Поцелуй феи

— И все? — не поверила она.

— Все. Если выстрелите точно и попадете, получите пять тысяч долларов.

— Сколько? — Она не поверила своим ушам.

— Пять тысяч долларов. Мало?

— Да, — внезапно сказала она, поражаясь собственному нахальству, — я все-таки чемпионка мира.

— Хорошо. Сколько вы хотите?

— Семь.

— Считайте, что я согласен. Что-нибудь еще?

— Окно далеко? Большое расстояние?

— Метров двадцать-тридцать. Не очень большое.

— Когда я могу начать тренировки?

— Завтра, с утра.

— Хорошо. Вы можете выплатить мне аванс?

— Вы деловой человек, — удовлетворенно сказал человек без лица. — Хорошо. Мы выплатим вам аванс. Две тысячи долларов, вас устроит?

— Вполне.

— Тогда договорились. Всю неделю вас будет возить наша машина. И последнее, самое важное… Абсолютная секретность. Надеюсь, вы меня поняли?

— Вы могли бы мне этого не напоминать, — заметила она, пожав плечами.

— Значит, мы обо всем договорились, — удовлетворенно констатировал он.

Следующая неделя прошла так, как он и обещал. Каждый день за ней приезжал автомобиль, и каждый день она проводила несколько часов в тире, восстанавливая свое мастерство. К концу недели она уже уверенно владела пистолетом, выбивая девяносто семь — девяносто восемь из ста.

Она обратила внимание, что в тире рядом с ней в последние дни стал появляться незнакомый седовласый мужчина лет пятидесяти. Он с интересом наблюдал за ее успехами, но ни разу не подошел к ней, ни разу ничего не спросил. Просто стоял и молча смотрел. А потом уезжал. Ей было ужасно интересно, почему его пускают в тир, когда она стреляет. Обычно там никого не бывало, да и попасть туда было сложно. Любопытно ей было и то, кому именно принадлежит этот тир и почему он оборудован именно таким образом, словно здесь готовят профессионалов для стрельбы по живым мишеням. Но она не задавала лишних вопросов, решив на этот раз закрепиться на этой странной работе, где всего за один выстрел платят такую невероятную сумму.

Все получилось так, как и предсказывал человек без лица. В конце недели она получила приглашение на презентацию новой компании, открывшей свой филиал в Москве. Презентация была шумной, на вечере присутствовали известные политики, бизнесмены, банкиры, деятели искусства. Она увидела своего любимого поэта и не менее любимого артиста.

И еще здесь она увидела своих новых знакомых. Человек без лица приехал вместе с ней. А среди гостей находился и симпатичной седой незнакомец, весело кивнувший при ее появлении. Рядом с ним была очаровательная молодая спутница, похожая на фотомодель, и Катя почувствовала легкий укол ревности.

Ровно в половине девятого человек без лица легонько кивнул ей в сторону женского туалета. Она прошла туда, прикрыла дверь, подошла к раскрытому окну. До противоположной стены было метров пятнадцать, не больше. В этот момент дверь в туалет скрипнула. Вошла молодая женщина, которая, ни слова не говоря, раскрыла свою сумочку и протянула ей оружие. Это был неизвестный ей прежде пистолет с довольно длинным стволом. Из такого можно было выстрелить очень метко.

Она сообразила, что патрон, которым был заряжен этот своеобразный пистолет, начинен электроникой. Нужно было точно всадить пулю в оконный переплет, чтобы затем неизвестные ей люди могли слышать все разговоры, которые велись за этим окном. Женщина, передавшая ей пистолет, встала у двери, заметно нервничая.

— У вас мало времени, — торопливо сказала она.

Катерина подошла к окну, чуть приоткрыла его, плавно подняла тяжелый пистолет и тщательно прицелилась. Промахнуться было нельзя. Но она была уверена в своих силах, несмотря на то что пистолет был куда тяжелее обычного. Она неслышно вздохнула и выстрелила. Даже отсюда было видно, что пуля попала точно в цель.

— Все, — сказала Катя, обращаясь к незнакомке. — Точно туда, куда они и хотели.

Незнакомка торопливо кивнула ей, убирая пистолет в сумку.

«Как только она пронесла пистолет? — мелькнула мысль. — Ведь на входе всех проверяли через металлоискатель». В зале было много иностранных послов, влиятельных политических персон. Но спрашивать Катя не хотела. В конце концов это не ее дело. Незнакомка быстро выскользнула из туалета, мягко закрыв за собой дверь.

Катя подождала немного и неторопливо вышла следом. Она увидела среди людей седовласого незнакомца и уверенно кивнула ему, словно отчитываясь о проделанной работе. В ответ он одобрительно усмехнулся.

Они уехали довольно скоро после этого. Человек без лица довез ее до дома, вручив на прощание конверт с деньгами. Она поднялась наверх, к себе в квартиру, переоделась, снова отказалась от ужина и, положив конверт на стол, долго смотрела на него, словно все еще не понимая, за что именно ей заплатили такие деньги.

В эту ночь, впервые после случившегося в душевой, она разрешила мужу прикоснуться к ней. И в эту ночь она впервые заснула спокойно. А деньги успела спрятать в книгу, решив, что эта сумма станет первой точкой их долгого возвращения в ту прежнюю, счастливую и спокойную жизнь.

Теперь она с нетерпением ждала следующего звонка. Но день проходил за днем, и ничего не происходило. Она начала волноваться. Деньги обладали потрясающей способностью исчезать неведомо куда. Правда, к этому времени врачи уже констатировали полное выздоровление Юрия, и Вадим Александрович обещал взять его с будущей недели в штат своей новой компании. В этот вечер она пригласила мужа в ресторан, в котором они давно не были. Вернее, не были с того самого дня, когда известие о закрытии банка стало для них ошеломляющей реальностью.

Ей казалось, что все налаживается, устраивается как нельзя лучше. Если Юра начнет работать, то Вадим Александрович сумеет сделать так, чтобы он зарабатывал достаточную сумму, которой должно хватить и на обучение мальчика, и на содержание семьи. Они строили радужные планы, и Юрий категорически настаивал на том, что она не должна работать.

А на следующее утро раздался звонок и ей сказали, что за ней уже послана машина. Правда, на этот раз автомобиль был куда роскошнее прежнего. И отвезли ее совсем в другое место. Там уже находился седовласый незнакомец. Он встретил ее в своем роскошном кабинете, обставленном с претенциозной, кричащей экстравагантностью. На стенах висели картины авангардистов. Сам он тоже казался частью сюрреалистических нагромождений собственного кабинета. В кабинете даже аквариум был неправильной шестигранной формы. А техника, установленная повсюду, была от известной датcкой фирмы «Bang & Olafzen».

— Мы, кажется, знакомы, — сказал хозяин кабинета.

— Я вас не знаю, — призналась она, проходя к его роскошному столу.

— Зато я знаю, как метко вы стреляете. И как расправляетесь со своими обидчиками в случае необходимости.

Она вспыхнула от возмущения, но ничего не стала говорить, решив выждать и выслушать его.

— Садитесь, — показал он ей на стоявшее перед столом кресло. — Вы действительно отлично стреляете.

— А вы имеете хороших стукачей, — не выдержав, огрызнулась она.

— Да, — улыбнулся он, — у меня большой штат информаторов. И я даже знаю, что раньше вы жили в центре города. И строили дачу в поселке, где строительство обходится в громадную сумму. У вашего мужа были неприятности. Как, кстати, он сейчас себя чувствует?

Это тип знал все. Или почти все. Она отрицательно покачала головой:

— Я не буду отвечать на ваши вопросы, тем более если вы знаете на них ответы. Зачем вы меня позвали? Что вы от меня хотите?

— Хочу помочь вам вернуться в тот самый дачный поселок. Помочь вам выкупить свою недостроенную дачу. Хочу помочь вам обрести прежний статус.

Неужели ему известны даже ее тайные мысли? Даже ее сны? Неужели этот тип все вынюхал? Она молчала, не зная, как ей реагировать на слова своего собеседника. А тот продолжал говорить:

— У вас были трудности. Большие трудности. Но вы смогли их преодолеть. Я очень ценю людей, которые не сдаются под натиском жизненных обстоятельств, не опускают рук, продолжают упорно бороться. Бороться и побеждать.

— Зачем вы меня позвали? — довольно невежливо спросила она, перебив его словоблудие.

— Хочу предложить вам работу, — деловито заговорил он, — работу по вашему профилю. К сожалению, я не могу использовать мужчину там, где может помочь только женщина.

— О чем вы говорите?

— Нам нужно, чтобы вы вылетели в другую страну. Допустим, в одну из европейских стран. И продемонстрировали там свое искусство. Вот и все, что мы от вас хотим.

— Кто это — мы?

— Это не важно. Главное, что мы о вас знаем, и вы нужны нам. Нам нужна именно такая женщина — сильная, умная, волевая. И к тому же прекрасный стрелок.

— Куда я должна лететь?

— Это мы вам сообщим позднее. Я думал, что вас больше заинтересует гонорар, который мы вам собираемся предложить.

— Надеюсь, не меньше чем тот, который уже был?

— Не меньше. — Он снова улыбнулся. — Пятьдесят тысяч долларов. Такая сумма вас устроит?

Это была абсолютно нереальная цифра. За такие деньги они могли бы уже начать подыскивать себе более просторную квартиру, поближе к центру города. Продав собственную и добавив эти пятьдесят тысяч… Ей было даже страшно подумать об этом.

— Когда нужно лететь? — спросила она.

— Это уже лучше. Но вы не спросили, что именно нужно делать. Пятьдесят тысяч — это очень большие деньги. Очень большие. Просто на этот раз вам нужно выстрелить не в оконный проем, а в другую мишень.

— В какую мишень?

— В живую, — у него были очень выразительные глаза, — в живую…

— Вы с ума сошли! — Она поднялась со стула. — Вы хотите, чтобы я… — До нее вдруг дошло, что такие деньги платят только за живую мишень. Только за живую. — До свидания. — Она повернулась, чтобы выйти из кабинета.

— Подождите! — Впервые за все время разговора он чуть повысил голос. Она замерла, медленно повернулась к нему.

— Я никогда и никому не делаю дважды одно и то же предложение, — продолжал незнакомец, — поэтому я даю вам три дня. Если через три дня вы не позвоните, я буду знать, что вы мне отказали. Но в таком случае и вы должны знать, что больше никто и никогда не заплатит вам подобных денег за ваше умение метко стрелять.

Опустив голову, она молчала. Он был прав. Сумма была просто фантастической. Но цена… Цена, которую нужно было заплатить за нее, была непомерной, невозможной, немыслимой. К тому же Юра выходил на работу через два дня. Она повернулась и, даже не попрощавшись, решительно вышла из кабинета. Обратно она ехала домой на обычном рейсовом автобусе с двумя пересадками.

Когда она вошла в квартиру и увидела мужа и сына, то поняла, что приняла правильное решение. Она не сомневалась в этом ни на следующий день, в субботу, ни в воскресенье. Вечером они смотрели новости по телевизору, и вдруг там прошло сообщение об убитом коммерсанте. Они не придали никакого значения этому сообщению: в Москве в последние годы велась самая настоящая охота за коммерсантами и бизнесменами. Но поздно вечером ведущий одной из информационных программ уточнил имя и фамилию убитого. Они с оцепенением услышали имя Вадима Александровича. Он был застрелен у подъезда своего дома, когда садился в машину. Убийцы расстреляли его вместе с водителем и скрылись с места происшествия.

Она боялась посмотреть на Юру. Тот беззвучно шевелил пепельными губами, еще не до конца сознавая, что именно произошло. Надежды на лучшую жизнь, на устроенное будущее, на работу в компании рухнули в один момент. Рухнули все его планы. Впереди была темная неопределенность. Ведущий говорил о том, каким именно бизнесом занимался покойный, высказывал различные версии случившегося, но их уже ничего не интересовало. Катя увидела, что Юрий с трудом сдерживает слезы. И бросилась к нему, обнимая его и прижимая к себе. Муж разрыдался. Для него случившееся было страшным ударом.

«Только бы он не сорвался, — подумала она, — только бы он не сорвался». Они не смогут найти деньги на повторный курс лечения. И никто отныне им не поможет.

Всю ночь она не спала. Юра заснул только под утро, перестав вздрагивать и всхлипывать. Она долго стояла у окна, зашла в другую комнату, поглядела на уже повзрослевшего сына. И снова вернулась к мужу. А утром позвонила седовласому мерзавцу и сказала, что согласна на все его условия. За ней сразу прислали машину, и уже через полчаса она была в его кабинете.

— Я знал, что вы умная женщина, — кивнул седовласый, — но вы заставили меня проволноваться целых три дня. Вы же понимаете, что я не мог позволить вам оставаться в Москве со знанием подобного секрета. Если бы вы не позвонили мне сегодня, то завтра…

Она с изумлением посмотрела на сидевшего перед ней человека. Он был еще более страшным, чем она себе представляла.

— Встаньте, — вдруг требовательно сказал он, — идемте за мной.

Он прошел в комнату отдыха, находившуюся за кабинетом. Она пошла следом. Из этой комнаты вела еще одна дверь, затем еще одна. Они долго спускались по каким-то сырым лестницам. В этом крыле здания ими, очевидно, не пользовались. Наконец они оказались в небольшом полутемном зале. Седовласый прошел к столу и уселся в стоявшее там кожаное кресло. Помолчал и задумчиво сказал:

— Вы заставили меня поволноваться. Теперь я должен быть абсолютно убежден, что вы действительно твердо приняли решение. Надеюсь, вы поймете меня правильно, иначе я не смогу с вами работать. Мне нужно все проверить. Раздевайтесь, — властно приказал он ей.

— Что? — Она ожидала чего угодно, но только не этого.

— Раздевайтесь, — приказал он тоном, не терпящим возражений, — так нужно.

— Нет, — сказала она, глядя ему в глаза, — нет.

— Вы опять начали сомневаться?

— Я не могу раздеться. — Ей было мучительно стыдно, очень стыдно говорить на подобные темы, но она твердо смотрела ему в глаза и понимала, что сейчас нужно говорить правду.

— Вы стесняетесь меня?

— Нет, себя. Сегодня не тот день, когда я могу спать с мужчинами. — У нее не дрогнул ни один мускул на лице, но краска стыда выдала ее волнение.

— Неужели вы думаете, что я намерен с вами спать? — вдруг спросил он. — Мне нужно сломить вашу волю, а вовсе не устраивать оргию, принуждая вас к сожительству. Неужели я выгляжу таким подонком?

— И даже хуже. — Она по-прежнему смотрела ему прямо в глаза.

Он скрипнул зубами. Поднялся из кресла. Прошел к небольшому шкафу и вынул оттуда пистолет. Подошел к ней.

— Юбку, — приказал он, — сними юбку. Если ты меня обманула…

Он больно ткнул ей стволом пистолета прямо в живот. Она по-прежнему не сводила с него глаз. Расстегнула «молнию», медленно опустила юбку. Он нагнулся, протянул руку. Через секунду выпрямился, убрал пистолет, покачал головой, потом нехотя произнес:

— Извини. — И снова прошел к стоявшему напротив нее креслу.

Она надела юбку. Повернулась к выходу.

— Куда? — спросил он.

— Я ухожу, — ответила она.

— Нет, — возразил незнакомец, — можешь считать, что ты прошла проверку. Теперь ты полетишь в Лондон. Через три дня. Там тебе расскажут, что нужно делать. Можешь не беспокоиться, это не ангел. Это мерзавец, на счету которого несколько жизней. Можешь считать себя санитаром общества, выполняющим некую гуманную миссию. Он бандит, если тебе будет от этого легче. И гражданин нашей страны, так что с англичанами тебе работать не придется. Этот тип окончательно зарвался, и мы решили наказать его. Но он очень осторожен, почти не выходит из дома, никого к себе не подпускает. Ему даже в голову не придет, что женщина может быть его убийцей. Чтобы тебя не мучила совесть, я тебе дам почитать уголовные дела, заведенные на этого типа. Ты меня еще будешь благодарить за то, что позволил тебе избавить мир от подобного мерзавца.

— Что я должна делать? — У нее не осталось никаких сил на споры с этим человеком. Если, конечно, ее собеседника можно было назвать человеком.

— Тебе все объяснят, — кивнул седовласый. — А теперь давай познакомимся. Меня зовут Аркадием. Можно без отчества. Для всех друзей я просто Аркадий. Надеюсь, мы станем друзьями.

— Надеюсь, что нет, — сказала она, и он рассмеялся, довольный ее ответом.

— Кажется, мы сработаемся, — заключил он их разговор.

Она и раньше часто летала на различные соревнования. Но только сейчас поняла всю прелесть заграничных вояжей. Билеты бизнес-класса, купленные в Аэрофлоте, отель в центре города, предупредительные служащие. Единственным неприятным пятном в этой атмосфере утонченности и роскоши был человек Аркадия, встречавший ее в аэропорту. И паспорт на чужое имя, по которому она получила английскую туристическую визу на две недели. Встречавший ее человек не отличался ни многословием, ни учтивостью.

Именно он отвез ее в отель, именно он заказал ей номер и именно он рассказал на следующий день все подробности предстоящего дела. Она должна была выдать себя за женщину, которых он регулярно вызывал из Сохо. К его телефону они уже подключились и ждали лишь вызова очередной девицы, чтобы заменить ее на убийцу. Сбежавший от своих друзей негодяй имел достаточно солидную охрану из двух англичан и двух своих соотечественников. Всех, кто приходил к нему, тщательно обыскивали. Тот, кого ей «заказали», был практически недосягаем.

Аркадий не соврал, когда рассказывал о нем. Он действительно был абсолютным негодяем, виновным в убийствах, растлении, мошенничестве. Он сбежал от своих компаньонов, прихватив деньги фирмы, а его друзей осудили вместо него. Такие вещи никогда не прощались. Он был обречен.