Черный октябрь

— Вряд ли это у вас получится, — скептично проговорил шейх. — В Эфиопию не так-то просто попасть.

— Ничего, — самоуверенно возразил ему Дуглас. — Для того, чтобы найти их лабораторию, нам понадобится всего одна точечная операция.

— Хм… Наскоком вы рискуете вообще ничего не получить. Документы легко уничтожить. Ну, а люди, которые хоть что-то знают, предпочтут умереть, но ничего вам не рассказать.

— Я думаю, вы всё несколько усложняете. У нас большие возможности и, уж поверьте, мы сумеем ими правильно воспользоваться. Кроме того: человек слаб! Если не сработает подкуп, то сработают угрозы. Мы отыщем и рецепты, и их носителей, и саму лабораторию.

— Ну что же, — чуть грустно хмыкнул шейх Кувейта, великолепно зная методы, которые применяли представители Туманного Альбиона, — хотелось бы пожелать вам успеха.

— И вам… — не остался в долгу Дуглас.

* * *

Примерно в это же время итальянец Луиджи Ступидо вернулся из Зимбабве и теперь околачивал груши в своём офисе в порту Массауи. Луиджи вполне заслуженно считал свою миссию выполненной, ведь акция по устранению действующих лидеров Зимбабве прошла как по нотам. Подтверждала это и телеграмма от бывшего министра обороны Родезии, в которой говорилось, что его условия приняты. Полученная информация сразу же запустила скрытые механизмы, и наёмники Чёрного отряда начали готовиться к походу. Да и не только наёмники, но и руководство всей операцией тоже, хотя Мамба так пока и не назначил никого на это место. Приедет — назначит.

Но Ступидо и сам бы не отказался поучаствовать во всей этой заварушке. Надоело ему выступать всего лишь в роли номинального лица частной военной компании. Причём раньше он как-то не задумывался о своей значимости. Но сейчас ему об этом намекнули его новые друзья-мафиози, что занимались доставкой вооружения в Эритрею.

Оружие давно пришло и уже даже направилось в полевые лагеря и на военные базы, а вот некоторые мафиози задержались в Эфиопии. Осталось их немного… Но, тем не менее, они быстро смекнули, что здесь буквально поле непаханое для разного рода деятельности. Деньги можно делать буквально из воздуха! И мафиози начали создавать сеть фирм самого разного назначения.

Фирмы в основном были мелкие и чаще всего однодневки, чем действующие на постоянной основе. Зато их представители активно пытались проникнуть во все сферы общественной жизни и наладить тесные контакты с чиновниками и военными. Это оказалось совсем непросто… Но дон распорядился, и мафиози завертелись волчком.

Пользуясь щедрыми клановыми «инвестициями», итальянцы, не скупясь, подкупали местных чиновников, чем выбивали себе льготные условия для бизнеса и не только. Со временем вышли они и на Ступидо.

Его горячие соотечественники, похожие друг на друга напористостью и пользующиеся поддержкой своего клана, понадеялись, что смогут влиять на нужные им сферы. И Ступидо отводилась роль чуть ли не первого помощника, особенно учитывая его статус формального главы ЧВК.

— Луиджи, — однажды проговорился его новый друг Гильярмо, — нас для того и прислали сюда, чтобы помочь тебе навести порядок в ЧВК.

— Но я всего лишь номинальный руководитель! Никем не командую, и мне никто не подчиняется. Я — обычный клерк, выполняющий возложенную на него задачу. Сказали: надо съездить. Я съездил и передал, что было велено. Тем более, я — белый, а они все — чёрные, — возразил Ступидо, не желая брать на себя больше, чем мог бы унести.

— Ерунда! Вспомни нашу поговорку: хорошо танцует тот, кому Фортуна подыгрывает! Так уж и быть: роль Фортуны я возьму на себя и научу тебя, как надо подминать под себя негров. Брат, они используют тебя в своих целях, но и ты можешь извлечь из этого выгоду.

— Нет, я не хочу, — артачился Луиджи, не совсем понимая: чего тот добивается. — Однажды меня буквально с того света вернул их чёрный хозяин. Если бы не он, то я бы уже давно спился и валялся в придорожной канаве.

