже обзавёлся ненормальной паранойей. Казалось, что за нами всё время наблюдают. Из-за любого камня может прилететь выстрел. В пещеры мы вообще старались не заходить, только укрывались там на ночь, выставляя половину взвода в караул. Вся эта горная цепь была пронизана туннелями поэтому враг мог выпрыгнуть откуда угодно. На третий день мы попытались пройти гору насквозь — даже не поняли откуда нас перестреляли. Пролежали там почти сутки. Сейчас все уже пообвыкли к ударам током, приятного, конечно, мало, зато через час уже можем продолжать путь. Жаль, что нельзя объединиться с другими новичками. Перед тем, как отпустить нас сюда, сержант Прачек поставил нам чёткую и простую задачу. Уничтожить всех противников — друзей в горах нет. С другими новобранцами хотя бы были шансы. Что мы, что они часто ошибались, спотыкались и падали со склонов. Сейчас уже гораздо лучше, ко всему привыкаешь. Но меня, я уверен, как и других, не покидала мысль, о том, как же мы будем сражаться с арахнидами, если против солдат у нас нет шансов.

— Ну, могло быть и хуже. Думаю хотя бы полчаса вы проживёте. До вечера у вас личное время, позвоните родным, отдохните. Завтра утром вы вместе с ещё четырьмя взводами направитесь на корабль, который довезёт вас до места несения службы. Я не знаю, кто будет вашим командиром. Вы отправляетесь туда в качестве пополнения. Так что со своим командованием познакомитесь на месте. А теперь всем отдыхать! Разойтись!

Речь сержанта была короткой, хотя чего ещё ожидать от человека, который почти десять лет занимается обучением таких салаг, как мы. У него наверное тысячи таких лоботрясов были. Мы все разошлись по нашей небольшой казарме. Никто не привык, что ничего не нужно делать. Сил едва хватало на гигиену. А тут такое раздолье. Не зная, чем себя занять, я решил просто хорошенько выспаться. Уж чему я первым делом научился в армии — это спать. В любое время, в любом месте. Я раньше никогда не жаловался на недостаток сна, но сейчас думаю смогу без проблем проспать часов пятнадцать.

И вот мы наконец отправляемся. Отряды по очереди загружаются в "Викинг". Полгода моей службы позади. Теперь я уже не тешу себя надеждой, что оставшееся время пройдёт легко и просто. Главное, помнить, чему нас учили, и тогда я доживу до конца.

Аппарель десантного корабля закрывается. Мы несколько раз отрабатывали высадку на разных типах местности, но сейчас ощущения совсем другие. Я ещё никогда не бывал в космосе. На транспортных кораблях Федерации должны быть смотровые площадки, может удастся попасть туда и взглянуть, хотя бы одним глазком. Надо будет уговорить Луиса помочь. У него, как у капрала, больше шансов туда попасть.

Посмотрев на Переса, который сейчас о чём-то болтал с соседями, я усмехнулся. В отличие от меня, Луис был компанейским парнем и хорошо общался со всеми в нашем подразделении. Не то чтобы я с кем-то конфликтовал, но если меня убьют, то расстроится только сам Луис. Большинство из этих ребят пошли служить ради гражданства, но за время учебки почти все прониклись идеями военной службы и патриотизмом. У нас часто проводились политзанятия, я и сам не раз об этом размышлял, но упрямо оставался при своих взглядах. Конечно выбиться в люди будет тяжело, но отслужив, полдела будет сделано, причем самая сложная половина. За своими размышлениями я не заметил, как уснул.

"Белый Кит" — корабль под командованием капитана Аделаиды Ришар впечатлял. Огромный транспортник, почти полкилометра в длину. На нем не было оружия, он занимался лишь грузоперевозками. Вместе с нами на борту оказалось почти две тысячи солдат для пополнения. Не говоря уже о множестве расходников, продуктов и медикаментов. Всё это будет доставлено на космическую станцию в зоне карантина. На самой границе обитания жуков. Оттуда нас начнут перебрасывать на других кораблях по гарнизонам планет, где сейчас ведутся бои.

На удивление легко оказалось попасть в обзорную комнату. Флотские ребята — высокомерные говнюки в серебристой форме — сказали, что уже насмотрелись на бесконечную пустоту, поэтому для сиволапой пехтуры вроде нас там всегда свободно. Хотелось, конечно, сорваться и вступить в конфликт, но Луис бдел и быстро всех разогнал. Многие из парней практически поселились на смотровой. Никто нас не гнал, а свободного времени было за глаза. Распорядок дня на корабле был гораздо мягче и к нам было лишь одно требование: не мешать работе лётчиков.

