Помоги проекту - поделись книгой:
Большую часть времени бедняжка маялась от безделья и скуки. Когда элланку привезли во дворец, будущая родственница восприняла ее появление как подарок богов. Новая игрушка. Тем более чужестранка. С ней можно сплетничать до самозабвения, хвастаться своими нарядами, подарками от любящего брата, немного третировать, учить местным обычаям. Но, как выяснилось, Арэлл оказалась независтлива. А какой смысл перетряхивать свой роскошный гардероб перед человеком, который вежливо улыбается, едва ли не зевая от скуки, и не проявляет ни малейшего признака недовольства тем, что у него нет такого же хитона или фибулы. Красивые наряды, поклонники и вкусная еда не волновали её. Сплетничать с ней тоже было неинтересно. Бывало, что элланка часами сидела, напряженно хмуря брови и думая о чем-то своем. «Каменная статуя, — решила Лолла. — Столб в хитоне. Зануда, лишенная женской привлекательности». Но иногда с ней можно было провести часок-другой. Развлекая саму себя рассказами о дворцовых приличиях и наблюдая за реакцией Арэлл.
На сегодняшний вечер лурия Лолла придумала очаровательное развлечение. Поход к гадалке, живущей на самой окраине Среднего города. Там, где он почти примыкал к Претикапию, недалеко от Каракалтского храма.
Это было вдвойне, нет, втройне интереснее, чем что угодно другое. Во-первых, можно было удивить элланку необычным времяпрепровождением (там, у себя в глуши, она вряд ли когда-нибудь видела что-либо настолько же оригинальное и значимое). Во-вторых, было ужасно любопытно узнать, что предскажет ведьма (все-таки, по твердому Убеждению Лоллы, Арэлл становилась членом их семьи — вдруг колдунья расскажет что-нибудь о Клавдии или его Детях). И, наконец, выход за территорию Претикапия сестре наследника был строго запрещен. Поэтому развлечение становилось еще и немного опасным. Все удовольствия сразу! Однако элланка так не считала. Она была резко против этого похода. И Лолла уже начинала чувствовать легкое раздражение.
— Дорогая моя, — произнесла она в очередной раз голосом женщины, которая много повидала, — ты просто не понимаешь.
Арэлл сидела с вышиванием у высокого окна, за которым на самом горизонте дрожал красный диск солнца. Смотрела на нее и думала: «Забавно. А ведь, должно быть, еще совсем недавно сестра лудия лазила на забор за кизилом и бегала с поцарапанными локтями… Впрочем, это у нас кизил и ссадины на локтях, беготня с мальчишками и купание в шторм. У них — дворцовый этикет, учитель риторики, одежда, расшитая золотом, куафер, ювелир и обучение лицемерию…» Арэлл тоскливо обвела взглядом роскошную, разукрашенную палату.
— Так вот, дорогая моя, — повторила Лолла, внимательно рассматривая свои безупречные ногти, — я бы на твоем месте сходила к этой гадалке. Она берет дорого, но никогда не обманывает.
— Я не хочу к гадалке.
Арэлл резко воткнула иголку в вышивание, и туго натянутая ткань скрипнула.
— Глупости. — Лолла взяла щепотку золотого порошка и стала сыпать его на ноготь большого пальца. — Ты должна. Это прилично. Все ходят к колдунам. Так принято.
— Пустая трата времени.
Ее будущая невестка фыркнула и просыпала золотую пыль себе на хитон.
— Разве ты не хочешь узнать свое будущее?
— Не хочу.
…Или все-таки это неправда? Может быть, она кривит душой, когда говорит «нет»? А на самом деле мечтает узнать о себе и своей жизни что-то новое.
— Пойдем, — заговорщицки прошептала Лолла. — Говорят, у нее настоящее демоническое зрение.
— Ненавижу! — раздраженно сказала Арэлл, мстительно втыкая иглу в беззащитный лепесток цветка. — Ненавижу все демоническое!
— Ты только никому не говори об этом, ладно? — Лолла мило улыбнулась, показав белые острые зубки, и соскользнула со своего удобного ложа. — Идем сходим. Это займет всего пару часов твоего драгоценного времени.
Она повелительно махнула рукой, и Арэлл была вынуждена отложить вышивку.
Для похода к колдунье была выбрана темная одежда. Пепельные хитоны, черные плащи, украшения из гематита. Лолла убирала под капюшон длинные высветленные волосы, приплясывая на месте от нетерпения, и болтала какую-то чепуху. Арэлл рассеянно слушала ее.
— Мой драгоценный брат очень обеспокоен твоим здоровьем. Ты мрачна, бледна и встревоженна. Он бы хотел видеть свою невесту веселой и счастливой. Ты же счастлива выйти за него?
Арэлл машинально улыбнулась. «Да-да, счастлива! Еще как! Лучше бы вам всем оставить меня в покое, тогда счастье могло бы стать полным!»
Из Нижнего города долетел гулкий, тягучий звук. Как будто ударили в колокол.
— Что это?
Лолла равнодушно пожала плечами:
— Мало ли что. Ну ты готова? Идем?
Арэлл опустила капюшон на лицо и последовала за сестрой наследника.
Та нервничала, но это было приятное волнение. Предвкушение чего-то загадочного, немного опасного, но, несомненно, захватывающего. С собой она взяла только одну рабыню, хотя обычно никуда не выходила без охраны.
Мраморная лестница спускалась в сад. Там, среди вечнозеленых экзотических растений, в черной воде пруда лежала круглая желтая луна, похожая на медный начищенный поднос. Под ногами зашуршала мелкая галька. Один камешек тут же закатился в открытую сандалию Арэлл, она остановилась, приподняла длинный подол гиматия и вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Вскинула голову, В темных зарослях вдоль дорожки, сквозь густую сеть гибких ветвей, светились желтые узкие глаза. Они смотрели на девушку внимательно, не мигая. Арэлл почувствовала, как колючий холод пробежал по ее спине.
— Кто здесь? — прошептала она, не ожидая, впрочем, ответа.
И тут же на нее налетела надушенная, шелестящая одеждами тень, схватила за руку и зашипела рассерженным голосом Лоллы:
— Пошли! Пошли быстро! Не останавливайся.
— Кто это был?
— Не наше дело! — Холодная рука будущей золовки сжимала ее запястье и тащила за собой по тропинке.
— Очень мило! — съязвила Арэлл, оглядываясь через плечо на кусты. — По саду бродит неизвестно кто, и это не наше дело?
В ответ слышалось только сердитое сопение, мелодичное позвякивание браслетов и, наконец:
— Сегодня полнолуние. И я бы на твоем месте не стала особенно внимательно смотреть в темноту. Мало ли что там можно увидеть.
— Демонов, например?
— Может быть.
— А ты не боишься?
— Нас они не тронут.
— Ты уверена?
— Мы члены правящей династии. Они узнают нас — Лолла повернулась к Арэлл и постучала указательным пальцем по своему хорошенькому носику: — Узнают по запаху.
Арэлл снова передернуло.
— По запаху?
— Ну да. — Лурия Лолла как будто не заметила отвращения в ее голосе. — Помнишь, у тебя забирали повязку? Теперь ты в нашей семье. И они будут отличать твой запах от запаха простых людей. Они запомнили тебя и не тронут.
— А что будет с остальными, «простыми» людьми? Лолла снова пожала плечами, продолжая тащить Арэлл за собой.
— Ты задаешь такие странные вопросы, дорогая… Ну Вот почти пришли. Хорошо, что нам не надо спускаться в Нижний город. Там отвратительно.
Тропинка еще раз вильнула и вывела спутниц к низкому зданию. Ряд колонн, увитых диким виноградом, поддерживал остроконечную крышу. Пройдя между ними, девушки оказались в самой глухой части сада. Отсюда можно было незамеченными выбраться за территорию дворца в Средний город. Лолла провела спутниц через низенькую калитку в стене, и все трое быстро пересекли широкую площадь перед Каракалтским храмом. Дом гадалки оказался третьим на узкой улочке, круто уходящей вниз с холма к небогатым кварталам.
— Жди здесь, — приказала Лолла рабыне, торопливо постучала в дверь, прислушалась и кивнула Арэлл: — Идем.
Та оглянулась на остающуюся снаружи девушку, которая робко жалась к стене и тревожно озиралась по сторонам. Из-под темной накидки блестели ее перепуганные глаза.
— Она боится, — шепнула Арэлл Лолле.
— Она всегда боится, — рассеянно отозвалась та и потянула на себя тяжелую дверь.
— Возьми ее с собой. — Арэлл схватила Лоллу за руку. — Не оставляй здесь.
— Ты дождешься, что мы все трое останемся за дверью! — злобно фыркнула дочь императора. — Думаешь, я не боюсь?! Думаешь, я в восторге от этих чертовых придворных ритуалов?! За мной тоже следят и требуют их исполнения. Идем же!
Внутри дома было полутемно. Мрачный красный свет едва освещал просторную комнату, стены и пол которой были выложены черным камнем. В центре стояла огромная кровать. Больше Арэлл не удалось разглядеть ничего.
— Это она, — Лолла толкнула девушку в бок и благоговейно зашептала: — Говорят, когда она спит на левом боку, то видит прошлое, на правом — будущее, а на спине — настоящее.
Все это было бы очень смешно, если бы не черные, давящие стены с красными отблесками, светильники в форме змей и низкий голос, прозвучавший действительно с кровати:
— Подойди ближе.
Ведьма ободряюще кивнула и указала взглядом на ложе. Арэлл, пересиливая себя, сделала несколько шагов вперед. Она ожидала увидеть старую, страшную каргу, но колдунья оказалась молодой женщиной, даже красивой. У девушки знакомо заныл висок.
Она не удивилась. Эта боль была привычной. С детства. С того самого дня, когда она, шестилетняя малышка, убежала от няньки, пробралась по галерее в самый большой зал дворца, где часто проводил целые дни отец. И выскочила на середину комнаты, смеясь от удовольствия и собственной смелости.
Отец был не один, и он не обрадовался. Его лицо стало откровенно испуганным. А гость его — высокий господин в черных необычных одеждах, с красивым, переливающимся рубиновым поясом, наоборот, расцвел широкой улыбкой.
— Какая прелесть. — Он быстро подошел к застывшей от неожиданности Арэлл, взял под мышки и поднял до уровня своего лица. — Сколько тебе лет, малышка?
— Ей пять, — быстро ответил отец и добавил: — Всего пять.
— Ты вырастешь красавицей, — гость продолжал рассматривать ее, держа на вытянутых руках, словно щенка или ягненка, — светлые глаза, золотые волосы… Надо будет подыскать ей хорошего мужа.
— Ей всего пять лет, — повторил отец, хмуря брови.
— Человеческая жизнь очень короткая. — Черный господин снова улыбнулся.
И тут у нее заболела голова. Как будто в висок воткнулась колючка, и чем дольше Арэлл смотрела в глаза незнакомца, тем сильнее становилась эта боль. Девочка взвизгнула и попыталась вырваться, но ее отпустили не сразу.
Едва ощутив пол под ногами, она бросилась к отцу, тот подхватил ее на руки, прижал к себе. Но Арэлл чувствовала, что он не может защитить от опасного гостя.
— Красивые женщины — моя слабость, — сказал тот, ущипнул девочку за щеку и вышел, не прощаясь.
А Арэлл почему-то заплакала. Не от боли или страха — от обиды. Она сама не понимала, что ее огорчило — высокомерие «черного», то, как он обращался с ней, или ощущение собственной беспомощности.
Тем же вечером отец рассказал ей про демонов. О том, что они правят миром, о том, какие они бывают и чего хотят, об их жестокости и силе. Им принадлежало все — они вмешивались в жизнь людей, руководили ею и отнимали ее, если хотели. Высшие интересовались политикой, любили роскошь и развлечения. Низшим нравились удовольствия попроще.
До пятнадцати лет Арэлл больше не встречалась ни с теми, ни с другими. А в тот день, когда ей исполнилось пятнадцать, ей уложили волосы в сложную прическу, впервые нарумянили щеки и вывели в главный зал. Там сидел гость (он ничуть не изменился), что испугал ее в детстве. Высший демон.
Он поднялся с высокой скамьи, учтиво поклонился, сверкнул алым поясом. Арэлл стояла неподвижно, глядя на его человеческое лицо.
— Ты выросла. — Демон взял ее руку, поднес к губам, поцеловал. — Стала очень красивой. Это хорошо. Мы с твоим отцом думаем, как выгоднее продать твою красоту.
— Я не хочу, чтобы меня продавали, — чуть слышно ответила девушка. От горячих пальцев демона, все еще держащего ее ладонь, вверх по запястью растекалась неприятная тяжесть. Покалывание, озноб.
— Деточка! — рассмеялся он. — Ты же не знаешь,
— Мне все равно.
— Ты молода и глупа! — Демон оттолкнул ее, и Арэлл с размаху села на скамейку. — Но со временем это пройдет. я надеюсь…
Ее продали очень выгодно. Сыну императора Рэйма в качестве приложения к мирному договору. Или наоборот — договор о мире и развитии торговли прилагался к ней. Это было очень выгодно для Эллиды. А также для того демона — Правителя страны, где родилась Арэлл…
Теперь она стояла у ложа ведьмы-демоницы и смотрела в ее глаза, отсвечивающие красным. Темноволосая женщина в хитоне из флеровой ткани[15] возлежала на бордовых шелковых подушках.
— Хочешь узнать свое будущее? — спросила она, улыбаясь.
— Да.
— Ближнее, дальнее? Хочешь знать, что случится с тобой этой ночью? — Она приподнялась, ее локоть надавил на мягкую подушку, черные бусы на шее сверкнули.
— Дальнее.
Арэлл стало любопытно, что будет делать ведьма — ляжет спать, повернувшись на правый бок, или достанет из-под кровати магический кристалл, чтобы заглянуть в него.
— Мне не нужно никуда смотреть. Твоя судьба написана у тебя вот здесь.
Демоница протянула руку и больно ткнула Арэлл пальцем в лоб.
— Ранняя смерть. Мучительная ранняя смерть, — добавила она, подумав. — Но, если хочешь, я могу подправить твою судьбу. Это будет стоить тысячу сестерциев. А-а, ты, кажется, не веришь мне? Подойди ближе.
Ведьма заставила Арэлл опуститься на колени возле кровати, надавила ладонью на затылок и приблизила к себе ее лицо.
— Одиночество, пустота, смерть. У тебя не будет мужа, не будет детей и не будет дома.
Это была правда. На какое-то мгновение элланка почувствовала эту самую пустоту. Вокруг себя и в себе самой.
— Я знаю, — шепнула Арэлл.
— Знаешь? — удивилась ведьма. — А знаешь ли ты, что сама лишила себя своей судьбы?
— Да.
— Мне жаль тебя, смертная. У тебя не будет никаких человеческих радостей. Ты одержима. Я могла бы помочь тебе, но ведь ты не хочешь этого?
— Нет.
— Тогда уходи. Тебе нечего здесь делать… Ну чего ты ждешь?
— Покажи мне твой подлинный образ.
Ведьма рассмеялась неожиданно мягким, обворожительным, грудным смехом:
— Ну смотри.
Поделиться книгой: