Оружие разрушения

Старик смерил его задумчивым взглядом.

– Ты не можешь смириться с тем, что ушел твой Император.

– Да, все еще не могу поверить, что Смитти не стало.

– В наших сердцах он не умрет. Мы будем помнить Смита и тогда, когда кости его найдут вечное успокоение в земном прахе. А теперь не думай о нем. Пора собираться.

Чиуну не составило труда вытолкать ученика из комнаты – ведь Римо и сам все прекрасно понимал.

* * *

Через двадцать минут на горизонте появилось солнце.

Наверху звонил телефон.

Чиун встал и громко заявил:

– Не вздумай подниматься наверх, Римо. Я знаю, о чем ты думаешь.

Из прихожей тут же донеслось:

– Чиун, я в ванной.

– Там и оставайся. Не смей подходить к телефону.

– Да кто может нам звонить в такое время? – удивился Римо.

– Неуспокоенный дух не знает отдыха. Не станем отвечать чудовищной твари.

Но телефон все звонил и звонил. Умолк он после пятидесятого, быть может, звонка. И тут же заверещал снова.

Из ванной, приняв холодный душ, вышел Римо. Обмотав полотенце вокруг бедер, он выглядел сейчас как самый обыкновенный человек. Разве что кто-нибудь обратил бы внимание на его слишком широкие запястья...

Римо заглянул в комнату учителя. Тот занимался дорожными сборами.

– Чиун, ты думаешь о том же, о чем и я? – спросил он.

Не отрывая взгляда от кимоно, которое он в ту минуту складывал, кореец отозвался:

– Твои мысли вводят тебя в заблуждение.

– Из всех, кого я знаю, так упорно дозваниваться может только Харолд В. Смит. Только он способен положить трубку и тут же опять набрать номер.

– Это ронин. В дни Канга подобные ему на протяжении дней стучались в двери, чтобы добыть еды.

Римо снова посмотрел наверх.

– И все-таки мне кажется, что звонит наш Смит.

– Чушь!

– Может, ронин оставил нам сообщение. Слушай, пойду-ка я наверх и прослушаю его, – предложил Римо.

– Не смей! – воскликнул старик и погрозил ученику пальцем, но, сообразив, что демонстрирует обрубок ногтя, тотчас же сжал кулак.

– Клянусь тебе, я не буду снимать трубку.

– Ронин услышит, как ты перематываешь автоответчик. У них острый слух, Римо.

– Чиун, ты преувеличиваешь.

– Римо!!!

Но тот уже взлетал вверх по лестнице.

А телефон в часовне звонил и звонил. Однако автоответчик почему-то больше не включался.

Римо перемотал пленку на начало и нажал кнопку.

– Римо, это Смит. Перезвоните мне. Срочно.

Би-и-ип.

– Римо, как только вернетесь, позвоните мне, как обычно.

Теперь голос звучал громче.

Римо прослушал еще шесть сообщений. С каждым разом голос главы КЮРЕ казался ему более твердым. И более взволнованным.

Тут в комнату вошел мастер Синанджу.

– По-моему, это точно Смит, – бросил ему ученик.

– Голос похож, – признал Чиун.

– Надо полагать, он еще с нами.

– Это ронин. – Чиун горестно покачал головой. – Он подделал его голос.

Би-и-ип.

– Позвоните мне в «Фолкрофт». Обязательно!

– В этом сообщении дважды встречается звук "л", – сказал Римо. – Японцы не умеют его произносить. И не морочь мне голову! Это Харолд В. Смит.

Мастер Синанджу наморщил лоб. Глаза его сузились. Он зачем-то сжал кулаки и разжал их. Только указательный палец правой руки остался плотно прижат к ладони.

– Иди на улицу, – прошипел он. – Позвони в Замок «Фолкрофт» из автомата. Если Смит жив, не говори про ронина. Если здесь обман, ты поймешь это, когда услышишь: «моши-моши».

– Что за «моши-моши»?

– Так здороваются японцы.

– Я сейчас, – откликнулся Римо и бросился вниз по лестнице.

Чиун остановил его.

– Если там, на улице, тебя ждет ловушка, то ты хотя бы ногтей не потеряешь, ведь у тебя их нет. Но береги пальцы. Если потеряешь хоть один, я никогда уже с тобой не заговорю.

– А что делать, если он бросит мне палец в лицо?

– Лучше лишись пальца, только не позволяй ему вторично осрамить Дом Синанджу. И если ты все-таки утратишь палец, брось им в него. А теперь иди.

Римо вышел через задний ход и направился к Восточному рынку, расположенному у перекрестка трех улиц. Он вспомнил, что там, на стене кирпичного здания, есть таксофон. Бросив в прорезь аппарата десять центов (Массачусетс остался последним штатом в США, где телефоны-автоматы работали на десятицентовиках), Римо нажал на кнопку "1" и принялся ждать.

Гудков он не дождался. Зато дождался ответа Смита, который крикнул в трубку:

– Римо?

– Я не слышал гудков, – сурово отозвался тот.

– Так бывает.

– Почему же вы подняли трубку, если телефон не звонил? – спросил Римо, мысленно сравнивая модуляции голоса, который он только что слышал, с воспоминаниями о характерном тембре Харолда У. Смита.

– Он звонил! Здесь, у меня. Телефонные компании установили новое оборудование, обеспечивающее несовпадение во времени звонков вызываемого телефона с гудками в трубке звонящего. Здесь телефон звонит, а в вашей трубке гудков нет.

– Ну и зачем?

Римо уже почти удостоверился, что говорит с Ха-ролдом У. Смитом. Те же интонации, те же запинки на некоторых согласных.

– Не раз случалось, что люди приезжали домой и звонили родственникам в другой город, а после одного-двух звонков вешали трубку. Таким образом они бесплатно давали знать, что добрались благополучно. Такой способ связи противоречил интересам телефонных компаний, вот они и разработали оборудование, исключающее бесплатную передачу сообщений.

– Мелочные же там люди. Совсем как вы, – откликнулся Римо.

Смит кашлянул.

– Да, эффективная мера. Она наверняка позволила увеличить прибыли.

– Это же вы, Смитти! – завопил Римо.

– А кто же еще? – ворчливым тоном спросил глава КЮРЕ.

– Мы услышали о крушении поезда и на всех парах помчались в Мистик. Целых три человека подтвердили нам, что вы мертвы!

– Всего лишь совпадение. Погиб некий Ховард Смит.

– Знаете, это совпаденьице мне «драгуна» стоило! Его угнали, пока мы прочесывали бухту.

Глава КЮРЕ тихонько застонал.

– Римо, мне придется попросить вас вернуться туда.

– Зачем?

– Мой портфель... м-м-м... Он там.

– Да, был там. Я его забрал.

– Так он у вас!

Римо почудилось, что он расслышал в голосе Смита нотку радости. Очень непохоже на Смита. В голове Римо вновь вспыхнули подозрения.

– Ага. Мне не хотелось, чтобы он попал в чьи-либо руки.

– Там нет никаких секретов.

– Честно говоря, он мокрый как губка. Но я подумал о спасателях. Что станет с ними, если они попытаются вскрыть замок?

– Это пошло бы им на пользу, – равнодушно отозвался Смит.

– Старый добрый Смитти! Я где-то читал, что люди, побывавшие на краю гибели, после этого по-другому смотрели на мир. Видно, вы не из их числа.

– Какое-то время я пролежал без сознания. Ну и что? Мир за эти несколько минут не переменился.

– Мы с Чиуном думали, что вы умерли.

– Я не умер. И у меня к вам поручение.

– Какое?

– Пора нам заняться расследованием этих железнодорожных катастроф.

– Только потому, что жертвой одной из них чуть не стали вы сами? По-моему, это уже слишком.

– Римо, я пристально слежу за происходящим на железных дорогах около года. И давно подозреваю, что имеет место злой умысел.

– А я подозреваю, что во всем виновато скверное управление. Как-никак «Амтрак» – государственная организация.

– Квазигосударственная.

– Прямо как быть наполовину беременной!

– Крушения случаются и на товарных линиях. Два дня назад произошла катастрофа в Тексаркане. Надо, чтобы вы с Чиуном съездили туда.

– И что следует там отыскать?

– В предварительном отчете НСБП говорится, что катастрофа произошла по вине машиниста. Отчет не опубликован, но хорошо бы вам с ним ознакомиться. Представьтесь агентами министерства транспорта. Поговорите с главным экспертом НСБП. Он весьма поспешно заявил о наркотическом опьянении машиниста. Слишком поспешно. Так что я хотел бы узнать больше.