Наследник Атлантиды

Она появилась в дверях, и Ярослав вздрогнул, увидев, как плохо она выглядит. Женщина осунулась, под глазами образовались круги, как после долгой бессонницы.

– Живой… – Она бросилась ему на шею, прижалась, и он почувствовал, как дрожит ее тело.

– Оленька, Солнышко, успокойся… ну что мне сделается, все хорошо, я дома… – Он гладил ее по волосам, чувствуя, как все его существо переполняет нежность.

– Я… я чувствовала, что случилось что-то страшное. Я думала, ты погиб. Что эти проклятые атланты тебя… – Она всхлипнула.

Он отодвинул ее, стараясь, чтобы это движение не выглядело резким и грубым, заглянул в глаза, наполненные слезами.

– Оленька, ты о чем? Какие атланты, что ты…

– Не ври, я знаю. Я все знаю. Ты полез в этот их… бункер, да? И они проснулись… Яр, я же все по твоему лицу вижу и к тому же я… я почувствовала… что-то ужасное.

Он отвел глаза. Вздохнул.

– Да, наверное, ты права. Я тоже почувствовал что-то… что-то очень недоброе. Я должен был сразу тебе сказать, что собираюсь проникнуть в бункер, но ведь ты бы извелась от волнения, разве нет?

– Я и так извелась. – Она высвободилась из его объятий. – Ну зачем, скажи, зачем тебе это было надо. Неужели ты не понимал, что…

– Понимал. – Ярослав жестом предложил Оленьке сесть на диван и сам устроился рядом. Смотреть ей в глаза было стыдно. – Я все понимал, Оленька. Но, поверь, это был единственный шанс для меня попасть домой. Мы можем годами искать нужный мир, но даже если найдем его, то это ничего не даст. Кроме возможности посмотреть. А у атлантов было то, что мне нужно и… и поверь, Солнышко, я был предельно осторожен. Видимо, где-то ошибся.

– И чего эта ошибка будет стоить? – В ее голосе проскользнули ледяные нотки. – Не тебе, Ярослав, а нам. Всем нам. Ты рассказывал, что горстка атлантов погрузила твой мир в хаос и справиться с ними удалось только большой кровью, ведь так? Теперь это ждет мой мир?

– Ты права, ты во всем права. – Он стиснул кулаки, чувствуя, как краска заливает лицо. – Я поступил, как мальчишка. Как безмозглый, самовлюбленный идиот. Но все еще можно исправить. Я воспользуюсь Ключом, чтобы попасть в одно место… странное место, место, где нет законов, кроме закона торговли. Я найду там то, что поможет справиться с Архонтами, если они и в самом деле проснулись. Хотя и твои предчувствия, и мои… боюсь, сомневаться в их возвращении к жизни не приходится.

– Я пойду с тобой.

– Нет, прости, но я пойду туда один. Здесь ты в безопасности, а в том мире все слишком сложно. И самое главное – чтобы я мог вернуться, кто-то должен остаться здесь, охранять портал. Если сдвинуть Ключ с места, дорога назад будет утрачена.

– Какой из меня сторож, – невесело усмехнулась она.

По крайней мере Оленька не стала спорить, и Ярослав украдкой вздохнул с облегчением. Путешествие в мир Хаоса, куда он решил отправиться за помощью, было не увеселительной прогулкой. Он – Страж, его кровь служит надежной защитой от сотрясающих это удивительное и ужасное пространство изменений, а Оленька будет там беззащитна.

Мир Хаоса возник из слияния нескольких параллельных континуумов, произошедшего в результате массового прорыва Границ. Подобного рода катастрофы достаточно редки, но заканчиваются, как правило, более или менее одинаково – пространства с разными законами, объединяясь, постепенно формируют нечто новое, относительно стабильное. Правда, при этом редко кому удается выжить, слишком велики потрясения. При образовании Мира Хаоса все пошло иначе – буйство природы, начавшееся в невообразимой древности, продолжалось до сих пор. Да и сами обитатели этого нового мира, которых осталось немало, не знали, чего можно ожидать от их сумасшедшей вселенной в следующий день, час или миг. Там не было ничего постоянного или надежного – ни расстояния, ни времени, ни гравитации… ничего. Само пространство словно свернулось в тугой узел – один-единственный город из всех ранее обитаемых планет нескольких вселенных. Никто даже не мог с уверенностью сказать, что город этот находится на планете – идти по его улочкам, особенно если не ставить перед собой никакой цели, можно было бесконечно. И в очередной раз свернув за угол, можно было оказаться в том же месте, откуда начался путь. Или в любом другом месте. Время от времени по Миру Хаоса прокатывались Волны Изменений – обычный человек, попав под удар Волны, рисковал не только жизнью, Волна меняла все – от внешности и строения организма до памяти, которую могла разрушить, а могла и обострить настолько, что разумное существо попросту сходило с ума от нахлынувших воспоминаний.

Местные жители приспособились – но заплатили за это немалую цену. Попадая в обычный мир, они очень быстро погибали, их организмы нуждались в дикой пляске законов природы, как в воздухе. Что же касается Волн – уроженцы Мира Хаоса приспособились и к ним. Самой большой драгоценностью для них стало лекарство, изготовленное из крови жителей стабильных миров, – это лекарство помогало пережить Волну, не потеряв своего облика. Каждый из жителей изменяющегося мира жаждал кровавого снадобья, словно изголодавшийся вампир. Убивать случайных путников? Не лучшее решение – очень быстро даже отчаянные искатели приключений начнут обходить опасное пространство стороной. Импортировать кровь? Бессмысленно – та неощутимая эманация, что давала крови стабильного существа власть над Волнами Изменений, бесследно исчезала уже через десять—пятнадцать минут после взятия дозы у донора. Изготавливать лекарство в других мирах и завозить уже в готовом виде? Невозможно… только в бешеном танце изменяющихся законов можно было получить крошечные таблетки.

Жители Мира Хаоса нашли выход – они стали торговать. Здесь можно было найти любой, самый экзотический товар. Древнюю или сверхсовременную магию, новейшие образчики техники, практически любую информацию. Многочисленные торговцы готовы были обеспечить клиента всем, что он только пожелает, – и брали за это не такую уж большую плату. Плату кровью. А самым известным среди торговцев был Лавочник, хозяин знаменитой Лавки Снов. Согласно некоторым экзотическим теориям, он же был и единственным…

Вообще говоря, человек, пришедший из стабильного мира, теоретически мог выдержать без видимых последствий для себя несколько Волн – две, три или, если повезет, пять. Самому ему мало что грозило – хотя и считается, что биологически Страж идентичен обычному человеку своей расы, все же некое отличие существовало. Отличие, позволяющее поисковым системам обнаруживать Стражей в других мирах. Отличие, делающее кровь Стражей надежной защитой против изменчивости мира. И следовательно, эта кровь ценилась особенно высоко.

Ярослав понимал и то, что всецело надеяться на силу крови не следует. Волны все равно оставляли след в организме – не такой фатальный, как у обычного человека, не такой зрелищный, как у не защищенного стабилизатором жителя Мира Хаоса, но несомненный. Оптимальным было бы принять драгоценное изделие Лавочника – магически усиленная сущность крови Стража… но где ж ее взять.

В общем, если беспокойство за себя можно было и не принимать в расчет, то рисковать Оленькой Ярослав не собирался. Ни на каких условиях.

– К тебе из милиции приходили. – Голос Оленьки вырвал его из раздумий.

– Участковый?

– Нет, другие. Двое. Кстати, они о чем-то беседовали с соседом и очень хотели тебя видеть. Просили перезвонить им.

– Угу, разбежался… Только их мне сейчас и не хватало. Ладно, Оленька, сейчас перекушу немного, и в путь. И, прошу, пока меня не будет, никто не должен входить в подвал.

– А я?

Он рассмеялся.

– Солнышко мое, тебе в этом доме можно все.

* * *

Спустившись в подвал, Ярослав сдвинул всю мебель в угол, освободив как можно больше пространства. Прежде всего для Ключа следовало подобрать подходящее место – не приведи господь, шар сместится в сторону от какой-нибудь дурацкой случайности, типа проехавшего по улице груженого «КамАЗа». Пожалуй, лучше всего ему будет на полу.

Вооружившись стамеской и молотком, Ярослав быстро вырезал в досках небольшое углубление – уложенный в выемку Ключ не откатится в сторону, если только его не пнуть. Правда, настраивать его придется чуть ли не лежа, но так оно надежнее.

Ярослав дотронулся до блестящей поверхности шара, сопровождая прикосновение мысленным приказом. Воздух над Ключом заискрился, наполнился золотистой дымкой, а затем словно затвердел, превратившись в некоторое подобие экрана.

– Так, система работает, – удовлетворенно пробормотал он, глядя на высветившиеся пиктограммы.

Ключей по мирам было разбросано немало. Уникальная, совершенно не поддающаяся анализу конструкция имела один, весьма существенный недостаток. Да, с помощью Ключа можно было посетить любой мир, из числа содержащихся в базе данных, и успешно вернуться. Но если требовался путь в один конец, то с драгоценным прибором приходилось прощаться – он неизбежно оставался там, где открывался портал. Часто при этом золотистые шары попадали в руки аборигенов, которые и не подозревали, что Ключ можно было бы перенастроить для путешествия в иные миры и для использования в ином месте. Нередко вокруг постамента с Ключом строили храмы, ему поклонялись…

Пальцы Ярослава неспешно касались пиктограмм – некоторые меняли цвет, другие исчезали, на их месте появлялись новые. База данных Ключа была относительно неплохой – 97 миров. И разумеется, Мир Хаоса здесь присутствовал.

Для техномага, более или менее знакомого с техникой атлантов, настройка Ключа не занимала много времени. Другое дело, что обычный, не способный к магии человек мог вертеть в руках золотистый шар сколь угодно долго, так и не активировав систему точной настройки, подчинявшуюся только мысленному приказу. Почти вся техника, изготовленная в Атлантиде, действовала на этих принципах – сложная смесь магии и высоких технологий. Самой большой загадкой для специалистов было даже не устройство приборов – на Рианне создавались техномагическое оборудование и посложнее. Но техника Атлантиды более или менее успешно работала в любых пространствах – и в тех, что существовали по магическим законам, и в тех, где никакое проявление магии не было возможно. Как атлантам удалось этого добиться, наткнулись ли они на решение случайно или вычислили его, создав достаточно мощную теоретическую базу… в конце концов, как оно вообще работает – этого установить так и не удалось. С гибелью Атлантиды пропала вся информация, и даже торговцы Мира Хаоса лишь разводили руками – они могли продать (и с готовностью продавали) образцы, но не располагали сколько-нибудь существенной информацией об их устройстве.

Наконец экран мигнул и рассыпался облачком золотистых искорок. Точная настройка Ключа была завершена.

– Оденься потеплее. – Оленька неслышно спустилась в подвал, сжимая в руках черную кожаную куртку Ярослава. – Это… надолго?

Он пожал плечами.

– Не знаю. Надеюсь, что нет, но ты, на всякий случай, не жди меня слишком уж скоро. Там, куда я иду, происходят разные странные штуки, в том числе и со временем. Я думаю управиться за несколько часов, но здесь эти часы могут стать минутами, а могут растянуться на пару-тройку дней. Очень тебя прошу, не беспокойся. Для меня там опасностей нет, никаких.

– Хоть бы одним глазком увидеть… – вздохнула она, понимая, что своего решения он не изменит. – Ладно, чего уж там. Мне уйти?

– Нет, не стоит. Наоборот, смотри, что я буду делать. Если… если, пока меня не будет, произойдет что-то из ряда вон выходящее, спрячь Ключ куда-нибудь подальше. А потом, когда все успокоится, сделаешь вот так…

Он взял золотистый шар, обхватил его ладонями и резко повернул полушария друг относительно друга. Что-то щелкнуло, затем еще раз, еще… как будто бы там, внутри, заработали громко тикающие часы. Затем Ярослав опусти шар в выемку.

– Отойдем… понятия не имею, куда он спроецирует портал. Должен, насколько я знаю, на свободное пространство…

Все произошло достаточно быстро – всего секунд за десять или чуть меньше. Шар засветился изнутри, медленно взлетел и завертелся вокруг своей оси. Свечение становилось все сильнее. Ярослав протянул Ольге темные очки, вторые надел сам.

– Смотри, сейчас он разделится.

И точно – по комнате поплыл негромкий, удивительно мелодичный звон. Шар распался на две половинки, которые неспешно разлетелись в стороны, продолжая вращаться. Яркость усилилась еще больше, вращение становилось все стремительнее и стремительнее, оба полушария уже слились в одно сплошное светящееся кольцо. А затем устремились друг к другу и с громким щелчком сомкнулись.

А светящееся кольцо продолжало висеть в воздухе. Сначала оно оставалось параллельным полу, затем качнулось и словно бы опрокинулось набок, коснувшись досок и спустя мгновение замерев вертикально. К этому моменту оно уже достигло почти двух с половиной метров в диаметре и продолжало увеличиваться, пока верхний край кольца не соприкоснулся с потолком. В тот же миг по светящейся окружности пробежала волна пульсации, внутреннее пространство кольца заполнила белесая дымка, стремительно приобретающая молочно-белый цвет, а затем вдруг белизна растаяла, сменившись серым маревом, в котором угадывались какие-то неясные тени.

– Вот и все. – Ярослав снял очки и, подумав, сунул их в карман рубашки. – Теперь этот портал будет работать, пока Ключ не сдвинут в сторону либо пока не иссякнет заложенный в него запас энергии.

– Ты ничего не говорил про это. – По лицу Ольги пробежала тень тревоги. – Ему что, батарейки нужны?

– Не переживай, Солнышко. Без перезарядки этот аппарат может проработать лет с тысячу, не меньше. В основном энергия уходит на создание портала, на его поддержку затрачиваются лишь крохи.

– Яр, мне все это не нравится. Я прошу тебя, возвращайся побыстрее, ладно?

– Оленька, обещаю. Я буквально туда и обратно, честное слово. Но ты не забудь, что я тебе говорил насчет искажений времени. Быть может, я вернусь через пару минут. Возможно, меня не будет два или три дня. Не волнуйся. Там нет ничего опасного. Для меня, во всяком случае.

– Да, ты говорил, – вздохнула она. – Интересно, почему я тебе не верю?

Он на мгновение прижал Оленьку к своей груди, отчаянно надеясь, что этот жест не будет расценен как прощание, затем, накинув на плечи куртку, шагнул в портал. Серая пелена окутала его, а затем рассеялась, открыв его глазам удивительное и странное зрелище.

Странное ощущение… словно бы какой-то впавший в детство великан выпустил невообразимую тучу мыльных пузырей – и пузыри эти, повиснув в воздухе причудливыми гроздьями, так и застыли. Площадь Прибытия – место, куда неизбежно приводили открываемые в этот мир порталы – тоже теперь выглядела странно и необычно. Ярослав нагнулся и провел рукой по множеству крошечных пузырьков, слипшихся друг с другом. Теплые, чуть пружинящие, они совсем не похожи были на камень или что-то иное, чем принято мостить площади и дороги. Все вокруг – мостовая, дома, странные конструкции, явно символизирующие собой что-то вроде деревьев, – состояло из множества больших и маленьких пузырьков, прозрачных и матовых, радужных и одноцветных. Город сиял красками – жаль, что эту красоту не видит Оленька. Можно было бы взять с собой фотоаппарат или видеокамеру… но об этом следовало бы подумать раньше. Не возвращаться же теперь…

И все же жаль – и жаль также, что красота эта очень недолговечна. Ему уже приходилось бывать здесь, и не раз. Впервые – во время учебы в Академии. В последний визит здесь все было иначе. И в предпоследний – тоже.

По небу, переливавшемуся разными оттенками синего, кружили солнца – или, правильнее было сказать, это сгустки огня очень напоминали солнца. Одно было желтым, ярким, режущим глаза. Второе, менее яркое, сильно отдавало зеленью. Оба шара неспешно двигались по небосводу, даже не пытаясь придерживаться хоть какого-нибудь одного направления. Прямо на глазах Ярослава зеленое солнце изменило курс, чуть ускорилось, догнало желтое и неторопливо слилось с ним. Стало заметно жарче.

Лавку Снов – самое известное и самое уважаемое из торговых заведений Мира Хаоса – можно было найти несколькими путями. Самым надежным – и самым при этом неэффективным – было бы просто идти по улицам города, спрашивая у каждого встречного дорогу. Безусловно, все советы будут противоречить друг другу, об этом не стоило задумываться – просто надо следовать полученному совету до того, как поступит следующий. Рано или поздно – как показывала практика, не позднее, чем через час, – цель будет достигнута. Ярослав не раз задавался вопросом, почему то, что он говорит, понятно в этом мире любому из собеседников. Ответа толком не знал никто, в том числе и невероятно информированный Лавочник – он лишь что-то пробормотал насчет мысли… Мол, слова – лишь способ облечь мысли в понятную форму, а здесь, в этом мире, мысль не только первична, но и в известной степени материальна, а потому достигает того, кому адресована, минуя неуклюжее посредничество слов.

Еще Лавку Снов можно было найти случайно. Это иногда происходило, когда путники прибывали сюда с другими целями, но не могли в достаточной мере сосредоточиться на своей задаче. Или когда толком не знали, чего им искать – бывали такие случаи, люди жаждали помощи, но не имели ни малейшего представления, кто эту помощь способен оказать. Лавка навязчиво подсовывала себя всем и каждому, буквально путаясь под ногами. Хотя и этот способ мог сработать сразу, а мог и растянуться на часы. А то и на дни – Мир Хаоса был мал и в то же время бесконечен, блуждать по его улицам, не имея в голове конкретной цели, можно было до скончания веков.

Ну и наконец гость мог воспользоваться одним из немногих почти всегда действовавших правил Мира Хаоса – «вы приходите не туда, куда шли, а туда, куда хотели прийти». Способ самый быстрый… но требующий некоторой тренировки.

Ярослав сосредоточился, постарался выбросить из головы все посторонние мысли, оставив лишь одну, раздув ее до яркости сияющей звезды. «Мне нужна Лавка Снов, – твердил он про себя, как молитву. – Я иду в Лавку Снов. Я хочу увидеть Лавочника».

Глаза его были прикрыты – сквозь узкие щелки он видел достаточно, чтобы не врезаться в пузырчатую стену или налететь на кого-то из случайных прохожих.

«Лавка Снов, – биение мысли усиливалось, теперь она эхом отдавалась в ушах. – Мне нужен Лавочник».

Ярослав, как слепой, шел вперед. Пара то ли местных жителей, то ли таких же, как Ярослав, гостей этого мира – оба не имели ничего общего с человеческим обликом и вполне подходили на роль «жуткого чудища» для ночных кошмаров – проводили высокого мужчину в черной кожаной куртке уважительными взглядами. Оба поняли, что перед ними не обычный, глазеющий по сторонам, турист, и не случайно попавший в этот мир путник, даже не представляющий, что ему теперь делать, – этот явно был не новичком и знал, как следует поступать в Изменяющемся мире.

Прямо перед носом Ярослава оказалась стена – вернее, дверь в огромном радужном пузыре, круглая, как люк. Он ткнул пальцами пружинящую поверхность, та тотчас же разделилась на множество лепестков, которые с шелестом уползли куда-то в стороны.

– Приветствую вас в Лавке Снов, дорогой гость! – послышался откуда-то слева мягкий, чуть шепелявый голос.

Теперь можно было открыть глаза.

Внутри помещение было почти обычным – если не считать искривленных стен, дымчатых, пропускающих достаточно света, но при этом не позволяющих увидеть, что делается на улице. Несколько мягких, уютных на вид диванов, обитых золотистой кожей, прямо зовущих усталого путника отдохнуть и расслабиться. Ярослав оглянулся, высматривая того, кто приветствовал гостя.

– Глазам своим не верю, – снова раздался тот же голос. – Уважаемый Яр Вирм, собственной персоной. А ходили слухи, что ты погиб…

– Слухи о моей смерти преувеличены, – улыбнулся в никуда Ярослав. Он все еще не мог понять, кто с ним разговаривает.

– Как же, как же… эту фразу я уже слышал. Кажется, она принадлежит некоему Твену… из одного не самого приятного мира. Могу сделать предположение, господин Вирм, что вы застряли именно там.

Ярослав наконец понял, где прячется Лавочник. Вернее, прятаться он и не собирался, поскольку не имел такой возможности. По всей видимости, последняя Волна застала хозяина самого преуспевающего заведения этого сумасшедшего города врасплох… и теперь Лавочник выглядел, мягко сказать, необычно. Не сумев сдержать улыбки, Ярослав опустился в кресло прямо напротив хозяина.

– Рад тебя видеть.

– Ну еще бы, – скептически хмыкнул Лавочник. – За последнее время здесь побывала масса народу, и не только местного. И все, уверяю тебя, Вирм, все были невероятно рады меня видеть. Некоторые демонстрировали свою радость настолько откровенно, что это, знаешь ли, меня в некоторой степени обидело. Хотя обидеть меня трудно.

Ярослав кивнул – это было понятно и без объяснений.

Нечто, явно бывшее известным во множестве миров Лавочником, в данный момент уютно расположилось в симпатичной керамической кадке приятного бежевого цвета. И в том, что это существо сидело в кадке, не было ничего особо удивительного – поскольку более всего оно напоминало усыпанный короткими, но весьма острыми на вид шипами кактус, сохраняющий пропорции человеческого тела. Верхняя часть кактуса была снабжена двумя огромными выпученными глазами и, что выглядело просто невероятно странным, парой круглых очков в металлической оправе. Оправа кактусу была явно мала.

– Слушай, Вирм. – В голосе кактуса сквозило легкое раздражение. Похоже, он был не в духе. – Ты не мог бы поправить мне очки? Они постоянно сползают, а я хочу разглядеть тебя во всех деталях. Не так часто можно встретить выходца с потустороннего мира. Так ты погиб или нет?

– Нет. Ушел порталом, в самый последний момент. Потом застрял в мире, где магия почти выродилась, а технология еще не развилась до нужного уровня.

– Яр, если мои источники точны… а у меня нет причин им не доверять, то ты находился внутри рианнского капсулирующего купола, и находился там до самого завершения его формирования. Не рассказывай мне сказки… ваши специалисты еще не научились строить порталы из-под такого поля.

– Я же говорю… в последний момент. Биранн – ты ведь помнишь Биранна, верно? Он построил этот портал буквально за мгновение до того, как поле окончательно вышло на рабочий режим.

– Рискованное дело… – Лавочник изобразил легкое покачивание «головой». – Помехи во время создания капсулы очень сильны, портал мог отправить тебя куда угодно, а то и вообще в межпространство. Тебе крупно повезло, друг мой.

Безусловно, Ярослав хотел бы сразу перейти к делу, но знал, что такой подход Лавочник не любит. Бизнес – успешный, стоило признать – все еще был интересен этому существу, прожившему гораздо дольше, чем Египетские пирамиды. И все же более всего на свете Лавочник любил поговорить, особенно о делах минувших. Это знали все, как знали и то, что посмевший нарушить этот ритуал вряд ли мог рассчитывать на скидку.

– Межпространство? Я слышал что-то краем уха… может, просветишь?

– Отчего ж нет, всегда приятно встретить человека, готового узнать что-нибудь новое. Признаться, для меня это не самые приятные воспоминания, но тема и в самом деле интересна. Ладно, я расскажу тебе… Произошло это очень давно. Не буду считать, насколько давно, шутки со временем, которые иногда случаются в нашем мире, тебе известны. Пришли ко мне двое – мужчина и женщина…

– Люди?

– Ну… в некотором роде. Не перебивай. Так вот, пришли они с весьма интересной проблемой. Им требовалось построить портал в никуда. В пространство между мирами. Нет, теоретически это было возможно, при формировании матрицы одноразового заклинания следовало лишь внести некую неопределенность в координаты пункта назначения.

– И ты дал им то, что они просили?

Кактус замялся и попытался отвести глаза в сторону, правда, без особого успеха. Местами его кожица стала темно-зеленой, с бурыми пятнами, вероятно, это был какой-то эквивалент смущенного румянца.

– Понимаешь, Вирм… ну, в общем, они получили то, за чем пришли. Одноразовый портал, ведущий из их мира в межпространство. Не так уж сложно – они уверяли, что там имеется физический объект, и поэтому нетрудно было настроить типовое заклинание портала на поиск финишной точки, не имеющей пространственных координат. Вот «поместить» объект в межпространство – такого еще никто и никогда не делал, во всяком случае, я о таком не слыхал. Да, это был вызов моим способностям… Ты ведь изучал теорию порталов?

– Изучал, конечно.

– Тогда тебе легче будет понять. В природе, даже такой непредсказуемой, как наша, не может существовать двух по-настоящему «одновременных» событий. К примеру, если ты проходишь через портал, тебе кажется, что ты мгновенно оказываешься в пункте назначения. Это и в самом деле очень близко к истине. Но на самом деле между входом в портал и выходом из него проходит некое время. Ничтожно малое. Я нашел весьма изящное решение… кстати, много позже я его довольно выгодно продал. Мне удалось разработать заклинание, которое, принимая объект в портал, прекращает свою работу до того, как объект достигнет цели.

– То есть он застрянет на полдороги?

– Ну… упрощенно, да.

– У меня это в голове не укладывается, – вздохнул Ярослав.

– Это потому, что ты был нерадивым студентом, – менторским тоном произнес кактус. – Все вы такие, научитесь метать свои… как вы их там называете, боевые звезды, да? Вот, изучили пару фокусов и уже считаете себя могущественными боевыми магами.

Ярослав все пытался понять, почему воспоминания об этом успехе – а это был именно большой успех, теория порталов, которую преподавали в Академии, даже не допускала вероятности подобного решения – явно беспокоят Лавочника. Нет сомнений, это существо, прожившее тысячи лет, до сих пор испытывает неловкость, вспоминаю ту давнюю историю. Хотя ведь есть чем гордиться.