Планета звезды Эпсилон

- Предпочитаешь поменять тему? Ну, хорошо... Ни за что не отгадаешь. Я тут разбирал бумажки этой милой дамы... Неплохой репортер. Так стремилась к эффекту присутствия в одном из своих репортажей, что невзначай выболтала государственную тайну.

- Не клевещи.

- И в мыслях нет. Правда, опубликовать этот репортаж она при старом режиме не успела, иначе по головке ее не погладили бы. Жаль, что так же легко она отнеслась и к другой государственной тайне. Мне не пришлось бы сейчас развлекаться с тобой. Имей в виду, я эту куклу держу за волосы. Она близка с землянином? Она в курсе его дел? Так вот, если ты сейчас не выложишь мне все как есть, я разыщу репортершу и на твоих глазах мои ребятишки поиграют ее ребрышками...

- Ты изверг!

- Я?! Ну же... Я ведь никогда не называл тебя палачом.

- Прекрати или...

- "Или" не будет. Я уважаю твои чувства. Крауф проскрипел зубами:

- Это что, продолжение пытки?

- Да нет. Давай вернемся к нашей теме. Значит, говоришь, нужно спросить у землянина? Что ж, обязательно спросим. И все же для начала все вопросы - к тебе. Ты, увы, упрям, но мы не дети, мы сломим твое упрямство. Тебя будут пытать долго и страшно, пока ты не заговоришь или не умрешь. А умрешь ты не скоро, здоровье у тебя отменное - слабых в комиссию не брали. Но если вы с землянином разговоритесь, я приглашу врача, и, может быть, ты поправишься. Когда вернется землянин?

- Не знаю.

- Ну, что ж, поедем в госпиталь, брат мой. Мои ребята что-то перестарались сегодня, а мне нужно узнать многое. И что тебе говорил твой отец, и что знает Гек, и что привез землянин с Аркоса, все-таки интересно, какие там новости.

В госпитале Эллис приказал сиделке доносить ему обо всех, кто придет навестить Крауфа. Эллис прекрасно помнил, что тот человек, о котором говорил министр, занимается не только комиссией, но и им самим, персонально.

***

Гоночная неслась на огромной скорости. В ней трое. Среди них женщина. Кто же из них тот самый?... Когда вышли на межконтинентальное шоссе, Эллис подумал: а вдруг в комиссии стало известно об отступничестве Крауфа? О том, что он попал в переделку с новыми властями и, возможно, пойдет на сговор с ними? Тогда вряд ли эти люди пришли бы в госпиталь к Крауфу. Или они не имеют отношения к комиссии.

По межконтинентальному ехали долго. Эллиса уже начала утомлять серая лента дороги между редкими белыми зданиями сельскохозяйственных комбинатов. Потом начались леса - зона отдыха. Вероятно, все-таки не то - эти трое едут развлекаться. Эллис совсем приуныл и чуть было не потерял из вида гоночную машину, когда она неожиданно для него свернула на боковую трассу.

Он остановился. Посмотрел, как гоночная ушла за кустарник. "Другой дороги здесь нет", - подумал он и повернул в сторону города.

Порой Эллис до боли отчетливо понимал, что обида, которой, по сути, и не было, завела его слишком далеко. На дорогу, где все зыбко и неясно. Уж не перехитрил ли он свою судьбу, исковеркав дорогу, по которой было так уверенно, легко и надежно идти? К тому же дела принимали оборот еще более неприятный, чем предрекал министр. В рискованные планы Эллиса вмешался еще и землянин. Чем он опасен? Комиссия семнадцати была нужна Эллису лишь затем, чтобы, опираясь на нее, прибрать власть к своим рукам, а не делить ее с Оуном и его соратниками. Но привези землянин на Беану правду об Аркосе и Великом перелете, расскажи он всему этому сиротскому, выросшему в интернатах поколению, которое составляет основное население Беаны, что такое деморфин, который сначала обратил людей в рабов, а потом убил их, какую роль во всем этом сыграли Верховные, поток гнева сметет и самого Эллиса, и порождение Верховных - комиссию семнадцати, на которую Эллис сейчас делал свою ставку. Справиться с этим потоком не помогут ни самый жестокий террор, ни самая извращенная демагогия о защите морали, нравственности, прав человека. Эллису самому было жутко, когда он читал отчет о так называемом перелете.

Ставя машину в гараж, Эллис грустно напевал свой любимый мотив. А в целом все же, хотел он думать, день прошел неплохо. Он узнал, где их логово. Вошел в квартиру, прошел на кухню, налил себе вина, собрался выпить и услышал голос своей невесты:

- Здравствуй, а меня ты не хочешь угостить? События последнего времени научили Эллиса ничему не удивляться, но появление Ингит его поразило.

- Ты... - прошептал он пересохшими губами, - откуда ты? Как я рад, что ты не забыла меня! В моей жизни многое изменилось! Знаешь, я теперь большой человек...

- Знаю...

- Тебе, наверное, сейчас трудно живется? Но теперь все наладится. Мы будем жить вместе, все будет хорошо.

- Сейчас большинству живется нелегко.

- О, да ты, конечно, голодна. У меня есть все! - Эллис засуетился.

- Спасибо, - в голосе Ингит прозвучала насмешка. Эллис не обратил на это внимание.

- Я понимаю, я все понимаю. Но не говори так. Конечно, трудно сразу вернуться к прошлому. Это пройдет, главное, что ты пришла. Ведь ты же пришла...

- Да. Но не за тем.

Эллис невольно обернулся. И увидел направленный на него пистолет. Он понял, что помешать ей не сможет. И он прошептал:

- Помоги справедливости, брат мой... Ингит остолбенела

***

Первым делом я обсчитал на компьютере "Байкала" возможную траекторию полета космического корабля с Беаны. Компьютер указал мне и оптимальное время для старта, до него оставалось теперь несколько часов.

База словно вымерла. Ни Оуна, ни его подчиненных. Следы обыска... Значит, и здесь побывала комиссия семнадцати.

К счастью, я быстро нашел Бэкки. Она была в редакции.

- Тут такое творится, - закричала она в трубку, - так все улаживается... - Я ни слова не понял, Бэкки, как всегда, захлестывали эмоции, и, остановив ее на полуслове, я начал:

- Слушай внимательно. Аркос жив. Но корабль твоего отца там не садился. Слышишь? Не садился... Но кажется, я могу найти его, даже, возможно, транспортировать на Беану На Аркосе я оставил радиосвязь моей космолодки. - Бэкки молчала. Но по звукам в трубке я понял, она плачет. И сказал: - На базе я один. Вылетаю в полночь. Жди меня на базе не позднее завтрашнего полудня.

Я направился к "Байкалу". У дверей рубки меня остановил телефонный звонок, и я услышал голос Оуна:

- Я никогда не верил сплетням о твоей гибели.

- Благодарю... - все, что у меня нашлось в ответ, - где вы, Дзей?

- Читай газеты, узнаешь. Прошу тебя, навести Крауфа, он в центральном госпитале.

- Что с ним, где вы, Дзей? - снова спросил я, но Оун положил трубку.

На базе мне удалось найти последний номер "Производственного континента".

Итак, во главе нового демократического правительства мой тихий инженер. Это меняет дело. Надо ехать к нему, рассказать об Аркосе. И нужно, чтобы в поисках пропавшего космического корабля и в поисках разгадки трагических событий на Беане приняли участие и люди планеты. Это же их дело. По пути к Оуну я решил навестить Крауфа.

У постели Крауфа дежурила пожилая сиделка. Увидев меня, она тихо выскользнула из палаты.

На Крауфа было больно смотреть.

Он силился улыбнуться:

- Я не ждал вас, Алексей...

- Что случилось? Кто посмел?

- Вам нужно немедленно улетать. При нынешней ситуации остается только удивляться, как вы еще живы. И вы и Бэкки... А у вас, Алексей, самая страшная роль - роль соглядатая.

- Какая ситуация? О чем вы говорите, Элдар?

- Эллис, вы не знаете его, но запомните это имя, Эллис ищет членов комиссии. Но не для справедливого возмездия. Увы, это я понял только здесь. Он найдет их и для своих целей начнет использовать, они жестоки, они пойдут за ним. Эллис узурпатор... Помните о Моррисе, о нем писала мать Бэкки? Эллис достойный его преемник Но вместе с тем, как всякий подлец, он боится... Поэтому он хочет знать, что тебе известно об Аркосе...

- Чем я могу помочь вам, Элдар?

- Дело не во мне. В беанцах. Эллис поднял черное знамя.

- Вы говорили об Эллисе с Оуном?

- Увы, да. Но Оун пребывает в розовой эйфории.

Крауф умолк на полуслове, в комнату вошла сиделка со шприцем в руках. Я простился.

Из госпиталя я отправился прямо в бывшее Верховное ведомство. Мне удалось встретиться с Дзеем Оуном. Встреча вышла натянутой и бесполезной. Оун не поверил мне. Эллиса Оун хорошо знал, считал его надежным человеком. И тут в разговор вступил темноволосый человек, сидевший спиной к нам, - он разбирал документы в пухлой папке.

- Я бы серьезнее относился к Эллису, Дзей, - мрачно заметил он. - Я бы не доверял бы ему полностью.

- Это наш попечитель безопасности, - представил мне его Оун, заметив мой интерес к этому человеку. Я внимательно смотрел на него, он был довольно молод, но в его темных волосах уже пробивалась ранняя седина.

К рассказу об аркосской цивилизации Оун отнесся с восторгом:

- Вот, наконец-то мы протянем друг другу руки! В едином порыве мы объединим усилия и преодолеем искусственный, ненужный барьер, что возведен между нами общими врагами. Вы должны рассказать об Аркосе сегодня же на нашем заседании Совета попечителей.

- У нас будет время для подобного выступления. К тому же завтра у меня будут новые факты. Сегодня в ночь я стартую. Будьте осторожны, - сказал я на прощание Оуну, - берегите себя и своих друзей.

Он пожал мне руку.

... Стартовал я нормально. Правда, к моему удивлению, в момент старта на Беане погасло освещение. Главный континент погрузился в глубокий мрак. Только за кромкой океана слабо светилось зарево - продолжал работу Производственный континент. "Что же случилось на Главном?" - забеспокоился я. Но когда "Байкал" выходил за пределы беанской атмосферы, я увидел: Главный континент вновь озарился переливами огней.

***

Ингит знала только одно - Эллис назвал пароль, и она выполнила свой долг: привезла его на виллу. Конечно, ей могли возразить, что тот, Дрибл, тоже назвал пароль. Ну и что? Тот пришел сам. Этого она привела. Есть определенная разница. В конце концов он знает пароль, а друг он или враг в этом можно разобраться...

- ... Планета в руках ублюдков. Они поведут цивилизацию вспять. Они распустят общество, развратят его. Только потому, что не умеют, не могут твердой рукой держать бразды правления. Вы - новая элита Беаны. И вы должны держать бразды правления. Вы должны спасти планету от полного краха. Я пришел, чтобы помочь вам.

- А если нам не нужна ваша помощь? Если мы и сами имеем ясное представление, что нам делать? Такой поворот беседы не входил в ваши планы?

- У меня не было и нет никаких иных планов, кроме одного желания: спасти планету, - последняя фраза прозвучала патетически, это Эллис понял по насмешливым взглядам слушателей и на минуту замолк.

- Чтобы спасти планету, надо иметь над ней власть, - скептически сказал кто-то, - нам же, как я понимаю, предстоит еще ее захватить. Для этого нужно хотя бы появиться в Верховном ведомстве. Это опасно - не сидят же они сложа руки.

- Они отменили аппарат насилия. Охрана невелика, - твердо сказал Эллис.

Комиссия молчала. Кто-то отозвался из темного угла:

- Мы должны подумать, не так ли? Раздалось нечто вроде одобрительного гула.

- А вы, Эллис, - продолжил тот же голос, - покуда отдохните. У нас приготовлены для вас вполне приличные апартаменты.

***

Дрибл брел по некошеному лугу. Его мысли были заняты одним: как же эти люди примут его?

Из-под ног выпорхнула птица. Он засмеялся. И сам удивился своему смеху - такому счастливому и спокойному. Так беззаботно он радовался только рядом с матерью...

Дрибл проводил глазами птаху и решил отдохнуть. Сел на траву и с ясной отчетливостью понял, что близок к итогу, к цели того главного дела, начало которому положил его отец.

Отец был трезвым и дальновидным политиком, но и он вряд ли предполагал, что все так обернется. И хорошо, что письмо отца, где излагались принципы закона, у Дрибла с собой. Письмо - главный козырь при встрече с бывшей комиссией.

Отцом Дрибла был бывший Верховный министр Ар-коса Пэт Моррис. Дрибл узнал это в день своего совершеннолетия, когда отца уже не было в живых. В тот день мать вручила Дриблу предсмертное письмо отца и маленький конверт, о котором упоминалось в отцовском письме.

"Когда ты поймешь, что планета на грани социальной катастрофы, приложенное письмо ты отправишь в Верховное ведомство на имя своего дяди. Он придет к власти после меня, но ему никогда не понять, как разумнее всего сохранить свою власть.

Эта мысль не давала мне покоя. Некогда мне казалось, что проблема решена в эпоху переселения, когда я рассматривал второй континент Беаны как резервацию для черни. Судьба дала мне в руки средство, не буду обременять тебя его описанием, благодаря которому мне удалось заселить второй континент людьми, не представляющими иной жизни, кроме труда. Однако среди тех, кого я пытался превратить в трудовую касту, началось расслоение. Социальное расслоение рано или поздно приводит к общественным противоречиям. Выделились технократы. Рано или поздно они захотят политической власти и станут опасны. На Главном континенте, увы, произошел тот же процесс. Те, кого я рассматривал как обслуживающую касту, постепенно богатея, сформировались в мелких хозяйчиков, средних собственников. Вряд ли они скоро задумаются о политике, но придет и их черед разделить власть с Верховными.

Все начнется с политического недовольства. Противопоставить ему я могу только свое завещание. Эту тайну я доверяю только тебе...".

В день, когда Дрибл узнал о принятии нового закона, министр юстиции, ближайший друг отца, сказал ему:

- Теперь ты должен сделать все, чтобы акция правительства не превратилась в акт самоубийства. Ты должен знать об этих людях все - не захотят ли и они добиться власти! Это желание необходимо пресечь в корне!

И еще министр добавил, что искать связь с комиссией Дрибл должен самостоятельно, не разрушая кропотливо созданной легенды.

Дрибл усмехнулся, вспомнив, как легко ему удалось поймать Эллиса на крючок. Жаль только, что не удалось сорвать его планы до конца. Ну что ж, землянина он, по крайней мере, спас... Этот профессиональный провокатор Эллис создал для толпы достаточно подходящий миф: комиссией убит лучший из людей...

Теперь осталось повести за собой эту комиссию, предложив ей целенаправленно бороться за реставрацию традиционной власти Беаны, но под руководством новой элиты - семнадцати. Но вдруг они не захотят идти за ним? Что тогда?

Дрибл встал с травы, отряхнул брюки и отправился на виллу, которую сам же приобрел для комиссии на случай... Впрочем, он не думал тогда, на какой. Он считал, что должны же где-то собираться вместе и общаться, отдыхая, борцы за справедливость! Министр одобрил приобретение.

***

Когда случилось это, ему стало страшно - кажется, впервые в жизни. Он закричал. Но вскоре умолк - что о нем подумают?! Слабак? Слюнтяй? Остался наедине с трупом и полез от страха на стенку!

И тогда Эллис забарабанил в крышку люка и начал громко выкрикивать: "Его нельзя упускать! Его нельзя упускать!"

"Братья" не скоро откликнулись. После того, как он крикнул, уже без паники в голосе, но и без надежды, что его услышат, - "Мы проиграем, если дадим ему уйти!" - наверху загремели замками. Значит, отметил Эллис, они все-таки были рядом.

- Сегодня стартует корабль землянина. Он летит на Аркос, Беане грозит интервенция, колонизация... Они отомстят!

Эллис рассчитывал, что от этих слов наверху должна начаться паника. "Братья" пойдут на разговор, а поэтому выпустят его отсюда. Он не будет голословен, он выложит перед ними три документа, которые придадут комиссии решимости и силы. Те два, из министерского сейфа, и этот - добытый таким неожиданным и невероятным путем.

Вообще в этой истории не было ясно только одно: если не Крауф, как предполагал Эллис, а Дрибл человек министра, то зачем комиссия сунула его, как и Эллиса, в подвал? Может быть, они не знали?... Или не поверили Дриблу? Или планы Дрибла оказались им неугодными?

Удивительная встреча! Дрибл играл под простачка. Куда же ему было деваться после суда над Крауфом? Только уходить вместе с комиссией. Эллис решил подыграть ему, сказал, что комиссия пленила Дрибла по наущению Крауфа. И тут они разговорились по-приятельски. Так, на дружеской ноге, Эллис вел обычно негласные допросы. Дрибл этого не знал, не понял и проговорился.

- Власть - бесспорно, удел избранных. Всякое отклонение от этого правила преступно. Я пытался внушить эту мысль комиссии, но увы...

Эллис все понял. Так говорить мог только человек министра. Значит, Дрибл стоит не только на пути комиссии, но и на его пути. И неизвестно еще, какими средствами борьбы он располагает. Эллис не помнил, как кинулся на Дрибла, как покатились они по холодному полу, как Дрибл пытался схватить его за горло и он, чувствуя удушье, вцепился Дриблу в волосы, потом сел ему на грудь и молотил головой о каменную стену, пока голова не стала в его руках податливой и теплой от крови. И вот тут-то он узнал, что такое ужас...

... Когда Эллиса привели в дом, в ту же большую комнату с длинным столом, там уже собрались все члены комиссии. Эллис рассчитал точно - в неопределенной ситуации охотнее верят худшему.

- Когда улетает землянин?