Помоги проекту - поделись книгой:
Вот Леха идет по Лунному бульвару, рядом хорошенькая девочка Галя. Галя задумчиво смотрит на Леху:
– А ты когда на меня запал? С первого взгляда?
– Не вопрос, – бормочет Леха. Агата никогда не задавала таких трудных вопросов, на них отвечать неловко.
– С первого взгляда, – мечтательно закатывает глаза Галя, – как увидел, так и зафанател. Опишу нашу любовь в своем новом романе. Я уже придумала название. Сказать?
– Ну скажи, – без интереса отвечает он. Ему тоскливо с этой Галей, вот главный проигрыш в Лехиной жизни. И хорошенькая, и романы сочиняет, и отвечает Лехе взаимностью на его чувство, а тоскливо и скучно. Она этого не замечает:
– Название – супер! «Любовь к дольке апельсина». Нравится?
– Да, – тусклым голосом цедит Леха. С Агатой никогда не бывало скучно, но в этом Леха не хочет признаваться даже самому себе.
Если бы Леха умел анализировать происходящие события, он бы понял главное. Он вовсе не собирался менять Агату на Эту. Он просто мимолетно увлекся Этой и хотел, чтобы они обе были у него: постоянно Агата и временно Галя. Так бывает, Леха видел любовные тре-угольники. И не только в кино. Вот Морозик и Экстрасенсиха – верная хорошая пара. И затесалась третья – Снегурка. И ничего. Ну скандалит иной раз аристократка-Экстрасенсиха. А после скандала все идет по-прежнему. Классная жизнь, весь Лунный бульвар это признает. А здесь получилась фигня, Леха так считает в глубине души. А вид делает самый довольный. Он еще не знает, что благополучный треугольник получается не у всех и не всегда. Нужна тайна. А большинство мужчин любого возраста быстро попадается. Лехе всего двенадцать лет, но есть законы отношений, и они для всех одни. Например, Леха по себе знает: стоит только заглядеться на чужую девочку, Агата сразу это заметит. И дальше она поступит по настроению, а настроения у Агаты переменчивые. Иногда устроит веселую выволочку Лехе. Иногда презрительно сморщит носик. А иногда убежит и оставит Леху на произвол судьбы. Хотя это не совсем честно – бросать на произвол. Они всю жизнь, вот уже шестой год, учатся в одном классе, у них общий кот, и вообще Леха и Агата не чужие друг дружке люди. Так размышляет Леха. А Галя тем временем щебечет и делится своими мечтами:
– Скоро будет весна, а потом лето.
«Свежая новая мысль», – думает Леха, терпение может кончиться в любую минуту, но пока он сдержан, как борец перед атакой.
Галя не улавливает его настроения. Странная черта для будущей писательницы – слышать только себя. Обычно те, кто пишет о людях, любят их понимать и умеют слушать очень многое, а не только слова. За словами кое-что спрятано. В паузах, в жестах, в выражении глаз. Но это открывается не всем, а только очень внимательным, чутким.
Галя трещит:
– А летом я приглашу тебя к нам на дачу. Классно! Я буду сочинять романы, а ты будешь ловить рыбу. Там есть собака Ингус.
– И тетя? – машинально спрашивает Леха.
– Конечно, тетя Клава – это ее дача. – Никакой иронии девочка Галя не уловила. А напрасно. Ирония – знак некоторой опасности. Но Галя уверена в своей неотразимости, она продолжает болтать. – На даче малина, поет соловей. – Леха вроде перестал слушать Галю, но вдруг остановился и прислушался. – А твоя Агата – ничего особенного. И характер вредный. Когда я ее встречаю на бульваре, у меня от страха пятки чешутся, а она в мою сторону и не смотрит. Проходит вот так, голову подняв. И смеется, вижу – надо мной. У меня от ее насмешек мурашки по щекам бегут.
Леха оживился:
– Насмехается? Обидные слова кричит? Сатиру всякую? Ехидничает?
– В том-то и дело, что нет. Обхамила бы, а я ее, и все в прошлом. Весь наш класс водили в музей, там картина – «Все в прошлом». Старушка в чепчике, а позади дом, бывший богатый. И какие-то луга, цветы. Раньше было у нее все, и красота, и успех, а теперь один чепчик. Очень грустная картина, и экскурсовод слезу нагнал. Запомнилось. А ты, Леха, видел эту картину? «Все в прошлом».
– Фигня для бабок. Жалко, что Агата тебя не гнобит и не достает. Совсем, значит, ей все это по барабану.
– Не поняла тебя, Леха. Не обижает меня – это же хорошо.
– Да, хорошо, – спохватился он, – просто на себя не похожа Агата. Удивляюсь до глубины души.
– До глубины души. Хорошее название для романа. Про любовь. Как одна девочка отбила мальчика у другой девочки, а та страдает. А твоя бывшая Агата на меня не смотрит, не задевает, вид имеет довольный совершенно. И я ее боюсь. А может, ты, Леха, и не такой уж ценный? И потерять тебя – не трагедия?
Леха сжал кулаки. Хорошо бы врезать этой Этой. Но он так не сделает. У Лехи выдержка и сила воли. Так считает сам Леха. А кто же знает Леху лучше, чем сам Леха?
– Не трагедия. Но от девчонок отбоя нет. Даже Ленка-ашница на меня глаз положила, а уж Ленка-то ашница вообще! – Лехе самому становится противно от этого мелкого и пошлого хвастовства. И он пинает носком ботинка ледышку, которая летит далеко. И тут раздается крик:
– Совсем без башни! По спине заехал своим камнем! С кем гуляешь по бульвару, ту и колоти! Лохушкин! – Это была она, Агата! И ругалась громко и с удовольствием. Леха засиял. Он смотрел на ее гневное лицо, на фигу, которую она показывала ему, и тихая радость наполняла его измученное сердце. Про сердце Леха не думал – эти пышные, слишком красивые слова из южно-американского сериала про любовь любит употреблять Надя-Сфинкс. Из всего шестого «Б» она одна обожает сериалы и нечеловеческие чувства, которые испытывают их персонажи с такими невероятными именами – Сильвия, дон Родриго, Росита. А он-то просто Леха.
До этой встречи с Агатой Леха сомневался, мучился и терзался, как выразилась бы Надя-Сфинкс. А вдруг Агата не злится? Вдруг вся ссора и роковая измена ей до лампочки? Вдруг ей и не нужен Леха? Крутой парень и вольный борец? Может, она давно, уже неделю или три, любит кого-то другого? У Агаты ведь нет отбоя от мальчишек. На нее запал и Харя, полное имя – Харитон. И Сашка – чемпион по вольной борьбе из секции, где и Леха тренируется, но Леха – второе место, а Сашка – чемпион. Еще Макарон о ней вздыхает так, что колышутся голые ветки старой березы на Лунном бульваре. А еще этот самый умный Гриша сидит теперь с Агатой за одной партой на всех уроках. Они шепчутся, хихикают, она списывает у него математику. Не у Лехи, а у Гриши.
Теперь он знал: ссора Агате не по барабану. И это было очень важно! Для Лехи это было большим утешением. Но себе он в этом, разумеется, не признался. Применил ложный маневр, как в своей вольной борьбе:
– Настроение у меня нулевое. Ноль мороза, ноль и настроение. Поняла?
Но она, эта девочка, не слышит Леху. Она болтает свое:
– Я так рада, что отбила тебя у этой Агаты. Нечего ей злобствовать, ты же не ее собственность, правда? И к тому же у меня козыри бесспорные. Я писательница, это раз. Я эффектная, это два. У меня будет известность, может даже всемирная, – это три.
Он молчит, губы презрительно скривились. Она не замечает, Гале не нужны ответы, щебечет свое:
– Я же тебе не навязывалась, ты сам выбрал меня.
Леха думает: «Не выбрал, а случайно сделал зигзаг».
– Помолчи немного, послушай, как воробушки пищат.
– Вот еще, – отмахнулась Галя, – если бы ты мне изменил, я бы боролась, как тигрица. Я бы не смеялась, как Агата. Ей обидно, что я красивее, чем она.
– Кто? – Леха замер, как перед боем вольной борьбы. – Кто красивее Агаты?
– Я, – уверенно кивнула Галя, – Агата косая, кривоногая и кособокая.
Леха нагнул голову и пошел прямо на Галю. Он не хотел ее стукнуть – стукнешь, а получится, что влюблен. Агата это вбила ему в голову, да и все в шестом «Б» так считают: бьет, значит фанатеет. Но любой человек различает, когда любовь, а когда простая затрещина. Галя сориентировалась и отскочила от Лехи.
– Я творческая! Я пишу романы и повести! Меня даже сама писательница приглашала в гости! И читала мои произведения! Творческие разговоры. Настоящая писательница!
Мимо шла Надя-Сфинкс, она спешила к Барбосову, он обещал покатать ее на мотоцикле. Но подруга есть подруга: Надя с любопытством уставилась на Леху, потом с еще большим любопытством – на Галю.
– Ругаетесь? – Надя-Сфинкс любит чужие скандалы, а сама скандалит редко. Только с мамой, а с Барбосовым – никогда.
– Чего нам делить? – вяло ответила Галя.
Надя потеряла к ним интерес и побежала дальше. Издалека крикнула:
– А с Агатой ругался почти каждый день! Потому что любовь. Эх ты, романы пишешь, а у самой романа-то и нет!
Надя скрылась.
– Почему все на меня налетают? Я писательница – их не трогаю. Завидуешь – пиши тоже.
– Потому что ты нудная! – твердо и решительно Леха отвернулся. – Скучная и приставучая. Привет! Ухожу! – И зашагал по дорожке от Гали. Эту дорожку Агата зовет дорожкой грустных разлук.
Однажды она сказала:
– Леха, это дорожка грустных разлук. А вон та – дорожка собак и кошек.
– Почему? – растерялся Леха. Он сто лет гонял по этим дорожкам и никаких таких мыслей в его голове не возникало. – Почему?
– Потому что красиво, – Агата пошла по дорожке, стройная девочка на фоне темных деревьев. И наушники прижимают уши. Правда, красиво. Леха залюбовался, она обернулась.
– Выдумываешь всякую хрень, – сказал Леха и плюнул на дорожку.
– Я так и знала, что тебе понравится, – улыбнулась Агата. И улыбнулась красиво, и обернулась красиво, и ушла по дорожке красиво. А может, все это было так красиво потому, что это была Агата, а смотрел на нее Леха. Он же от нее фанатеет.
Тогда она ушла не из-за грустной разлуки. Просто ушла по каким-то делам. В магазин мама послала. Или Агата шла к метро, чтобы поехать в гости к бабушке. Леха тогда крикнул ей вслед:
– К бабушке собралась? Смотри, серый волк сожрет вместе с шапочкой.
И она смеялась, махнула ему рукой. Красиво махнула.
А теперь она ушла от Лехи совсем иначе – она его покинула навсегда. Обнаружив коварную измену, она тогда крикнула на весь бульвар:
– Не прощу! На всю жизнь!
Леха сразу понял: не шутит, на всю жизнь.
Галя гордо удалилась, на прощанье сказала:
– Творческие люди не боятся одиночества – у них всегда есть радость творчества, это такое великое утешение и поддержка. Прощай, Леха.
И вот он мчится к дому культуры «Фитилек», ветер свистит в ушах. Там сейчас должна быть она, Агата. На занятиях гитарного кружка, потому что сегодня вторник, а занятия гитарного кружка как раз по вторникам. Это Леха знает твердо, он провожал ее до «Фитилька», носил ее гитару, повесив ремень чехла на плечо. Какие были прекрасные времена!
Как бы человек ни торопился, он все равно может думать о важном. Леха думает: «Простит она меня? Или нет? Ой, не простит! А почему не простить? Я, Леха, хороший парень, так – не жадный, не злой. Только изменщик иногда. Но ведь не каждый день».
Завернул за угол, вот он клуб «Фитилек», сейчас Леха влетит в дверь, и все решится.
– Эй, Леха! Ты куда? – Барбосов преградил путь, но Леха обогнул Барбосова, несмотря на широченную фигуру, и кинулся к «Фитильку», уже совсем близко. Барбосову он не ответил, еще чего.
– К Агатке летит, мириться, – Надя-Сфинкс Агате подруга, но не настолько, чтобы не выдавать Агатиных секретов. Тем более – Барбосову. – Он думает, Агатка простит. А вот и нет!
– Ты-то, Сфинкс, откуда знаешь? – Барбосов чинит свой драгоценный мотоцикл, на самом деле это велосипед, а Мотоцикл – прозвище. Барбосов накачивает камеру. Опять проткнули ее острые камешки на дорожке Лунного бульвара, острые ледышки тоже враги Мотоцикла. – Откуда ты взяла, что не помирятся? Может, как раз помирятся?
– Она сама мне еще утром сказала: «Никогда».
А Леха уже подбежал к «Фитильку», его надежда на мир и счастье росла с каждой секундой.
Пошел густой снег, Леха высунул язык и проглотил прохладную снежинку. «Помиримся, куплю мороженое Агате и себе».
Но вот он стал подниматься на крыльцо клуба и замедлил шаг. Смелый и крутой Леха еле плелся со ступеньки на ступеньку.