— Да брось ты! — гангстер явно попытался свети на «нет» все заслуги Мамбы. — Не валялся бы ты нигде! Ты сам всё смог, ты — молодец! Похоже, чёрный просто обманул тебя, удачно воспользовавшись случаем. А кстати, кто он такой вообще?

— Не знаю точно… Вроде бывший военный. Все называют его полковником.

— Полковником? Гм, а его имя или фамилию ты слышал?

— Нет, один раз вроде промелькнуло «Бинго». Но я так и не понял: это его имя, фамилия или прозвище.

— Ну, уже кое-что… Ладно, будь с нами на связи. Вот тебе деньги. Здесь тысяча долларов. Надеюсь, эта солидная сумма придётся тебе как нельзя кстати.

— Денег много не бывает, Гильярмо! — обрадовался Ступидо, довольно осклабившись.

— Согласен, — кивнул Гильярмо, подумав: «Ну, ты и лох! Это же просто дар Богов — нарваться на такого придурка!». Однако, панибратски хлопнув Луиджи по плечу, вслух сказал: — Ты для начала передай нам список: сколько всего людей в ЧВК? Кто командиры? И какое есть вооружение? Ну, и так далее. За это мы заплатим тебе, скажем, десять тысяч долларов. Устроит?

— Устроит! Но только за информацию о вооружении и примерном количестве солдат. Ко всему остальному у меня просто нет доступа.

— Ну, хорошо, пусть так, — внешне покладисто согласился гангстер. — Расскажи-ка пока поподробнее, чем ты вообще занимаешься?

Но Луиджи вдруг решил поторговаться:

— А вот это будет стоить очень дорого!

— Мы заплатим, ты не волнуйся…

— Вот когда заплатите, тогда и расскажу, — неожиданно обрезал разговор Ступидо, внезапно испугавшись собственной откровенности.

— Ладно… Давай, через пару дней встретимся. Я принесу тебе ещё денег и ещё поговорим.

На это предложение Ступидо лишь пожал плечами и, попрощавшись, отправился восвояси. Конечно, как и все, Луиджи опасался за свою жизнь. Но мафиози уже плотно сотрудничали с правительством Эфиопии, и разногласий между ними вроде не наблюдалось. Поэтому-то их представитель и не считал нужным скрываться от земляка. А у Луиджи просто-напросто сработал старый пиетет перед мафиози. Ну, и чувство землячества.

Луиджи так до конца и не понял, на что он подписался. Дурак — он и в Африке дурак. Да и фамилия Ступидо переводится с итальянского вполне соответствующе: «глупец». Бывший пропойца даже не подозревал: он уже давно и прочно находился под колпаком! И за ним постоянно следили, а, по возможности, и подслушивали. Ступидо слишком многого не знал, за что впоследствии и поплатился.

Но ему так хотелось уехать обратно в Италию! Скрыться там и от чёрных, и от самой Африки, которая до смерти ему надоела. Хотелось пожить для себя. Может, ещё раз жениться, родить детей и дожить остаток жизни на Родине, в кругу своих родственников и благодарных потомков. Но такое радужное будущее «светило» ему только при одном раскладе: если он станет богатым. Причём настолько обеспеченным, что сможет надёжно защитить свой тыл и платить тем, кто будет его прикрывать.

«Ладно, — думал Ступидо. — Я дам им нужную информацию и подниму денег. А за это гангстеры помогут мне скрыться.». Приняв такое решение, Луиджи абсолютно уверовал в правильность своего выбора. Да и никакой особой информацией он, собственно говоря, всё равно не располагал. Ну, а невинные просьбы соотечественника о составе и численности наёмников попросту списал на здоровое любопытство мафиози, решающих: стоит ли связываться с Чёрным отрядом или нет?

Ни о поездке в Зимбабве, ни о своей миссии там Ступидо никому толком не рассказывал. Но на всякий случай уже давно продумал, как отмазаться общими словами, не вникая в нюансы и подробности, если ему вдруг придётся поделиться с кем-то этой информацией. Он же не совсем дурак⁈

Так думал Ступидо, но совсем не так думали об этом другие.

