Помоги проекту - поделись книгой:
Наконец ужин закончился, и сэр Чарльз появился из дверей дома. Вот он вышел на освещённую луной тропинку, но вдруг впереди появилась невероятных размеров собака со светящейся шерстью. Молодой человек завопил от ужаса, а оба сыщика буквально окаменели при виде этого чудовища с горящими как угли глазами. Придя в себя, они бросились наперерез собаке, но стоило им подбежать, как ужасный монстр остановился и завилял хвостом. А когда опомнившийся Чарльз тоже решился подойти поближе, собака даже лизнула ему руку. Теперь было видно, что это чудовище – всего лишь очень крупный дог, намазанный фосфорной краской, оттого он и светился во тьме, будто привидение. Даже язык у него сиял – видимо, пёс облизнул себе морду.
На шум прибежали Стэплтоны. Когда Джек приблизился, дог, радостно виляя хвостом, бросился к нему. Джек пытался отогнать его, но сколько он ни кричал «кыш!» и «брысь!», ничего не помогало: ясно было, что именно он – хозяин собаки.
– Ну вот дело и закрыто, – объявил довольный Шерлок Холмс.
– Как закрыто? – удивился его помощник. – Лично я ничего не понял...
– Это же элементарно, Ватсон, – улыбнулся великий детектив. – Стэплтон просто боялся, что Чарльз обидит его сестру. Зная легенду о собаке Баскервилей, а также то, что сэр Чарльз в неё верит, он решил испугать его, чтобы он держался подальше от девушки. Вот он и додумался выкрасить свою собаку светящейся краской, потом украл ботинок сэра Чарльза, чтобы пустить собаку по его следу, и написал угрожающее письмо.
Поняв, в чём дело, Чарльз Баскервиль обратился к Джеку Стэплтону:
– Друг мой, вы напрасно беспокоитесь. У меня самые честные намерения. Если Берил согласится стать моей женой, вы всегда будете у нас самым желанным гостем. Тем более что между нашими домами не такое уж большое расстояние, и теперь, когда мы знаем, что нет никакой собаки Баскервилей, мы сможем без страха ходить друг к другу в гости даже по ночам!
Все дружно рассмеялись, Джек и Чарльз пожали друг другу руки, а светящийся дог весело залаял.
ДРАКУЛА
Про графа Дракулу можно было сказать, что он в буквальном смысле не жив и не мёртв. Никто не мог в точности объяснить, как он очутился в таком странном положении, ведь со дня его первоначальной смерти минуло несколько веков. Ныне он проживал в огромном полуразвалившемся замке и в дневное время мирно спал в обшитом бархатом гробу. А когда солнце садилось граф оживал, подобно молодым людям из богатых семей, которые спят весь день и просыпаются лишь в конце дня, чтобы отправиться на танцы. Вот и граф, можно сказать, был настоящей «совой» и каждый вечер, накинув элегантный чёрный плащ, отправлялся в город, чтобы насладиться любимым напитком.
При этом он никогда не водил компании, и вообще во всей Трансильвании у него не было друзей. И это немудрено, ведь его любимым напитком была человеческая кровь, лучше всего – кровь красивой юной девушки. А как иначе, если граф Дракула был настоящим вампиром, и если ему, чего доброго, приходилось пропускать своё вечернее возлияние, бедняга немедленно слабел и ещё больше худел, словно из него выпускали воздух...
Но вот однажды он почувствовал, что трансильванская кровь ему надоела, и граф разнообразия ради отбыл в Англию. Кроме чемодана, он погрузил на корабль свой любимый гроб, а чтобы не тосковать по дому, прихватил немного земли родной Трансильвании. Никакой провизии он не взял и питался в пути кровью спящих моряков. Поэтому через несколько недель вся команда во главе с капитаном была до того истощена, что некому было править кораблём, так что Дракуле пришлось самому встать к штурвалу при входе в гавань.
В Англии он почувствовал себя как рыба в воде. Казалось, никто не замечал ни его длинных острых клыков, ни восковой бледности лица. Для всех он был заграничным аристократом, правда, несколько странным, но вполне приятным в общении. Потому его постоянно приглашали на балы, вечеринки и банкеты. Граф охотно принимал приглашения, но на всех застольях ему не хватало излюбленного питья, которое ему пока что приходилось добывать где попало.
И вот на одной из вечеринок он обратил внимание на прелестную юную Люси, девушку с румяными щеками и нежной кожей. Когда она отправилась домой, граф проследил за ней и залез через окно в её спальню. Подойдя к спящей, он склонился над ней, слегка прикусил её шею, вдоволь напился крови и покинул дом раньше, чем взошло солнце.