Навстречу ему вышел Саша, чемпион и почти враг: он всегда побеждает Леху во всех чемпионатах клуба «Фитилек», а главное, он тащится от Агаты. Говоря по-человечески – влюблен в нее. Разве простишь?
– Леха! Ты чего пришел? Наша вольная борьба не сегодня, а завтра.
– Есть одно дело, – буркнул Леха.
– Дело! Это дело зовут Агата, – хихикнул Саша, – но она с Клячиным на гитаре дуэтом играет, я дверь приоткрыл, играли, – Саша увидел Лехины сжатые кулаки, Леха заурчал, как тигр, и пошел на Сашу, и Саша легким голосом добавил, – шутка. – Он убежал, хлопнув дверью. Нагло хлопнул, чтобы Лехе не пришло в голову, что Саша испугался.
– Струсил, – подбодрил себя Леха. Он шел по вестибюлю, мимо бежали девочки из балетной студии. Одна, очень тоненькая и легкая, крикнула:
– Леха! Мириться пришел?
– Отвянь, Анюта! Почему обязательно мириться? Где хочу, там и хожу. Не твой «Фитилек»!
Балетные девчонки убежали, смех долетал даже от гардероба. Леха стоял у двери гитарного кружка. Оттуда доносились звуки, которые гитаристы считали музыкой, а Леха считал простым шумом. Отдельные аккорды, обрывки песен. Вот Агатин голос, Леха застыл. Она пела:
Агата распевала от души, а ей подпевал голос мальчишки. Леха узнал этот голос – Клячин. Он вечно цепляется к Агате – поддразнивает ее, насмехается, а сам фанатеет от нее. И если Лехи нет поблизости, этот ненавистный Клячин таскает по Лунному бульвару две гитары, свою и Агатину. Когда Леха это хамство увидел, он дал Клячину по шее довольно чувствительно. Клячин даже присел. А кто он такой, Клячин? Гитарист недоученный, а Леха – вольный борец и почти чемпион секции. Клячин не раз получал от Лехи, но продолжал таскать ее гитару, если Лехи не было рядом.
Слаженное пение двух голосов довело Леху до большого гнева. Он ворвется в музыкальную студию и сразу разберется. С кем? Не с Агатой, конечно, а с Клячиным. Соблазняет Агату, подбивает на коварную измену. Войти! А чего бояться? Руководителя? А фиг с ним – решается дело жизни – отбивают Агату!
Леха набрал полную грудь воздуха, он готов на решительный бой. Пусть Агата посмотрит на эту битву своими серыми наивными глазами. Конечно, руководитель кружка выгонит Леху: не мешай нашим аккордам и песням. Руководитель у них новый, здоровый, Леха называет таких «три на четыре» – габариты шкафа. Но если лупить быстро, можно многое успеть – реакция у вольного борца Лехи очень хорошая.
Леха отбросил сомнения и схватился за ручку двери. Но тут тяжелая ладонь легла на Лехино плечо.
Первоклассник Кирилл получил очередную пятерку.
– Теперь у меня их десять подряд, – сообщил он дома. Бабушка ответила:
– Я тобой горжусь, мой внук Кирилл.
– Гордиться легко. Материальную поддержку надо оказать, – нагло заявил Кирилл.
Бабушка перестала помешивать борщ, обернулась и уставилась на своего внука:
– Ты непосредственный? Или просто нахал?
– И то, и другое, – он подумал всего секунду, – мне очень хочется мобильный, как у Ленки из шестого «А», ее все зовут ашницей. Телефончик с фотокамерой, с музыкальными сигналами, сам умеет чистить картошку, перебирать фасоль, лаять басом, когда лезут воры. И еще со всякими прибамбасами телефон. Купишь? Ты же профессор, богатая женщина.
– Профессор кислых щей, – проворчала она, – богатая, главное дело. Богатых профессоров в наше время не бывает. Мои студенты богаче меня. Ты бы посмотрел на их иномарки!
– Вот! А я не прошу иномарку. Телефончик, скромная просьба.
Бабушка купила Кирочке телефон, вручила и сурово сказала:
– Пользуйся моей добротой, наглый ребенок!
– Классно, бабушка. Я же сыщик, мне такой телефон нужен для розыска преступников. Ты же хочешь, чтобы я их всех нашел?
Через несколько дней бабушка позвонила на Кирочкин мобильный:
– Внук, ты где? Гувернантка вас с Кристиной ищет.
– Не беспокойся. Мы с Кристиной и Лехой несем коробку из-под холодильника, огромная, тяжелая, блин.
Поделиться книгой: