Оружие разрушения

– Ладно-ладно. Я только хотел сказать, что этот ножичек должен быть изъят как улика.

Римо тут же отвел клинок в сторону.

– Извини. Нашли его мы.

– Эй, мне же придется написать, что вы препятствовали официальному расследованию.

– Ради Бога, – отмахнулся Римо и вновь поднес клинок к глазам.

Мелвис не удержался и тоже стал рассматривать необычное оружие.

– Так вы считаете, кто-то срезал парню голову этой вот штукой?

– Похоже на то.

– То есть нож перерезал шею, а потом пробил стенку?

– Вероятно.

– В таком случае почему на нем нет даже зазубрины?

– Интересный вопрос, – хмыкнул Римо.

Действительно, на черном лезвии не было ни единой царапины.

– Ладно, тогда сначала объясните мне, как он попал в кабину?

– Пролетел через переднее стекло.

– Но стекло только треснуло, а не разбилось.

– Этого нам не объяснить, – признал Чиун.

– Но тогда ваша версия трещит по швам!

– Такова жизнь, – пожал плечами Римо.

– Да уж, – согласился с товарищем Чиун.

Мелвис с сомнением посмотрел на обоих.

– Для чиновников министерства вы больно четко работаете.

– Еще увидимся, – бросил в ответ Римо.

– Хорошо. Может, я сам вас найду, – откликнулся Мелвис Каппер и нахлобучил на голову панаму.

Глава 13

В самолете Римо задал мастеру Синанджу вопрос, который давно уже вертелся у него на языке:

– Что мы скажем Смиту?

– Правду, – лаконично ответил Чиун.

Такого ответа ученик не ожидал, поэтому изумленно воскликнул:

– Всю правду?!

– Конечно, нет.

– Тогда какую часть мы опустим?

– Главную.

– А именно?

– Историю рода. Она не предназначена для ушей Императора.

– Значит, расскажем ему, что странствующий самурай...

– Ронин.

– ...устраивает все эти катастрофы? Чтобы он принимал свои меры против ронина?

– Он – Император. Да направит нас его мудрость.

Римо нажал кнопку на подлокотнике кресла, и спинка откинулась назад.

– Не успокоюсь, пока не услышу, что он скажет.

* * *

Короткий черный клинок лег на стеклянную поверхность стола Харолда У. Смита.

За окном яркими бликами поблескивала в предвечернем солнце вода Лонг-Айлендского пролива. На небе не было ни облачка.

У меча, как заметил глава КЮРЕ, оказалась точеная рукоятка из слоновой кости.

Смит достал из нагрудного кармана своего серого пиджака светло-серый носовой платок и неожиданно уронил его, другой рукой поворачивая клинок. Платок упал как раз на лезвие. Смит слегка потянул за оказавшиеся по обе стороны края, и льняная ткань с негромким треском разошлась.

– Настоящий катана, – объявил Смит.

Римо удивленно поднял на него глаза:

– Откуда вы знаете? Потому что лезвие острое?

– Разумеется. После войны я жил в оккупированной Японии.

Чиун смерил ученика презрительным взглядом, словно хотел сказать: Почему он разбирается в таких вещах, а ты – нет?

Римо равнодушно пожал плечами:

– Он разрезал заднюю стенку кабины машиниста и попал в двигатель. Я с трудом извлек его оттуда.

– Не верю.

– Почему?

– Если бы клинок побывал внутри двигателя, его бы здорово покорежило. А скорее всего сталь просто бы расплавилась.

– Я доложил вам, Смитти, как было дело, – с нажимом заявил Римо.

– Мы нашли, – поправил его мастер Синанджу.

– Да. Есть и еще кое-что.

Глава КЮРЕ положил клинок на стол и выжидающе взглянул на Римо.

– Начинайте вы, – предложил тот Чиуну.

Теперь серые глаза Смита внимательно смотрели на старика.

Мастер Синанджу застыл перед ним в своей излюбленной позе – скрестив руки на груди и спрятав ладони в рукавах кимоно.

– То, о чем я собираюсь поведать вам, о Император, может поразить вас.

– Не надо предисловий, мастер Чиун. Рассказывайте.

– Прошлой ночью недалеко от города, который не зря называется Мистик, – начал тот, – я увидел на побережье следы человека, вышедшего из моря.

– Из моря?

– Я проследовал туда, куда они вели, и встретил ронина, то есть самурая, оставшегося без хозяина. Об этом я вам уже говорил.

– А как вы узнали, что перед тобой не самурай, а ронин?

Чиун удивленно взглянул на Императора.

– Гм... После разговора с тобой я нашел это слово в словаре, – пояснил Смит.

Старик окинул ученика уничтожительным взглядом, мол, вот как должен поступать умный человек!

Римо вдруг страшно заинтересовался своими ботинками.

– Да просто потому, что на его доспехах не было знака хозяина.

– То есть на нем не было эмблемы знатного рода?

– Вот именно! На нем не было соде-джируши. А значит, на меня напал не самурай, а ронин.

– Продолжайте, мастер Чиун.

– На стволе дерева я заметил зарубку, оставленную лезвием катана.

Смит быстро взглянул на лежащий перед ним клинок.

– И вот, когда я встретил ронина, он вызвал меня на поединок. Мы сразились. Тщетно рассекал он воздух своим мечом, ибо я – мастер Синанджу.

– Естественно, – согласился Смит.

– Увы, ему удалось скрыться.

Глава КЮРЕ подался вперед и в волнении сцепил пальцы.

– Как же так?

Чиун в отчаянии развел руками.

– По-видимому, он очень опасный противник. Более могущественного врага мне встречать не приходилось.

Хмурое лицо Смита ясно говорило о том, что он не удовлетворен ответом.

– Расскажи про ноготь, – сказал учителю Римо.

– Что про ноготь? – встрепенулся директор «Фолкрофта».

Чиун вздрогнул.

– Это к делу не относится, – неуверенно буркнул он.

– Говори, Чиун. Смиту можно доверять.

– Да, мастер Чиун. Расскажите мне все с начала до конца.

Чиун помрачнел. Сжал правую руку в кулак, опустил вниз, и рукав кимоно почти прикрыл ее.

– В схватке с безымянным японским бродягой я потерял ноготь.

Брови Смита взметнулись вверх.

– Вы, Чиун?

– Чистая случайность! Я все-таки пока еще мастер Синанджу. Ни один обыкновенный ронин не может победить меня в схватке. А вот этот взмахнул мечом и отсек мой боевой ноготь.

Глава КЮРЕ недоверчиво смотрел на старика.

– О да, Император, мысль о Вашей смерти настолько огорчила меня, что я потерял бдительность.