Поутру девушка проснулась, но была так слаба, что даже не смогла подняться с постели. Её осмотрели врачи, прописали лекарства и усиленное питание, но ни микстуры, ни бифштексы не помогали, поскольку Дракула приходил каждую ночь за своей кровавой данью. А ведь это могло привести к тому, что девушка тоже станет вампиром, и вместе они удвоят число жертв!
Так бы и случилось, но, к счастью, однажды утром доктор Ван Хельсинг, семейный врач, осматривая больную, заметил на её шее две небольшие красные точки и сразу догадался – это следы зубов вампира! А эти существа назойливы как комары – сами нипочём не отвяжутся. Так что доктор вместе с домашними и друзьями Люси договорились выследить кровопийцу.
Вокруг её кровати развесили связки чеснока, запах которого вампиры, как известно, не переносят. Той же ночью ничего не подозревающий Дракула снова влез в окно и направился к кровати девушки, но, вдохнув чесночный запах, злодей вскрикнул и, шатаясь, заковылял к дверям. А за ними его ожидала разгневанная семья Люси в полном составе, да ещё вместе с друзьями.
– Твоим злодеяниям пришёл конец! – воскликнула мать девушки.
Всё ещё не придя в себя, вампир упал на колени и залился слезами.
– Нет существа несчастнее меня! – плакал он. – Как это страшно – быть полуживым, полумёртвым... Если бы возможно было остановиться и перестать пить чужую кровь, я бы сделал это не задумываясь. Мне ничего не нужно, лишь бы упокоиться с миром. Но для этого надо освободиться от проклятия, а сам я этого сделать не могу. Уж лучше бы кто-нибудь убил меня, но ведь это не так легко...
В самом деле, все знали, что убить вампира можно только проткнув его сердце осиновым колом, но никто из присутствующих не решался этого сделать – уж больно жалко выглядел бедный кровопийца. И доктору Ван Хельсингу пришла в голову необычная мысль:
– Послушайте, граф, а вам не приходило в голову, почему такие, как вы, днём скрываются, а выходят на улицу только по ночам?
Дракула удивлённо взглянул на него. А ведь и в самом деле, став вампиром, он больше никогда не видел солнечного света...
– Возможно, я боюсь обгореть? – неуверенно спросил он.
– Хуже, – ответил доктор, – вы боитесь, что растаете, как снег! А вдруг это не так?
– Ну что ж, – вздохнул граф, – хуже, чем сейчас, мне всё равно не будет, а небольшой загар моему лицу не повредит...
Поднявшись на ноги, он вышел на балкон и стал терпеливо ждать рассвета. И только лишь первые лучи коснулись его, как он растворился в воздухе, словно туманное облачко при дуновении ветерка. И с тех пор о нём больше никто не слыхал, хотя без него некоторым лондонским вечеринкам стало недоставать чего-то необычного. Зато его историю помнят до сих пор и рассказывают каждый на свой лад.
ЛЕТУЧИЙ ГОЛЛАНДЕЦ
Эта история началась в самом опасном и бурном месте океана возле мыса Доброй Надежды, названного так отважными и никогда не унывающими моряками. Как-то раз один норвежский корабль попал здесь в ужасный шторм. Ночное небо светилось от молний, словно днём, гигантские волны швыряли судно, словно ореховую скорлупу. Капитан корабля по имени Даланд приказал править к берегу. Матросам с огромным трудом удалось бросить якорь метрах в ста от суши. На шлюпках они добрались до берега, обессиленные повалились на песок и уснули мёртвым сном. Вдруг ночную тишину пронзил крик: «Корабль!» Разбуженный Даланд вскочил на ноги.
– Это невозможно! – воскликнул он. – Никто не удержится на плаву в такую бурю!
Но корабль действительно возвышался над волнами на виду у всех, сияя зелёным свечением, видным за много миль. «Не иначе – корабль-призрак!» – подумал капитан.
Так и есть – вскоре к берегу причалила спасательная шлюпка, а в ней – несколько матросов-призраков. Командовал ими широкоплечий моряк с измождённым лицом, который с поклоном представился капитану Даланду:
– Меня называют Летучим Голландцем. Я видел больше штормов, чем кто-либо другой, но в самый страшный из них я не стал причаливать к берегу, и мой корабль разбился об эти скалы.
Призрак рассказал, что, когда он был ещё жив, его корабль попал в страшный шторм в этих водах. Вместо того чтобы попробовать найти бухту и переждать бурю, он упрямо вёл судно прежним курсом, надеясь проскочить мыс, – торопился доставить золото, которым был заполнен трюм. В результате и корабль, и золото пошли на дно.
