Проект ' Румоко'

От другого человека я услышал:

- Он говорит ясно.

- Может быть, - заметил первый, и обратился ко мне. - Что ты будешь делать, если когда-нибудь встретишь меня и узнаешь?

- Отдам тебя в руки полиции.

- ...И забудешь это?

- Если смогу, постараюсь причинить тебе побольше вреда. Может быть, даже убью тебя, если смогу сделать это со ссылкой на самозащиту или подстроить несчастный случай.

- Почему?

- Потому что ценю свое здоровье. Ты уже причинил мне однажды вред, значит, сможешь причинить и еще. Я не допущу этого - ты имеешь доступ к моему личному делу.

- Не думаю, чтобы я полез в него снова.

- Твои сомнения для меня ничего не значат.

- Итак, ты сегодня спас две жизни и все же хочешь отнять одну жизнь.

Я не ответил.

- Отвечай.

- Ты не задал вопроса.

- А может, у него привычка к наркотикам? - вмешался второй.

- Я не подумал об этом. Это так?

- Я не понял вопроса.

- Этот наркотик позволяет тебе сохранить ориентацию во всех трех сферах. Ты знаешь, кто ты, где ты и когда. Но это вещество подавляет твою волю, и поэтому тебе приходится отвечать на мои вопросы. Человек, имеющий большой опыт, иногда в состоянии сопротивляться действию "сыворотки правды", перефразируя задаваемые вопросы для себя и давая двусмысленный ответ. Ты так и делаешь?

- Ты плохо формулируешь вопрос, - заметил второй и обратился ко мне: - Ты имеешь опыт приема наркотиков?

- Да.

- Каких?

- Аспирин, никотин, кофеин, алкоголь...

- А "сыворотка правды"? - спросил он. - Снадобье, вроде того, что заставляет тебя сейчас говорить? Пробовал его раньше?

- Да.

- Где?

- В Северо-Западном университете.

- Для чего?

- Я был добровольцем в серии экспериментов.

- Какую цель они ставили?

- Изучения эффективности снадобья.

- Барьер в сознании, - объяснил один другому. - Это может занять не один день. И я думаю, у него подготовка.

- Ты можешь сопротивляться "сыворотке правды"? - спросил другой.

- Я не понимаю.

- Ты можешь лгать нам сейчас?

- Нет.

- Опять ты не то спрашиваешь, - заметил первый. - Он не лжет. То, что он говорит, отчасти правда.

- Так мы добьемся от него ответа.

- Не уверен.

И они продолжали засыпать меня вопросами, но вскоре выдохлись.

- Он меня допек! - пожаловался тот, что пониже. - Так мы его и за неделю не расколем.

- А стоит ли?

- Нет. Все его ответы - на пленке. Теперь дело за компьютером.

Близилось утро, и я чувствовал себя превосходно. Чему немало способствовали вспышки холодного пламени в затылочной части мозга. Я подумал, что сумею разок-другой соврать, если поднапрягусь.

За иллюминаторами каюты серел рассвет. Должно быть, меня допрашивали часов шесть, не меньше. Я решил рискнуть.

- В этой каюте "жучки", - заметил я.

- Что? Что ты имеешь в виду?

- Службу безопасности корабля, - ответил я. - Полагаю, что за всеми техниками установлен надзор.

- Где устройство?

- Не знаю.

- Мы должны его найти, - сказал один.

- Что от этого толку, - прошептал другой и это обрадовало меня: он поверил - он говорил уже шепотом, зная, что шепот труднее записать. - Сюда давно бы нагрянули, если бы велось наблюдение.

- Может, они ждут, когда мы сами полезем им в лапы.

Первый, тем не менее, начал осматривать каюту, и я встал, не встречая возражений, протащился через каюту и рухнул на кровать.

Моя рука, словно бы случайно, скользнула под изголовье. Я коснулся оружия.

Я снял пистолет с предохранителя, выхватил его и нацелил оружие на гостей.

- Порядочек, кретины, - сказал я, - теперь вы ответите на мои вопросы.

Высокий потянулся к поясу, но я прострелил ему плечо.

- Следующий, - сказал я, меняя глушитель.

Второй поднял руки вверх и посмотрел на своего приятеля.

- Садитесь, - предложил я обоим.

Они сели.

Я придвинулся к раненому:

- Дай сюда руку.

Я осмотрел рану. Пуля прошла насквозь... Оружие, отобранное у налетчиков, я положил на шкаф. Потом сорвал с них повязки и изучил их лица. Незнакомые.

- Ладно... так зачем же вы здесь? И почему вы хотели узнать то, о чем спрашивали?

Они не ответили.

- У меня не так много времени, как было у вас, - заметил я. - Придется примотать вас покрепче. Думаю, не стоит валять с вами дурака после того, как вы вкатили мне наркотик.

Я достал из аптечки липкую ленту и связал их.

- Это место неплохо звукоизолировано, - объяснил я, положив свое оружие рядом, - и насчет прослушивания я соврал, так что можете покричать, если хочется. Тем не менее, вынужден вас предупредить: вы уже заработали, чтобы вам переломали все кости. Так кто вы такие? - повторил я.

- Я - механик челнока, - сказал коротышка, - а он - водитель.

Напарник посмотрел на него со злостью.

- Пойдет, - сказал я. - Мне хватит и этого, тем более, что я вас ни разу здесь не видел. Хорошенько обдумайте следующий мой вопрос: на кого вы на самом деле работаете?

Я спросил это, помня, что у меня было то преимущество, которого не было у них. Я работал над собой, поскольку от этого зависела вся моя деятельность независимого подрядчика. Мое имя действительно Альберт Швейтцер - по крайней мере, сейчас. Я всегда становлюсь той личностью, которой должен быть. Спроси они меня, кем я был раньше - тогда бы они могли получить совсем иной ответ. Все это зависит от подготовки и от того, на что настроен разум.

- Так кто дергает за веревочки? - настаивал я.

Ответа не было.

- Лады, - успокоил я. - Полагаю, я должен допрашивать вас по-другому.

Головы повернулись ко мне.

- Вы подвергли меня насилию, дабы получить несколько ответов, - продолжал я. - Ну, ладно. Думаю, я верну вам этот долг. Но я буду поосновательнее. Просто я стану пытать вас до тех пор, пока вы не заговорите.

- Не делайте этого, - посоветовал мне высокий. - Этим вы увеличите ваш индекс склонности к насилию.

- Поглядим, - усмехнулся я.

Как вы сумеете оставаться несуществующим, пока длится ваше существование? Я же нашел это очень легким. Ведь я был в проекте с самого начала и у меня был широкий выбор возможностей.

После того, как я порвал перфокарты со своими данными, я вернулся на работу как обычно. И занялся я тем, что начал искать точку ввода данных. Это было последним из того, что я сделал на работе.

Эта точка была на севере, в Туле, на метеорологической станции.

Здесь работал старикан, большой любитель рома. Я все еще помню тот день, когда мое судно "Протеус" бросило якорь в его бухте, и я зашел к нему и пожаловался на бурное море.

- Я дам тебе приют, - согласился он.

- Компьютер не советует выходить в море.

- Ладно.

Он накормил меня, и мы говорили о морях и о погоде. У меня нашелся ящик вина, и я вытащил его.

- По-моему, здесь вполне достаточно автоматики, - заметил я.

- Верно.

- Тогда почему вас здесь держат?

Он засмеялся и сказал:

- Мой дядя был сенатором. Мне понадобилось место. Он меня и устроил. Поглядим на корабль?

Так мы и сделали.

Он был приличных размеров и с мощными машинами.

- Это все из-за пари, - объяснил я. - Хочу попасть за Полярный круг.

- Глупости.

- Знаю, что пари я выиграю.

- Возможно, - согласился он. - Когда-то я был вроде тебя - всегда был готов сорваться с места. - Его просоленная борода раскололась в усмешке. - У тебя что-то стряслось?

- Верно, - сказал я и предложил выпить, потому что он подкинул мне мысль о Еве.