Едва стало известно о том, что итальянец собирает дополнительную информацию о Чёрном отряде, об этом сразу же доложили Абале Негашу. Именно он непосредственно курировал деятельность Чёрного отряда, пока Мамба был в отъезде.

— То есть он работает на обе стороны и доносит обо всём мафиози? — уточнил у докладчика Негаш.

— Да, но он с ними и прежде встречался. Правда, по делам. Просто сейчас в окружении Луиджи появился очень странный тип с рожей прирождённого убийцы, и теперь постоянно трётся возле него. Ну, а Ступидо в свою очередь слишком резко стал проявлять чрезмерное любопытство. Раньше за ним такого не наблюдалось. Боюсь, он уже выдал многое из того, что знал.

— Да⁈ Зря он так… Жаль, конечно, с ним расставаться: он был весьма удобной ширмой. Но если ширма перестала выполнять своё предназначение, то какой от неё толк? Убрать его! Траваните обоих. И желательно это сделать так, чтобы другим стало неповадно. Выберите кафе помноголюдней, чтобы никто ничего не заподозрил. А после этого вышвырните всех итальянцев из Эритреи, обвинив их же в отравлении и сведении счётов между собой. Тем более в последнее время они слишком уж мутят воду, пытаясь подкупить эфиопских чиновников и получить разного рода преференции. Выявить всех провокаторов и подстрекателей! А если кто будет сопротивляться — расстрелять на месте!

— Сделаем! — с полной готовностью хищно улыбнулся исполнитель.

— Сделайте, — кивнул Негаш, — и сделайте хорошо.

Следующая встреча двух итальянцев состоялась в уютном кафе, куда их в первую очередь завлекла хорошая кухня. Ну, и, разумеется, не последнюю роль сыграло приглашение его радушного хозяина. Встреча эта оказалась последней. Впрочем, каждый успел получить то, что хотел: Ступидо деньги, а гангстер информацию. Однако ни тот, ни другой так и не смогли воспользоваться полученными благами.

Оставшихся мафиози отыскали и вскоре выслали из страны. Никто из них и не собирался оказывать какое бы то ни было сопротивление. Особенно глядя на фото отравленного шефа, запечатлевшее его мучительный предсмертный оскал. Труп им тоже не выдали, ограничившись лишь фотографией и сославшись на проведение внутреннего расследования. На том всё и закончилось. Ноту итальянского посла приняли к сведению и аккуратно подшили в папочку с аналогичными документами, чтобы тут же забыть о ней.

Глава 4

Теневые игры

Несколько министров Франции или, если таковым было некогда, их заместителей собралось на очередное внеплановое заседание правительства. Здесь же присутствовали представители министерства обороны и спецслужб, а также представитель министерства здравоохранения. Заседание происходило в большом кабинете одного из правительственных зданий, что прятались на окраине Парижа, стоящего над катакомбами. Внизу покоились скелеты прошлых веков, а наверху тем временем решали: следует ли вытаскивать из шкафов нынешние «скелеты» или лучше пока обождать?

Заседание являлось полуофициальным. И обсуждались на нём довольно щекотливые вопросы по Африке, выделенные из общего протокола для решения в особом порядке. Здесь же присутствовал и командир Иностранного легиона.

— Месье, — начал председатель этого небольшого собрания, — все мы сегодня собрались здесь, дабы рассмотреть некоторые, имеющие для нас принципиальное значение вопросы и вынести по ним решения. От этих решений зависит вся дальнейшая политика, касающаяся наших заморских территорий. В последнее время они в серьёзной опасности! И это положение дел надо срочно исправлять. Благодаря усилиям всех министерств и ведомств Франции, получены новые сведения о положении дел в Африке, а также подготовлены кадры, которые готовы решить возникшие проблемы. Признаться, это обошлось нам довольно дорого, но и на карту поставлено слишком многое! Все, я надеюсь, уже в курсе того, что наша военная база в Джибути фактически оказалась в осаде. Несмотря на поистине титанические усилия французской дипломатии, афары не идут ни на какие уступки. Так, месье Лавуазье?

— Так, — с готовностью подтвердил его слова представитель МИДа Франции, сидящий слева от председательствующего.

— Ну, так вот, — продолжил выступающий, — с теми, кто готов пойти на уступки, отныне в Эфиопии расправляются быстро и жестоко. Репрессиями занимаются эмиссары Чёрного отряда, который вроде бы совсем недавно появился на свет, но уже приобрёл всем известную репутацию. И этих эфиопов, что подчиняются не центральному правительству Эфиопии, а один Аллах ведает кому, боятся больше, чем нас.

— Там не только эфиопы, — внезапно встрял командир Иностранного легиона. — В этом отряде есть и сомалийцы, и афары, и эритрейцы, и ещё куча всяких местных придурков. Короче, собрали весь сброд с Африканского рога и окрестностей.

— Да, но не в этом суть. Суть в том, что мы почти полностью потеряли своё влияние в Джибути и контроль над Баб-эль-Мандебским проливом. Но и это ещё не всё! В ближайшем будущем мы рискуем потерять и другие наши территории. Сейчас из-за них идёт скрытое противостояние с американцами и англичанами. В частности, в Эфиопии активно действует эмиссар американцев Якоб Джейбс. Кто лоббирует интересы англичан, мы пока не выяснили, но, несомненно, эмиссары есть и у них. Между тем, этот самый Якоб Джейбс, который в своё время активно занимался поставками оружия в Эфиопию, сейчас ушёл в тень. Цели его деятельности ясны не до конца, и он пока не имеет достаточного влияния на эфиопов, но в будущем возможно всё. Выявлены на Африканском роге и другие люди, находящиеся там с похожими целями. Кто-то хочет что-то добавить? Может, у присутствующих есть не озвученная мной дополнительная информация или вопросы?

— У меня есть! — ответствовал Лавуазье.

— Прошу вас!

— По-моему, американцы сами не знают, как задействовать этого Джейбса и других, отправленных в Африку с аналогичными целями! Они считают всех негров слишком непредсказуемыми и потому не способны контролировать ситуацию. Янки просто ждут дальнейшего (и желательно стихийного) развития событий, становясь над схваткой и поддерживая наиболее удобного, с их точки зрения, игрока. Недавно с их молчаливого согласия из Германии в Эфиопию была отправлена огромная партия различного оружия. Причём больше половины этого вооружения эфиопы оплатили незамедлительно! И вопрос: откуда эта нищая страна взяла такие деньжищи⁈

— А что именно они купили? — тут же заинтересовался командир иностранного легиона.

На этот вопрос ответил уже представитель министерства обороны Франции месье Лаваз:

— Бронетехнику. Танков как таковых купили немного, в основном приобрели старые бронетранспортёры. Зато взяли много стрелкового оружия и орудий. Выгребли зачем-то все «Шилки» и другие зенитки. Ну, и миномёты с огромным количеством боеприпасов.

— Они применяют тактику быстрых передвижений, — отозвался легионер, беря на заметку новую информацию. — Да и не нужны в Африке танки, её удел множество лёгкой бронетехники.

— Но и это ещё не всё, — продолжил Лавуазье, — в Эфиопию по контракту уехало порядка двух тысяч бывших военнослужащих национальной армии ГДР. И судя по нашим данным: это только начало. Наши аналитики допускают, что вскоре туда же отправится ещё порядка пяти тысяч человек.

— То есть эфиопы готовятся к обширным боевым действиям?

— Несомненно.

— Интересно: и с кем же они собираются воевать?

— По-видимому с Сомали? — предположил представитель минобороны.

— Нет, — председательствующий отрицательно мотнул головой. — Сомали и так уже практически под контролем дружественных эфиопам войск. Оно вот-вот падёт, и мы с удивлением обнаружим, что весь Африканский рог, включая территорию Джибути, Эритреи и той же Сомали, окажется под управлением Эфиопии. Хм… Я слышал, будто они даже подумывают над названием для своей конфедерации. Так что вскоре вся их агрессия и усиленные немецкими наёмниками войска (а я не удивлюсь, если к ним в ближайшем будущем присоединятся и русские) обрушатся на центр Африки. Весь вопрос состоит только в том: куда именно они нацелят свой основной удар? На Заир, ЦАР, Кению, Судан или Мозамбик? Об этом мы пока, к сожалению, ничего не знаем. Если на Кению (чему я буду несказанно удивлён), то наши территории успеют подготовиться к их вторжению. Однако если они подадутся в ЦАР, то мне трудно что-либо советовать нашему президенту, кроме открытых боестолкновений. А вот тут следует учесть, что воевать с опытными и дисциплинированными немецкими офицерами совсем непросто.

— Да почти невозможно! — вновь встрял командир Иностранного легиона. — Немцы, не имея огромных ресурсов и подготовленных солдат, гоняли англичан как во время первой, так и во время второй мировой войны. Просто поразительно, что негры под их руководством оказались гораздо более лучшими солдатами, чем те же англичане, не говоря уже об итальянцах. Мы, конечно, привлечём крупные силы, но…

— По линии министерства обороны будут стянуты вооружённые силы всех подконтрольных нам в Африке стран. Плюс не стоит забывать о добровольцах и наёмниках из Марокко и Туниса. К тому же мы по полной задействуем авиацию.

— Теперь мне понятно, зачем эфиопы закупили столько зениток, — пробормотал Лавуазье.

— Вы хотите сказать, что наше возможное противодействие настолько предсказуемо⁈

— Нет-нет! Да как вы могли такое подумать! — вроде бы искренне воскликнул Лавуазье, пряча за улыбкой завуалированную усмешку.

В небольшую перепалку тут же вмешался Лаваз, выдав дополнительную информацию:

— К вашему сведению эфиопы приобрели ещё и комплексы «Стрела» советского производства. И я осмелюсь предположить, что тот же Якоб Джейбс поставил им несколько десятков стингеров. Ну, а пара сотен китайских аналогов стрелы у них припасено ещё со времён захвата китайского сухогруза.

— Есть какие-то конкретные предложения? — спросил у него председательствующий.

— Точечные операции, — как само собой разумеющееся, тут же ответил представитель министерства обороны. — И как можно быстрее! Мы должны действовать на опережение. Но перед этим необходимо выявить всех главарей Чёрного отряда с последующим их уничтожением или перевербовкой.

— Короче, надо начинать торг и организовывать череду заказных убийств?

— Да! Но не забывать и о подготовке к операции.

— У итальянцев ничего не вышло, — меланхолично заметил командир легионеров. — Их самих недавно помножили на ноль.

— Как это⁉

— Мафиози поначалу просто помогали переправить оружие из Германии в Эфиопию, но потом в свойственной им манере решили начать вербовку местных. Эфиопы это быстро обнаружили. Двоих тут же отправили к праотцам, а всех остальных в два счёта выслали из страны. Ноту посла, насколько я знаю, вежливо оставили без внимания.

— Да, это так, — отозвался Лавуазье.

— Интересно, — хмыкнул Лаваз, — а я и не знал. Видимо действительно пора принимать жёсткие меры!

— А вот для этого пока нет никакого, даже формального повода: Эфиопия ни на кого не нападает. И явные доказательства того, что собирается это сделать, у нас отсутствуют.

— А как же Джибути? Мы его уже почти потеряли!

— Пока мы ведём переговоры, не всё ещё потеряно. По всей видимости придётся договариваться с Эфиопией напрямую. А параллельно, как и предлагал представитель министерства обороны, продолжать узнавать любую информацию и готовить спецоперацию.

— Мы уже понесли репутационные потери и лишились значительной части наёмников и французских военнослужащих. Надо нанести ракетный удар с моря, — предложил Лавуазье.

— Расстояние слишком большое, не достанут, — тут же отринул его предложение легионер.

— Тогда вывалить на них авиационные бомбы.

— А на это у них есть переносные зенитные комплексы и Шилки, — напомнил Лаваз.

— Может, задействовать высотные бомбардировщики?

— Разброс слишком велик. Это всё равно, что стрелять из пушки по воробьям.

Председательствующий некоторое время с интересом слушал перепалку, пока не решил, что с него достаточно.

— Месье, для начала всем нам просто необходимо принять информацию к сведению. Чтобы затем разработать и подготовить несколько вариантов решения проблемы, после чего представить их к рассмотрению и сообща найти выход из создавшейся ситуации, — подытожил он. — Но итоговое решение в любом случае остаётся за президентом. И не забывайте: главное сейчас — это дипломатия! Всё дальнейшее уже зависит от развития событий. Вполне возможно, что в случае появления реальной угрозы подконтрольным нам странам нам придётся экстренно создавать коалиционные войска из африканцев. Надеюсь, я ошибаюсь! И никаких имперских амбиций у руководства Эфиопии нет. Хотя, честно говоря, у меня складывается впечатление, что мы не знаем имена тех, кто в действительности принимает все ответственные решения. Единственное исключение — это министр МЧС и бывший министр обороны. Последний недавно попал в аварию… И очень уж подозрительно своевременно попал: ведь именно тогда с ним пытались наладить контакт. Причём с разных сторон: как с нашей, так и с английской. Но…

— Вероятно, у эфиопов хорошо работает тайная полиция, — предположил командир легионеров. — Примитивно, но весьма действенно.

— Да, они не размениваются на мелочи вроде проведения ареста или какого-либо расследования, а сразу принимают кардинальные решения, — поддержал его Лавуазье и от души воскликнул: — Дикари!

Все хмыкнули, великолепно зная, как сами французы решают подобные проблемы. И до их методов этим «дикарям» ещё ой как далеко! Им ещё учиться и учиться. Председательствующий оглядел всех присутствующих, внимательно рассматривая каждого и силясь прочитать их мысли. Затем вздохнул и продолжил:

— А теперь я бы хотел остановиться на ещё одном серьёзном вопросе, от решения которого тоже зависит очень многое. Этот вопрос касается фармации. Да-да, — увидев удивлённые взгляды большинства своих коллег, усмехнулся он. — У эфиопов есть ещё одно довольно мощное «оружие». Дело в том, что на основе каких-то древних рецептов они создали удивительные лекарства, способные избавить практически от всех известных болезней. Эти лекарства в ходу уже несколько лет. Правда, знает о них очень ограниченный круг лиц. Родственников главы фармацевтической фирмы, что их производит, мы вывезли из Джибути, откуда он родом. И впоследствии через целый ряд стран переправили в Кот-д-Ивуар. Сейчас они надёжно охраняются, находясь в качестве заложников. Но сам этот Фарах Рабле находится в тайной лаборатории, расположенной где-то на границе с Суданом.

— Координаты лаборатории известны? — спросил представитель минобороны месье Лаваз.

— Да, но весьма приблизительные. Поэтому разработать и выполнить операцию по её захвату или похищению Рабле будет весьма проблематично. К тому же на него нацелились не мы одни: у нас есть конкуренты. Но нам доподлинно известно, что точными рецептами интересующих нас лекарств реально владеет буквально пара человек. Вряд ли больше, но на переговоры никто из них не идёт. Мы бы давно уничтожили заложников, но пока даже не изыскали возможности лично уведомить этого Фараха Рабле об их незавидной участи. Должен же он иметь хоть какое-то представление о последствиях своего отказа контактировать с нами? По имеющимся данным информация до него вроде бы дошла, но ничего так и не изменилось. Его увезли в тайную лабораторию и, судя по всему, держат там чуть ли не под арестом. А ведь эти лекарства могут принести миллиарды долларов! Главы фармацевтических компаний Франции уже все уши прожужжали нашему президенту, настаивая на поиске рецептуры этих редких лекарственных средств. И, насколько я знаю, что-то подобное происходит и в Англии. Тем более, что королева не так уж молода, но жить и царствовать на благо Великобритании желала бы как можно дольше.

— Возможно, нам следует договориться с англичанами и объединить свои усилия в этом направлении? — выразил общее мнение Лавуазье.