Помоги проекту - поделись книгой:
Еще один кивок.
– Идите домой, – произнес он. – Встретимся позже. Думаю, мне стоит навестить спичечную фабрику и поговорить кое с кем по душам.
Я хотела спросить, почему он принимает участие в моей запутанной жизни, но не стала этого делать. Лишь покрепче сжала руку Рори, после чего мы с братом пошли.
А что еще мне оставалось делать?!
Придя в себя, Госсип кое-как поднялся на ноги, затем, покряхтывая, доковылял до шкафа в углу кабинета. Распахнув дверцу, трясущимися руками достал початую бутылку бренди и бокал.
Спина все еще болела, но куда больше его беспокоило то, что он не мог потрогать ушибленное место – руки не доставали. Это раздражало Госсипа даже сильнее, чем бардак в кабинете и… неудовлетворенное эго.
А ведь та девка была чудо как хороша! Красивее всех, кто побывал в его кабинете за последние пару лет. И как он только раньше ее не замечал?
Да и как она посмела ему отказать?!
Поморщившись, Госсип опрокинул в себя стакан, после чего зычным голосом покликал секретаршу. Вскоре та серой мышкой проскользнула в его кабинет из смежной комнаты и растерянно уставилась на погром.
– Господин Госсип, что здесь произошло? – чуть ли не плача спросила она. – С вами все в порядке?
– Все нормально, но пришли кого-нибудь здесь убрать, – приказал он, кивнув на осколкиграфина и перевернутые столик и пепельницу. – И вот еще, мне нужно знать, кто только что был в моем кабинете. Сходи к миссис Торнтон, пусть назовет тебе имя и ее адрес.
– Все сделаю, господин Госсип!
– Заодно раздобудь мне бутылку бренди. – Потому что он как раз допил то, что оставалось на дне. – Исключительно в лечебных целях! Видишь же, что натворила эта сумасшедшая? Вот в каких условиях мне приходится работать! Чокнутая девица вышла из себя, принялась угрожать, затем поломала мебель и ударила меня…
Секретарша сочувственно покивала, но Госсип не увидел на ее лице следов сожаления. Она знала о том, что время от времени происходило в его кабинете. Но молчала, опасаясь потерять место, а ему было все равно.
– Вон! – приказал ей равнодушным голосом, после чего плюхнулся на софу.
Поморщился – ушибленная спина давала о себе знать. Закурил, принявшись стряхивать пепел на ковер, размышляя о том, что сделает с той девицей.
Адрес вскоре у него будет, поэтому он возьмет пару охранников и заявится к ней уже эти вечером. Нет, предъявлять обвинение и сажать ее в тюрьму он не станет, слишком уж хороша! Но ей долго придется отрабатывать то, что она натворила.
И мысли его посетили самые что ни на есть приятные.
Внезапно Госсип краем глаза заметил какое-то движение. В кабинете за долю секунды что-то изменилось, хотя он не услышал ни единого звука.
Он неверяще отшатнулся, прислонившись болящим местом к спинке софы, потому что… перед ним стоял высокий темноволосый парень. Явно из голодранцев из Сели – об этом говорил его расхристанный вид.
Сам же Госсип, пусть и родился в Сели, но не так давно перебрался на Акулий Остров. Купил себе дом, перевез жену, любовнице снял квартирку побольше, но, конечно же, на другой стороне реки, а детей устроил в лучшие академии Ровейны.
Жизнь потекла по самому что ни на есть приятному руслу – с небольшими развлечениями в его кабинете, – но ровно до тех пор, пока он не получил графином по спине.
А теперь еще этот голодранец в распахнутом пальто – и как он только сюда попал через закрытую-то дверь?
– Кто ты такой?! – рявкнул управляющий
– Это ты – Госсип? – ленивым голосом поинтересовался тот, не спеша отвечать на вопрос.
– Допустим! Но для тебя я – господин Георг Госсип. А теперь пошел прочь! – ледяным голосом произнес управляющий. – У меня здесь не проходной двор. Запишись на прием, и, возможно, для тебя даже найдется время в следующем году.
Но вместо того, чтобы убраться восвояси, голодранец достал из-за пазухи кинжал, и Госсип подскочил на ноги.
– Что тебе нужно?! Собираешься меня ограбить?! Ну что же, попробуй, здесь все равно ничего нет!
– Я пришел не из-за твоих денег, – качнул тот головой.
– Тогда зачем ты явился?! Охрана! Сюда, на помощь!..
– Они не придут, – отозвался парень, хотя они пришли.
В дверь с другой стороны постучали, затем принялись трясти ручку и спрашивать, что случилось, но открыть дверь так и не смогли.
– Говорю же, это бесполезно, – произнес парень.
Руки его внезапно стали наливаться огнем, и вскоре тот потек с острия кинжала.
– Ты… Ты – Отступник! – в полнейшем ужасе произнес Госсип. – Инквизиция! Сюда, скорее! Спасите меня!
– Это так не работает, – усмехнулся тот. – Говорю же, бесполезно! Никто не придет тебе на помощь, Госсип!
– Что ты от меня хочешь?! Денег? Я все отдам!
– Мне не нужны твои деньги.
– Тогда зачем ты явился? Ты пришел за моей душой?!
– Думаешь, кому-то нужна эта похотливая гниль? Нет же, все будет совсем по-другому!
– Как именно?! Что ты собираешься со мной сделать?! И за что?! Я ни в чем не виноват!
Вместо ответа отступник начертил перед собой огненный прямоугольник, выковырнул середину, после чего… толкнул пылающую в воздухе фигуру в сторону Госсипа.
Тот попытался увернуться, но не смог. Закричал дурным голосом, но его засосало в черную дыру, и в кабинете остался только Отступник.
Философски начертил еще один огненный прямоугольник и открыл для себя очередную дыру. Вскоре исчез и он, после чего в кабинет ворвалась охрана.
Но обнаружили лишь два почерневших пятна на ковре, словно от неосторожно сброшенного на пол пепла от сигары.
Управляющий и его посетитель пропали без следа.
Госсип выдохнул с явным облегчением – слава Богам Ровейны, он все еще был жив!
Открыл глаза и почти сразу зажмурился, потому что в первую секунду ему показалось, будто бы он очутился… в аду.
Впрочем, вскоре выяснилось, что никакой это не ад, хотя было довольно похоже.
Госсип стоял по колено в горячем песке, а вместо дьявольского пламени над его головой огромным раскаленным шаром висело солнце.
Жарило оно нещадно, в легкие попадал горячий воздух, а вокруг, куда ни погляди, разбегались рыжие барханы – аж до самого горизонта.
Внезапно Госсип заметил, как по одному из них вдалеке брел караван верблюдов.
Он захрипел, протягивая к ним руку.
Госсип не понимал ровным счетом ничего. Кроме того, что встретил Отступника в своем кабинете, и тот каким-то невероятным, магическим образом отправил его… куда-то!
Но куда?!
Где он?! И как найти дорогу домой?
Этого Госсип не знал. Подвывая от ужаса и чувствуя, как пот заливает лицо, он побрел за верблюдами. Время от времени пытался позвать на помощь, размахивал руками и умолял, чтобы караван остановился.
Но его никто не замечал.
Вскоре верблюды растворились за очередным барханом, словно они ему почудились. Но Госсип упрямо продолжал идти, а потом и ползти в ту сторону, в которой исчез караван.
Когда он преодолел очередной бархан, перед этим скинув с себя почти всю одежду и оставшись лишь в штанах, сорочке и сапогах, то увидел свое спасение.
Вдалеке раскинулся огромный город, обнесенный крепостными стенами из светлого песчаника, с золотыми куполами храмов и башнями минаретов.
Еще дальше за городом синела бесконечная морская гладь.
В голове у Госсипа что-то щелкнуло, и он вспомнил картинку из школьного учебника.
Сомнений не оставалось – перед ним лежала Медрина, столица Солифакса, далекого южного королевства, раскинувшегося на краю пустыни за несколько тысяч километров от заснеженной Ровейны.
Глава 5
С деньгами, конечно, надо было что-то решать, и я, немного подумав, это сделала.
Напрягла воображение, прикидывая в голове карту Ровейны, после чего вполне уверенно привела Рори на стихийный рынок возле пока еще закрытого катка господина Брамса.
Купила брату за один цент сдобную булочку, потому что тот принялся ныть, что хочет домой, после чего потащила его по рядам. Сперва приценивалась, затем принялась отчаянно торговаться.
Наконец, сторговала для нас целую тележку березовых дров за два фартинга – решила, что миссис Ванроуз пока еще нас не выселила, а мерзнуть два оставшихся до оплаты аренды дня я не собиралась. Заодно договорилась, что эти дрова доставят прямиком до дома.
Да-да, здесь совсем близко, я покажу дорогу!
Сын продавца даже занес мою покупку на третий этаж, хотя ему пришлось спускаться и подниматься несколько раз (несмотря на то, что мы с Рори ему помогали). И сделал он это бесплатно – за призрачную надежду встретить меня на катке господина Брамса этим вечером.
Решив, что деньги нам с братом еще пригодятся, а надеждой рассчитаться значительно дешевле, я все же ее дала… Заодно подумала: как жаль, что этой самой надеждой нельзя расплатиться с миссис Ванроуз, я бы не отказалась!
Вместо этого, скинув зимнюю одежду, со вздохом положила оставшиеся десять с мелочью фартингов в синий кошелек. Засадила брата за школьное чтение – сказала, что меня это успокаивает, так что пусть читает, да погроме и с выражением! – а сама принялась за домашние дела.
Времени до выхода из дома по направлению к Акульему Острову оставалось чуть больше двух часов, поэтому я растопила до сих пор теплую печь, затем, вымесив тесто, поставила выпекаться в короб хлеб, а сама занялась супом.
Заодно решила, что проявлю большую благодарность магу, который меня вылечил и сделал это совершенно бесплатно. Именно поэтому отнесу ему суп и половинку горячего хлеба.
Человек – даже если он маг – после двух суток на работе, наверное, будет рад теплой пище.
Тут в дверь постучали, и я заметно напряглась.
Отлично помнила излишне «любезного» управляющего спичечной фабрики, которого я огрела графином по спине, а затем наябедничала на него Отступнику. Я понятия не имела, что из всего этого вышло, поэтому мне стало тревожно.
Немного подумав, а заодно прихватив с собой железную кочергу, все же отправилась открывать. Но оказалось, в гости к нам пришла Ким-Ли.
Я обрадовалась ее визиту, хотя немного опасалась, как все пройдет. Брата чудесным образом мне удалось ввести в заблуждение, и Рори думал, что я и есть его настоящая сестра. Возможно, немного странная после болезни, но со временем это пройдет, и я стану прежней.
Миссис Ванроуз не считала меня за человека, а вот с близкой подругой мне стоило держать ухо востро. Вдруг она заподозрит, что со мной – то есть с Риной Одридж – что-то не так?
С другой стороны, даже если Ким-Ли это и поймет, что она может мне сделать? Вряд ли сдаст в психиатрическую лечебницу – кому я нужна, бедная девица из Сели?
К тому же я успела прижиться не только в этом теле, но и в этом мире, так что доказать мою невменяемость будет довольно сложно.
Оставалось только нажаловаться местной инквизиции. Сказать им, что в Рину Одридж вселился демон в моем лице, пусть проверят!
Только жаловаться на меня Ким-Ли не спешила. Вместо этого скинула парку и теплые сапоги, затем потрепала Рори по голове, разрешив тому больше не читать, а заняться своими игрушками.
Сказала, что пришла тетя Ким-Ли, так что ему все можно.
После этого уселась за стол и с удовольствием отведала лепешку с вареньем, запивая ее теплым чаем.
– Ну и как все прошло на фабрике? – спросила у меня.
– Двенадцать фартингов с мелочью, – призналась ей. – Из них осталось десять. Пришлось купить дрова, иначе мы бы с Рори замерзли.
– А что я тебе говорила! – кивнула она. – Зря ты только время потратила. Еще и едва не умерла.
– Угу, – сказала ей.
Фасолевый суп как раз был готов, и на вкус вышло вполне неплохо, несмотря на то, что в этом доме не оказалось специй. Я принялась прикидывать, куда перелить часть, которую собиралась отнести магу.
– Что ты собираешься делать? – Ким-Ли не спускала с меня глаз.
Поделиться книгой: