По ступеням обугленным

* * *

— Итак, — сообщил вернувшийся офицер. — Все очень странно.

— М-м-м? — удивилась кушающая девушка.

— Петунья от него ушла, как только узнала, что я сдох, — объяснил Сергей. — И это очень, очень странно. Мужик зациклен на «избить Гарри», ничего больше не воспринимает.

— Может быть, тоже «машинка на радиоуправлении»? — поинтересовалась Лера.

— Все возможно, — вздохнул Сергей. — В общем, я пока ему скорую местную вызову, и поедет он в больницу.

— А он тебя не сдаст? — девушка удивилась такому человеколюбию.

— Немой и парализованный? Вряд ли, — усмехнулся старлей. — Жить будет, но пло-о-охо. Он и Петунью бил, оказывается. Так что сейчас его отправлю, и отдыхать пойдем. Будет у нас временная оперативная база.

— Хороший вариант, — кивнула Лера. — Тогда ты занимайся, а я пойду телевизор посмотрю, что ли.

— И газеты почитай, — кивнул Сергей. — Я быстро.

Он действительно справился очень быстро. Через четверть часа заламывающий руки и жалобно заглядывающий в глаза парамедиков тощий племянник пытался помочь загрузить своего толстого дядюшку в машину местной «скорой», рассказывая, что дядя весь покраснел, а потом упал и больше не шевелился, хотя дышал, потому что юноша проверил, «как в школе рассказывали». Горе племянника борова было таким искренним, что парамедики искренне пожалели мальчика, а Лера просто поражалась артистизму своего теперь уже, получается, друга.

Часть 3

Отправив дядю, Сергей усмехнулся и, изображая вселенское горе для соседей, медленно побрел к дому. Соседи наблюдали за происходящим с большим интересом, вскоре, впрочем, вернувшись к своим делам, а ставший юношей офицер прошелся до гостиной, в которой сидела изображавшая полярную сову Лера. Девушка смотрела новости мира, ощущая себя очень странно — такого от своих галлюцинаций она не ожидала. Сергею же нужно было определиться на местности и получить вводные, ибо детские книжки он не читал. Фантастику — да, «попаданцев в Великую Отечественную» — тоже, но вот детские — это уже перебор. Да и к понятию «магия» относился сложно. Состояние доктора, ставшей весьма привлекательной девушкой, он заметил сразу же.

— Ну, рассказывай, краса-девица, что тебя так поразило? — предложил офицер, готовясь усваивать информацию. — А потом расскажешь мне про магов и прочую шизофрению.

— Сережа, — медленно заговорила девушка, в глазах которой было недоумение пополам с растерянностью. — Тут не было Союза, совсем. Октябрьское восстание было подавлено, судя по всему, и… Тут Российская Империя, с императором и полемикой такой, что куда там Советскому Союзу. Надо, наверное, карты посмотреть… И историю почитать, потому что этот мир точно не наш.

— Засада, — заключил Сергей. — Это значит, что коды распознавания не действуют, и поддержки не будет даже теоретически.

— Думал к нашим рвануть? — заинтересовалась Лера. — Хорошая мысль, наверное… Ладно, что тебя по обстановке интересует?

— Расскажи мне вкратце, куда мы попали, что это за ключ, и чего нам ожидать? — попросил офицер. — А то память у пацана фрагментарна, как испорченная кассета.

— Да и у девушки не особо лучше, — вздохнула Лера. — Странности есть, но мне их проговорить надо будет, поможешь потом?

— Куда я денусь, — усевшись рядом с девушкой, Сергей на пробу приобнял ее, не получив отрицательной реакции. — Рассказывай, спецназ слушает.

— Значит так, — сосредоточилась девушка. — Противостояние «света» и «тьмы», что для таких книжек стандарт. На «темной» стороне самопровозглашенный князь, разорвавший душу, чтобы не сдохнуть; пока куски не ликвидируешь — не сдохнет, значит. На «светлой» стороне «добрый дедушка», лепивший из тебя шахида. Дедушка выступает за «всеобщее благо», князь — за уничтожение таких, как я.

— Девушек? — поразился юноша. — Воинствующий пи…ас[1] — это что-то новенькое.

— Не девушек, — отсмеявшись, пояснила Лера. — А магов, рожденных не-магами. Тут у них нацизм, Сереженька. Есть древние семьи истинных арийцев, а есть рожденные не-магами, которые «да как они посмели».

— Знакомая риторика, — кивнул Сергей, обнимая за плечи ничуть не возражающую против этого девушку. — И что дальше?

— А дальше — группа баранов на заклание, не понимающих необходимости объединиться, с одной стороны, и говорильня с другой, — грустно вздохнула девушка. — А эти два придурка, которые мы с тобой, играли в «неуловимых Джо» по лесам Великобритании.

— Здесь и леса есть? — удивился товарищ старший лейтенант. — Инте-ре-е-есно… И что, не поймали?

— Поймали, но не сразу, — улыбнулась Лера. — Тебя в подвал, меня пытать, в общем, анекдот.

— А ключ этот? — поинтересовался Сергей. — Что-то мелькает в памяти то ли с крокодилами, то ли с зелеными человечками, но не ССО[2].

— А это ключ от сейфа, где деньги лежат, — хихикнула девушка, прикрывая глаза. — Слушай, комфортно, оказывается, когда парень обнимает.

— А, вот чего я по морде лица не получил, — понял офицер. — Ну, значит, буду обнимать. По вводным я понял. При таких условиях безопаснее двигаться вдвоем, несмотря на отсутствие подготовки. Значит, план такой: сначала озаботимся одеждой, потом поглядим на твоих… хм… на родителей твоего тела, ты как?

— Я же сирота, Сережа, — вздохнула Лера. — Привыкла уже, что нет у меня никого…

— Я у тебя есть, — проинформировал ее юноша. — Так что кто-то уже… Смотрим на родителей твоего тела, выгребаем сейф, а потом долго думаем.

— Согласна, — кивнула девушка. — Предлагаю еще раз поесть, а ты глянь тут…

— У борова должны быть за-на-а-а-чки… — почти пропел Сережа. — Я счас!

Гостиная, спальня, даже кухня подверглись аккуратному обыску. Лера ходила за Сергеем, наблюдая, что и как он ищет. Девушка понимала, что без старшего лейтенанта пропала бы, несмотря на свои погоны и «умище». Все-таки, «заточенный» на работу в тылу противника офицер — это не доктор, сидящий в госпитале.

— Ага, — удовлетворенно произнес Сергей, вытаскивая на свет целлофановый пакет, перевязанный бечевкой. — Не понял! — удивленно произнес он, разорвав упаковку.

— Что там, Сережа? — кинулась к нему Лера.

— Деньги, документы… И ствол? — все так же удивленно разбирал находки ставший юношей офицер. — Откуда здесь Вальтер ППК?

* * *

Имея на руках больше десяти тысяч фунтов, можно было закупаться в любом магазине, но Сережа рассудил иначе. В первую очередь им была нужна информация, потому что тот же Дурсль оказался непростым человеком, чего о нем подумать было нельзя, а Лера просто следовала за лидером, приняв за аксиому, что «летучему мышу» виднее. Не мудрствуя лукаво, товарищ старший лейтенант просто вызвал такси.

— Мы поедем, мы помчимся на УАЗике с мигалкой, — напевал он, сортируя деньги. — Так, сейчас мы едем в магазин, где набираем… Все набираем. Легенда — потерянные вещи, потому надо все. Держись легенды, пожалуйста, товарищ капитан.

— Как скажешь, товарищ старший лейтенант, — в тон ему ответила Лера. — Я думала, ты в военный магазин поедешь…

— И такие уже есть? — удивился юноша. — Во лимонники дают… Туда тоже заедем, но подростки в «дубке» да в городе — это странно и маскировке не способствует. Так что вон такси, поехали.

Объяснив водителю, что их вещи были потеряны, попросили отвезти в лучший супермаркет, потому что школа обязывает. Водитель сочувственно покосился на молчаливую девушку и поехал. Сергей все так же забалтывал водителя, а Лера с какой-то тоской смотрела на улицы и людей, среди которых предстояло жить. Прошедшее время примирило девушку с мыслью об отсутствии галлюцинаций, поэтому надо было как-то уложить в голове тот факт, что они в детской книжке. Факт Лере, еще недавно Ивановне, не нравился. Но Сергей явно не унывал, он вел себя так, словно здесь родился, прожил всю жизнь и никогда не был где-то еще. Он спокойно обсуждал цены на топливо, на запчасти, показав хорошие знания внутренностей автомобиля, в котором они ехали, чем совершенно очаровал водителя, согласившегося подождать их.

— Так, — спокойно произнес Сергей, извлекая Леру из таксомотора. — Первая задача: трусы. Ты налево, я направо, встречаемся на кассе. По деньгам ограничение… Ну, пусть будет тысяча.

— Ого… — зачаровано проговорила девушка. — Договорились.

Цены были вполне умеренными, всякие кружевные красивости внимание Леры, конечно, привлекли, но привыкшая к сиротскому детству и армейской юности девушка выбирала крепкие, удобные, пусть и не самые красивые вещи. Сергей, всю жизнь проведший в армии, начиная с суворовского училища, тоже остался верен военной моде, по крайней мере, в отношении белья. Через час, встретившись с Лерой на кассе, офицер понял, что жизнь у женщины сладкой не была. Впрочем, стоило ли ожидать сладости у сироты?

— Так, с трусами решили, — кивнул на два пакета юноша. — Теперь штаны, юбки, куртки и прочие радости, согласна?

— Согласна, — кивнула девушка, вздохнув.

— Но тут мы изменим схему, — решительно сказал Сергей. — Оно должно быть не функциональным, а красивым. Поэтому, пойдем вместе и начнем с тебя.

— Но… — Лера хотела возразить и не смогла, офицер подхватил ее под руку и повлек куда-то внутрь.

Если девушка и думала о сопротивлении, то ничего не сказала. Сергей выбирал вещи со знанием дела, быстро выстраивая сочетания, как будто всю жизнь носил не камуфляж и форму, а вот такое вот… Лера просто поражалась его знаниям и умениям. Наконец огромный ворох вещей прошел кассу, и вот тогда девушка увидела, как экипируется мужчина. Сергей буквально летал по отделам, да так, что у девушки просто закружилась голова.

— Так, — хмыкнул юноша. — Теперь нужна одежда «на выход», но сейчас мы ее покупать не будем.

— Почему, Сереженька? — поинтересовалась очень уставшая девушка.

— Потому что, во-первых, ты устала, а во-вторых, подозрительно будет, — спокойно ответил Сергей. — На данный момент возвращаемся на базу, кушаем, спим и принимаем гражданский вид. Нам еще твоих посещать, помнишь? Кстати, а соседям и сослуживцам эти маги память трут?

— Вот чего не знаю, того не знаю, — вздохнула девушка.

— Р-р-разберемся, — юноша погладил руку Леры, отчего на душе стало спокойнее.

Водитель таксомотора был впечатлен количеством и символикой пакетов, уверившись в том, что его пассажиры точно учатся в престижной школе, поэтому должны соответствовать детям богачей. Быстро довезя молодых людей домой, он отправился восвояси, а вот Сергей сразу после приготовления «трапезы», как он это назвал, отыскал учебники тела, в котором оказался. Ему нужна была информация.

— Лера Ивановна, ты не знаешь, почему учебники и тетради этого тела находятся в чулане? — поинтересовался офицер через некоторое время. — У англичан не принято выкидывать старые вещи?

— Гарри Поттер жил в чулане все свое детство, неужели не помнишь? — ответила девушка.

— В том-то и дело… — Сергей нахмурился и почесал лохматость, разлохматив ее еще сильнее. — Странное что-то, вот ты сказала — и у меня вспомнилась статичная картинка. Будем разбираться, — решил он.

* * *

Сергей быстро просматривал учебники. Российская Империя раскинулась на всю территорию Союза, прибрав себе и часть Афганистана с Польшей, во Вторую Мировую войну оттяпала себе еще кусочек территории, закончив с нацистами за три года. Причем так закончив, что Германия чуть ли не рассыпалась на отдельные «королевства», только в восьмидесятых сумев собраться воедино. Британия традиционно противостояла русским, но старалась громко не вякать, потому что медведь зверел моментально. То есть ситуация в корне отличалась от той, что была, но, кроме того, это означало, что помощи не будет. Русские, конечно, своих не бросают, но ты еще поди докажи, что ты свой.

География мира была аналогичной, только вот Японии не было. Узкоглазые звались китайцами, которые и занимали нишу СССР в этом мире. То есть «под красным флагом, с песней веселой». Британия же, по большому счету, никого не интересовала. Учебники предыдущих курсов «волшебной школы», оставшиеся от тела, ситуацию особо не прояснили. Строго говоря, в них было много воды и почти никакой информации, что несколько смущало, но выглядело ожидаемым.

Проверив Леру, которую начал воспринимать не только как офицера, но и как красивую девушку, Сергей принялся шерстить свою память, то есть память этого пацана. Во-первых, «чуланное детство» выглядело странным. То есть, с одной стороны — унижения и избиения, а с другой… Нормальная комната, спартанские условия… Во-вторых, явление «волшебного мира»… «Точно, шахида готовили. Там Аллах, тут Дамблдор…» — подумал офицер, выписывая опорные моменты. Он потянулся и побрел на кухню за кофе. Тут следовало сосредоточиться, а Лера пусть поспит, ей надо, девушка же.

Часть 4

— Итак, первый курс, — офицер поставил закорючку. — Первый курс… Поезд, набивающийся в друзья рыжик. Каким местом думало это тело, непонятно. Девочка… Оп-па!

Рассматривая вставшую в памяти картинку, Сергей почувствовал себя нехорошо: не фиксирующийся взгляд, расширенные зрачки. «На химию похоже», — сделал он напрашивающийся вывод. «Ла-а-адно, что было дальше?» — подумал офицер.

— А дальше у нас демонстративно унижающий сироту препод, — задумчиво проговорил Сергей, почесав ручкой нос. — Во враги готовили, понятно. Соответственно, «зеленый» факультет, ну, это логично, а «друзья», значит, красные… Хм… Ла-а-адно. Тролль, тоже показуха, хотели бы убить — убили бы. То есть, тимбилдинг такой…

Он выписал моменты, предшествовавшие созданию команды, заметив исчезновения девушки, после которых она вела себя… ммм… странно. Впрочем, с этим тоже можно будет разобраться потом. Далее, Рождество, парень ожидаемо в школе, и телевизор, значит. Хм… Тоже знакомо и тоже известно. Конец года с «полосой» и чувством вины в конце. «Если отвлечься от нравственных вопросов — вполне адекватное построение команды», — подумал офицер, отмечая неплохой сценарий всего действа, которое выглядело очень неестественным с точки зрения взрослого человека.

— Ладно, второй курс, — хмыкнул Сергей, ставя вторую закорючку. — Так, тут у нас летом накачка, потом «спасение» и «трудности», интересно… Смысла в этом не было, значит, в игру вмешался кто-то еще. И опять девочка под атакой, и, что характерно, та же. А формально руководит атакой рыжая из того же семейства, то есть… Обложили, — резюмировал старший лейтенант.

Второй курс был еще непонятнее первого. Несмотря на многочисленные жертвы, реагировали очень немногие и как-то вяло, а профессора не реагировали вообще, что вызывало сомнение в достоверности. Как и финальный бой, кстати. Покопавшись в памяти, сопоставив все, что знал, о чем слышал и обрывки чего-то странного, Сергей обнаружил упоминания о «кормлении змейки грязнокровками», но только упоминания, а не что-то другое. Это было очень странно. Ну и бой, да… Так юноша еще не смеялся. Сколько весит такой меч, Сергей знал, а вот так им крутить было просто технически сложно, что в свою очередь, означало недостоверность наблюдаемой картины.

— Охренеть, — проговорил товарищ старший лейтенант. — До правды мы так просто не докопаемся. Ла-а-адно. Пошли дальше: лето… Раздувание тетки, хотя она не сказала ничего нового, и Сириус Блэк. Оригинально, новый враг? А! Так вот для чего! — дошло до юноши.

Дементоры, его страхи, выставленные на публику, а вот у девушки — декан, и это вряд ли могло быть просто так. Боггарт показывал самый большой страх. Самый-самый, который никак не мог быть отчислением, хотя, возможно, это был эвфемизм, означающий убийство? Трудно сказать… Девочке накручивали возраст, но «машина времени» была дана именно для использования на завершающем этапе. То есть, демонстрация нелояльности правительства и… «Да, шахид-шахидом», — вздохнул Сергей.

— Четвертый год школы выживания, — пробурчал офицер. — Чего он нам принесет? О! Активное противостояние и предательство всех! Какая знакомая песня…

И рядом с этим пацаном — только девочка, причем явно действует против чьих-то указаний — вон сколько страха в глазах. Это стоило обдумать. А вот ее перепрограммировали — опять тот же расфокусированный взгляд. Сергей просматривал память, отмечая лакуны, и тут заметил даже не картинку, а ее маленький кусочек, чувствуя, как начинает звереть. Он знал, когда появляется такой затравленный взгляд, и понимал, ЧТО могли сделать с девочкой, чтобы наказать за своеволие. Впрочем, с этим еще предстояло разбираться. А вот другая девочка, смотрящая на него с пронзительной жалостью… Оживление выглядит театральной постановкой, да и заклинания в Гарри, включая пыточное, летят будто не от «непонятной хрени».

— А на пятый год у нас тогда противостояние с правительством должно быть, — хмыкнул офицер. — А вот и оно, все, как доктор прописал — моральная садистка, пытки, ломка и Сопротивление. Тьфу!

— Чего плюешься? — поинтересовалась вошедшая на кухню вполне выспавшаяся Лера.

— Да с памятью своей разбирался, — устало ответил Сергей. — Меня, похоже, под химией держали, и тебя тоже. Поэтому сейчас съездим к родителям тела, а потом уже будем разбираться с твоей памятью.

— То есть, шанс, что я не клиническая дура, существует? — с надеждой спросила девушка.

— Ты не можешь быть уже дурой, — хмыкнул офицер, потянувшись к Лере. — Дай-кось я тебя обниму.

* * *

Добираться решили на автобусе, который высадил обоих за квартал до дома Гермионы Грейнджер. Сережа предложил руку Лере, прогулочным шагом двигаясь вдоль по улице. Девушка узнавала и не узнавала окрестности, отчего ей было не по себе. Заметив нервозность Леры, Сергей остановился.

— Что случилось? — поинтересовался он, заглядывая в глаза девушки.

— Не понимаю, — призналась она. — Что-то здесь неправильно, как будто картинка в мелочах не стыкуется, понимаешь?

— Понимаю, — помрачнел юноша, приобнимая Леру. — Похоже, нас здесь ждут сюрпризы. Просто не подавай виду, мы гуляем.

— Хорошо, Сережа, — вздохнула девушка, пытаясь расслабиться. — Такое ощущение, что город похож, но не он.

— Улица Строителей всегда улица Строителей, — пробормотал офицер, фиксируя окружающее, но вокруг все было спокойно. По дневному времени соседи, видимо, были на работе, потому любопытствующих не было.

Убедившись, что за домом никто не следит в явной форме, Сергей подвел девушку к двери, легко поддавшуюся ключу, найденному в джинсах. Внутри все было в пыли, дом выглядел нежилым. Мгновенно напрягшийся офицер прошел по комнатам, собирая все, что обнаружил. Он просматривал фотографии, отыскивал документы, обнаружил заначку, даже сейф — легко сдавшийся, впрочем, так что так себе сейф был, конечно.

— Так, Лера, — заявил Сергей, вернувшись с ворохом вещей. — Тут не жили месяцев семь-восемь точно. Просмотри фотографии и то, что мне удалось обнаружить.

— Это родители… меня, получается, — тяжело вздохнула Лера. — Это вот я лет в пять, вот тут лет в семь, это… по дате — в одиннадцать, вот тут еще… И тут… А после четвертого курса фотографий нет. Только «родители»… Почему?

— Р-разберемся, — рыкнул юноша. — Деньги возьми и пойдем, тут мы больше ничего не узнаем.

— Деточка, — обратилась к Лере старушка у забора. — Как-то ты на Грейнджеров похожа, родственница им?

Из дальнейшего разговора, который повел Сергей, стало известно, что у Грейнджеров была дочь, похищенная неизвестными больше года назад. Роберт и Эльза искали свою дочь, но так и не нашли, получив письмо о том, что если будут искать, то Гермиона Грейнджер умрет.

— Они уехали, да? — тихо спросила девушка, еще не зная, как на это реагировать.

— Они не выдержали, — грустно ответила старушка. — Сходи на кладбище, там их и найдешь.

— Спасибо! — поблагодарила Лера бабушку, которая им так помогла. — Пойдем?

— Пошли, — кивнул довольно сильно напряженный юноша. — Не нравится мне это.

— Да как такое может понравиться, — вздохнула девушка. — Надо разбираться с моей памятью.

Двое подростков стояли над плитой, на которой были написаны имена и годы жизни. В сентябре прошлого года Грейнджеров не стало. Лера даже не могла заплакать, потому что не знала этих людей, но искренне сочувствовала им. Правда, при этом вызывали вопросы письма и само Рождество, проведенное ею дома.