Древняя Греция

(«Илиада», II, 200-202)

В этом эпизоде Гомер явно осуждает поступок смутьяна, рисуя весьма неприглядный портрет простолюдина: у него отталкивающая внешность, его мысли и поступки непристойны, и он один пытается возражать среди безмолвного войска. Да и остальные воины не только не заступаются за товарища, но, наоборот, одобряют действия Одиссея и осыпают насмешками незадачливого Терсита. Эта сцена, где Гомер безоговорочно признает права басилеев принимать решения и управлять народом, наверняка отражала пассивную роль народного собрания в предполисную эпоху.

Однако в более раннее время роль народного собрания была значительнее. В «Одиссее» на это указывает ряд эпизодов. Так, именно к народу апеллирует сын Одиссея Телемах во время конфликта с женихами Пенелопы. Для Гомера народное собрание – это древний, освященный традицией авторитетный орган, решению которого безоговорочно подчиняются как аристократы, так и рядовые общинники.

У Гомера впервые появляется термин «полис», с которым связана вся дальнейшая история античной Греции, все своеобразие достижений греческого общества.

Полис[7] как тип поселения уже хорошо известен поэту. Когда жизнь греков определяла семейно-родовая община, поселение представляло собой как бы «протополис», где еще господствует дворец правителя, а агора (площадь для народного собрания) – лишь часть дворцового комплекса. А к концу «темных веков» появляется раннеархаический полис, который предстает уже настоящим городом: он окружен стенами с башнями и воротами, располагает гаванью. Отличительной чертой полиса является наличие архитектурно оформленного центра – агоры. Подробное описание внешнего вида полиса отнюдь не было досужим вымыслом Гомера: открытая археологами Смирна поразительно похожа на гомеровскую Схерию.

Так постепенно из разрозненных ячеек первобытного родового общества формировался новый тип общины, в рамках которой греческое общество вступило в стадию цивилизации.

Источники

Археологический материал, относящийся к периоду «темных веков», весьма скуден, что является прямым отражением разрыва с градостроительной традицией микенского времени. Следов поселений на практически безлюдной территории Балканской Греции и островах Эгейского моря весьма мало. От эпохи 1100—900 II. до н. э. во всей Аттике обнаружено два дома в Элевсине, а в Фессалии – один дом в Иолке. По-видимому, греки в этот период ютились в небольших хижинах, от которых не осталось никаких следов. Первые свидетельства о возрождении в греческом мире городов относятся только к IX—VIII вв. до н. э.

Наиболее интересным памятником градостроительства этого периода является Смирна, открытая археологами в середине XX в. Поселение возникло в Малой Азии в Х в. до н. э. на территории, колонизованной греками, прибывшими с Балканского полуострова. Но только несколько десятилетий спустя, когда площадь, занятая постройками, увеличилась до трех гектаров, поселение было обнесено оборонительной стеной из кирпича-сырца на каменном фундаменте. Это было новым явлением в градостроительстве, так как до этого стены возводились только для защиты акрополей. Внутри городских стен господствовал ульевидный тип застройки, когда дома вплотную примыкают друг к другу. Такой тип планировки позволял возвести наибольшее количество пригодных для жилья помещений на небольшом пространстве. Акрополя (в обычном понимании этого слова) в городе не было. Храмы и другие общественные здания располагались прямо среди жилых домов. Все исследованные учеными поселения (Смирна и др.) скорее напоминают родовые поселки, схожие с теми, что существовали в предшествовавшую микенской эпоху, чем собственно города.

В целом археологический материал показывает, что в период крушения цивилизации бронзового века с ее цитаделями и дворцами смогли сохраниться такая форма поселения, как родовой поселок, и такие фундаментальные достижения предшествующей эпохи, как дом с мегароном, гончарный круг, горн для плавки металла и т. д.

КУЛЬТУРА ГОМЕРОВСКОЙ ГРЕЦИИ

Сложный и противоречивый процесс культурного развития Древней Греции в послемикенское время нельзя оценить однозначно. В области материальной культуры с внедрением железа во все сферы хозяйственной и военной деятельности отмечается несомненный прогресс, который нашел выражение в создании более совершенных орудий труда, введении новых приемов в организацию сельского хозяйства и новых технологий в ремесленное производство. Наиболее наглядно это проявилось в кузнечном ремесле, где использование нового сырья – железной руды потребовало значительного изменения традиционных способов обработки металлов, создания новых инструментов и оборудования. Если первоначально изделия из железа были лишь копиями бронзовых орудий труда и оружия, то впоследствии были найдены новые формы, использующие все преимущества железа.

