Похититель слов

Пётр Леонидович, смутившись, поблагодарил женщину и взял стул. Сел рядом с Олей. Тепло её ладони напомнило, как они впервые, взявшись за руки, гуляли у неё на даче. А говорят, в преклонном возрасте любви не бывает. Ещё как бывает! Самая настоящая. Потому что не ждёшь уже ничего, не строишь планов на будущее и никуда не спешишь.

Он прикрыл глаза, чтобы не видеть больничных стен, просто чувствовать тепло прикосновения, как раньше. Перед глазами вспыхнул сноп разноцветных линий. Они пульсировали, сплетались и уходили вверх. А Пётр Леонидович стоял прямо перед ними и в то же время сидел, держа за руку Олю. Такое странное раздвоение было для него в новинку. Но глаза он открывать не стал. Огляделся. Со всех сторон из черноты спешили светящиеся нити, чтобы намотаться на гигантское веретено. А верх веретена терялся и не было видно, где и чем он заканчивается. Пётр Леонидович прикоснулся к сплетению волокон и тут же отдёрнул руку. Знакомое ощущение: лёгкое покалывание в пальцах, а потом прилив сил. Так может это и есть Источник, о котором говорил паренёк-маг? Как он сказал? «Теперь ты мой ученик?» Вот ученик научился видеть, странно, как во сне.

А если это тот самый Источник, то из него можно брать без ущерба конкретным людям? Это ведь как общая копилка всего живого? Вот бы поделиться с Олей, ей ведь так нужна помощь! Надо попробовать.

Пётр Леонидович, сам с трудом понимая, что нужно делать, снова приложил руку к пульсирующему веретену. Ту руку, которой держал ладонь Оли там, сидя на стуле. Снова приятное покалывание пальцев. И он то ли представил, что ли сделал что-то, сила в этот раз пошла не к нему. Не было прилива сил. Он как будто приложил к Источнику руку Оли, и в неё влилась живительная, такая необходимая ей сейчас энергия.

Время замерло, непонятно, сколько он стоял так, ощущая оба пространства одновременно. Но вдруг ладонь Оли дрогнула в его руке, сжались пальцы.

Пётр Леонидович вздрогнул, подпрыгнул на стуле и открыл глаза, мигом потеряв второе пространство с нитями.

— Петя? Ты здесь?

Женщина сняла маску. Она повернула к нему голову и улыбнулась.

— Здесь, здесь, — он погладил её по руке. — Теперь всё хорошо будет. Только ты мне больше не пиши, мессенджеры эти неладные, терпеть их не могу.

— Смешной ты, из-за этого ко мне приехал? — снова улыбнулась Оля. — Учитель физики, а новое не принимаешь.

— Да бог с ним, с новым, мне бы старое сберечь…

— Так, это что здесь происходит! — резкий оклик заставил Петра Леонидовича подскочить. — Кто разрешил маску снять? Не говоря о том, что уже три часа прошло, а вы всё ещё здесь!

За его спиной стоял, гневно сверкая глазами, заведующий отделением.

— Да он все три часа на стуле проспал, — заступилась полная брюнетка с соседней койки.

— Проспал, не проспал, посещение окончено, — строго сказал врач. — А вы оденьте маску!

— Да мне уже лучше, и кашля нет… — начала оправдываться Ольга, но под строгим взглядом медика маску надела и грустно посмотрела на Пётра Леонидовича.

— Я ещё приду, когда поправишься. — Он встал, на прощание ещё раз тронув её руку.

Глава 3

Страж недовольно заворочался в сплетении нитей. Его давно тревожили мелкие, нехарактерные для сети, колебания потоков. Беспокойство не было таким большим, чтобы искать причину, но и не позволяло его игнорировать. Что-то в системе происходило неправильно. Но отследить, где был источник возмущения, не получалось. Слишком незначительными были колебания.

И вдруг, по центральному потоку пробежала волна! Страж тут же пришёл в готовность, на серой патине его шкуры вспыхнули тысячи золотистых звёздочек. Все чувства обострились, он замер, отслеживая нити. Его внимание раскинулось сетью на все коконы сектора. Хищник затаился и ждал, когда туда попадётся нарушитель.

И дождался! Волна повторилась, мощное возмущение прошло по центральному каналу. Это не был короткий контакт, как в первый раз. Вибрация текла и текла, не останавливаясь, только набирая мощность. За ней и устремилось внимание стража. Вот он! Кокон, который нарушал работу системы!

Он брал энергию прямо из центрального столба, откачивал в себя и пропускал куда-то дальше. Пора!

Страж заворочался в своём гнезде, разрывая нити, которые пеленали могучее тело.

Высвобождались из пут серые крылья, шкура наполнялась золотистым мерцанием. Открылись узкие глаза с тонкой щелочкой вертикального зрачка и вспыхнули огнём. Страж стряхнул с себя остатки кокона, расправил кожистые, как у летучей мыши, крылья, оттолкнулся когтистыми лапами и взлетел. Он запомнил координаты нарушителя в своей паутине и был готов устранить его.

Нити светились, мерно перетекал поток к центральному столбу. Никто уже не нарушал движения энергии, но страж шёл по следу. Нити были для него, как дороги, направляющие на пути, а каждый кокон — пульсаром, с уникальным цветом и биением вибраций.

Знакомое биение ощущалась всё ближе. А затем страж увидел и свечение. Кокон искрился, обмотанный обрывками чужих нитей. Свою энергию он почти не вырабатывал.

Энергетический паразит!

Страж раскрыл пасть и кинулся к нарушителю. Кокон часто запульсировал, почувствовав хищника. Но жертве некуда было деваться. Не спастись!

И тут яркая вспышка ослепила стража. Прямо перед ним возникло светящееся пятно. Оно испускало чистую энергию, ещё не окрашенную цветом, не имеющую собственного ритма пульсации. Внимание стража захватило золотистое свечение. Всполохи искр на его шкуре отзывались на эти притягательные вибрации. Хищник замер, упоённый желанием поглотить эту невероятно чистую яркую энергию, или слиться с ней. Он забыл свою цель. Всё его существо вибрировало от желания немедленно погрузиться в золотистый свет. Он знал, чувствовал, что это действие будет сродни смерти, но также и повлечёт за собой рождение в новом, истинном облике. Пробуждение. Этого он ждал всё своё существование. На это охотился. И вот, пришла пора.

Страж рухнул в светящееся пятно, растворяясь, превращаясь в чистый свет.

Глава 4

Пётр Леонидович не мог уснуть почти до рассвета. Вернувшись от Ольги, он не находил себе места, метался по квартире, выбирался ночью на свежий воздух и нарезал круги по двору. Мысли о том, чтобы открыть ноутбук и проверить чаты были омерзительны. Больше никогда! Как мог он вообще пойти на такое?!

И в ответ на этот вопрос тут же просыпался тонкий противный голосок в сознании: "с миру по нитке — нищему рубаха. Они же сами тебе отвечают, никто не заставляет. Тратят своё время в чатах, а ты берёшь. С Ольгой нехорошо вышло, так ты больше сообщения от неё не читай и всё. Смотри, сколько прожил, и как чудесно всё было. Ничего не болит, тело не ломит. А ещё вот, подумай: будь другие на твоём месте? Те, с кем ты переписывался в чатах, думаешь, они бы отказались? Вообще бы не сомневались!"

— А ты, Петенька, выходит, то ещё дерьмо, — произнёс вслух Пётр Леонидович. И собственный голос показался ему каким-то мерзким и скрипучим. Чужим.

"Зато Оле помог. Сколько влил в неё энергии! Теперь уж она точно выздоровеет. А если бы не этот случай, кто знает, полежала бы в больнице, выписали. А через месяц — снова приступ. И врачи приехать не успели. С Таней вон так и было…"

Пётр Леонидович махнул рукой, словно это помогло бы отогнать противный голосок в голове. А ведь он прав, отчасти… Прав? Воровать силы у других людей, сокращая их время жизни? Вон, сегодня последствия на лицо были! Мало тебе?!

Устав мучиться от противоречивых мыслей, Пётр Леонидович включил телевизор и тупо уставился на экран. Мелькнула мысль, что сейчас он тоже отдаёт куда-то свои силы, тому, кто по ту сторону экрана. Может, так и есть, не он один ведь такой умный. Под монотонный бубнёж диктора из какой-то ночной передачи пришёл долгожданный сон.

Пётр Леонидович снова оказался среди разноцветных нитей. Они мерцали и тянулись к большому столбу, уходящему в небо. Сегодня днём он уже был здесь, удивительным образом в полусне, полуяви. Теперь ночь, и это точно сон. Есть время попробовать дойти до Источника, посмотреть, куда поднимается столб. Тот паренёк говорил о чём-то таком, где хранится вся энергия. Разве не туда стремятся все эти нити?

И Пётр Леонидович пошёл вдоль светящихся волокон. Пространство вокруг напомнило ему о любимом предмете — физике. Нити — это провода с током, коконы — трансформаторы. Хотя нет, судя по пульсации и движению тока, они были генераторами. Значит, столб и правда ведёт к какому-то большому хранилищу.

Вот он, стоит, огромный, увитый волокнами, и гудящий. Как высоковольтная линия под напряжением. Очень хотелось посмотреть, что там, наверху.

Пётр Леонидович задрал голову, соображая. Не лезть же по столбу. Наверное, ещё разрядом шандарахнет. Веретёна аж трещат от напряжения. Вот бы взлететь! Жаль, людям такого не дано. Хотя, стоп! Разве он сейчас стоит на чём-то кроме чёрной густой пустоты? Пётр Леонидович попробовал опустить ногу, и она легко ушла на несколько сантиметров вниз. Под ним не было ничего. Он всё это время висел в пространстве, и даже как-то шёл по нему вдоль нитей, сам не понимая как. А можно было и не идти, наверное. А, например, плыть. Пётр Леонидович взмахнул руками, как будто отталкиваясь от воображаемой воды, и его чуть понесло вперёд.

«Ясно, здесь привычные законы физики работают иначе, — подумал он. — Сон это, или какой-то другой мир».

Стоило как следует размахнуться и его потянуло наверх, вдоль столба. Как будто он всплывал на поверхность из толщи воды.

Так плыть в мерцающем искрами пространстве вдоль гудящего столба пришлось довольно долго. Наконец, вверху показалось что-то вроде нависающих гроздей. Пётр Леонидович ускорил движение, чтобы разглядеть странные грушевидной формы образования. Вблизи они оказались огромными, метра по два в поперечнике и три в длину. Поверхность их блестела лаковым чёрным, а внутри что-то утробно и низко гудело. «Груши» висели на столбе гроздьями, на самой макушке. Собственно, ими всё и заканчивалось, от чего вся конструкция напоминала пальму.

— Это что ли Источник? — пробормотал Пётр Леонидович. — Не знаю, конечно, какими должны быть Источники, не видел ни одного. Но что-то сильно непохоже.

Его внимание отвлёк низкий протяжный гул. Вибрации прокатились по чёрному пространству и затихли. Потом снова появились, нарастая, становясь всё ближе.

Что-то пошло не так… Пётр Леонидович испуганно огляделся, почувствовав себя нарушителем, прокравшимся на запретную территорию. А этот гул ему совсем не понравился. Надо бы убежать, проснуться. Он хотел взмахнуть руками, чтобы улететь подальше, выше этого столба с гроздьями, и не смог. Тело сделалось деревянным и застыло, руки не желали подниматься, ноги тоже не слушались.

И вот появился он. Демон. Хотя Пётр Леонидович никогда в них не верил, это первое, что пришло на ум при виде твари.

Огромные перепончатые крылья, несли ящероподобную тушу. Гигантские лапы существо не подбирало, они висели с растопыренными когтистыми пальцами, готовые схватить добычу. Хищник стремительно приближался. И уже можно было разглядеть, что горящие глаза на узкой чешуйчатой морде не были глазами животного. Они смотрели вполне осмысленно. В них читалось презрение и голод. Существо раскрыло красную пасть с огромными клыками. Пётр Леонидович замер, раздавленный ужасом и осознанием неизбежной смерти. Он не мог пошевелиться. Голос тоже не слушался, и крик застрял где-то в горле сдавленным хрипом.

Всё. Попался! Конец! Страшный конец!

И тут прямо между ним и хищником вспыхнул яркий шар. Он наполнил пространство золотистым светом. Пётр Леонидович на миг ослеп, и не успел понять, что произошло.

Кажется, тварь свалилась прямо в светящуюся сферу, а потом просто исчезла, растворилась в ней.

И потом на фоне яркого пятна возник силуэт человека. Он показался знакомым. Худой мальчишка в кожаной куртке и с рюкзаком за плечами. А ещё эти наушники с огромными амбушюрами, так и болтались у него на шее. Парень протянул руку, и золотистый шар стал уменьшаться. Он сжался до яркой точки, которая подлетела к ладони мальчишки, впиталась в неё и исчезла.

— Ну, привет, вот и увиделись, — знакомец развернулся и помахал рукой. — А ты неплохо продвинулся за это время. Не думал, что до сюда доберёшься.

— Здравствуй, — Пётр Леонидович вдруг обнаружил, что к нему вернулась подвижность и дар речи.

— Давай уйдём отсюда, в материальное пространство, — заспешил парень. — А то ещё одного разбудим, из стражей.

Он взмахнул рукой, странный мир светящихся нитей и коконов покрылся дымкой, а потом и вовсе исчез.

Пётр Леонидович открыл глаза и увидел до боли знакомый обшарпанный потолок своей квартиры. Через секунду он всё вспомнил и подскочил на диване. Какая жуть приснилась! Хорошо, что наконец проснулся! Только приснилась ли?

Мальчишка-иномирец сидел в кресле рядом. Он дружелюбно улыбнулся и помахал рукой.

Пётр Леонидович раскрыл рот и ничего лучше на ум не пришло, как по старой памяти спросить:

— Хочешь чаю? У меня там и печенье свежее есть, и варенье.

— Не откажусь, — улыбнулся парень, и они пошли на кухню.

Там уже за чашкой душистого травяного чая, чуть успокоившись, Пётр Леонидович сумел собраться с мыслями и задал первый вопрос:

— Значит, это страж был? Та тварь, на демона похожая.

— Угу, он самый, — кивнул парень.

— И как это ты с ним так легко справился? В прошлую нашу встречу, вон, еле живой был.

— Прошло много времени. На самом деле очень много. Оно в каждом мире течёт по-своему, — ответил гость. — Я изменился, стал другим.

— Да как же изменился, — удивился Пётр Леонидович, — если ни капли не изменился? Один в один, как год назад. Даже наушники, вон, те же самые.

— Это? — парень хлопнул себя по груди и улыбнулся. — Всего лишь форма. Тебе ведь нужно как-то меня воспринимать. Ум сам рисует привычный облик, материя подстраивает. На самом деле, всё не то, чем кажется. Ты ведь видел там, что и люди выглядят иначе?

Пётр Леонидович подавился чаем и закашлялся. Его как током ударило: коконы! Это ведь лежало на поверхности! Все эти коконы — люди, и их энергия текла куда-то по столбу, а он брал её. Он и сам кокон.

Пауза длилась минут пять, пока не созрел новый вопрос, куда более важный, чем первый.

— Скажи, — Пётр Леонидович боялся озвучивать свою догадку. — Я видел, как от коконов, то есть, получается, от людей, идёт вроде как ток энергии. К большому столбу и выше. А там, наверху, висят такие чёрные штуки, на груши похожи. И вот этим столб и заканчивается, получается, энергия туда идёт. Но это… кхм… не очень похоже на Источник.

— Это? Источник? — парень прыснул со смеху. Он неловко взмахнул рукой, задел чашку, и чай пролился на стол.

Пётр Леонидович даже не обратил внимания на коричневую лужицу, растекшуюся по скатерти.

— А что же это тогда?!

— Ну, это, если вашим языком сказать, потребители. Я ведь говорил: в вашем мире магию заменили технологии. И как ты думаешь, кому это надо? И куда это пропала магия? Соседствовали бы и магия, и технологии, и отлично! — парень хитро прищурился на Петра Леонидовича и продолжил. — Вот туда и пропала, в эти чёрные «груши»! Они живут за счёт вашей энергии, оставляя минимум на обычное существование. Всё, что сверх, забирают. Какая уж тут магия!

— Нас едят, значит! — ужаснулся Пётр Леонидович. — Вот твари! И жирные какие!

Иномирец снова улыбнулся:

— И хитрые. По природе своей они энергетические вампиры, им нужны сильные эмоции. Они давно захватили ваш мир, и, конечно, венцом их изобретательности была эта система. Они для этого позволили вам развить технологии, чтобы объединить все потоки в сеть: бери — не хочу. И доступ постоянный. Да ты и сам ей пользовался, понимаешь, как это работает.

— Пользовался… — Пётр Леонидович прикрыл лицо рукой. — И был не лучше этих чёртовых груш! Даже действовал, как они, людей в чате из себя выводил!

— Ну вот, значит, понимаешь, как это работает, — иномирец улыбнулся. — Не переживай, твои запросы были совершенными крохами по сравнению с их аппетитами. Потому тебя и не заметили стражи.

— Да, у меня ещё вопрос. Ты говорил, что стражи хранят равновесие. Этот кинулся на меня, а груши даже не подумал поставить на место!

— Хранят, но где-то по своему, — пожал плечами парень. — Ваши стражи, они забыли себя и теперь на стороне, хм, «груш», их прикормили той же энергией из системы.

— И здесь капитализм! — ругнулся Пётр Леонидович, чем вызвал улыбку на лице иномирца. — Им можно воровать в особо крупных размерах, нам — нельзя! И закон на их стороне. Эх, устроить бы им революцию!

— Что внутри, то и снаружи, — пожал плечами иномирец. — Есть разные миры по уровню развития, и населяют их соответствующие существа. Вспомни, как сам поддался искушению и уподобился, "грушам". У тебя был такой же выбор, как и у них: умереть или, чтобы жить дальше, взять у других. Может, стоит попробовать понять их?

Пётр Леонидович смутился, мучаясь угрызениями совести, отвёл взгляд. Сам он, как большая жирная "груша"!

— Что же теперь делать? Оставить всё, как есть?

— Именно, — кивнул парень. — Оставить мир в покое. Принять решение только за себя. Всё, что проявлено, имеет право существовать, и «груши» тоже. Так во вселенной для каждого существа находится подходящее место. Перемены нужны не в существующем порядке, а в нас самих. Миры — это просто ступени для развития отдельного существа. Ты сначала и сам поддался искушению, а теперь готов сделать иной выбор. Или? — иномирец сделал паузу и оценивающе прищурился. — Ты можешь оставить всё, как есть. Тебя не обнаружат, если снова не приспичит зачерпнуть прямо из центрального потока кормушки.

— Ну уж нет! — фыркнул Пётр Леонидович. — Ты раскрыл мне глаза. Я больше не хочу уподобляться «грушам». Но и кормить их не стану! Помирать, так помирать! Как и решил тогда. Вернуться в Источник! Но тогда… в нашем мире ведь нет Источника? Куда я попаду после смерти, в брюхо к этим тварям?!

Пётра Леонидовича пробил озноб. Неужели вся его жизнь была нужна лишь для питания каких-то паразитов, и даже после смерти они переварят то, что от него останется?! Такой финал его ждёт?

— Что же тогда изменится от моего выбора?

Парень улыбнулся:

— Не волнуйся, я нашёл Источник в вашем мире. Каждый из нас — изначально бесконечный Источник энергии, и не надо ничего ни у кого воровать. Он внутри тебя, но чтобы раскрыться в таком качестве, нужно пройти трансформацию. Я много повидал в своих скитаниях и принёс это знание из других миров. Там я стал другим. С помощью этого знания победил стража. Он ушёл вспоминать свою истинную природу. Источник — это ещё и дверь внутрь себя. Я могу быть твоим проводником, если хочешь. И ты можешь попробовать измениться.

Пётр Леонидович задумался:

— Это ведь равносильно смерти, так?

— В какой-то мере да. Ты ведь уже не будешь прежним. Но и смерть бывает разной, — ответил иномирец. — Редкий человек уходит через дверь в другие миры. В основном, вы остаётесь здесь, чтобы снова воплотиться.

— И снова становимся пищей для этих? — уточнил Пётр Леонидович. — Как батарейки, вернее аккумуляторы. Перезарядил и снова вперёд!

— Ну… вы развиваетесь и становитесь всё ближе к тому, чтобы обнаружить Источник внутри себя. Пойти дальше. И в какой-то момент, прокрутив много перерождений, уходите. Этот мир, как ступень, перешагнув её, можно идти в другие. И так до бесконечности.

— А вернуться можно? — уточнил Пётр Леонидович.