Оружие разрушения

– То есть надо взять его за жабры и вытрясти из него правду?

– Внимания к себе не привлекайте.

– Чиун будет одет в ярко-красное кимоно, расшитое золотыми и серебряными саламандрами. Самое оно, чтобы не привлекать внимания.

– Римо, у вас плохое настроение?

Римо прислонился к кирпичной стене.

– Даже не знаю. Видишь ли, я думал, что вас нет, а теперь вот оказалось, что вы живы. Наверное, потому и настроение испортилось. Жаль, что вы воскресли. Мертвым вы мне нравились больше.

– Я жив. Отправляйтесь в Тексаркану. Докладывайте по мере необходимости.

– Поздравляю вас с днем второго рождения, – отозвался Римо и повесил трубку.

* * *

Вернувшись домой, Римо поднялся в часовню и застал там мастера Синанджу.

– Плохие новости. Смит жив.

– Он, конечно, назвал пароль?

– Какой пароль?

– Гррр! Ты поленился убедиться в том, что это в самом деле Смит! Неужели я все должен делать сам?

– Да поверь ты наконец, это Смит! После двух минут разговора меня стало тошнить от его голоса. И он дал нам довольно-таки дерьмовое задание.

– Какое?

– Будем заниматься расследованием железнодорожных катастроф. Для начала едем в Тексаркану.

– Я не знаю такого места.

– О, Чиун, тебе наверняка понравится в Техасе. И ты Техасу понравишься.

– А, это штат, где на равнинах пасутся быки и играют плейбои?

– Ковбои. Парочку их мы точно встретим.

– Что ж, придется ехать, ибо мы обязаны. Надеюсь, в Техасе безликий ронин станет искать нас в последнюю очередь.

– Тогда вперед! – воскликнул Римо.

Чиун еще раз просмотрел содержимое сундуков. Там лежали парчовые кимоно, коврики-татами, а также множество папирусных свитков. Их старик привез из Синанджу. Он говорил, что на них записана история деревни.

– Возьмешь серебряный сундук с лазурными фениксами.

– Нет! Только не этот! – простонал Римо.

– Не роняй его, а главное – не открывай ни при каких обстоятельствах.

– Ты что, не помнишь, как я пер его на себе в прошлый раз всю дорогу, пока мы тащились по Мексике?

– А теперь ты потащишь его в неведомую мне Тексаркану, где ковбои только играют и все люди приветливы и радушны.

Римо покорно взвалил чемодан на плечо.

Глава 11

Никаких наркотиков, – заявил медицинский эксперт.

Слова эти очень не понравились Мелвису О. Капперу.

В городском морге Тексарканы, на операционном столе лежало тело машиниста Южной Тихоокеанской компании Тая Херли. Возле тела лежали голова и еще несколько отрубленных частей.

Херли выглядел так, словно его сшей и он вновь будет жив и здоров. Но Мелвис прекрасно знал, что уже никто и ничто не вернет беднягу к жизни. Из уважения к покойному он стащил с головы белую панаму с большими черными буквами НСБП на макушке.

– Закройте ему, пожалуйста, глаза, – попросил он.

– На нервы действует?

– Я хочу поговорить с вами об этом парне, и меня раздражает, что он тем временем таращится на меня.

Медик пожал плечами и прикрыл голову простыней. Но Мелвису вдруг стало совсем не по себе. Он не мог отделаться от ощущения, что Херли сквозь белую ткань так и сверлит его взглядом. Каппер мог бы поклясться, что и сам видит зрачки мертвеца. Он содрогнулся. Впрочем, возможно, от холода и сырости в морге.

– Так вы говорите, наркотиков нет?

– Ни наркотиков, ни алкоголя. В крови нет даже следов аспирина.

– А как с амфетаминами? В конце концов, он ведь простой машинист. Они все употребляют эту дрянь.

Медицинский эксперт отрицательно покачал головой.

– Абсолютно никаких запрещенных препаратов.

– Вы проверяли желудок?

Медик показал Мелвису прозрачный пластиковый пакет. Внутри болталось что-то черное.

– Что это?

– Его последний ужин. Свинина.

– Бр-р. Совсем непохоже. Как вы узнали?

– А как я узнал, что в крови нет наркотиков? Химический анализ.

– Послушайте, я очень рассчитывал на то, что все дело в наркотиках.

– Вы же знаете, машина перегородила дорогу, и в нее врезался поезд. Машинист тут совершенно ни при чем.

– Я понимаю. Но почему он не затормозил?

– Ему отрезало голову.

– Вот потому, – признался Мелвис Каппер, – я и чувствую себя идиотом. В кабине не нашлось такого осколка, какой мог бы перерезать ему шею. А я тщательно осмотрел тело. Шея была аккуратно перерезана.

Медэксперт помрачнел.

– Да, тут вы правы. Хотя, возможно, нам пока неизвестны какие-то обстоятельства.

– Вот и я об этом, док. Тому, что произошло, нет объяснения. Поэтому я надеялся, что вы обнаружите наркотики.

– Даже наркотическое опьянение ничего не объясняет.

– Нам с вами – нет. Но, должен вам признаться, когда я сталкиваюсь с тем, что не поддается объяснению, то указываю на наркотическое опьянение.

Господи, да на него что угодно списать можно! От души вам рекомендую.

– У нас с вами разные взгляды на свой долг, – твердо возразил медэксперт.

– Я бы попросил вас, док, не разговаривать со мной таким тоном. За последние два-три года на железных дорогах произошло столько крушений, что и не перечесть. Как только я закончу здесь, полечу на Восточное побережье. Там вчера тоже поезд сошел с рельсов.

– Придется вам поискать другой ответ на свой вопрос, – заявил медик официальным тоном. – В отчете я укажу, что следы наркотических веществ в крови жертвы не обнаружены. Причина смерти – отсечение головы в результате несчастного случая.

– Черт подери!

– Могу я видеть Мелвиса Каппера? – раздался позади них чей-то мужской голос.

– Я здесь.

Мелвис обернулся.

Вошедший в морг посетитель отнюдь не заставил его вскрикнуть от изумления. Худощавый мужчина, рост около шести футов. Коротко стриженные темные волосы. Глаза посажены настолько глубоко, что голова здорово похожа на голый череп с дырами на месте глазниц. Да, еще очень мощные запястья. Чем-то смахивает на Попая-Моряка.

Видимо, он не из Техаса, потому что на нем белая тенниска, коричневые брюки, щегольские ботинки, а шляпы на голове нет.

– Кто вы? – спросил Мелвис.

Вошедший протянул ему удостоверение. Там говорилось, что зовут его Римо Ренвик и работает он в министерстве транспорта.

Каппер вернул удостоверение Римо, и тут в помещение вошел второй посетитель.

Он вызвал у Мелвиса совершенно иную реакцию, ибо словно бы барахтался во множестве широченных юбок из серебристой материи. Хотя это был мужчина. Причем старый как первородный грех.

– А это еще что за субчик?

– Чиун. Эксперт по железнодорожным катастрофам из Вашингтона.

– Он?!

– Да, – подтвердил маленький старый азиат. – Я неплохо знаком с поездами.

– Неужто? Судя по вашим юбкам, вы мало похожи на железнодорожника.

Лицо азиата мгновенно приобрело суровое выражение.

– Я довольно стар и успел еще поездить на паровозах.

– Да что вы! На каких же?

– Мой первый паровоз – «Микадо 2-8-2».

Брови Мелвиса поползли вверх.

– Не может быть! Да где же вы работали?

– Железнодорожная ветка Кионг-Джи.

– Никогда о такой не слыхивал. Наверное, восточный Техас.

– Много западнее. Паровоз этот ходил по дорогам моей родины – Кореи – за десятки лет до вашего рождения.

– Невероятно!

– Может быть, перейдем к делу? – предложил Римо.

– И что же вы хотите?

– Министерство транспорта весьма заинтересовали обстоятельства данного крушения.

– Расследование ведет НСБП. Так что, джентльмены, дождитесь официального отчета.

– В предварительном сказано – наркотическое опьянение.

Мелвис громко откашлялся. Все, попался, брат.

– Мы с доктором как раз обсуждали этот аспект. Верно я говорю, док?

– Наркотических веществ в крови машиниста не обнаружено, – спокойно отозвался медэксперт.

– Жаль, что в предварительный отчет вкралась ошибка, – резко проговорил Римо.

– Постойте, не так сразу... Мы пока только собираем информацию.

Римо Ренвик подошел к операционному столу и указал на прикрытое полотном тело.