Удалось пообщаться с ребятами из других взводов. Никто не знал, что происходит на фронте. Все были из свежего пополнения, прямиком из учебки. Молодые парни и девушки. Забавный момент, но у нас в отряде были одни парни. Я раньше даже не задумывался об этом. Разъяснил нам эту ситуацию сержант из противоабордажной команды, которые занимались охраной корабля. Подразделения по типу нашего редко надолго остаются в составе гарнизона, мы чаще действуем в отдалении от основных сил. Быстрое перемещение через самые сложные рельефы, фланговые удары и самое главное — зачистка жучиных городов в смешанных группах, среди которых тоже нет женщин. Объяснялось это тем, что не каждая девушка физически выдерживает такой темп, к тому же, идёт сильная психологическая нагрузка. Если на поверхности — в окопах, за штурвалом самолёта или за прицелом тяжёлого орудия "Волнорез" боевые дамы показывают себя превосходно, то в качестве туннельных крыс и наживки для жуков их перестали набирать через пару месяцев от начала войны. Обидно, нечего сказать. Хотя может это и хорошо, уж наверняка бы передрались из-за них. У нас тут все в отряде слегка отбитые, видимо и набирали нас по психопрофилю. Ведь физически мы все сильно отличаемся. Тот же Луис выше меня почти на голову, а рядовой Прохоров на ту же голову ниже.

Десять дней пролетели в один миг. И мы заходили на посадку в док космической станции. Она называлась "Форт Бергбриш". Боевая станция для поддержки Флота и наземных операции. Почти четыре километра в высоту и около двух километров в диаметре. Станция была похожа на гвоздь, где "шляпкой" служили доки для кораблей.

На выходе с корабля нас сразу разобрали офицеры. Один из них, молодой и худощавый паренёк, скомандовал нам идти за ним. Я не расслышал его имени и просто продолжал пялиться на внутренние помещения станции. Мы шли практически двадцать минут перед тем, как оказались в нашем временном пристанище. Нас встретили пятеро бойцов, которые со скепсисом разглядывали наши высокоинтеллектуальные лица. Один из них был с лычками лейтенанта. Он вышел на несколько шагов вперёд.

— Приветствую вновь прибывших, я лейтенант Адам Хилл, ваш новый командир. А это третий взвод, к которому вы все теперь причислены. Как видите, потери у нас большие. Поэтому мне не удастся разбавить подразделения ветеранами. К тому же у нас нет времени для слаживания. Поэтому каждый из моих людей займёт место командира отделения из десяти человек. Капрал Перес и последнее пятое отделение будут за мной. Есть вопросы?

Я всё ещё был немного пришиблен, как и все остальные парни в отряде. Выжило лишь пятеро человек из всего взвода? Да что там за пи**ец творится? Но недолго длилась тишина. Дьюмонт, наш отрядный голос, задал вопрос.

— Сэр, рядовой Дьюмонт, сэр! Насколько там всё плохо, сэр?

— Плохо Дьюмонт, плохо. Четыреста четвертый — полк мобильной пехоты, в котором вы отныне имеете честь состоять, уже девять месяцев ведёт боевые действия на планете Б4-А1-Л, или попросту говоря Баал. Наш отряд, как вы наверняка знаете, будет вести боевые действия в городах жуков. К тому же на планете очень много горных массивов, где летающие арахниды любят строить свои логова. Ими тоже будем заниматься мы. В полку имеется четыре взвода "туннельников", из которых вести боевые действия может только один — наш. Так что парни, всё не просто плохо, а по-настоящему дерьмово. Сегодня располагайтесь на любых кроватях, завтра утром мы отбываем на Баал. В восемь вечера я проведу инструктаж. Всем всё ясно? Разойтись!

Глава 3

— Подъём! Живо, живо, живо! Пять минут, чтобы привести себя в порядок. Потом строимся рядом с арсеналом для получения брони и оружия. Быстрее, салаги.