С трудом сдерживая слёзы, несчастный призрак продолжил:
– В наказание за безрассудное упрямство мой дух вынужден скитаться по самым бурным морям на всех широтах. Раз в семь лет ему дозволено сходить на берег в облике живого, чтобы найти девушку, которая согласится стать его женой. Если таковая найдётся, моё проклятие будет снято и я снова обрету земную жизнь.
Хорошо зная легенду о Летучем Голландце, Даланд подумал, что неплохо было бы достать затонувшее золото и что его дочь Сента могла бы стать невестой призрачного капитана – надо только устроить их встречу!
Между тем в далёкой Норвегии очаровательная Сента пряла шерсть в своём доме вместе со старенькой тётушкой. И вот зимним вечером, когда они сидели перед камином, раздался стук в дверь. Девушка пошла открывать и, увидев отца, радостно бросилась ему на шею. Но, увидев позади него бледного и сумрачного мужчину, она в смущении отступила.
– Не бойся, милая, и позволь представить тебе твоего будущего мужа.
Сента была потрясена – как мог отец решать судьбу любимой дочери без её согласия? А узнав, за кого её выдают замуж, она пришла в ужас. Но, поговорив с незнакомцем и выслушав его историю, она прониклась к нему сочувствием, а после долгой беседы с ним поняла, что он не только храбр, но и умён, благороден, честен и вполне достоин быть её мужем. Девушка дала своё согласие, и день свадьбы был назначен. Все были счастливы – Летучий Голландец покинет свой призрачный корабль, Сента отпразднует весёлую свадьбу, а капитан Даланд станет богаче, чем сам король. Не рад был только Эрик, молодой охотник, влюблённый в Сенту. Узнав, что у неё появился жених, он явился к нему с обнажённым мечом, чтобы вызвать его на поединок. Но Летучий Голландец только рассмеялся в ответ:
– Даже если ты проткнёшь меня насквозь, я ничего не почувствую.
Тогда юноша решил поступить иначе. Когда капитан устроил праздник по случаю помолвки дочери, он снова явился и, пока жених обсуждал с будущим тестем детали предстоящей свадьбы, подошёл к Сенте.
– Потанцуешь со мной в последний раз? – предложил Эрик.
Девушка согласилась, но когда Летучий Голландец увидел свою невесту в чужих объятиях, то пришёл в ярость – в его времена было не принято так вести себя. Произошла неприятная сцена, в разгар которой призрак вдруг бесследно исчез.
– Он, наверное, вернулся на свой корабль, – догадался Даланд.
Сента ахнула, выбежала из дома и бросилась в гавань. И каково же было её отчаяние, когда она увидела отплывающий из гавани светящийся корабль-призрак.
– Умоляю, вернись! – кричала она с берега, но ответа не последовало. Тогда девушка бросилась в ледяную воду и поплыла вслед за удаляющимся кораблём. Увидев это, Летучий Голландец понял, что она в самом деле любит его, и тоже прыгнул в море. А когда их руки соприкоснулись, проклятие утратило свою силу и призрак снова стал человеком. От радости он чуть было не лишился чувств и мог бы утонуть, но тут подоспел капитан, вплавь последовавший за своей дочерью. Втроём они добрались до причала, а потом и до своего дома, где смогли обсохнуть и согреться с помощью тёплых пледов и горячего настоя. А вскоре состоялась свадьба.
Юный Эрик тоже нашёл себе девушку, которая полюбила его, и на этой свадьбе он первым пожелал Сенте и бывшему Летучему Голландцу долгих счастливых лет.
ПОРТРЕТ ДОРИАНА ГРЕЯ
Уже с самого раннего детства Дориан Грей изумлял всех своей красотой. Во время каждой прогулки с няней прохожие на каждом шагу восхищались прелестным ребёнком. В школе всякий раз, когда его собирались наказать за очередную шалость, мальчику достаточно было вскинуть на учителя свои очаровательные глаза и лукаво улыбнуться – и суровая кара мгновенно заменялась лёгким упрёком и пожеланием вести себя получше.
Окончив школу и став обходительным молодым франтом, он приобрёл успех в высших светских кругах викторианского Лондона. Стоило ему появиться, как все взгляды дружно обращались в его сторону. Неудивительно, что вскоре его самомнение настолько возросло, что он уже считал себя чуть ли не полубогом, которому позволено всё.
Однажды его друг, живописец Бэзил Холлуорд, предложил написать его портрет, и Дориан охотно согласился.
– Думаю, лучшей модели тебе не найти, – самодовольно улыбнулся он.
После того как картина была закончена, художник взглянул на неё и, довольный своей работой, сказал:
– Когда ты состаришься и красота твоя померкнет, этот портрет будет напоминать тебе, каким ты был в молодости.
Хотя будущее мало беспокоило Дориана, всё же он вздохнул и произнёс:
– Увы, с годами красота действительно уходит. Вот если бы мой портрет старел вместо меня...
И по какому-то волшебству его желание исполнилось – собственная внешность Дориана с этих пор оставалось неизменной, а лицо на холсте постоянно менялось, причём не только от времени, но и в зависимости от поступков изображённого на нём. Оно не просто старело, но и становилось всё более уродливым после того, как Грей совершал какую-нибудь подлость или злодейство, а он поступал так всё чаще.
Он показывал портрет каждому гостю, но заметив изменения, решил, что всё дело в плохих красках, и убрал его на чердак, а вместо него повесил зеркало, которое неизменно радовало его своим отражением.
Годы шли, все вокруг старели и умирали, один лишь Дориан Грей оставался юным и неотразимо прекрасным. Он менял причёски, а портрет тем временем седел и лысел. Он проводил время в гулянках и застольях, а его нарисованное лицо прорезали морщины. Пока он объедался дорогими лакомствами и сладостями, кожа на щеках портрета покрывалась прыщами, а под глазами повисали тёмные мешки. Когда он покупал роскошные костюмы и дорогие украшения, портрет хмурился, а после его мерзких поступков лицо на холсте искажала злобная гримаса.
В него влюблялись девушки, но Дориан бессовестно мучил и унижал их. Со временем от него отвернулись все друзья и знакомые, к тому же он растратил все свои деньги, и никто не захотел помочь ему. Дошло до того, что ему не на что было купить дров. В поисках какой-нибудь старой мебели, чтобы растопить камин, он забрёл на чердак – и наткнулся на покрытую пылью и затянутую паутиной картину. Грей взглянул на неё... Чёрт возьми, это же его портрет! Но что с ним произошло?
Потрясённый Дориан завернул картину в одеяло и со всех ног бросился к своему другу Бэзилу Холлуорду, тому самому, который много лет назад запечатлел его на холсте. Дверь ему открыл незнакомый седой джентльмен.
– Дориан, дружище, да ты совсем не изменился! – воскликнул незнакомец.
– Б… Бэзил? – заикаясь, пробормотал Грей, не веря своим глазам. – Прости, я тебя не узнал.
– Что ж, все стареют. правда, кроме тебя, как я вижу, – усмехнулся художник, пропуская его в дверь.
Пройдя в мастерскую, Дориан развернул одеяло и показал своему другу портрет. Художник потёр подбородок и сказал:
– Помнишь, ты загадал желание, чтобы портрет старел вместо тебя? Так вот, он не просто состарился, но и превратился в зеркало твоей души.
Дориан в ужасе отшатнулся.
– Но если так, то значит, то в душе я... мерзкий урод?
Бэзил кивнул в ответ.
– Друг мой, я полагаю, человек должен заботиться о своём внутреннем мире, а не о внешности. Красота даётся и проходит, а доброта и любовь к ближнему приходят и остаются...
Вернувшись домой, Дориан собрал всё, что у него осталось от прежней жизни – костюмы, шляпы, часы – и продал их старьёвщику, а деньги раздал нищим. И с этих пор он уже никогда не любовался своим отражением в зеркале и старался быть добрым ко всем знакомым и незнакомым. Правда, со временем у него появились морщины и седина, но его это ни капли не расстроило – зато у него снова появились друзья и новые знакомые, полюбившие его за доброту. А портрет чудесным образом помолодел и больше не менялся, временами напоминая Дориану Грею о том, как он был когда-то красив и глуп.
ПРЕДВОДИТЕЛЬ ВОЛКОВ
В одной горной деревушке жил сапожник по имени Тибо. В детстве отец устроил его в школу, надеясь, что, выучившись, сын станет врачом или адвокатом. Но это были профессии для богатых, и хотя мальчик отлично учился, ему пришлось заняться сапожным ремеслом.
Как-то раз, сидя перед своим убогим домишкой на краю леса и прибивая подмётку, он вслух пожаловался самому себе:
– Как это несправедливо, что я с моим умом и знаниями вынужден шить обувь и чинить рваные подошвы! Мне скорее подошла бы работа пером и чернилами...
