Божественный рассвет

— Младший брат, со вчерашнего дня ты сильно набрал в весе. — Улыбнулся Цин Лун, сделав большой глоток воды. Мальчик смущенно опустил взгляд. — Это хорошо. Ты такой худой, что мне больно на тебя смотреть.

— Учитель, ты устал? — заботливо спросил Бог Земли, взяв у учителя чашу. — Ты хорошо ел?

Юноша ничего не ответил. Он задумчиво почесал нос, смотря куда-то вдаль. Взгляд был пустым и далеким, будто мыслями он где-то в другом месте.

— Еще один человек упомянул ту девушку. — Цин Лун опустился рядом с ребенком. — Обычный человек не может наслать проклятье. В этом может быть замешан демон, но… — Он поднял тяжелый взгляд на ученика. — Я слишком долго жил простым отшельником. Мне неизвестно, какие демоны сейчас обитают в этом мире, а каких давно нет. Тебе что-то известно?

— Ты затронул больную тему. — Бай Хуа скривился, посмотрев на чашу в своих руках. — С твоим уходом демонов стало в разы больше. Если раньше было всего два Великих Князя демонов, то теперь их шесть, включая Мертвую Оступь. Но, ты, наверное, хочешь знать о среднем классе?

— Шесть… — Мужчина в раз побледнел, нахмурив тонкие брови. — Как Тай У мог это допустить?!

Бай Хуа хотел было ответить, но заметил, с каким интересом их слушает ребенок и пресек это желание. Вместо этого он сказал:

— Что касаемо Муншоу, то никто не знает, что за тварь здесь поселилась.

Цин Лун разочарованно вздохнул.

— Нужно поспешить и найти дом той девушки. — Он поднялся, взяв на руки ребенка. На его лице застыла скорбная маска, и как бы он не старался, фальшивая улыбка никак не появлялась на губах.

Давным-давно, когда он только вознесся и был лишь средним Богом Войны и защитником земель своего государства Юань, он прислуживал раннему Повелителю небес. Тот был строг и постоянно отслеживал сильную активность нежити. Если сила демона начинала непреодолимо расти, он прикладывал все усилия, чтобы избавится от него. Лишь дважды он не смог ничего сделать — когда два Князя появились столь внезапно с невероятной силой, после окончания своей жизни. И одним из них была Мертвая Оступь. Поистине сильный демон. Прежний Повелитель Поднебесья отдал почти всю свою мощь, чтобы одержать победу, но ему не хватило сил. Тогда на помощь пришел Цин Лун. Он видел все то зло, что творила демоница, но не уничтожил ее — не смог, а потому пленил в горе. Повелитель был так удивлен, увидев в маленьком теле такую силу, что без колебаний назначил своим приемником…а через день его дух развеялся, не способный восстановиться после встречи с Мертвой Оступью.

Победа вознесла Цин Луна на вершину Небес, и никто не пошел против слова покойного Правителя. Кто станет тягаться с тем, кто одолел Князя Демонов? Только мертвец!

И вот, спустя три сотни лет его отсутствия, появилось еще четыре Великих демона. И если они такие же сильные, как прежние два, то это грозит большой бедой. Цин Лун всецело понимал это, знал не понаслышке. Он боялся, что они начнут воевать между собой за власть и вовлекут во все смертных. Будет много страшных жертв. И тот, кто в итоге выйдет победителем, станет абсолютным повелителем Нижнего Царства. А значит, с его силой не сравнится никто. Цин Лун знал возможности Тай У, своего ученика, и понимал, что его сил точно не хватит. Он и сам не сможет…

— Учитель, ты чем-то обеспокоен? — спросил Бай Хуа. Он уже пожалел, что обо всем рассказал.

Цин Лун не заметил, как они покинули стены города и шли вдоль реки — был так сильно погружен в свои мысли. Мальчик на его руках вертелся, без конца оправляя рукава одежды и озирался, будто что-то высматривал. Бог Земли давно заметил странное поведение ребенка, но вот Цин Лун даже не обратил внимания, а целенаправленно шел вперед.

— Все хорошо. — Холодно сказал он. Бай Хуа услышал те властные нотки от прошлого Повелителя Небес, когда он был суровым и грозным.

На миг в его груди потеплело от такого знакомого холода в голосе учителя, пусть он и понимал, что это вызвано простым беспокойством. Цин Лун больше не бог и даже не бессмертный заклинатель — он бросил заниматься культивацией, когда впервые повел войско на поле сражений и вернулся с победой, будучи смертным.

Впереди показалась маленькая, неказистая хижина. Они не успели уйти далеко от города. Даже сейчас можно видеть треснувшие стены Муншоу, а значит, тут жила та самая девушка, что накликала беду.

Посадив ребенка на камень у дома, Цин Лун отдал ему все персики и наказал сидеть смирно и не уходить. Мальчик послушно кивнул, вгрызаясь в розовый бок сладкого фрукта. Бай Хуа ревниво посмотрел на ребенка — фрукты, наполненные духовной энергией, предназначались его слабому учителю, но уж точно не ему!

Цин Лун вошел в гнилую, холодную хижину.

— Неудивительно, что она пришла за помощью к Ди Шао. — Бай Хуа поддел серпом комок одежды, который, видимо, служил постелью для ребенка. Почерневшая от старости и грязи, она источала зловоние. — Растить здесь ребенка просто невозможно. Надеюсь, он и правда пристроил ее в хорошее место, а не продал в дом утех.

— Я тоже на это надеюсь. — Выдохнул молодой учитель.

В качестве кровати у девушки были ветки и солома. Еду и одежду она хранила на полу, как и все остальное. Кажется, будто здесь жил настоящий отшельник, а не юная девушка, которой якобы помогали горожане.

— Здесь нет ни книг по темной магии, ни амулетов, ни артефактов… — Бог Земли обошел маленькую хижину, осмотрев каждую тряпку и кровать. — А значит, она не могла навредить людям самостоятельно. А может, это и не она вовсе.

— Как жаль. — Цин Лун вышел из хижины и сел на камень, рядом с мальчиком. Он как раз доедал третий фрукт. — Ди Шао очень жесток и его нужно привлечь к ответственности.

— И как ты это собрался делать? — ученик закатил глаза и посмотрел на хмурого учителя. Мальчик тоже смотрел на мужчину, замерев с полным ртом.

— Для начала выясним, что здесь происходит. — Утвердительно кивнул он и подхватил на руки мальчика, выпустив тяжелый вздох. — Ох! Младший брат, это ты потяжелел или я ослаб?

— Так не таскай его на руках! — нахмурился Бог Земли и поплелся за учителем. — Посмотри, мальчишка набрал в весе раньше, чем ты. Скоро догонит тебя и в…

— Не нужно! — Резко оборвал его Цин Лун, но Бай Хуа закончил:

— …росте. — И улыбнулся.

Когда они подошли к городской стене у реки, учитель был на грани придушить своего ученика. Он мог простить все, кроме своего роста. Сто семьдесят сантиметров для него было оскорбительно мало. У реки за спором следили несколько босых мужчин, женщин и детей в тряпье. Некоторые только подошли и даже не успели раздеться, чтобы смыть грязь, и постирать лохмотья. Одни стояли по пояс в воду, другие пили прямо из реки, а кто-то и вовсе варил похлебку на берегу.

Цин Луна прошибла дрожь. Люди пьют и готовят из одной воды, где моются при том, что там завелась какая-то темная сущность.

— Люди, выйдете из воды! — крикнул Цин Лун, опустив мальчика на землю, и подбежал к реке. — Здесь опасно!..

Раздался первый вопль. Будто поняв, что сейчас добыча ускользает, неведомая тварь схватила всех тех, кто успел залезть в воду, и утащила на дно. Люди в панике начали кричать и убегать, втаптывая друг друга в грязь. Кто-то задел Цин Луна, повалив на землю. В панике, они беспощадно наступали прямо на него.

Бай Хуа растолкал толпу, поднимая грязного мужчину на ноги. Следом подбежал и ребенок. Он вцепился в длинные полы верхней одежды Цин Луна и спрятал лицо.

— Не бойся. Я в порядке. — Улыбнулся он, похлопав ребенка по спине, и скривился от боли в пояснице. — Бай Хуа, оставь меня, помоги людям. — Он указал на реку, куда только что утащило несколько человек.

Бог Земли без колебаний достал серп и нырнул под воду. Одним за другим, из-под воды стали выныривать люди, обмотанные черными прядями. Они с большими глазами выползали на берег и тряслись от страха. Цин Лун посадил ребенка на поваленную ветку подальше от воды, чтобы его не утащило неизвестное существо, и побежал помогать пострадавшим. Их тела были исцарапаны, кое-где видны следы зубов. Бай Хуа удалась спасти три старика, ребенка и женщину. Он вышел из воды, сжимая в руках почерневшую веревку, на конце которой был привязан большой булыжник и большими глазами смотрел на учителя.

— Эта тварь сбежала. — Он бросил веревку с камнем на берег. Цин Лун оставил пострадавших и подошел ближе. — Она была привязана к этому.

Юноша присел перед веревкой и взял толстый канат в руки. Догадка поразила раскатом грома. Он обернулся на нищих, что сидели на берегу и дрожали от страха — они только что пили и купались в отравленной воде. Они все живут на окраине, а доступная вода имеется только в колодцах на площади или в богатых домах, где проведен водопровод. Что до остальных, то им ближе обычная река. Так они и заразились скверной.

Цин Лун посмотрел на веревку, примотанную к камню — обычно это используют, чтобы тело не могло всплыть. А значит…

— Этих девушек никуда не пристраивали. — Хмуро бросил мужчина, откинув веревку. — Все это время они находились на дне реки. Течение не могло их унести из-за того, что они привязаны к камням. Их не упокоенные души страдали и требовали мести, от того они утаскивали в воду и пожирали людей.

Бай Хуа остолбенел от слов учителя. Он смотрел на веревку и камень, не в силах поверить в его слова.

— Но теперь одна из них свободна, а значит опасна. Бай Хуа. — Цин Лун поднял на ученика взгляд, вынув из рукава стопку бумажек с рунами упокоения. — Ты должен поднять со дна всех девушек и упокоить их души этим. А я займусь сбежавшим демоном.

— Ты уверен? — с сомнением спросил Бог Земли, взяв стопку талисманов. — У тебя нет оружия.

— Уверен. — Утвердительно кивнул он и подошел к ребенку. — Оставайся здесь и никуда не уходи — это слишком опасно! Я скоро вернусь, и мы отужинаем в таверне.

Мальчик растерянно кивнул, прижимая к груди потрепанную сумку с персиками. Учителю показалось, что ребенок стал крупнее, выше. Возможно, это влияния духовных фруктов — они восстанавливают жизненные силы, а так же физическую форму.

Мягко улыбнувшись, он поспешил в город. Куда еще могла пойти неспокойная душа, жаждущая мщения? Конечно к тому, кто ее убил. Или отдал приказ.

У дома главы Ди Шао царил хаос. Люди толпились у ворот, раздавались крики и вопли. Стражи никого не впускали, отбиваясь от толпы зевак, что собрались у ворот.

Цин Лун понял, что времени не остается. Или главу Ди убивают прямо сейчас, или уже убили. Хотя он не чувствовал к нему жалости и тем более не хотел спасать, но ему все еще нужно поймать демона.

Он с легкостью пушинки взобрался на стену, защищающую шикарный особняк главы и понесся в дом, откуда доносились крики. Внутри он увидел, как бездыханное тело Ди Шао опадает на пол перед грязной девушкой с ног до головы перепачканной в ил. На ее бледном лице застыла жажда убивать, глаза горели пламенем мести, а кулаки сжимались от желания кого-нибудь разорвать. У стен лежали окровавленные стражники и слуги, еще пару находились у ног демона, до конца сжимая клиники. В одном из них он узнал человека, что совсем недавно проводил их в поместье.

— Ты так быстро управилась с ними. — Хмыкнул Цин Лун, перешагнув через мертвеца. — На твоем месте, я бы не спешил и мучал их, наслаждаясь их стенаниями.

Девушка скривила синие губы, следя за учителем бездонными глазами, полными мрака. Она хотела утолить жажду мести и убить его, но в то же время, услышав эти слова, она сдержала первый порыв.

— Кто ты? — ее голос был похож на бульканье. — Зачем пришел?

Цин Лун отнял от истерзанных трупов взгляд и пригвоздил им девушку. Темные и глубокие, в них читалась опасность, смерть и бесконечные муки. Демон вздрогнул, от чего вода с ее платья крупными каплями разбилась о пол.

— Всего лишь проходил мимо. — Он нежно улыбнулся, но в сочетании с глазами, его улыбка превратилась в издевательскую ухмылку. Он сделал шаг ближе. — Ответь мне на один вопрос: зачем ты отравила простых людей? Тебя обидели не они.

— И они тоже! — демон переборол свой страх, встретившись с мертвыми глазами напротив. — Все они. Никто не возжелал помочь мне и сыну. Его убили на моих глазах, а следом и меня. Ты не представляешь, какого это, находится на дне реки и в последние секунды видеть, как жизнь покидает маленького ребенка, что ты носил под сердцем! Я только просила о помощи!!!

— Я понимаю тебя. Потому и не убил до сих пор. — Он развел руками, тем самым показав, что при нем нет никакого оружия. — Но мне надо спасти людей, как бы сильно ты не хотела их смерти.

По щекам девушки полились слезы, ее губы дрожали. Она плакала от обиды и жалости к самой себе. И от понимания, что незнакомец перед ней в какой-то степени прав. Пусть ее мертвое сердце жгло от боли, но многие жители и знать не знали, чем промышлял их глава. И не помогали по его приказу.

Она спрятала лицо в ладонях и громко заплакала. Цин Лун шагнул к ней, заключив в объятья и тихо утешал, гладя по волосам. С ней и правда обошлись слишком жестоко. Он прошел через подобное и понимал эту боль, но любовь к смертным пересиливала желание отпустить демона и закрыть глаза на ее месть.

Незаметно достав из рукава талисман упокоения, он прикрепил его к спине демона и активировал. Девушка в одночасье затихла и замерла на месте.

Взяв небольшую, искусно исписанную вазу с крышкой, он обратил демона в маленький огонек темной души и заточил внутри, наложив ряд охранных заклинаний.

С этим было покончено.

Глава Ди Шао познавший вкус власти пошел против закона. Он насиловал и убивал девушек, любил деньги и еду. Он достоин того, что с ним произошло. Приди Цин Лун раньше, когда глава еще был жив, то подождал, пока демон убьет его и только тогда упокоил душу.

Бай Хуа достал со дна реки девять тел девушек. Каждая умирала в муках под толщей воды, но ни одна не переродилась в демона, лишь последняя. И причиной тому стал тот, кого Бог Земли вытащил последним. Маленький труп младенца, крепко привязанного к камню. При виде этого несчастного дитя, его сердце полыхало от гнева. Он сам был готов разорвать Ди Шао на мелкие кусочки.

Его учитель вернулся, неся в руках дорогую вазу. На ее боку был листочек с руной упокоения. Он заточил беспокойную душу и усмирил ее, но лишь на время.

— Бай Хуа, — он поставил вазу на землю, обведя взглядом десять тел, некоторые из которых уже превратились в скелеты, — вот этот демон. Он больше не навредит. Его нужно очистить и отправить в иной мир.

— Спасибо за работу. — Бай Хуа поклонился и взял вазу. — Я все сделаю, учитель. Но нужно освободить остальных богов, если ты помнишь.

— Да, — Цин Лун замялся, перебирая пальцами одежду. — Кстати, об этом. Это будет не просто сделать. Люди не отпустят их. Придется снять защиту, чтобы они смогли уйти сами.

— И в чем проблема? — Бог Земли насторожился, почувствовав неладное.

К учителю подошел ребенок и взял его ладонь в свою крошечную руку. Цин Лун беспокойно сжал ее, подняв взгляд на ученика и тихо признался:

— В ней заточен Бугард. Сняв защиту, он тоже окажется на свободе.

Глава 5. Заточение

Бай Хуа низко поклонился, представ перед троном Верховного Бога. Тай У с интересом наблюдал за вазой в его руках и хмурил тонкие брови.

— Что ты мне принес? — спросил он, не в силах сдержать любопытство.

— Это для Бога Смерти. — Бай Хуа выпрямился. — Здесь заточен демон, что вредил Муншоу. Цин Лун поймал его и обезвредил.

— Так просто? — Тай У вопросительно изогнул бровь. — Он не ранен?

— Я не был тому свидетелем. — Бог Земли виновато опустил голову. — Но он не пожаловался на плохое самочувствие.

Тай У неожиданно для себя облегченно выдохнул и расслаблено устроился на троне.

— А что же остальные боги? Когда вы их освободите?

— С этим будут некоторые сложности. — Бай Хуа прикусил нижнюю губу, не зная, как лучше рассказать о заключенном в тюрьме демоне. — Видите ли, есть шанс освободить Бугарда.

Верховный Правитель окаменел от неожиданной новости. Он сел прямо и долго молчал, смотря куда-то вдаль.

— Я был уверен, что он сгинул. — Спустя долгое время прошептал Бог. — Неужели, с этим ничего нельзя сделать?

— Цин Лун как раз думает над этим. — Бай Хуа виновато опустил голову.

— Уверен, Бугард ослаб за столько лет и тебе не представит сложности справиться с ним. Так же, там будут и другие боги, верно? Чтобы не предпринял Учитель, нужно действовать быстро. Богам нельзя покидать Небеса так надолго, иначе они потеряют веру людей и ослабнут. Я лично передам демона Богу Смерти, — он спустился по белоснежным степеням и взял из рук бога вазу, — а ты поспеши обратно.

Бай Хуа поклонился на прощание и поспешил вернуться в Царство смертных.

На улицах снова было неспокойно. Вода очищена, тела схоронены, но люди по-прежнему отравлены. Размышляя над тем, как им быть, Бай Хуа застал нечто удивительное: Цин Лун стоял у дверей в лечебницу и торговал лапшой. Хотя нет, отдавал бесплатно…

— Лапша! Лапша! Кому лапшички?! — Кричал он, размахивая мисками. У его стола уже седело полсотни босых, грязных людей и ели ароматную лапшу. — Она исцелит вас от болезни — я это гарантирую!

— Учитель, — Бай Хуа подошел к столу, украдкой посмотрев на ребенка, что сидел рядом на ступенях и ел лапшу, — в схватке с демоном тебя точно не ранили? Вспомни, может она тебя по голове стукнула?

— Схватка была жестокой. — С улыбкой кивнул юноша, подав очередной старушки миску. — Но я невредим, как видишь.

— Вот именно. — Выдохнул бог, закатив глаза. — Не вижу. Что ты тут устроил? Решил кормить нищих, когда у самого в животе пусто?

— Бай Хуа, ты всегда был жаден, но я не думал, что это вырастет во что-то большее. — Цин Лун нахмурился, но в глубине его глаз по-прежнему плясали смешинки. — Не волнуйся, я ел. А лапша поможет тем, кто болен. И не только темной энергией демона реки. Не хочешь и ты отведать?

— Я хочу освободить остальных из темницы. Тай У спрашивает с меня, а мне нечего толком ответить. Не скажу же я, что ты избегаешь этого, как огонь воду?

— Я не избегаю. — Тоном обиженного ребенка отозвался он и передал очередную порцию лапши. — Но если кто-то из них захочет оторвать мне голову, сам будешь с этим разбираться. Я не так силен и мне не тягаться с ними.

— Но ты же сумел победить демона, а значит и отпор дать в силах! — Бог Земли жестом подозвал мальчика-лекаря и вручил ему миску лапши, вырвав ее из рук учителя. — Нам пора. Благодарим за помощь.

— Нет, это я вас благодарю. — Парень низко поклонилась. — От вашей еды все пациенты выздоровели. В чем же секрет?

— Просто, во время варки бульона я говорю ему нежности. — Улыбнулся Цин Лун и добавил: — А так же я сам собираю и готовлю специи.

— Ах. Понятно. Спасибо, молодой господин. — Парень еще два раза поклонился.

Учителю пришлось взять ребенка, помешав ему доесть со дна миски лапшу и пойти за Богом Земли. Бай Хуа не нравилось, что он постоянно таскает с собой смертного малыша. Он казался ему каким-то странным. Не говорит, смотрит лишь на Цин Луна, а если и переведет взгляд на Бай Хуа, то он становится пугающим. А главное, учитель не спешит найти его дом, будто хочет оставить подле себя и дальше звать его младшим братом.