Чужбина

Только спустя несколько недель, когда немного спал накал первостепенных дел, старик затосковал, коря себя самыми плохими словами за то, что не смог уберечь родного человека.

Именно в такой момент ему и доложили о прибытии непонятного человека, который, по их словам, доставил важное и срочное письмо.

Человека, которого привели к нему в кабинет, старик вспомнил. Он видел его во время одной из встреч с правнуком в Лондоне. Когда начал читать переданное ему письмо, поначалу даже не поверил, что так может быть. Первый раз прочитал буквально по диагонали. Второй раз уже очень вдумчиво. А закончив, коротко приказал терпеливо ждущему парню:

— Рассказывай.

Рассказ затянулся на довольно продолжительное время. Ведь старика интересовало буквально все до последней мелочи. Только в полной мере удовлетворив свое любопытство, он отпустил бойца, приказав слугам подготовить для него комнату и пристроить в каретный сарай его имущество. Сам старик, после недолгих раздумий отдал команду готовить экипаж для поездки к великому князю, успевшему к этому времени вернуться из Лондона.

Не торопясь, он сложил письмо, оделся понаряднее и отправился в короткую поездку в надежде, что застанет князя дома, и его не придётся ждать.

По недолгому размышлению, он решил, несмотря на просьбу внука, рассказать о его чудесном спасении. Слишком уж планы были грандиозные и без поддержки государства осуществить их будет очень непросто. Исходя из этого, и решился на этот шаг. Тем более, что князь сумел доказать свою адекватность правильными поступками.

Встретиться получилось без каких-либо проблем. Князь оказался дома и принял старика без проволочек.

Когда прочитал переданное ему письмо, князь сначала порадовался за старика, уже оплакавшего правнука, а потом произнес:

— Рад за тебя. Скажи, а ты можешь посвятить меня в его планы? Хотелось бы понимать, что он собирается предпринимать в дальнейшем, чтобы не мешать ему по незнанию.

Старик посмотрел внимательно в глаза князю и ответил:

— Прежде, чем «погибнуть», он передал мне пакет документов с просьбой возглавить затеянные им дела. Сейчас, как вы узнали из письма, просит продолжить заниматься этим в полном объёме. Какие у него сейчас планы, я представляю с трудом. Но, думаю, от первоначальных мало отличаются. Скорее всего, он не хочет складывать все яйца в одну корзину, и станет действовать параллельно с уже задуманным. Не знаю точно, но он не отступится, не тот у него характер.

Копии его бумаг передам. Но очень прошу сохранить сведения, хранящиеся там, в тайне. Я и так ожидаю сильное противодействие. А если недоброжелателям станет известно содержание, боюсь, что все станет практически невыполнимым.

Великий князь внимательно выслушал старика и произнес:

— В тайне сохраню, за это можешь не переживать. Если в бумагах смогу найти рациональное зерно, то помогу в их реализации всем, чем смогу.

Собственно, конструктивный разговор на этом и закончился. Эти двое прежде, чем расстаться, обсудили переговоры, закончившиеся в Лондоне. Поговорили о будущем взаимодействии, а великий князь попросил старика взять на себя организацию поставок продовольствия в Пруссию. О них как раз сейчас ведёт переговоры другой великий князь, Михаил. На этом и расстались.

Конец интерлюдии.

Нью-Йорк встретил нас пасмурным небом и нудным моросящим дождём. В такую погоду у людей, которым изрядно надоело находиться на качающейся палубе, почему-то совсем не захотелось её покидать и сходить на берег. Я, честно сказать, был солидарен с большинством пассажиров, но дела ждать не могут. Поэтому пришлось перебороть нежелание и отправляться в город.

Дело в том, что уже через неделю после начала путешествия через океан, теперь уже мои финансисты приступили к разбору бумаг почившего банкира.

Понятно, что они сразу поняли, какие документы попали им в руки, и кому они ранее принадлежали. Мои опасения, что подобная деятельность вызовет какое-либо негодование или возмущение, не оправдались. Отец с сыном, наоборот, обрадовались тому факту, что этого, по их мнению, непорядочного человека, кому-то удалось спровадить на тот свет. И с рвением принялись за работу. После недели изучения наследства мне наглядно пояснили о запредельной удаче, связанной с попаданием в мои руки этих бесценных бумаг. Оказывается, при грамотном подходе есть возможность не только обзавестись большим количеством дорогостоящей недвижимости, а дополнительно ещё и перехватить управление некоторыми очень даже серьезными предприятиями. Почивший банкир не стеснялся входить деньгами в успешные предприятия, получая приличные дивиденды. А некоторые из них вообще выкупал. Вот и в Северной Америке у него оказались в наличии неслабые активы. Их необходимо, как можно быстрее, прибрать к рукам. Финансисты очень ругались, что им не отдали на изучение эти документы до отплытия из Англии. Из-за этого, одному из них придётся сразу же возвращаться и заниматься множеством разнообразных активов, размещенных в Европе.

Оказалось, что только в Англии можно прибрать к рукам пять серьезных предприятий. Два судостроительных завода с серьезными мощностями, металлургическое и машиностроительное предприятия, выпускающие все, связанное с современными паровиками. От двигателей для кораблей до паровозов. По сути, это были корпорации, объединённые в один концерн.

Плюсом к этому была текстильная фабрика, на которой только рабочих числилось без малого полтысячи. И напоследок, предприятие, производящее сверхточные станки (как бы не первое в Европе подобного толка). Есть из-за чего нервничать. А ведь помимо предприятий, есть ещё и недвижимость, способная при продаже принести нехилые деньги. Это только активы, размещённые в одной стране. А ведь есть ещё и в других странах — в Пруссии, во Франции, в Италии, Голландии. Даже Греция попала в этот список. Всем этим надо заняться как можно быстрее. А для этого придётся формировать целую команду профессионалов своего дела. Именно этим старший их моих финансистов и должен был заняться. Младшему предстоит заниматься прихватизацией активов здесь, на месте. Только в Нью-Йорке необходимо прибрать к рукам три шикарных особняка и один завод по производству паровозов.

Поэтому, мы втроем, в сопровождении нескольких моряков покрепче, несмотря на погоду, решили посетить местных юристов, способных помочь быстро решить наши дела с получением прав на имущество. Благо, быстро удалось поймать пару извозчиков, не пришлось долго находиться под дождём.

В первую очередь, я решил ехать на почтамт. Нужно выяснить, не было ли для меня сообщения от дядьки Тимофея. Только потом перейдём к поискам нормальной адвокатской конторы.

Сообщения, к сожалению, не было. Может, они не успели добраться до Америки, или по другой какой-то причине, но пока мне не удаётся ничего узнать о судьбе моих людей. Если в течение месяца они не объявятся, придётся снаряжать судно и отправляться на их поиски. Не люблю неопределенности. Теперь буду дёргаться по поводу и без него, переживая за их судьбу.

Адрес адвокатской конторы подсказали на почтамте. Ехать оказалось недалеко, поэтому уже через полчаса я коротко переговорил с дорого одетым, пожилым дядькой. Заключил договор с конторой на предоставление их услуг и благополучно сбежал оттуда, оставив своих финансистов обговаривать все нюансы будущего сотрудничества. Когда заговорили о специфических вещах на не совсем понятном для меня юридическом языке, мне стало просто скучно наблюдать за подобным общением. Я решил, что полезнее будет заняться другими делами, чем сидеть здесь, изображая умное выражение на лице. Правда, пока я добирался до экипажа, успел изрядно вымокнуть из-за усиливающегося дождя. Рабочий энтузиазм иссяк, и я нагло вернулся на корабль под теплый бочок жены.

На следующий день погода наладилась и меня закрутили дела с такой силой, что к концу дня не осталось сил даже на жену. Я вырубился при первой возможности. Этот рабочий угар затянулся на неделю и грозил стать постоянным на неопределённое время. Благо, меня из него выдернули, и в одночасье освободили от большинства дел. Здесь появились люди, прибывшие в Америку от прадеда. Они, помимо того, что поступили в моё полное распоряжение, привезли ещё и несколько писем.

Умница-прадед отправил ко мне четырёх продвинутых приказчиков, на которых, по его словам, можно положиться. Вместе с ними прибыли десять пожилых, но ещё бодрых старичков. Своими повадками они очень напоминали мне наставников моих людей.

Из письма прадеда я узнал, что он сдал меня с потрохами великому князю Константину. Вся моя конспирацию полетела под чей-то там хвост. Так ладно бы он рассказал только о том, что мне удалось спастись. Прадед умудрился плюсом к этому посвятить князя ещё и во все мои планы, что вообще не укладывается ни в одни ворота. Поначалу, прочитав его письмо, я разозлился, как никогда в жизни. Потом, немного успокоившись, решил сильно не горячиться. Прочитаю остальные письма и только потом буду делать какие-то выводы.

Следующим было послание от великого князя. В своём письме он, помимо того, что в очередной раз извинился за его неподобающее поведение в известной мне истории, уведомил, что полностью одобряет все запланированные мной мероприятия, и хочет поучаствовать в них как людьми, так и своими возможностями. Другими словами, он хочет войти в долю, и готов помогать всем, чем только сможет.

Третье письмо приморозило к земле. Оно было от императора всероссийского Александра второго. Охренеть, если честно, и не встать. Уж такого я точно не ждал. Да и предположить не мог, что подобное возможно. В этом письме он очень обтекаемо и велеречиво выражал свое высочайшее одобрение всех моих начинаний. Тонко намекал на свою помощь в случае нужды, и самое главное, завуалировано просил денег взаймы. Нет, вы только вдумайтесь! Император просит у меня, по сути малолетнего пацана, денег. Вот уж счастье подвалило! Если бы в письме не было пояснений, зачем ему деньги, я набрался бы наглости и послал его далеко и надолго. До него, похоже, дошло наконец, что его страна находится глубоко в определённом месте, и довольно сильно начала отставать в развитии от других держав. Вот он и хочет прикупить некоторое оборудование, чтобы хоть как-то обновить производство. Главным образом, оружейное, и таким образом, встряхнуть экономику. Хотелки правильные. Только подход неверный, по моему мнению. Как это не смешно звучит, но выполнить его просьбу было в моих силах. Правда, немного своеобразно, но, тем не менее.

Просто все нужное оборудование можно произвести на заводах, которые скоро перейдут в мою собственность. Но ведь это не решит главной проблемы государства. После долгих размышлений я всё же решил помогать. Об этом его уведомил в ответном письме. Как мог, подробнее описал, как я себе представляю эту помощь. Пояснил, почему не могу просто дать денег. Нет их у меня, все потрачены. Понятно, что это не так. Но ему об этом знать не нужно.

А раз решился пойти навстречу в его просьбах, то подумал, а почему бы мне тоже не попробовать нагрузить его своими пожеланиями. Тем более, что выполнить их ему будет несравненно легче, чем мне. Набрался наглости и попросил у него людей. Желательно, молодых парней не старше восемнадцати лет, хотя бы тысячонку человек. А если среди них окажется хотя треть из казачьего сословия, то я вообще буду счастлив.

Ещё два письма были от бабушки и брата. В них ничего нового, по сути, не было. Описание их жизни, заверения в любви, уведомление о том, что скучают и прочее…

Целый день я убил на составление ответных посланий. Благо, успокоился, все обдумал и отвечал нормальным тоном, если можно так выразиться. Всё-таки, на прадеда я реально разозлился, и будь он сейчас рядом, скорее всего, высказал бы всё, что думаю.

Разделавшись с этими делами, даже вздохнуть нормально не успел, как пришли известия от дядьки Тимофея. Он, наконец-то, добрался до Америки, о чем и уведомил в сообщении о своём прибытии.

Глава 11

Я не удержался. Сразу, как получил сообщение, отправил ответ. Уведомил дядьку, что отправляюсь к нему. Но, прежде, я потратил день на организацию этой поездки. Выяснил, в каких банках Сан-Франциско не будет проблемой снять деньги, если счёт открыть и пополнить в Нью-Йорке. После этого озаботился открытием этого самого счета и положил на него приличную сумму денег.

Со мной на другой конец континента поедут несколько человек. Один из прадедовых приказчиков, один инженер, пара новых наставников, присланных прадедом. Кстати сказать, этих новых учителей прадед принял на службу по рекомендациям наших проверенных стариков, оставшихся верными своему слову даже после моей мнимой смерти. Дополнительно, наслушавшись историй о нападениях на поезда, я нанял охрану из двух десятков опытных бойцов. Вот когда пришлось пожалеть об отсутствии здесь моих людей.

В планах на эту поездку была не только встреча с дядькой Тимофеем. Дополнительно есть желание организовать там кое-какой бизнес. Для этого и везу с собой людей. Убедить жену отпустить меня одного не удалось. Поэтому, к перечисленной компании она тоже добавилась. В последний момент, уже за пару часов до отправления поезда к нашей команде, по настоянию моих финансистов, присоединился юрист из конторы, с которым мы начали плотно сотрудничать. Раз предстоят крупные покупки, без юридического сопровождения нам не обойтись. Это ведь Америка! Тут все, не как у людей. Если что, это слова не мои, а юриста.

Сама поездка запомнилась, как сплошной напряг и дискомфорт. Даже появилась мысль начать выпускать нормальные вагоны, со всеми удобствами. Такие ощущения сложились от путешествия в самых комфортных, по местным меркам, условиях. Представляю, что творится в вагонах попроще.

Как бы там ни было, а мы добрались благополучно.

Встречу с дядькой Тимофеем описывать не буду. Достаточно сказать, что у этого, по сути железного человека, выступила влага на глазах. В этот день моя жена впервые увидела меня пьяным в дымину. Просто, в данной ситуации, без нормального застолья было не обойтись. Сначала мне пришлось рассказать о своих приключениях. От дядькиных объятий я чуть не потерял сознание. Вроде и зажила рана, а все равно даёт о себе знать. До сих пор не восстановился полностью, хоть и начал потихоньку делать зарядку.

Дядька только головой качал, слушая мой рассказ. А в конце не выдержал и произнес с непонятной завистью:

— Жаль, что меня с тобой не было. Это надо же до такого додуматься — королеву ограбить!

Потом он долго смеялся и даже начал икать от избытка чувств.

О похождениях его отряда (по сути, его можно назвать обозом) можно писать приключенческий роман. Может быть, даже не один. Казаки, которых я отправил в качестве гонцов, догнать дядькин обоз смогли уже на подходе к Иркутску. Прочитав моё письмо, он без всяких сомнений, взялся за дело. Проблема была в том, чтобы собрать все обозы в кучу. Ведь они шли с приличным разрывом по времени. Вторая засада заключалась в транспорте. Дядька сразу решил, что припасы оставлять не будет и постарается забрать с собой все, закупленное для экспедиции. Здесь ему, конечно, сильно пригодилась бумага князя. Так называемый вездеход, который я передал ему с гонцами.

Только благодаря этому документу и рвению иркутского начальства, которое дядька застращал со страшной силой, удалось приобрести недостающие телеги и лошадей. Более того, вперёд по маршруту понеслись гонцы с приказами об организации стоянок для отдыха и смены поголовья лошадей. Останавливаться на продолжительные стоянки пришлось дважды. Первый раз во время осеннего ненастья ждали первых заморозков, чтобы была возможность продолжить движение. Второй раз почти неделю переживали жуткие морозы, прихватившие обоз в пути. Здесь пригодились буржуйки с тёплыми палатками, которые помогли переждать ненастье и сохранить лошадей, для которых были заранее приготовлены подобия войлочных сараев.

В Охотске пришлось ждать навигации больше месяца. Беда в том, что одного корабля, прихода которого ждали с началом навигации, было недостаточно для перевозки всех пассажиров вместе с грузами. А упрямый дядька ни в какую не хотел поступиться и бросить часть добра, доставленного с таким трудом. Выход из положения предложил капитан пришедшего корабля. Он просто дошёл до Николаевска, где дядька, сам отравившийся в это короткое плавание, смог нанять три небольших судна. Их, с учётом уже имеющегося корабля, хватило для перевозки людей с грузами до Вейхавея. А уже оттуда, на двух пароходах удалось добраться до Сан-Франциско. Тот ещё маршрут получился. Удивительно то, что за время этого суперсложного путешествия дядька не потерял ни одного человека.

На следующий день, немного переборов последствия жёсткого бодуна, сразу после завтрака мы с дядькой отправились в лагерь к теперь уже переселенцам. Они, по прибытии в Сан-Франциско, не стали снимать жилье, а ушли за город и по привычке организовали лагерь. Когда подъехали поближе, у меня появилось множество вопросов, которые тут же и начал задавать дядьке:

— Откуда здесь столько людей? У тебя ведь было гораздо меньше? А женщин ведь вообще не было?

Дядька только хитро улыбнулся и начал рассказывать:

— В обозах шли, по большей части, молодые здоровые парни, да ещё и при деньгах. Ты ведь им положил хорошее жалование. Вот по пути и начались страсти. У нас ведь девчата — не дуры. Мгновенно определяют перспективы, вот и результат. Неженатых считай и не осталось. А дополнительные парни появились по той же причине. Наши люди не скрывали, как им повезло с нанимателем. Вот и начали к нам проситься. Ты не думай, абы кого не брали, только лучших.

Охренеть и не встать! Ни фига себе дядька разошёлся! Исходя из полученной информации, появилось ещё больше вопросов, которые я и начал задавать:

— Все это хорошо. Только чем ты их кормить собирался в экспедиции?

Дядька с недоумением на меня посмотрел, а потом хлопнул себя ладонью по лбу и произнес:

— Ты же не знаешь. Когда наши парни начали тащить за собой зазноб, я, видя такое дело, начал скупать по дороге продовольствие и отправлять небольшие обозы вперёд, по пути следования. Из-за того, что эти обозы были небольшие, двигались они намного быстрее. Таким образом, к нашему приходу в Иркутск на складах скопилось большое количество припасов. Поэтому возникла проблема с транспортом. Ведь возницы, доставившие свой груз по назначению, сразу отправлялись в обратный путь. Когда выходили из Иркутска у нас только десяток человек шли верхами. Все остальные переквалифицировались в возниц.

Я слушал его, и у меня шарики заходили за ролики. Следующий вопрос задал реально растерянным голосом:

— Сколько же здесь сейчас людей?

— Семьсот четырнадцать человек. Если считать с женщинами, — тут же ответил дядька.

У меня поневоле вырвалось:

— Ты хочешь сказать, что из Иркутска вышли в поход семь сотен телег?

Дядька засмеялся и ответил:

— Нет, из Иркутска вышло чуть больше пяти сотен телег. Это потом, в процессе движения, появились дополнительные люди, в основном из казаков.

Полтысячи телег! С ума сойти! Как это всё можно было организовать и суметь не растерять по дороге? Да уж, с такими организаторскими способностями дядька далеко пойдёт! Мне кажется, в этой части света у меня есть руководитель, который присмотрит за деятельностью будущих предприятий, как никто лучше.

Когда зашли внутрь лагеря, я слегка даже потерялся и задался вопросом:

— Что мне сейчас делать с таким количеством народа?

Рефлексировал я всего мгновение. Встряхнулся и начал распоряжаться. Первое — дал команду наставникам пробежаться по людям, поговорить и начать отбирать себе учеников. Будем организовывать здесь школу. Наставники отберут людей в разведку и контрразведку. Соответственно, разделят между собой, кто и за что будет отвечать. Дядьку я попросил отобрать несколько толковых наставников из казаков. Они возьмутся тренировать людей, которых отберут в силовое крыло. Мне нужна сильная охрана моих активов здесь. Дальше поговорил с инженером и выделил ему переводчика. Благо, среди переселенцев нашлось пару человек, владеющих английским языком. Ими оказались приказчики, в свое время найденные для меня прадедом. Задача перед инженером стояла та же. Отобрать парней, любящих возиться с железом, и забрать их себе. Со временем определимся с наставниками для них. Дядьку Тимофея попросил поговорить с людьми и выяснить, кто из них чем хочет заниматься.

Пока, на этой стороне континента у меня в планах развивать два направления — кораблестроение и земледелие. Думаю, что через не очень продолжительное время мне понадобится много кораблей и продовольствия. Пройдёт несколько лет, и я начну потихоньку развивать Дальний восток в России. Плохо, что у меня здесь нет грамотных моряков, которые могли бы отобрать людей, желающих связать себя с морем. Ведь если будут свои корабли, понадобятся и команды на них. Поэтому попросил дядьку задать вопросы по желающим работать в море.

После этого состоялся разговор с приказчиком и юристом, прибывшими сюда вместе со мной. Поставил перед ними конкретные задачи. Мне нужна здесь своя верфь, способная строить большие пароходы. Желательно её приобрести и при этом не растерять людей, работающих на ней. Если ничего подходящего не найдётся, значит, придётся построить и сманить нужных спецов с западного побережья. После решения этого вопроса, не откладывая, необходимо заняться покупкой земли, пригодной для земледелия. Здесь будем ориентироваться на количество людей из переселенцев, которые захотят заниматься сельским хозяйством. С этим вопросом тоже не все просто. Ведь я хочу устроить здесь подобие совхоза с использованием передовых для этого времени методов обработки земли. Да, я буду производить трактора и насыщать ими хозяйство. Нет, ничего нового я придумывать не собираюсь. Да и особо в этом не разбираюсь. Просто, будем здесь использовать паровые трактора с газогенераторами. Это в ближайшем будущем. Со временем в планах изготовление разной спецтехники на тех же принципах. Типа экскаваторов, бульдозеров и кранов с самосвалами. Но это дела не сильно далёкого будущего. Многое будет зависеть от того, сколько и каких людей получится заполучить в Европе. Если народ согласится на переезд, будет у нас и свое конструкторское бюро, и возможно, даже институт. Посмотрим, как будут развиваться события.

В Сан-Франциско провел две недели. Очень, надо сказать, продуктивно здесь поработал. Получилось купить действующую верфь, да ещё и самую мощную из возможных. Она имела четыре стапеля. Соответственно, строить можно сразу четыре крупных корабля. Коллектив, работающий здесь, был довольно сильным. Единственное, что бывшие хозяева сделали все для того, чтобы похерить процветающее когда-то предприятие. Не зря говорят, что природа отдыхает на детях. Пока был жив основатель этого бизнеса, все было замечательно. Как только умер, так и дело его захирело. Пришлось принимать множество мер для того, чтобы привести здесь все в порядок. Начиная от покупки нового оборудования и заканчивая строительством жилья для рабочих. Попутно, чисто случайно получилось купить небольшой, но довольно продвинутый завод по изготовлению паровых машин. Здесь постарался наш инженер. Он смог выяснить, что это предприятие принадлежит тем же хозяевам. В процессе торга за верфь получилось завести разговор и о покупке этого заводика. Он обошёлся в смешные, по моим меркам, деньги. Грех было не воспользоваться появившейся возможностью.

С покупкой земли получилось не так гладко, как хотелось бы. Но и с этой задачей мы справились. Правда, приобрести угодья, подходящие нам, получилось достаточно далеко от города. Почти семьдесят километров. Зато, место — поистине райское. Количество земли получилось купить с тройным запасом. Можно сказать, на вырост.

Возможно, я задержался бы здесь на более длительный срок. Нравилось мне, как все закрутилось, но из Нью-Йорка пришло сообщение, что требуется моё присутствие для переоформления моей новой собственности. Пришлось собираться и двигаться в обратный путь. Перед отъездом я открыл в местном банке счёт и перевёл туда значительную сумму денег. Для понимания, сопоставимую с потраченной на все здешние приобретения. Доступ к этому счету помимо меня был предоставлен дядьке Тимофею, который остаётся здесь за главного.

В обратный путь со мной, помимо охраны, нанятой ещё в Нью-Йорке, поехали полсотни молодых казаков. Они готовы были учиться для того, чтобы со временем стать моей непосредственной охраной. Это дядька замутил. Не понравилось ему, что рядом со мной нет верных людей, способных защитить, в случае опасности.

Дорога выдалась благополучной. На наш поезд снова никто не напал, хотя, слухи ходят, что это случается достаточно часто. В Нью-Йорке на месяц я выпал из жизни, решая здешние проблемы. Дела закрутились со страшной силой. Дело в том, что наследство, доставшееся от Ротшильда, оказалось раскидано по всей Америке, и не только Северной. Несколько довольно вкусных предприятий оказались расположены в Бразилии, Аргентине и Чили. Очень обширное получилось владение. Зато, теперь не будет голова болеть, где брать резину, и из чего изготавливать порох, в случае надобности. После долгих переговоров с Нью-Йоркскими властями получилось выкупить приличный кусок земли на окраине города. Здесь будем строить несколько микрорайонов для проживания наших людей. Их количество неуклонно увеличивается. Смогли мы обзавестись и сельскохозяйственных угодьями. Благодаря этому, я смог выполнить все свои обязательства перед переселенцами, приехавшими вместе со мной.

Очень приличные деньги пришлось потратить на пять сиротских домов. Их разместили в пяти самых крупных городах Америки. Как разместили? Просто выкупили довольно-таки богатые особняки, которые переоборудовали согласно потребностям. В каждом таком доме поселились наставники и казаки, которые займутся воспитанием сирот, набранных в этих городах. Понятно, что персонал этих домов гораздо больше набранного. Здесь и повара с уборщицами. В обязательном порядке врач. Да и про преподавателей не забыли. Воспитатели были именно нашими людьми. У них стояла задача стать для детей папами и мамами в одном лице, и вырастить из них правильных людей с верными взглядами на жизнь. С лёгкой руки дядьки Тимофея этих детей наши люди иначе, как янычарами, и не называли. Но это не важно. Главное, чтобы получилось не только дать им путёвку в жизнь, а ещё и получить со временем из них верных сподвижников. Не забыли мы и об организации на западном берегу своеобразное учёного центра. Здесь будем готовить людей для работы в службах, не раз упомянутых мною.

Для этого дела выкупили обширное имение, расположенное вплотную к берегу океана. Здесь будет работать, помимо оставшихся наставников прадеда, ещё и Арчи Мюрей. Забавно, что здесь он встретился с бывшим своим противником по работе в Средней Азии, где противостояли друг другу. Я думал, что будут проблемы. Но нет. Они, наоборот, даже сдружились. Пока в новом заведении начали учиться только немногочисленные родственники переселенцев из Англии. Но, надеюсь, скоро это изменится. Думаю, что царь не должен пожадничать с людьми, и их у меня будет достаточное количество, надеюсь, даже с избытком.

Как я уже говорил, закончив свои дела в Нью-Йорке и окрестностях за проведенный здесь месяц, пришлось выдвигаться в круиз вокруг Южной Америки. Чтобы полностью прибрать к рукам свое новое имущество, придется посетить места его расположения лично. Я решил совместить полезное с приятным. Сделать дело и выгулять жену, если конечно, можно так выразиться. В путешествие отправились солидной компанией. Помимо жены, с нами в плавание ушли три наставника с полусотней казаков, уже знакомый юрист, ездивший со мной на восток, и два прадедовских приказчика, которых я планирую поставить старшими на обоих берегах Южной Америки. Один будет отвечать за бизнес в Бразилии и Аргентине, где предприятия расположены на восточном берегу континента. Второй, соответственно, в Чили. Там только один вид бизнеса, зато, самый сладкий и прибыльный. Селитра в этот промежуток времени нужна всем, как воздух.

Путешествие затянулось на три месяца. Это было лучшее время, проведенное мной за обе жизни. Любовь, южное солнце, приятная компания и беззаботное времяпрепровождение пошли на пользу не только мне, но и моей беременной жене. Да, в назначенный срок стану отцом и пофиг, что мне только пятнадцать лет исполнилось. Иногда, когда вспоминается проведенное в этом мире время, кажется, что прошло не полтора года, а как минимум, полжизни. Пусть и приходится иногда работать, как проклятому, но я доволен.

Нашему счастью не мешали даже не прекращающиеся ни днем, ни ночью тренировки казаков, проводимые наставниками. Надо сказать, я с интересом наблюдал за их занятиями. А потом даже не вытерпел и несколько дней потратил на записи всего из того, что смог вспомнить о работе телохранителей из прошлой жизни. Понятно, что я знаю об этом практически ничего. Но, так или иначе, все равно в памяти отложились некоторые моменты, способные помочь в этой непростой работе.

Что-то из переданных мной записей наставники взяли в работу, даже развив некоторые моменты. Что-то забраковали, как несостоятельные, могущие только помешать при определенных обстоятельствах. Главное, я не зря потратил на это свое время.

В Сан-Франциско, куда мы прибыли в конечном итоге, меня ждал дядька, изрядно уставший от решения бесконечных вопросов. Помимо этого, мои люди привезли несколько важных писем с западного побережья, зная, что я скоро здесь появлюсь.

Первым я прочитал письмо от прадеда. И хоть оно лучилось оптимизмом, между строк проскакивала обеспокоенность. Да и ещё бы её не было! Три покушения за месяц. Во время последнего прадед выжил только чудом. Самое поганое, что вычислить, откуда ветер дует не получалось. Очень уж втёмную играют люди, участвующие в нападениях. В связи со всем этим, прадед предлагает перестать маяться дурью и забирать своих людей из Амстердама в Америку. По сиротским домам он порадовал хорошими новостями. Многие богатые люди, узнав о подобных начинаниях, захотели поучаствовать в этом деле деньгами, при этом, не вмешиваясь в воспитательной процесс. Главное их условие, чтобы о детях хорошо заботились. Всё-таки богата наша земля добрыми людьми. Есть, конечно разные, но хочется верить, что людей, не потерявших совесть, несравнимое большинство.

Письмо от бабушки напрягло и заставило волноваться. В целом, у них в имении все нормально. Но крестьяне из деревни уже несколько раз замечали посторонних, которые что-то высматривали возле особняка.

Я принял решение мгновенно. В тот же день отправил десяток казаков во главе с одним наставником в Нью-Йорк, откуда они на ближайшем пароходе отправятся сначала в Европу, а оттуда и в Петербург. Бойцы повезут письма прадеду и бабушке с братом. Задача у них конкретная — забрать родных и привезти в Америку живыми и здоровыми. Понятно, что прадед никуда не поедет, но и здесь я надеюсь решить проблему. Дело в том, что мне тоже необходимо посетить Европу, чтобы довести дело с переоформлением доставшегося мне имущества до логического конца. Вот для этого и требуется моё непосредственное участие. Казаки, которые попадут в Европу раньше меня, отправят сообщение моему финансисту о желательности провести встречу в Амстердаме и обозначат приблизительные сроки моего прибытия в этот город.

Есть и ещё одна причина отправиться на другой конец света. Это письмо от императора Всероссийского. В этом послании он уведомляет о том, что в качестве доброй воли отправляет мне затребованных молодых людей и приглашает меня посетить Петербург с целью обговорить лично все моменты будущего сотрудничества. Если я захочу вести какие-либо дела в России, то от такого приглашения отказываться не стоит. Предчувствия, с этим связанные, были какими-то не совсем хорошими. Сразу возникло неприятие этой поездки. Решил обдумать все это позже. А сейчас хочу сосредоточиться на решении здешних накопившихся вопросов и подготовке к поездке в Европу.

В Сан-Франциско задержались на неделю. За это время на пару с дядькой разгребли все дела, которые и без моего участия шли не плохо. Потом, несмотря на нежелание куда-либо уезжать, пришлось садиться в поезд и в очередной раз пересекать континент. Во время этой поездки, глядя на мучения жены, дал себе слово обязательно заняться постройкой комфортабельных вагонов. Добрались до восточного побережья, тем не менее, без приключений. В Нью-Йорке меня ждали множество новостей и вопросов, для решения которых требовалось моё непосредственное участие.

Больше всего пришлось повозиться с размещением и устройством молодых людей, присланных царём. Хорошо, что прибывали они партиями в сто пятьдесят — двести человек. Вот где пришлось покрутиться наставникам, и не зря. Арчи сумел среди этой массы ребят вычислить пятерых засланцев. Их поселили отдельно, понаблюдали за ними некоторое время, а потом и допросили по всем правилам. Это были дворянские дети, отправленные ко мне собирать информацию. Калечить их не стали, попинали немного, и они рассказали, кто и зачем их послал. Отправили их обратно с письмом их начальству, в котором пожурили, что, дескать, нельзя позорить государя подобными действиями, нехорошо это.

Для служб в ученики отобрали всего полсотни парней. С остальными пришлось тщательно работать, выясняя их тягу к той или иной деятельности. Почти полсотни станут со временем моряками. Сотня пойдёт рабочими на заводы. Там будет всё зависеть от них. Условия для безбедной жизни и возможность учиться им создадут. А как они этим воспользуются, станет ясно через какой-то период времени. Главное, шанс выбиться в люди у них есть. Все остальные прибывшие — крестьяне до мозга костей. Они пойдут работать в сельское хозяйство. У них тоже будет возможность поменять со временем свой статус. Их будут учить добровольно-принудительно. По крайней мере, на первых порах.

Разобравшись со всеми этими делами, и с множеством других, в сопровождении десятка казаков, я отправился в Европу. Жена, хоть и просилась поехать вместе со мной, но осталась дома. Я смог убедить ее в нецелесообразности подобного поступка. Уже когда я находился на корабле и глядел на отдаляющийся берег, в голову мне пришла мысль:

— Добром эта поездка не закончится.

Глава 12

Океан пересекли без проблем, в этот раз довольно быстро. Всего восемнадцать дней и наш корабль прибыл в Ливерпуль. Здесь задерживаться не стали, и переночевав на суше, уже на следующий день на попутном судне отправились прямиком в Амстердам.

В Европе бушевала война. Если в начале, после вступления в войну Англии, Италии и Австро-Венгрии Пруссия смогла не хило остудить пыл этих держав и спустить их с небес на землю, разбив армии коалиции в нескольких сражениях, то сейчас ситуация выровнялась, и война перешла в позиционную фазу. Линия соприкосновения застыла в шатком равновесии. Стороны копили силы, максимально разгоняя свои экономики, а войска коалиции ещё и лихорадочно перевооружались, закупая современное оружие, где только можно. Чем все это закончится, даже гадать не надо. У них несопоставимые ресурсы, и как бы Пруссия не пыжилась, а войну она проиграет. Здесь можно гадать только об одном моменте. Что у неё отберут после поражения, и вообще останется ли на карте подобное государство? Очень уж сильно эти немцы смогли насолить своим противникам.

До Амстердама добрались без каких-либо приключений. И я, не заморачиваясь предупреждениями о своём приезде, поймав несколько извозчиков, в сопровождении казаков, отправился к месторасположению своих люде. Благо, один из извозчиков знал, где оно находится.

Сказать, что народ охренел от моего появления, не сказать ничего. Поначалу даже не поверили, что я это я. А когда поверили — радости не было предела. Приятно, когда тебя встречают, как родного, искренне радуясь твоему появлению. Вот и меня в какой-то момент даже на слезу пробило.

Понятно, что ни о каких дальнейших занятиях у народа речи не шло. Вместо этого стихийно, можно сказать, сам по себе организовался праздник. В такой атмосфере говорить о каких-либо делах — себя не уважать. Поэтому, я потихоньку втянулся в веселье. При наличии большого количества спиртного, неизвестно откуда взявшегося, всё закончилось закономерным результатом. Нажрались все в зюзю.

Поговорить с наставниками получилось только на следующий день, ближе к обеду. Очень уж переборщили мы со спиртным во время встречи.

Первый мой вопрос был о том, почему так мало людей в расположении. Благодаря организованному празднику, мне удалось сосчитать находящихся здесь бойцов. Получилось, что третьей части не хватает. Отвечать начал Коряев Иван Сергеевич, который не так давно неплохо покуролесил вместе со мной в Лондоне. Как я заметил, в моё отсутствие, он, похоже, принял здесь командование. Он сказал, что треть состава школы отправили в Россию по просьбе прадеда. Что-то там непонятное происходит.