Однако не все отрасли производства получили благоприятные возможности для своего совершенствования. На развитие материальной культуры непосредственно влияло изменение структуры общества: исчезновение такого социального слоя, как дворцовая знать, уничтожение громоздких чиновничье-бюрократических структур при дворцах и утверждение более примитивного общественного устройства, опиравшегося на племенные и родовые организации. Многие ремесла, которые были непосредственно связаны с функционированием дворцовых служб, стали либо более примитивными (бронзолитейное дело, каменное строительство), либо вообще были утеряны (все виды монументального искусства, искусство фортификации, ювелирное дело). Камень в строительстве почти не применялся (стены возводили в основном из дерева, полом в доме служила плотно утрамбованная земля), а из бронзы делали только котлы и треножники.

Ваза с протогеометрическим орнаментом (X в. до н. э.)

Исчезают дворцы – исчезают и многие явления духовной культуры. Наиболее наглядно это проявилось в утрате письменности ахейского общества (линейного письма Б). Времена глиняных табличек, из которых составлялись собрания документов хозяйственной отчетности дворцовой администрации, канули в Лету. Описанное Гомером общество не знало грамоты. Знаки письменности других народов предстают для них непонятными, таинственными и потому называются «зловещими знаками».

Вместе с микенскими дворцами осталось в прошлом искусство настенных росписей и вазописи, отражавшее живое восприятие греками растительного и животного мира. Художественное творчество этого периода выглядит довольно примитивным. Искусство опустилось до уровня простого ремесла. Изделия украшают несложным геометрическим орнаментом, который не требует от работника таланта художника. Самыми известными произведениями этого периода являются вазы геометрического  стиля, получившие свое название из-за линейного геометрического орнамента, который наносился краской на верхнюю часть сосуда. Греческие вазы геометрического стиля уже нельзя назвать примитивными: они изготовлены на гончарном круге. Их формы пропорциональны н красивы, ритмичный узор располагается с учетом формы сосуда, который расписан блестящим лаком, изобретенным еще на мипойском Крите.

Ваза с геометрическим орнаментом (IX в. до н. а.)

Все это указывает на сохранение связи культуры гомеровского времени с ремесленной и художественной традицией крито-микенской эпохи. А определенная близость геометрических орнаментов в ряде областей Греции (прежде всего там, где находились древние центры микенской культуры: Микены, Тиринф, Аргос) указывает на начало складывания некоего культурного единства.

Наиболее полно геометрический стиль представлен на дипилонских вазах (ІХ—?ІІІвв. до н.э.), названных так по месту находки в древних погребениях возле Дипилонских ворот в Афинах. На дипилонских вазах, служивших погребальными урнами, появляется узор меандр, который стал основным орнаментальным мотивом в греческом искусстве. Кроме геометрических фигур, на сосуды наносились и стилизованные изображения животных и растений, а позже на погребальных урнах появляются рисунки людей, вписанные в треугольник и круг. Из однотипных, сделанных как по шаблону геометрических изображений людей создавались «погребальные» сюжеты: оплакивание умершего, сцены погребальных игр и состязаний колесниц. Хотя рисунки на дипилонских вазах еще примитивны, но в ритме и динамике их геометрических узоров нашли отражение те новые процессы, которые возникли в гомеровском обществе и получили развитие в последующие эпохи.

Зевс, мечущий молнию.

Статуэтка из Доданы (V в. до н.э.)

Скульптура в этот период представлена терракотовыми и бронзовыми статуэтками, в основном предназначенными для культовых целей. Они наивны и схематичны: пропорции фигуры нарушены, лицо и тело переданы весьма условно. Создавались в это время и ксоаны – монументальные идолы. Это были грубо обработанные стволы дерева и большие куски камня с примитивно намеченными контурами головы и чертами лица.

В «темные века», задолго до утверждения «олимпийской» религии, впервые наиболее полно отраженной в поэмах Гомера, возникает греческая языческая религия. В каждой общине имелся свой бог-покровитель, которого почитали как защитника от злых дел и враждебных помыслов людей и богов. Он был сильнее и могущественнее многочисленных богов и богинь рек, источников, рощ и т. д. В эту эпоху господство культов местных богов – главная отличительная черта религиозных верований населения Древней Греции. Однако власть местного бога-покровителя была безграничной лишь в рамках общины. На остальной территории Греции такой бог не считался всемогущим.

Свою силу он должен был доказывать в борьбе с другими богами – покровителями соседних общин.

Характерной чертой религиозных верований древних греков в этот период являлся культ предков, в котором важную роль играли погребальные церемонии и игры. Церемония погребений и проведение состязаний во время тризны в честь Патрбкла описаны Гомером в «Илиаде». Организация поминальной церемонии мотивировалась священным долгом перед умершим, которого необходимо было похоронить с соблюдением всех норм, с тем чтобы он в загробной жизни ни в чем не нуждался. Кроме того, в случае гибели человека от руки убийцы долгом родственников было преследовать преступника до тех пор, пока смерть сородича не будет отомщена пролитием крови врага. Если этот порядок нарушить, то, по представлениям древних греков, обиженные духи будут преследовать родственников умершего, пока они не выполнят свой долг перед умершим и не совершат все религиозные обряды. Впрочем, и после совершения обряда погребения в полном объеме родственники покойного обязаны были периодически устраивать сакральные игры в его честь и приносить погребальные жертвы.

Надгробный кратер геометрического стиля (VIII в.до н. э.)

В культе предков отчетливо выражена духовная атмосфера греческого общества в последний период существования первобытных отношений, когда формировались основные морально-этические нормы новой цивилизации. А культ местного бога-покровителя отражал то изолированное существование маленькой общины, которая должна была напрягать все силы, чтобы выжить в условиях постоянного противостояния враждебным силам природы и агрессивным нападкам соседей.

Итак, гомеровский период – это, с одной стороны, полный разрыв с традициями дворцовой жизни бронзового века, а с другой – реализация в новых формах того огромного потенциала, который был накоплен греческим обществом в прошлые периоды истории.

Историография

Эпоха гомеровской Греции (как предтеча античного общества) всегда привлекала внимание исследователей, порождая противоречивые оценки и выводы. Расхождение в оценках этого периода касается уже самого определения стадии общественного развития, на которой находилось греческое общество. Русские дореволюционные и зарубежные историки долгое время рассматривали эту эпоху как средневековое общество.

Впоследствии отечественные ученые убедительно доказали, что гомеровская Греция – это заключительная стадия первобытного общества, вплотную подошедшего к эпохе цивилизации. Эта эпоха наиболее полно исследована в работах Ю.В.Андреева, который показал особенности разложения родовых отношений и появления нового феномена – полиса. Обстоятельные исследования по социальной истории конца II – начала I тысячелетия до н. э. принадлежат английскому ученому Дж. Юмсону (G. Thomson).

Литература по теме

Андреев Ю. В. Поэзия мифа и проза истории. Л., 1990.

АндреевЮ. В. Раннегреческий полис (гомеровский период). Л., 1976.

Гордезиани Р. В. Проблемы гомеровского эпоса. Тбилиси, 1978.

Зайцев А. И. Формирование греческого гекзаметра. СПб., 1994.

ЛенцманЯ. А. Рабство в микенской и гомеровской Греции. М., 1963.

Лорд А. Б. Сказитель. М., 1994.

Лосев А. Ф. Гомер. М., 1996.

Томсон Дж. Исследования по истории древнегреческого общества. М., 1958.

Шталь И. В. «Одиссея» – героическая поэма странствий. М., 1978.

Coldstream]. Geometric Greece. L., 1977.

Desborough V. The Greek Dark Ages. L., 1972.

Finley M. The World of Odysseus. N. Y, 1954.

Kirk C. The Songs of Homer. Cambridge, 1962.

Snodgrass A. The Dark Ages of Greece. Edinburgh, 1971.

ГЛАВА 7

Архаическая эпоха. Становление полисного мира

«АРХАИЧЕСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ»

Эпоха VIII—VI вв. до н. э. – это время наиболее интенсивного развития древнегреческой цивилизации. В течение этого периода перемены во всех областях жизни античной Греции – от экономики до культуры – были настолько масштабными и радикальными, что их совокупность часто называют архаической революцией[8]. Меняется весь облик греческого общества. Если к началу эпохи архаики это был традиционный, почти не прогрессирующий, немобильный, довольно простой по своей структуре социум, то к концу этой эпохи можно уже с полным правом говорить об обществе в высшей степени подвижном, сложном, в краткие по историческим меркам сроки догнавшем, а в ряде отношений даже обогнавшем в своем развитии страны Древнего Востока. На греческой земле снова складываются основы государственности. Но новые государственные образования принимают форму не дворцовых царств, как в микенскую эпоху, а полисов (государств античного типа в форме гражданской общины[9]), что в дальнейшем обусловило специфику всей древнегреческой цивилизации.

В результате ряда причин (далеко не все из них до конца ясны ученым) в Греции уже в первые века архаической эпохи резко возросла численность населения (это фиксируется археологическими данными, в частности количественным анализом погребений). Случился настоящий демографический взрыв: за какой-нибудь век население Эллады увеличилось в несколько раз. Нет сомнения, что значительный прирост населения был следствием процессов, начавшихся в предыдущую, предполисную эпоху. Благодаря отсутствию в этот период внешней угрозы, постепенному, но неуклонному росту благосостояния в результате внедрения во все сферы жизни изделий из железа, греческому миру было даровано несколько столетий стабильной жизни.

Следует отметить, что рост населения отмечался в регионе, бедном природными ресурсами, в том числе плодородными почвами. В результате в некоторых областях Греции возникло такое явление, как стенохория (т. е. «аграрное» перенаселение, приводившее к «земельному голоду»). Наиболее остро стенохория проявилась на Истме (перешеек, соединяющий Пелопоннес со Средней Грецией) и в прилегающих к нему районах, а также на некоторых островах Эгейского моря (в особенности на Эвбее), в малоазийской Ионии. В этих густонаселенных районах размер хоры (т. е. сельскохозяйственных земель) был ничтожно мал. В меньшей степени стенохория ощущалась в Аттике. В Беотии, Фессалии, на юге Пелопоннеса благодаря большим площадям обрабатываемой земли и высокому (по греческим меркам) плодородию почв демографический взрыв не привел к негативным последствиям. Характерно, что в этих областях и темпы экономических и политических преобразований были, как правило, более низкими: нужда является мощным двигателем прогресса.

Чрезвычайно важным процессом, во многом определившим развитие архаической Греции, была урбанизация – градостроительство, становление городского образа жизни. Отныне и вплоть до конца существования античной цивилизации одной из наиболее специфических ее черт стал именно ее городской характер. Это в какой-то мере осознавали уже и сами греки, для которых слово «полис» (в значении «город») стало одной из ключевых характеристик всего их бытия, а сформировавшиеся в Греции в эту эпоху небольшие государства с городом в качестве центра получили название полисов.

Если к началу архаической эпохи в греческом мире почти не было очагов городской жизни, то к ее концу Греция превратилась воистину в «страну городов», многие из которых (Афины, Коринф, Фивы, Аргос, Милет, Эфес и др.) стали крупнейшими экономическими, политическими, культурными центрами. Города могли образовываться различными способами. Одним из наиболее распространенных был так называемый синойкизм (буквально – «сселение») – слияние в одну политическую единицу нескольких небольших поселений сельского типа, расположенных поблизости друг от друга, на территории одной области. Этот процесс мог сопровождаться реальным переселением жителей нескольких деревень в один город. Так, синойкизм в Аттике, который традиция приписывает легендарному афинскому царю Тесею (хотя этот процесс имел место в первой половине І тысячелетия до н. э. и продолжался в течение нескольких веков), отнюдь не привел к переселению всего сельского населения в единый центр. Еще в классическую эпоху более половины афинских граждан проживало на хоре, в самих Афинах находились лишь общие органы государственного управления.

Греческий город периода архаики играл роль административного центра для окружающей его территории, а говоря точнее – административно-религиозного центра, поскольку религия в античности была теснейшим образом связана с государственной жизнью. Но одновременно город являлся и важнейшим экономическим центром, средоточием ремесленного производства и торговли. Таким образом, необходимо отметить определенную двойственность функций древнегреческого города (впрочем, это характерно для города любой исторической эпохи). Она выражалась в наличии практически в каждом городе двух центров. Одним из них был акрополь (от akros – верхний + polis – город), представлявший собой крепость. Он располагался обычно на холме либо на более или менее неприступной скале и обладал комплексом оборонительных сооружений. Акрополь был сердцем города и всего государства; на нем располагались главные храмы, отправлялись основные религиозные культы. На акрополе же первоначально находились и здания органов управления полисом. Кроме того, в случае нападения врагов акрополь служил цитаделью, последним оплотом обороняющихся.

Вторым «центром» города являлась возникавшая чаще всего у подножия акрополя агора – главная городская площадь, где находился рынок и где народ собирался на сход. Агора, как и акрополь, считалась сакральным пространством. Вокруг агоры теснились собственно городские кварталы, в которых обитали ремесленники, торговцы (составлявшие, впрочем, меньшинство населения), а также крестьяне, ежедневно отправлявшиеся на работу на свои земельные участки, расположенные недалеко от города.

Однажды возникнув, город претерпевал на протяжении архаической эпохи определенную эволюцию. Прежде всего необходимо упомянуть о постепенном возрастании значимости агоры, о переносе на нее основных административных функций с акрополя, который в конечном счете становится почти исключительно местом проведения религиозных ритуалов. В различных греческих городах этот процесс шел с разной степенью интенсивности, соотносясь в основном с темпами политического развития того или иного полиса.

Бронзовые шлемы (VI в. до н. э.)

Акрополь терял и свою оборонительную функцию, что было следствием другого характерного для того времени процесса – возрастания защищенности городов в целом. Быстрое развитие военного искусства настоятельно требовало создания в городах системы укреплений, которые охватывали бы не только цитадель акрополя, но и всю территорию города. К концу архаической эпохи многие города, во всяком случае наиболее крупные и процветающие, по всему периметру были окружены оборонительными стенами.

Впрочем, не во всех регионах греческого мира урбанизация достигла высокого развития. В таких областях, как Элида, Этолия, Акарнания, Ахайя, жизнь в городах еще долго находилась на довольно примитивном уровне. Особый случай представлял собой крупнейший центр Южного Пелопоннеса– Спарта, которую античные авторы называли несинойкизированным полисом. Не только в архаическую эпоху, но и в дальнейшем (вплоть до эллинистического периода) этот полис вовсе не имел оборонительных стен. Да и в целом облик Спарты был далек от городского, поскольку это была, по сути дела, совокупность нескольких сельских поселений.

Чрезвычайно важные изменения произошли в военном деле. В VIII—VI вв. до н. э. отошли в прошлое описанные в поэмах Гомера единоборства героев-аристократов. Отныне главным в искусстве войны стало коллективное начало, а важнейшую роль на полях сражений начали играть отряды гоплитов – тяжеловооруженных пехотинцев. Доспехи гоплита состояли из бронзового шлема, панциря (либо целиком изготовленного из бронзы, либо кожаного, обшитого бронзовыми пластинами), бронзовых поножей, защищавших голени воина, и круглого щита из нескольких слоев бычьей кожи на деревянной раме, обычно обитого бронзовыми пластинами. Гоплит был вооружен коротким (длиной около 60 сантиметров) железным мечом и более длинным деревянным копьем с железным наконечником. Как доспехи, так и оружие гоплит должен был приобретать за собственный счет, поэтому для того, чтобы служить в этом роде войск, нужно было быть зажиточным человеком, гражданином-землевладельцем (изначально полное гоплитское вооружение – паноплия – вообще было доступно только аристократам).

Паноплия (доспехи гоплита из Аргоса) (VIII в. до н. э.)

В бою гоплиты выступали особым сомкнутым строем – фалангой. Воины становились плечом к плечу в несколько шеренг в сильно вытянутый по фронту прямоугольник. Длина греческой фаланги колебалась в зависимости от общей численности отряда и могла достигать одного километра, глубина обычно составляла 7—8 рядов. Построившись и приготовившись к битве, гоплиты прикрывались щитами, выставляли вперед копья и двигались на врага, стремясь нанести как можно более мощный удар. Подобная живой стене, сметавшая все на своем пути, фаланга в течение веков оставалась самым совершенным способом построения войск. Наиболее сильной стороной фаланги был, пожалуй, именно ее неудержимый натиск; кроме того, тяжелые доспехи хорошо защищали гоплита, что делало количество жертв среди воюющих минимальным. У этого строя были и недостатки: слабая маневренность, уязвимость с флангов, неприспособленность к боевым действиям на пересеченной местности. Как гоплитское вооружение, так и фаланга появились на рубеже VIII—VII вв. до н. э., скорее всего в Аргосе – одном из крупнейших центров Пелопоннеса. Во всяком случае, именно в Арголиде в одной из могил археологи нашли самый древний вариант паноплии. Естественно, из Аргоса новый способ ведения боевых действий очень быстро распространился по всему Пелопоннесу, а затем почти по всему греческому миру.

Триера. Рисунок

Беднейшие граждане, неспособные приобрести гоплитские доспехи и оружие, во время войны составляли вспомогательные части легковооруженных воинов – гимнетов. Среди них были лучники, пращники, дубинщики, метатели дротиков (коротких копий). Гимнеты, как правило, начинали сражение, а потом отбегали в стороны, освобождая место для столкновения основных сил – гоплитских фаланг. Гимнетов считали наименее ценной частью войска, и иногда полисы даже заключали друг с другом соглашения, запрещавшие пользоваться во время военных столкновений луками, пращами и т. п.

Конница, комплектовавшаяся исключительно из представителей аристократии, играла в битвах небольшую роль: кавалеристы в основном должны были защищать фалангу слева и справа во избежание ее окружения. Более активным действиям конницы препятствовало, в частности, то обстоятельство, что еще не было изобретено седло со стременами, и потому положение всадника на коне было весьма неустойчивым. Лишь в некоторых греческих областях (особенно в Фессалии) кавалерийские отряды занимали по-настоящему значительное место в структуре войска.

Наряду с военным искусством развивалось морское дело. В эпоху архаики у греков появились военные корабли комбинированного парусно-гребного типа. Самой ранней разновидностью таких кораблей была пентеконтера, представлявшая собой очень большую лодку с парусом и примерно полусотней весел, каждое из которых приводилось в движение гребцом. В VI в. до н. э. на смену пентеконтере пришла триера – корабль с тремя рядами весел (всего до 170 весел) с каждой стороны. По сообщениям античных авторов, триеры впервые начали строить мастера из Коринфа. Парусный такелаж на триере был предельно прост и применялся редко, в основном же корабль двигался на веслах, особенно во время морского боя. При этом возможность развивать скорость до 10 узлов в сочетании с высокой маневренностью делали триеру очень эффективным оружием. На протяжении архаической и большей части классической эпохи она оставалась самым распространенным типом военного судна.

Коринфская керамика (ок. 600 г. до н. э.)

Греков считали величайшими в тогдашнем мире мореходами;уже в архаическую эпоху с полной ясностью определилась ярко выраженная «морская» ориентация их цивилизации. Наряду с кораблями, предназначенными для ведения войны, у греков были торговые, транспортные суда. Торговые корабли были более короткими и широкими, чем пентеконтеры и триеры, имевшие вытянутую форму. Движение такого судна осуществлялось прежде всего с помощью парусов. Впрочем, парусное оснащение древнегреческих кораблей было еще весьма простым. Поэтому чрезмерное удаление от берега грозило такому судну почти неминуемой гибелью, как и плавание зимой, в сезон бурь. Тем не менее прогресс в освоении морских пространств был налицо.

Безусловно, все новшества в области градостроительства, в военном и морском деле были бы невозможны, если бы им не сопутствовало быстрое развитие экономики. Правда, в сельском хозяйстве, являвшемся основой экономической жизни античной Греции, эти изменения ощущались слабее. Сельскохозяйственное производство по-прежнему базировалось на возделывании культур так называемой «средиземноморской триады» (зерновые, виноград, оливки), а также на скотоводстве, игравшем в основном вспомогательную роль.

Значительные изменения происходили в VIII—VI вв. до н. э. в ремесленном производстве, уже отделившемся от сельского хозяйства.

Коринфская керамика (ок. 600 г. до н. э.)

Технический прогресс коснулся многих производственных отраслей, например судостроения, добычи и обработки металла. Греки начали строить шахты, открыли сварку и пайку железа, разработали новые технологии бронзового литья и т. д. Все это способствовало развитию оружейного дела. В сфере керамического производства следует отметить расширение ассортимента сосудов. Изящное и стильное декорирование с помощью росписи превращало эти предметы утилитарного назначения в настоящие произведения искусства. В наиболее развитых греческих полисах появляются монументальные каменные постройки культового и общественного назначения: храмы, жертвенники, здания для работы органов власти, портовые сооружения, водопровод и др.

Экономические достижения были бы невозможны без преодоления характерной для гомеровского периода замкнутости греческих общин. Торговля, в том числе внешняя, способствовала восстановлению связей с древними цивилизациями Востока. Например, в Аль-Мине (на сирийском побережье) находилась греческая купеческая фактория. Иными словами, Греция окончательно вышла из изоляции. Впрочем, уровень развития торговли в архаическую эпоху не следует преувеличивать. Товарность греческой экономики, т. е. ориентированность на рынок, была невысокой. Внешнеторговый обмен имел целью прежде всего не сбыт продукции древнегреческих полисов, а, напротив, получение из других мест того, что отсутствовало на собственной территории: сырья, ремесленных товаров и продуктов питания, особенно хлеба, в котором греки всегда нуждались. Отсутствие в Греции достаточного количества природных ресурсов приводило к тому, что главной составляющей внешней торговли являлся импорт.

Родосская керамика (VII в. до н. э.)

Торговые, экономические контакты влекли за собой взаимодействие в культурной сфере. Усилившееся в архаическую эпоху восточное влияние на греческий мир дает повод некоторым ученым даже говорить об ориентальном (т. е. ориентированном на Восток) периоде развития цивилизации в Древней Греции. Действительно, из Финикии пришел в греческие полисы алфавит, из Египта – технология изготовления монументальных статуй, из Малой Азии – монета. Эллины охотно воспринимали у более опытных восточных соседей все полезные новшества. Однако они шли по совершенно новому, неведомому восточным цивилизациям пути развития.

Весьма важным фактором экономической жизни греческого мира стало появление денег. В начале архаической эпохи в некоторых областях Эллады (особенно в Пелопоннесе) роль денег играли железные и медные бруски в форме стержней – оболы. Шесть оболов составляли драхму (т. е. горсть – такое их количество можно было захватить одной рукой). В VII в. до н. э. появилась чеканная монета. Она была изобретена в Лидии, небольшом богатом царстве на западе Малой Азии. Греки очень быстро переняли новшество. Вначале по образцу лидийцев начали чеканить монету крупнейшие малоазийские греческие полисы, а затем монеты вошли в оборот в Балканской Греции (прежде всего на Эгине). Как лидийские, так и первые греческие монеты чеканились из электра – природного сплава золота и серебра, а потому их номиналы были довольно высокими, и вряд ли эти монеты могли использоваться в торговле. Скорее всего, они служили для осуществления крупных расчетов государства (например, для оплаты услуг воинов-наемников). Однако со временем появились мелкие номиналы монеты и она вошла в активный торговый оборот.

Афинская серебряная тетрадрахма (V в. до н. а.)

К концу архаической эпохи основным материалом для чеканки монет стало серебро. Лишь в классическую эпоху мелкую разменную монету стали делать из меди. Монеты из золота чеканились в крайне редких случаях. Характерно, что новые деньги сохранили старые названия. Основной денежной единицей в большинстве полисов была драхма (6 оболов). Вес афинской серебряной драхмы равнялся приблизительно 4,36 грамма. Чеканили также монеты промежуточного достоинства – между драхмой и оболом. Существовали и монеты более весомые, чем драхма: дидрахма (2 драхмы), очень широко распространенная тетрадрахма (4 драхмы) и крайне редко выпускавшаяся декадрахма (10 драхм). Наиболее крупными мерами стоимости являлись мина (100 драхм) и талант (60 мин, т. е. около 26 килограммов серебра); монет такого достоинства, естественно, не было.

В некоторых древнегреческих городах существовала своя монетная система, основанная на денежной единице статер (примерно 2 драхмы). Каждый полис, являясь независимым государством, выпускал собственную монету. Власти удостоверяли ее государственный статус, помещая на монете особое изображение, являвшееся символом, или эмблемой, полиса. Так, на монетах Афин были изображены голова Афины и сова, считающаяся священной птицей богини, на монетах Эгины – черепаха, на монетах Беотии – щит и т. д.

Источники

Об истории Древней Греции в архаическую эпоху свидетельствуют разнообразные источники, ценность которых, однако, неодинакова. Центральное место занимают письменные данные, содержащиеся в произведениях античных авторов. При этом наибольшую ценность представляют памятники, которые были созданы в течение самой эпохи архаики, ибо это свидетельства современников, а порой даже очевидцев описываемых событий.

Важную информацию дают исторические сочинения: ведь античные историки как раз и ставили перед собой цель рассказать о событиях не только современной им эпохи, но и более раннего времени. Как известно, историческая литература впервые появилась в Греции именно в архаическую эпоху, во второй половине VI в. до н. э. Однако труды первых логографов – писателей, работавших в историческом жанре (Гекатея Милетского, Харона Лампсакского, Акусилая Аргосского и др.) – к огромному сожалению, сохранились лишь в виде немногочисленных и разрозненных фрагментов, цитируемых «позднейшими» авторами. Конечно, кое-какие ценные сведения можно получить и из этих фрагментов, но в целом сведения в них довольно скудны и, во всяком случае, не позволяют воссоздать целостную картину развития Греции в эпоху архаики.

Для сколько-нибудь полноценной реконструкции истории этого времени приходится активно использовать письменные памятники самых различных жанров, например, произведения поэтов, которых в Элладе VIII —VI вв. до н. э. было много. Очень важный материал мы находим у Гесиода – крупнейшего представителя дидактического (поучительного) эпоса. В его поэме «Труды и дни» содержится описание всего трудового быта крестьянина со своеобразным стихотворным кодексом хозяйственных наставлений, культовых предписаний и нравственных правил жизни небогатого грека эпохи ранней архаики. Мир «сельской Греции» встает со страниц поэмы во всей своей полноте и красочности, и, следует сказать, этот мир резко контрастирует с миром Гомера – с его воинственными героями и почти постоянными битвами.

Источником информации являются нумизматические свидетельства. Самые первые монеты греческих полисов дают возможность судить о характере денежного обращения, о путях межгосударственной торговли, о системах мер и весов и др.

ВЕЛИКАЯ ГРЕЧЕСКАЯ КОЛОНИЗАЦИЯ

Архаическую эпоху ознаменовало столь важное событие в истории Эллады, как Великая греческая колонизация, когда греки основали множество городов и поселений на побережьях Средиземного и Черного морей. Таким образом, греческая цивилизация распространилась на значительные территории юга Европы.

Развитие колонизационного процесса определяли предпосылки экономического и политического характера. К экономическим предпосылкам следует отнести прежде всего возникший в результате роста населения острый «земельный голод», когда небольшие размеры хоры и невысокие урожаи не могли обеспечить нормальное существование всем гражданам государства. В результате часть населения была вынуждена искать средства существования на чужбине. Важным стимулом колонизации греческими полисами ближних территорий было стремление получить доступ к источникам сырья, отсутствовавшего на родине, и закрепить за Грецией важнейшие торговые пути. Именно поэтому греки основывали не только апойкии – полноценные колонии, сразу становившиеся независимыми полисами, но также и торговые фактории, являвшиеся лишь местами пребывания купцов со своим товаром. Что же касается политических причин колонизации, то важную роль сыграла ожесточенная борьба за власть в полисах архаической эпохи. Зачастую группировке, потерпевшей в этой борьбе поражение, оставалось только одно – покинуть родной город и переселиться на новое место.

Отнюдь не случайно центрами выведения колоний (метрополиями) стали развитые в экономическом и политическом отношении полисы, имевшие многочисленное население, но малую хору. Среди таких полисов – Коринф, Мегары, Халкида, Эретрия и др. Например, Милет, по сообщениям некоторых источников, основал более 70 колоний. Казалось бы, исключением из общего правила была область Ахайя, отсталый аграрный регион на севере Пелопоннеса. Однако следует принять во внимание, что в Ахайе с ее каменистыми почвами «земельный голод» ощущался особенно остро.

Несравненно меньшую роль в Великой греческой колонизации сыграли те полисы, хора которых была более обширной, а темпы экономического и политического развития – более замедленными (или искусственно сдерживаемыми). Так, практически не основывали колоний в течение эпохи архаики Афины, Спарта, государства Беотии и Фессалии.

Колонизация шла в двух основных направлениях – западном и северо-восточном, куда первые колонии были выведены еще в VIII в. до н. э. На западе греков особенно манили к себе плодородные земли Апеннинского полуострова и острова Сицилия. Уже в первой половине VIII в. до н. э. выходцами из Халкиды было основано небольшое поселение на островке Питекуссы у западных берегов Италии; вскоре колонисты перебрались на материк, и там возник греческий полис Кумы. Прошел какой-нибудь век – и южное побережье италийского «сапожка» и все побережье Сицилии оказались буквально усеяны новыми эллинскими городами. В колонизации региона приняли активное участие выходцы с Эвбеи, из Коринфа, Мегар, Ахайи и других греческих полисов. Порой несколько полисов осуществляли совместную колонизационную экспедицию. Но бывали случаи и совсем иных отношений – вражды, борьбы за территории, приводившие к войнам и оттеснению слабейших на менее удобные земли.

В конечном счете Южная Италия и Сицилия оказались настолько интенсивно освоены греками, что уже в античной историографии вся эта область получила наименование Великая Греция. Самым крупным и значительным полисом региона являлись Сиракузы, основанные ок. 734 г. до н. э. коринфянами. Сиракузы были настолько процветающим экономическим и политическим центром, что могут считаться самой знаменитой греческой колонией. Из других городов Великой Греции следует упомянуть: на Сицилии – Гелу (колония города Линд на Родосе), на южном побережье Италии – Сибарис, Кротон (основаны выходцами из Ахайи), Тарент (едва ли не единственная колония Спарты, выведенная в результате внутриполитической борьбы в этом полисе), Регий (колония Халкиды).

Особую роль в колонизации греками крайнего запада Средиземноморья сыграла Фокея – полис в малоазийской Ионии, родина многих отличных мореходов. Около 600 г. до н. э. фокейцы основали на южном побережье нынешней Франции колонию Массилия (совр. Марсель), ставшую богатым и процветающим городом. Фокейцы создали ряд своих поселений и на средиземноморском побережье Испании.

Северо-восточное направление греческой колонизации привлекало жителей полисов Балканской Греции наличием полезных ископаемых (месторождения золота и серебра в Северной Эгеиде), плодородием земель (прежде всего причерноморских), возможностью установления выгодных торговых связей. На этом направлении греки освоили фракийское побережье Эгейского моря, включая полуостров Халкидика (на этом полуострове сеть греческих поселений была особенно густой), а затем – зону черноморских проливов, где большую активность проявили Мегары. В VI в. до н. э. мегаряне основали на противоположных берегах пролива Боспор Фракийский (чрезвычайно важный в стратегическом отношении район) колонии Халкедон и Византий (будущий Константинополь, совр. Стамбул).

Логическим завершением движения греков на северо-восток стало освоение побережья Черного моря, которое они называли Понт Эвксинский (т. е. Гостеприимное море). Первые попытки колонизации черноморского побережья относятся к VIII в. до н. э. Но лишь с VII в. до н.э., когда грекам удалось прочно закрепиться в черноморских проливах, а также освоиться с навигационной спецификой бассейна Черного моря (практическое отсутствие островов, большие расстояния и глубины, иные климатические условия), это море стало для них воистину «гостеприимным». Особенно деятельное участие в колонизации понтийских берегов принял Милет, основавший большинство своих колоний именно в этом регионе.

Из колоний Южного Причерноморья самыми значительными были Синопа и Гераклея Понтийская, Восточного – Диоскуриада и Фасис, Западного – Истрия и Одесс. Пожалуй, наибольшее количество поселений у эллинских колонистов было в Северном Причерноморье. В конце VII в. до н. э. милетяне обосновались на небольшом острове Березань близ устья Днепра. Затем они совершили «прыжок на материк», основав город Ольвия. В ЛТв. до н. э. множество поселений греков (в подавляющем большинстве – милетские колонии) заняло берега Боспора Киммерийского (древнее название Керченского пролива). Крупнейшим центром античной цивилизации в этом регионе стал Пантикапей (находился на месте совр. Керчи). Неподалеку возникли меньшие по размеру и значению города: Нимфей, Мирмекий, Феодосия, Фанагория, Гермонасса и др. Со временем эти города создали объединение (религиозного, а возможно, и военно-политического характера), во главе которого встал Пантикапей. В классическую эпоху из этого союза полисов образовалось крупнейшее в Северном Причерноморье государство – Боспорское царство.

Великая греческая колонизация по вполне понятным причинам почти не распространялась на восток и юг. В Восточном Средиземноморье издавна существовали развитые государства (финикийские города, Египет), которые отнюдь не были заинтересованы в появлении на своих землях поселений «чужаков». Дальше образования греческих торговых факторий на территории этих царств дело не шло. В частности, в Египте, в дельте Нила, в VII в. до н. э. возникла колония Навкратис, но это не традиционный для греков город. Навкратис был основан несколькими полисами и населен в основном купцами, при этом подчинен власти фараона. Иными словами, он представлял собой скорее крупную факторию, чем колонию в собственном смысле слова. Лишь в одной области на африканском побережье, получившей впоследствии название Киренаика (территория совр. Ливии[10]), с VII в. до н. э. начали появляться колонии, самой крупной из которых была Кирена, быстро ставшая процветающим городом.

Сицилия. Храм Согласия в Акраганте (V в. до н. э.). Фотография