Наследники таинственной виллы

Из комнаты Леона доносились голоса. Дверь была приоткрыта, и Бенно просто толкнул её. На ковре сидели не только Матс и Леон, но и Элоди. Я даже остановилась на секунду. Мне до сих пор было непривычно, что Элоди проводит с нами столько времени. Каждую свободную минуту они с Леоном держались за руки, хихикали без причины и говорили друг другу всякие глупости.

– Люци! – радостно воскликнул Матс, увидев меня в дверях позади Бенно. – У нас есть новости!

Влюблённые голубки тоже повернулись к нам, и мы с Бенно уселись на ковёр.

На коленях у Элоди лежал старинный пергамент, а Матс повернул ко мне экран своего ноутбука.

– Ты не поверишь! С помощью старых бумаг Элоди мы отыскали множество возможных сентифлёров.

Я подвинулась ближе к Матсу и посмотрела на список фамилий.

– Как их много! – воскликнул Бенно, посмотрев на экран.

– И давно вы этим занимаетесь? – уточнила я.

– Почти неделю, – ответил Матс. – Я хотел показать тебе этот список, когда у нас появятся результаты. Фамилий действительно много. Тут куча работы.

Так вот над чем Матс с Леоном так упорно трудились ночами. Я пробежала глазами по бесчисленным именам.

– Неужели это всё сентифлёры? – удивилась я.

– Мы не знаем точно, но шансы велики, – ответила Элоди. – Эти люди разбросаны по всему миру.

– Но... как? – пробормотала я, подыскивая слова. – Откуда у вас так неожиданно появились эти имена?

Леон хлопнул в ладоши:

– Список был составлен к турниру в Англии. Но сейчас он находится у Эдгара. К счастью, после турнира у Элоди осталась целая гора записей. А я вспомнил про генеалогические схемы, которые видел в Париже. Вместе мы сопоставили разные документы и упорядочили имена. – Леон с восхищением посмотрел на свою новую подружку.

Я заметила на щеках Элоди лёгкий румянец.

– Ты действительно считаешь, что современных сентифлёров можно найти на генеалогических древах высокородных? – спросила я Элоди.

Она кивнула и развернула пергамент.

– Но тут, например, нет Эллы, – заметила я.

– Вообще-то она здесь есть. – Элоди провела пальцем вдоль одной из линий и ещё больше развернула генеалогическое древо, указав на ветвь фамилии Фредериксов. Имени Эллы здесь не оказалось, но не было никаких сомнений, что речь идёт именно о её семье.

Меня раздражала сама мысль, что талантом сентифлёра могут владеть только высокородные. Это просто... глупо! Но я не стала ничего говорить вслух. Сейчас было намного важнее выяснить, кто эти сентифлёры, а их происхождение не имело значения.

– Если мы отдадим список Бонски или Виллему, смогут ли они опередить Эдгара и найти сентифлёров раньше его? – спросила я друзей. – Нужно предупредить их об опасности.

– Именно в этом и заключается наш план, – сказал Леон.

Бенно дёрнул его за руку:

– А что с родителями Эллы? Бонски с Виллемом по-прежнему их ищут?

Леон шутливо толкнул Бенно в бок:

– Уже нашли. Родители Эллы давно вернулись из прошлого. К счастью, Элла совсем недолго жила у бабушки. Теперь Бонски и Виллем ищут семью Рафаэля. Для этого они взяли у Даана новый флакон.

– Верно, – подтвердила Элоди. – С помощью записной книжки Эдгара и «Пара оракула» я определила, где могут находиться родители Рафаэля. Бонски с Виллемом уже отправились в прошлое и разыскивают их там. Наверняка они скоро приведут их домой.

Бенно снова наклонился над генеалогическим древом, делая вид, будто может прочесть имена.

– Но большинство «вечных» всё ещё застряли в прошлом, – вздохнула я. – Как и многие высокородные. – Я посмотрела на Элоди, и она опустила глаза.

Мы обе знали, кого я имела в виду. Её отец Сирелл де Ришмон по-прежнему был в плену.

– Всему своё время. – Элоди заставила себя улыбнуться. – Мы не можем одновременно позаботиться обо всех. Сначала надо спасти Рафаэля и его семью, а потом займёмся Эдгаром. – Она показала на список предполагаемых сентифлёров. – А после этого...

– Разыщем твоего отца и тех, кого Эдгар загнал в прошлое, – договорил за неё Леон.

Элоди свернула пергамент и, подняв голову, посмотрела мне прямо в глаза:

– Кстати, у меня появилась догадка о том, в каком времени может находиться Рафаэль.

В комнате повисла тишина.

Наконец все воскликнули в один голос:

– В каком?

– И как ты догадалась? – добавила я.

– С помощью записной книжки Эдгара, – тихо проговорила Элоди.

– Ты снова погружалась в его мысли в одиночку? – резко спросила я. – Элоди, зачем ты это делаешь?

Она вскинула руки:

– Не стоит за меня переживать! Это не так уж опасно.

Я судорожно глотнула воздух:

– Не так уж опасно?! Ты что, бессмертная?!

От одной мысли, что я буду одна погружаться в мир тёмных чувств Эдгара, мне становилось не по себе. Его записная книжка была тесно связана с его сознанием и памятью, ведь он много лет вёл в ней записи. Эдгар наверняка даже не подозревал, как близко мы подходили к нему. С помощью его блокнота мы могли узнавать о его прошлых поступках и планах. Нужно было лишь найти в себе силы, чтобы пройти через тёмный слой. Я никогда не забуду, как в первый раз я едва не задохнулась и вынырнула оттуда только с помощью Элоди. Как же она может так рисковать?

– Я делаю это не в первый раз, Люди, – напомнила Элоди. – И всегда выхожу оттуда. Но сегодня утром я нашла то, чего прежде не замечала. Эдгар выдал себя в воспоминании, которое пряталось в его тёмном слое.

– Так где же Рафаэль? Скажи наконец! – нетерпеливо воскликнул Матс.

– Думаю, он в начале прошлого века, примерно в 1903 году, в каком-то уединённом месте. Оно похоже на мрачный лес, но Эдгар привязан к нему. Он чувствует себя там в безопасности. И это место как- то связано с его матерью. Там, среди леса, далеко от города, стоит одинокая хижина. В ней он и оставил Рафаэля. Одного.

– Ты рассказала об этом Виллему и Бонски? – спросил Леон.

Элоди покачала головой:

– Пока нет. Я обнаружила это лишь вчера, они уже ушли.

Я украдкой покосилась на Бенно. Бедный Рафаэль! Ведь он ненамного старше моего маленького брата. Ему лет семь или восемь.

– Но что это за хижина? И как с этим связана Хелена? – задумчиво протянула я.

– Ты уже обсуждала это с Дааном? – спросил Матс Элоди. – Что он сказал?

– Что нам рано переходить к активным действиям, – неохотно ответила Элоди. – Он заявил, что вилла «Эви» ещё недостаточно защищена. Ему нужно несколько дней, чтобы приготовить более сильные ароматы.

Я тяжело вздохнула:

– Раз мы знаем, где Эдгар держит Рафаэля, мы не должны оставлять его там.

– Это всего лишь моё предположение, – прошептала Элоди.

– Всё равно это лучше, чем ничего. – Матс поднялся на ноги. – Люди права. Надо вызволить Рафаэля из плена! – Он подал мне руку, и я схватилась за неё.

– Тогда вам понадобятся волшебные ароматы, – вздохнула Элоди. – Они находятся в моей комнате.

– Вперёд! – скомандовал Леон, и мы все вместе вышли из дома Янсенов. Я понимала, что Даан будет ужасно недоволен, но мы были настроены решительно.

Глава 5

Ещё издалека я увидела полного невысокого мужчину, беседовавшего с Ханной возле двери. Не успела я сообразить, кто это, как Ханна помахала нам рукой:

– Ребята, наконец-то! Идите сюда скорее!

Элоди удивлённо покосилась на меня, и мы ускорили шаг. Чем ближе мы подходили, тем сильнее я ощущала волнение Ханны.

Лишь когда мы подошли совсем близко, я узнала мужчину. Это был селекционер Фридрих Блюм! Мы с Бенно познакомились с ним не так давно. Он так же, как Виллем и Даан, принадлежал к «вечным». А его оранжерея была гораздо больше нашей, и в ней росли только редкие растения. Блюм когда-то работал вместе с Дааном и десятки лет поставлял растительное сырьё в аптеку ароматов.

– Здравствуйте, господин Блюм! – поздоровалась я, и Фридрих кивнул в ответ. Меня поразило его лицо – озабоченное, в красных пятнах от волнения.

Ханна схватила меня за рукав и взволнованно прошептала:

– К Фридриху в оранжерею кто-то забрался!

Меня тут же охватило сильное беспокойство.

– В это невозможно поверить, ведь Даан снабдил меня защитными ароматами, но всё-таки вчера ночью это действительно случилось, – сказал Фридрих и судорожно сглотнул. – Это был Эдгар. Он похитил чёрный цветок перемен.

Мы с Элоди в ужасе переглянулись. Разумеется, я сразу поняла, что это означает. Цветок перемен нужен для приготовления «Бездушной смерти». Матс с Леоном тоже помрачнели. Только Бенно озадаченно хлопал глазами.

– Это был единственный цветок перемен? – прошептала я.

Фридрих кивнул:

– Увы, это так. Бесценное сокровище.

Он не преувеличивал. Вырастить цветок перемен было невероятно трудно. Кроме Даана и Фридриха, это ещё никому не удавалось.

– Мне нужно срочно поговорить с Дааном! – заявил Фридрих. – Он должен узнать об этом.

Ханна повернулась к Элоди:

– Милая моя, будь так любезна, скажи господину де Брейну, чтобы он пришёл к нам как можно скорее. Мы будем ждать его в гостиной. Ты ведь знаешь, где его искать?

– Да, я быстро, – отозвалась Элоди и поспешила к оранжерее.

Леон хотел пойти с ней, но Элоди даже не посмотрела на него. Тяжело вздохнув, он прошёл вместе с остальными в гостиную Ханны.

Я внимательно следила за Фридрихом Блюмом. В прошлый раз, когда мы посетили его с Ханной, он устроил нам впечатляющую экскурсию по своей оранжерее. Особенно мне запомнился момент, когда я впервые увидела чёрный цветок перемен. Я сразу поняла, что он обладает невиданной силой.

Ханна ещё не успела приготовить чай, как дверь распахнулась и на пороге появился Даан.

– Как это могло произойти, Фридрих?! – громко воскликнул он. – Как Эдгару это удалось?!

– Если бы я только знал! – всплеснул руками Блюм. – Невероятно, но он как-то сумел проделать дыру в защитном барьере. Очевидно, мы его недооценили.

Даан рухнул на диван рядом со своим другом и покачал головой, а тот продолжил рассказ о событиях в его оранжерее.

– Нам надо вызволить Рафаэля, – перебил его через некоторое время Матс.

Даан раздражённо взглянул на него:

– Разве ты не слышал, мой мальчик? Эдгар...

– Украл чёрный цветок перемен. Я знаю. – Матс был полон решимости. – Теперь у Эдгара есть всё для того, чтобы приготовить «Бездушную смерть». А значит, Рафаэлю не просто угрожает величайшая опасность. Скорее всего, именно он будет создавать этот аромат.

В гостиной повисло молчание. Бенно нервно ёрзал рядом со мной в кресле.

– По-моему, Матс прав! – вдруг воскликнул он.

Даан нахмурился:

– Да, Эдгар добрался до цветка, но это ещё не всё, что требуется для изготовления «Бездушной смерти». У него нет метеоритного порошка. А получить его он может только у нас. – Старый ароматекарь потёр лоб. – К сожалению, аптека ароматов пока ещё недостаточно защищена, поэтому нам нельзя оставлять её без присмотра. Если Эдгар пробрался в оранжерею Фридриха, то можно не сомневаться, что рано или поздно он попытается проникнуть на виллу «Эви». Именно поэтому нам нужно принять дополнительные меры и приготовить ещё больше защитных ароматов. Неужели это не ясно?!

Я опустила голову. Если мы будем делать новые защитные ароматы, у нас скоро вообще не останется метеоритного порошка и Эдгару будет нечего красть. А мы больше никогда не сможем приготовить новые магические ароматы.

– Всё равно! – Матс сжал кулаки и решительно посмотрел на Даана. Он так волновался, что даже немного дрожал. – Мы не можем оставить Рафаэля в плену. Тем более теперь мы знаем, где Эдгар его держит!

– Обещаю вам: мы позаботимся о Рафаэле и освободим его, – заверил нас Даан. – Но нам нельзя предпринимать поспешных шагов. Рафаэлю мы этим не поможем. Наоборот, мы поставим всех сентифлёров в ещё более трудное положение. Вы слышите? Сейчас у нас нет права на ошибку! – С этими словами ароматекарь встал и окинул всех нас строгим взглядом.

Мы послушно кивнули.

– Будет нелегко, но я не сомневаюсь, что у нас всё получится. – Даан попрощался с нами и кивнул Фридриху, позвав его с собой. – Я отведу тебя в мой плавучий дом. Ты ведь долго добирался досюда, тебе нужно отдохнуть... – Дверь захлопнулась, и мы не услышали окончания фразы.