Рядовой Бапото, приставленный к нам нянькой лейтенантом Хиллом, ходил по спальному расположению сложив руки на груди. Он был даже здоровее Луиса, я сам никогда на рост не жаловался, но сейчас почувствовал себя ребёнком на его фоне. Бапото был одет в боевую броню, а за правым плечом у него висела "морита". Похоже, что на Баале что-то случилось. На вчерашнем инструктаже наш новый командир взвода сказал, что жуки держат аванпост, занятый четыреста четвертым, в постоянном напряжении, но не предпринимают крупномасштабных атак. Ведь были цели куда интереснее. На планете было несколько городов, в которых закрепились крупные силы Федерации, именно они подвергались постоянным штурмам. Помимо кучи колонистов там имелся неизвестный стратегический объект. Вроде как там находились важные ученые или даже отделение для подготовки пси-отряда, но что именно — нам знать не положено. За всеми размышлениями я даже не заметил, как успел умыться, одеться и получить личное оружие. Проверяя все ремни и крепления, я повернулся спиной, чтобы рядовой Прохоров проверил, как всё держится сзади. Через десяток секунд я уже стучал Прохорову по шлему, чтобы он нормально подогнал себе рюкзак. Встав в строй одним из первых я позволил себе немного поразмышлять.

Вообще четыреста четвертый как и многие другие полки был высажен в тылу зоны контроля арахнидов, чтобы отвлекать их от атаки крупных городов и заниматься уничтожением гнёзд. План удался лишь отчасти. Жуки отвлекли крупные силы и патрулировали территорию вокруг аванпостов, уничтожая всех, кто высунется за стены. И если в начале кампании на Баале войска можно было спокойно перевозить по небу, то теперь уже несколько месяцев это возможно лишь в сопровождении звена истребителей. Проклятые воздушные жучки или, как их называли солдаты — "кузнечики", сбивали всё, что отлетало за пределы противовоздушной системы обороны. Над зоной высадки полка было чисто, ведь наши будущие товарищи сразу озаботились защитой от угрозы с неба. Было бы неприятно умереть в МДК во время высадки, на земле я хотя бы могу себя защитить.

— Слушайте сюда, бойцы. Аванпост "12", где сейчас располагаются остатки четыреста четвертого полка, подвергся массовому штурму, как и многие другие наши укрепления на планете. Видимо, жукам надоело терпеть наше присутствие в своём тылу и они накопили достаточно сил, чтобы ударить по всем постам сразу. Мы вместе с ещё двумя взводами высаживаемся и сразу вступаем в бой. Наш транспорт сейчас переходит на форсаж поэтому уже через полчаса мы будем на орбите планеты. Слушайте внимательно, смотрите по сторонам, не двигаться без приказа. Вас всему этому обучили, делайте всё правильно и останетесь живы.

Лейтенант Хилл приложил правую руку к виску.

— Главное не паникуйте, мы скажем вам что делать. Удачи, солдаты. Налево!

Дальше я продолжал выполнять команды, абсолютно не вслушиваясь в них. Руки в перчатках начали потеть, я почувствовал, как ускорилось дыхание. Вот и наш первый бой. Раньше я был твёрдо уверен, что переживу его, и многие другие. Ведь у нас есть космические корабли и автоматическое оружие, а жуки сражаются врукопашную… ну в основном. Сейчас же, после всех рассказов сержанта Прачека, после разговора с командиром абордажников, а главное, после вчерашних разговоров с выжившими из третьего взвода, я начинаю нервничать. Арахниды не берут пленных, у них нет ни жалости, ни сострадания. Им плевать на собственную жизнь, они не испытывают страха. Идеальные солдаты, с которыми нам предстоит сегодня впервые встретиться.

В ангаре корабля стояло два взвода напротив трёх кораблей. Наше подразделение встало рядом с ними. Перед нами открыв аппарель и показывая своё нутро застыл "Викинг". Я даже не успел толком осмотреться, как нас загнали внутрь корабля и дали команду сесть по своим местам. Я осмотрел лица своих товарищей. Многие из них тряслись, кто-то молился, а некоторые даже спали. Вот бы и мне такие нервы.

— Томас, Томас!

Прохоров стучал меня по плечу, пытаясь кричать шёпотом, пока офицеры переговаривались, стоя на взлётной полосе.

— А, да Сергей, что случилось?

— Ты хреново выглядишь, старина, может тоже проблюёшься? Вот посмотри на Карима!

Сергей указал пальцем на самого младшего в нашем взводе. Кариму исполнилось восемнадцать в комиссариате, где он ночевал несколько дней в ожидании. Хороший малый, который пошёл в армию не от хорошей жизни.

— Отстань от парня, уж лучше самому выплевать всё, чем жуки выпустят это через твоё пузо! Хахаха!

Рядовой Нимитц, ещё одна нянька, что должен хоть немного повысить наши шансы на выживание. Если Бапото был огромным, с руками, как мои ляжки, то Нимитц был маленьким и тощим. С белым ёжиком волос и длинным крючковатым носом. Как нам вчера объяснили, он залезает в самые маленькие норы пауков. Весь десяток солдат, который вручили ему под ответственность, тоже был из самых маленьких бойцов. Оказалось, что фаэтоны — маленькие жуки рабочие, похожие на земных клопов размером с десятилетнего ребёнка, любят прорывать небольшие ходы вокруг гнездовья, чтобы быстро по нему перемещаться. К тому же, почти все их тоннели рано или поздно выводят к кладке. Пока остальной взвод привлекает внимание в больших тоннелях и залах, Нимитц залезает прямо к ним домой с небольшим ядерным зарядом. Мелкие уродцы не опасны, с ними можно справиться даже ножом.

— Тихо! Готовность две минуты, я сейчас проверю крепления на креслах, если хоть у одного не пристёгнуто, я вас первыми в пещеры пущу.

Сержант Боб Браум, очередной воспитатель. Коренастый мужик лет тридцати с рыжими усами. Он проводил штурм паучьих городов в лоб. Вместе с Бапото они отобрали два десятка самых здоровых, тех, кто пойдёт вперёд, отвлекая тварей на себя, пока Нимитц и его молодчики будут тихо пробираться вперёд и подрывать гнездо. Меня тоже взяли к ним, заставили всех нас сменить подствольный гранатомет на дробовик и выдали по дополнительному фонарику, который крепился на грудь, в отличие от основго, что ставился на шлем.

Последние два отделения взяли на себя лейтенант Хилл и рядовой Капарзо. Десяток лейтенанта занимался координацией. Рация, мины, дополнительные фонари и фаеры, карты и медик, все они были собраны в одном месте. Организуя на месте небольшой оперативный штаб.

Рядовой Капарзо больше походил на уголовника из космопорта, чем на военного. Коренастый и с квадратной челюстью. Я легко мог представить, как он выбивает долги из людей без гражданства. Молчаливый, с холодным взглядом. Но он выполнял наверное важнейшую роль в отряде. Его бойцы охраняли вход в пещеру, прикрывая наш взвод с тыла. У всех них были установлены подствольные гранатомёты и именно в его десяток попали оба наших снайпера с двести вторыми винтовками. Вообще роли в отряде могли меняться в зависимости от размера паучьего города и нашей численности, но в идеале всё заранее было распределено. Небольшой шаблон действий, который будет реализован в случае смерти всего командного состава взвода. Не все наши новые командиры раньше были на своих должностях. Тот же Бапото успел повоевать всего месяц, но он уже считался бывалым ветераном по сравнению с нами.

— Всем приготовиться, закрываю аппарель.

Голос пилота пронёсся по "Викингу" через динамик. Я смотрел, как небольшая полоска света становится всё меньше, отрезая нас от большого и защищённого корабля. Меня начало потряхивать. Больше нет шанса вернуться назад. Уже даже не получится дезертировать или имитировать болезнь. С планеты живым можно выйти только с победой или после уничтожения девяносто процентов личного состава подразделения. Встряхнув головой я постарался задуматься о хорошем. О новой жизни в большом и светлом доме. Где я смогу есть настоящую еду. Может моя мечта не самая глобальная и правильная, но зато она моя! Мысли о светлом и, надеюсь, скором будущем помогли взбодриться. У меня есть цель, есть мечта, а главное, есть холодная голова. Сержант Прачек всегда говорил, что пока вы контролируете эмоции, вы проживёте дольше. Из раздумий меня выдернуло новое событие. Свет в отсеке погас и сменился с белого на ярко красный. Лица солдат обрели жуткое выражение. Казалось, будто всё потонуло в крови.

"Викинг" начал тормозить только у самой поверхности. Трясло невероятно, я даже не знаю, с чем подобное можно сравнить. Мы несколько раз отрабатывали боевую высадку, но каждый раз впечатления незабываемые.

По салону МДК разносились крики и молитвы. Многих стошнило прямо на собственную броню. Я наблюдал такое не в первый раз. Всегда у кого-то выходит из строя желудок. Я и сам несколько раз портил своё снаряжение во время учебки.

Из-под ног донёсся глухой удар шасси "Викинга" о взлётную площадку. Первым с кресла вскочил лейтенант Хилл, сразу за ним сержант Браум и остальные ветераны. Мы же с трудом поднимали поручни и вытаскивали оружие из крепления рядом с правой ногой.

— Давай Том, не тормози.

Когда я начал заваливаться на бок, меня под руку подхватил рядовой Прохоров. Я успел ему только кивнуть в благодарность, когда нас всех погнали на выход.

В лицо ударил свежий холодный воздух. Местное светило начало потихоньку забираться на небосвод, освещая нам аванпост "12". Я передёрнулся. Хорошо, что сержант Браум выдал нам всем зимний комплект одежды. По ночам на Баале было прохладно: около пяти-шести градусов по Цельсию, а днём температура достигала тридцати.

Свежий ветер сменился отвратительным зловонием. Запах крови, дерьма и дыма. В уши сразу врезался нечеловеческий крик насекомых. Мерзкий визг, казалось, он был буквально повсюду. Непрекращающаяся стрельба и грохот артиллерийских снарядов. Выкрики приказов и ужасающие крики предсмертной агонии людей, до которых добрались арахниды.

Выбегая по трапу, я увидел высоко в небе летящие синие сгустки. Невероятное зрелище. Огромные плазменные шары разрезали пространство, пытаясь настигнуть корабль, что доставил нас на Баал. Немного повертев головой я увидел линию из чёрного дыма, она тянулась прямо до земли, заканчиваясь где-то далеко за пределами нашей базы. Видимо это был один из "Викингов", что привезли нас сюда. На взлётной площадке стояло лишь два десантных корабля. Вот и первые потери. Почти полсотни человек сгорело в плазменном взрыве. Даже хоронить нечего.

В это время лейтенант с кем-то связывался по рации: пятнадцати килограммовая бандура, которую таскал рядовой Домингес. Я не смог ничего разобрать из речи Хилла из-за канонады выстрелов. Похоже что полк решил выбросить все снаряды, что у них есть. Хотелось бы понять, что там происходит. Но нам было видно только понемногу светлеющее небо. Посадочные площадки находились в углублении в земле. По идее сверху должны закрываться бронеплиты, чтобы транспортный корабль не уничтожило случайно упавшим плазменным шаром, но сейчас "Викинги" отправятся обратно на орбиту. Они приписаны к кораблю — здесь им делать нечего.

— Слушать мою команду! Бапото со мной на север, мы направляемся в окопы, чтобы поддержать первый взвод. В траншеях могут быть жуки, поэтому смотрите по сторонам. Браум! Берёшь Капарзо и Нимитца, и идёте на восток. Там остатки второго защищают стену, точнее то, что от неё осталось. Закрепитесь и не лезьте вперёд. Выполнять!

Со всех сторон посыпались одинаковые приказы. Нас выстраивали в колонны и уводили по техническим коридорам на фронт. В какой-то момент коридор резко повёл вверх и мы оказались на поверхности. Повсюду были видны трупы "кузнечиков" и солдат. Разводы крови тянулись по земле в сторону небольшого здания, судя по всему, лазарета.

Перед нами же возвышалась четырёхметровая стена — стандартное полевое укрепление. Несколько вышек, с установленными на них пулемётами MK1, стояли по периметру небольшого лагеря и стреляли за его пределы. На стене было всего пять солдат, что тоже вели огонь. Перед стеной был очередной спуск в технический тоннель, который соединялся с системой траншей за пределами аванпоста. Вокруг лежали солдаты, от некоторых остались лишь куски тел. Немногие из них были живы и на нас они вообще не обратили внимания. Я встретился взглядом с одним из раненых, если бы он не двигался, я бы подумал что он мёртв, настолько пустыми были его глаза. Передёрнув плечами я сосредоточился на предстоящей задаче. Мы пробежали всего десяток метров, когда на перекрёстке подземных коридоров нас встретил офицер в звании майора.

— Хилл, наконец-то, рад видеть.

— Майор Хавок, сэр! Третий взвод прибыл…

— Вольно. Хватит Адам, не до этого сейчас. Один взвод отправь налево, а сам со мной в центр. Справа у нас вроде всё и так неплохо.

— Это новобранцы, сэр, может стоит…

— Некогда с ними нянчиться, выполнять.

— Есть, сэр! Вы слышали приказ?! Бапото, идёшь налево, не рискуете понапрасну.

— Вас понял, сэр. Отделение, бегом марш!

Глава 4

Пробираясь по техническим коридорам нам навстречу всё чаще начали попадаться раненые солдаты. Некоторые из них сидели на полу, обхватив колени руками. Они раскачивались взад вперёд, что бормоча. Мы бежали в быстром темпе и мне не удавалось разобрать речь этих бедолаг. По коридору кроме нас ходили солдаты медицинской части и бойцы роты обеспечения. Последние собирали с мёртвых и раненых всё что ещё можно использовать. Запасные магазины с патронами, гранаты, оружие. Один из них нёс на плече около десяток автоматов "морита".