Внезапно на дорогу выскочил прекрасный олень и, оглянувшись, бросился в лес. За ним гнался барон Жан де Вез, владелец здешних земель. Придержав коня возле сапожника, он соскочил с седла.
– Видел оленя? Куда он побежал?
Тибо любил зверей, а барона, наоборот, терпеть не мог. Он знал, что ему нужна оленья голова с великолепными ветвистыми рогами, чтобы украсить ею стену в своём охотничьем зале. И он продолжал стучать молотком с таким видом, будто ничего не слышал.
– Не прикидывайся глухим! – в ярости закричал барон. – Ты что, забыл, что мне принадлежит весь этот лес вместе с твоей жалкой развалюхой? Отвечай немедленно, в какую сторону поскакал олень!
Сапожник хотел ответить ему в том же духе, но, увы, барон был прав – он здесь хозяин. Потому Тибо просто солгал ему:
– Кажется, туда, – ответил он, махнув рукой в противоположную сторону.
Де Вез вскочил в седло, пришпорил коня и ускакал прочь. А Тибо продолжил работу и до самого вечера орудовал молотком и шилом, бормоча под нос о своей несчастной судьбе.
И вот взошла полная луна. Вдруг из леса выскочил огромный волк – вернее, вышел, потому что он передвигался на двух ногах.
– На что жалуешься? – спросил зверь человеческим голосом.
Но ошеломлённый сапожник потерял дар речи, и волк понимающе кивнул.
– Да, я оборотень – волком становлюсь только в полнолуние, когда наступает полночь. Это, кстати, не так уж сложно...
Немного успокоившись, Тибо вдруг подумал: а неплохо бы и ему научиться превращаться в зверя, тогда он мог бы неузнанным сурово разыграть барона.
И тогда он взмолился:
– Прошу тебя, подскажи, как мне стать оборотнем?
– Говорю же, это очень просто – надо лишь сказать: «О, прекрасная луна, повелительница ночного неба, пусть я стану волком, когда ты будешь во всей своей полноте!»
Не теряя времени, сапожник поднял глаза на луну, повторил за волком это заклинание – и в тот же миг уши его покрылись шерстью и заострились, позади вырос толстый хвост, а морда вытянулась и наполнилась длинными и острыми зубами.
Теперь поскорей найти барона! Волчье чутьё помогло ему – де Вез по-прежнему выслеживал оленя. Тибо под стерёг его и вскочил перед всадником, заставив коня шарахнуться в сторону. Барон вылетел из седла и в ужасе бросился бежать. Ему было уже не до оленя – лишь бы как можно скорее добежать до замка, влезть под одеяло и побыстрее заснуть.
Однако Тибо не дал ему успокоиться – он собрал целую стаю волков, которые подняли такой жуткий вой под окнами спальни всемогущего хозяина, что тот до самого утра не сомкнул глаз. А утомлённый оборотень уснул прямо в саду замка, и, когда проснулся, солнце уже взошло, и он снова превратился в человека. Мало того – над ним угрожающе возвышался разгневанный барон.
– Значит, это ты не давал мне спать всю ночь? – гремел он. – Не знаю, как тебе удалось изобразить волчий вой, да мне это и не важно – знаю только, что теперь тебя ждёт не одна ночь в подземелье моего замка...
Бедный сапожник бросился на колени, умоляя простить ему неуместную шалость, но барон был непреклонен. В это время по саду прогуливалась его дочь. Услышав этот разговор, она подбежала и вступилась за несчастного бедняка:
– Папа, я не знаю, кто он и в чём провинился, но ведь каждый заслуживает жалости и сострадания, не правда ли?
И дворянин, который всё-таки не был законченным злодеем и к тому же очень любил свою дочь, сменил гнев на милость и отпустил сапожника с миром. Но с тех пор Тибо не мог забыть о своей прелестной спасительнице. Он старался почаще появляться возле замка, ища любой повод для встречи с девушкой. Со временем они подружились, а когда она поняла, что он умён, образован и, несмотря на простое происхождение, благороден, полюбила его. Они решили тайно обвенчаться, но тут возникло затруднение: назначенный день свадьбы приходился как раз на полнолуние, и каково же будет юной невесте, когда, обмениваясь кольцами с женихом, она обнаружит, что держит в руке волчью лапу оборотня?!
К счастью, за день до свадьбы к нему явился тот самый волк, который научил его превращаться, и Тибо рассказал ему обо всём.
– Теперь я жалею о своём неразумном желании, – раскаивался он. – Умоляю тебя, помоги мне освободиться от заклятия!
Поделиться книгой: