Помоги проекту - поделись книгой:
«Все будет хорошо!» - подумал я.
Наконец радио сообщило, что в 10 часов 55 минут космический корабль «Восток» благополучно приземлился в заданном районе. Юрий Гагарин передал с места приземления: «Прошу доложить партии и правительству, что приземление прошло нормально, чувствую себя хорошо, травм и ушибов не имею».
Первый в мире полет человека в космос успешно завершен!
Когда мы прилетели в район приземления, мне хотелось быстрее обнять Юру, но я увидел его в плотном кольце людей. Вокруг стояли ученые. Подойти к Гагарину не было никакой возможности. И все же я стал протискиваться сквозь толпу. На меня бросали удивленные, строгие взгляды, но я продвигался. Юра заметил меня, когда я был уже в нескольких шагах от него, и бросился мне навстречу. Мы крепко обнялись, долго тискали друг друга.
Когда после встречи на аэродроме мы поехали в домик, расположенный на крутом берегу Волги, то увидели тысячи, десятки тысяч людей, буквально запрудивших улицы, по которым проезжал кортеж машин с первым космонавтом планеты. Люди наступали на машины, стараясь поближе рассмотреть Юрия Гагарина, засыпали машины и улицы цветами. А один особенно настойчивый молодой человек, чтобы остановить машину, бросил под нее свой велосипед. Откровенно говоря, многие из нас тогда не понимали этих действий жителей города и возмущались их поведением. Нам хотелось быстрее приехать в домик, где должен был отдохнуть Юрий, и самым подробным образом расспросить его обо всех деталях космического полета, узнать от единственного в мире человека, что там и как в космическом полете.
После отдыха мы с Юрой бродили по берегу Волги. Снег стаял. Подсыхала земля, кое-где пробивалась ярко-зеленая трава, а почки деревьев уже начали выбрасывать пахучие клейкие листочки. Ольха покрылась темно-красными сережками. Вскрылась могучая Волга, по мутным волнам легко неслись льдины. В ветвях хлопотали грачи, поправляя старые гнезда. Свистели скворцы, и все это сливалось в упоительную мелодию - торжествующий гимн весне.
Милая сердцу картина русской природы! Она удивительно гармонировала с нашим радостным настроением. Мы мечтали о будущих полетах. Юра делился впечатлениями.
Однажды Юра задумался, глядя в звездное небо.
- Ты о чем? - спросил я его. - Мечтаешь, что, может, вот так же вдвоем будем бродить по берегу какой-нибудь марсианской реки и любоваться заходящим солнцем, Землей?
- Вот было бы здорово!.. - рассмеялся он.
Потом была незабываемая встреча в Москве. Юрий стоял па трибуне Мавзолея Ленина рядом с руководителями партии и правительства. Москва. Ликующая столица. Ликование всего мира в честь этой победы Человека.
Мы с друзьями космонавтами идем в тесной шеренге демонстрантов. Громко кричим, аплодируем, смеемся. На трибуне - Юрий. Он заметил нашу группу, приветливо машет рукой.
А над площадью несутся голоса, люди скандируют:
- Партии сла-ва! Га-га-рин!
Каждый день приносил радостные вести: Юрий Алексеевич Гагарин - Герой Советского Союза. Президиум Верховного Совета СССР наградил многих специалистов, принимавших участие в создании и запуске «Востока».
В числе награжденных были и мы - космонавты первого, или, как потом стали говорить, «гагаринского», набора. Меня наградили орденом Ленина.
Сейчас, возвращаясь к пережитому, я отчетливее, рельефнее чувствую грандиозность событий тех дней и роль, которую в них играл Юрий Гагарин.
Можно смело сказать, что после 12 апреля 1961 года, дня, который люди всей земли назвали Утром Космической Эры, на планете не было другого человека, который пользовался бы такой любовью не только своего народа, но и народов всего мира. Имя Юрия Гагарина навсегда вошло в века. Оно знаменует собой начало новой эры - эры освоения человеком космического пространства. Подвиг его олицетворяет все лучшее, что создано человеческим разумом с древних времен до наших дней, подвиг этот, как принято говорить, вписан в историю золотыми буквами, но мне думается, что даже этот благородный металл не в полной мере отражает его величие.
Для нас, космонавтов, Юрий Алексеевич - однополчанин, для многих - близкий товарищ, искренний и сердечный друг. Мы знаем, что ему, смоленскому пареньку, пришлось пройти до звездного рейса нелегкую дорогу жизни, дорогу, похожую на сотни и тысячи других, которыми идут увлеченные мечтой, ищущие молодые люди, дорогу, столь обычную в нашей стране и в то же время столь героическую.
Сто восемь минут, которые понадобились на то, чтобы опоясать нашу планету, свидетельствуют не только о скорости, с которой летел космический корабль «Восток». Это были первые минуты космической эры, и потому они так потрясли и взволновали мир.
Память об этих минутах будет дорога не только историкам. Правнуки наши, наши далекие потомки, с любовью и уважением будут перечитывать и изучать документы о рождении новой эры, открывшей людям, детям Земли, путь в бескрайнюю Вселенную.
«Космический корабль «Восток» запускает майор Гагарин в историю», «Самое грандиозное достижение человека», «Мы должны снять шапки перед русскими». Под такими заголовками мировая пресса сообщала о достижениях советского народа. И совершенно естественно, что с завершением космической орбиты для Юрия начались «орбиты земные» не только по нашей стране, но и по зарубежным странам - все хотели увидеть первого космонавта Земли.
И вот тут-то обнаружился «недостаток» в подготовке космонавтов. В первые месяцы после полета Юрию Гагарину пришлось произносить речи на митингах и собраниях, выступать перед рабочими, учеными, в школах, в студенческих аудиториях, давать интервью многочисленной и разноликой армии журналистов. А этому в отряде космонавтов нас не учили. Однако Юрий блестяще справился и с этими, «земными перегрузками». Свидетельством тому являются восторженные улыбки слушателей и бурные овации аудиторий после его выступлений и ответов на вопросы.
Юрий Гагарин посетил тридцать зарубежных стран. И все-таки вся напряженная общественно-политическая деятельность не могла отвлечь Юрия Алексеевича от того, к чему он прирос теперь душой и телом. Он не мог оставаться в стороне от подготовки к новым стартам.
Как радовался Юрий каждому новому космическому полету! Но мы знали, что в глубине души он грустил и завидовал каждому из нас: полеты становились все более интересными, и он, как профессиональный пилот, не мог оставаться вне этой работы, хотя в подготовку и обеспечение каждого полета он вкладывал все свои знания и усердие. Он провожал в космос своих друзей и вместе с ними переживал каждый полет, учил других и учился сам. Он мечтал о том времени, когда корабли наши полетят по межпланетным трассам, когда сам сядет за штурвал космического корабля.
Во имя этой мечты Юрий Гагарин совершил свой космический подвиг, во имя этой мечты он работал, во имя ее он жил.
Готовность
Раскатисто грохотали грозы, шумели дожди, омывая весеннюю зелень. Ласкали глаз нежные цветы сирени. Хорошо было бродить по цветущим лугам и лесным полянам, вдыхая тонкий запах цветов.
Весна 1961 года - первая весна эры покорения человеком космоса - была в разгаре. Иногда в выходные дни мы выезжали на рыбалку. Один вид прозрачной глади воды, окаймленной пышной зеленью, снимал напряжение усиленных тренировок.
Мы цепочкой рассыпаемся по берегу. Рыбаки затихают в кустах.
Я иногда усаживался с кинокамерой в удобном месте, ожидая момента, когда у кого-нибудь блеснет в воздухе трепещущая на крючке рыбешка... В программу подготовки к полету была включена киноподготовка, и иногда подобные выезды мы использовали для того, чтобы лишний раз попрактиковаться с камерой, снять занятный сюжетик. Техникой киносъемки мы овладевали для того, чтобы в космосе можно было запечатлеть все то, что может оказаться интересным для ученых. Да и очень много вопросов задавали Юрию, все спрашивали, как выглядит Земля из космоса. Юрий, конечно, старался передать «облик» нашей планеты, но его рассказы только приблизительно отражали истинную картину. Поэтому было решено в следующих полетах снять на кинопленку наиболее интересные виды Земли с высоты космического полета. Пусть человечество знает, как выглядит Земля с высоты сотен километров.
Планы своих маленьких фильмов мы разрабатывали сами и на рыбалке «охотились» за редкими кадрами.
Помню такой случай. На берегу недалеко от меня сидел пожилой мужчина, устремив взгляд на поплавок. Вдруг он встрепенулся, рванул удилище, и я увидел, как в воздухе забилась крупная рыба. Кадр! Валя сразу же навел на рыбака кинокамеру. Тот на несколько секунд задержал удилище в одном положении, давая возможность заснять интересную сцену. В это время рыба трепыхнулась, сорвалась с крючка, блеснула серебром и булькнула в воду.
Рыбак рванулся за ней, да так и застыл в изумлении с протянутой рукой. Кинокамера продолжала трещать. Рыбак, рассердившись, начал ругаться и выразительно жестикулировать. Получилась очень интересная пленка, вызвавшая улыбки зрителей и высокую оценку руководителя - кинооператора.
Шумной ватагой, бодрые и жизнерадостные, возвращались мы домой с таких прогулок.
Так было в дни отдыха. А в течение недели мы усиленно занимались, готовясь к новому полету.
Мир все еще продолжал восхищаться подвигом советского народа, а космонавты продолжали свои будничные дела: тщательно изучали, анализировали опыт полета Юрия Гагарина, делали выводы, тренировались.
Вскоре после полета Юрия Гагарина мы собрались чтобы в деловой обстановке послушать рассказ нашего друга об условиях работы в космосе, о поведении корабля. Всем не терпелось услышать все это, как говорится, из первых уст.
- При взлете, - рассказывал Юрий, - я услышал свист и нарастающий гул, почувствовал, как задрожал корабль, оторвалась и начала набирать скорость ракета-носитель.
Мы ловили каждое его слово, зная, что рано или поздно каждому из нас придется все это испытать. И Юрий Алексеевич подробно рассказал нам о своих ощущениях при нарастании перегрузок, высказал свое мнение о том, как вести себя на первом этапе полета, как распределять внимание в этот период, на что обращать основное внимание при выходе на орбиту, при посадке и т. д.
Нас особенно интересовал рассказ о невесомости. Ведь Юрий Гагарин первый из людей по-настоящему, в течение полутора часов, испытал состояние невесомости.
- Невесомость не оказала отрицательного влияния на мою работоспособность,- твердо заявил он.
Гагарин подробно рассказал, как он работал в невесомости, как вел записи в бортжурнале. Все было ново, интересно. Это были первые бесценные крупицы опыта.
- Что видел через «Взор», как выглядит Земля? - спрашивали мы.
- Видел облака, их тени на Земле. Солнце удивительно яркое, невооруженным глазом смотреть на него невозможно. Я даже прикрывал иллюминатор, чтобы ослабить яркость лучей.
Те годы были наполнены жаждой полетов, стремлением неустанно продвигаться вперед. Мы знали, что «Востоки» способны на большее, и нам хотелось быстрее выжать из них эти возможности, а заодно и определить свои, побыстрее узнать больше о космосе. В конструкторском бюро академика С. П. Королева к нам относились с уважением, хотя мы были очень молоды и по годам, и по опыту полетов. Впрочем, в отношении опыта мы все, пожалуй, были на одинаковом уровне.
В КБ создан космический корабль «Восток», есть его техническое описание, а инструкции летчику-космонавту не было. Вместе с конструктором, используя свою авиационную практику, мы создавали инструкции по технике пилотирования космических кораблей. Это была интересная работа и, пожалуй, первая для нас творческая. Инструкция была небольшой по объему и предписывала порядок действий космонавта на различных этапах полета. По мере накопления опыта полетов менялись и разделы инструкции. То, что в первых инструкциях было записано в разделе «Особые случаи», переходило потом в первую часть, в которой определялся порядок выполнения полетного задания. Использование ручного управления рассматривалось в первой инструкции только в случае отказа автоматической системы посадки, а для «Востока-2» испытание этой системы входило в программу полета. Для других «Востоков» был самым подробным образом расписан порядок отвязывания от подвесной системы, перемещения в кабине и порядок закрепления в рабочем кресле пилота.
Простой вопрос руководителя: «Как вы думаете, что можно сделать в этой ситуации?» - имеет огромное воспитательное значение. Создается творческая атмосфера в коллективе. Может быть, руководитель уже принял решение, знает, как поступить в данном случае. Но обращение с таким вопросом показывает, что труд подчиненных важен, что об их мнении помнят, учитывают, что решение начальника основывается на предложениях и мысли коллектива. Это рождает инициативу и дает возможность проверить правильность решения, если оно было уже принято негласно, так сказать.
...Быстро бежали дни, недели. Юрий Алексеевич совершал поездки по Чехословакии, Англии, по другим странам. Мир чествовал первого героя космоса, а мы искренне радовались и гордились тем, что этим человеком оказался гражданин Советского Союза, наш товарищ.
В нашей группе продолжались занятия, тренировки. Однажды, выехав па аэродром, мы увидели картину, столь дорогую сердцу летчика. Вдоль бетонированных дорожек стройной шеренгой стояли самолеты. Торопливо сновали спецмашины. Время от времени их пофыркивание заглушалось мощным гулом реактивных двигателей. Вдали поблескивала па солнце влажная от недавнего дождя взлетно-посадочная полоса. На горизонте зубчатой стеной зеленел лес...
Нам предстоит совершить на самолете полеты па кратковременную невесомость. Она будет продолжаться несколько десятков секунд. И за это время надо выполнить довольно обширную исследовательскую программу.
Самолет быстро набирает скорость, взлетает и уходит ввысь. В заданной зоне летчик доводит скорость до максимальной, переводит самолет в режим набора высоты, выполняет горку. Затем летчик отдает ручку от себя, и в результате самолет движется по параболе невесомости.
- Нулевая перегрузка, - передаю на командный пункт. Чувствую необычную легкость. Ноги отошли от пола, плавают свободно. Попробовал двигать ими. Стараюсь попасть карандашом в гнезда координографа. Затем записываю свою фамилию, имя и отчество, год и место рождения. Почерк как будто не изменился.
В следующем полете мы учились есть и пить в условиях невесомости. Ученые продолжали исследовать влияние невесомости па организм человека, а мы готовились к новым рейсам в космос. В конце мая 1961 года было принято решение и объявлено, что командиром космического корабля «Восток-2» назначили меня, дублером - Андрияна Григорьевича Николаева. Нас снова пригласили осмотреть космический корабль «Восток-2». Главный конструктор, ведущие конструкторы, инженеры и техники встретили нас как близких и, как в первый раз, сказали:
- Обживайте, изучайте, тренируйтесь. В общем, будьте хозяевами.
С учетом опыта первого полета начались тренировки.
Мы напряженно готовились к полету, разговаривали со многими специалистами, выслушивали их советы, проверяли, уточняли. Но главное место отводилось тренировкам в кабине корабля. Мы так привыкли к ней, что она стала до мельчайших подробностей знакома, стала вторым домом, обжитым и близким.
Уже лето перевалило на вторую половину. Кое-где на листьях появилась позолота. Прохладнее стали вечера и утренние зори.
Пришло время вылетать на космодром Байконур. Близился час старта корабля «Восток-2».
Незадолго перед вылетом на космодром мы с Тамарой гуляли по Москве. Прошлись по улице Горького. Положили к памятнику Александру Сергеевичу Пушкину букетик цветов. Побывали на Красной площади у Кремля. Это становилось нашей традицией. Перед каждым полетом космонавты приходят на главную площадь страны, чтобы здесь, у Мавзолея Ильича, у стен седого Кремля, проверить свою готовность к выполнению приказа Родины, готовность отдать все силы и знания, а при необходимости и жизнь бессмертному делу Ленина, Коммунистической партии.
Мне часто задают вопрос, что я чувствовал, когда готовился к полету в космос, и особенно перед полетом. Сразу оговорюсь: полет космонавты считают выполнением своего долга гражданина Советского Союза, своей обязанностью, работой.
Что движет советскими людьми, самоотверженно выполняющими свой гражданский долг на фабриках и заводах, колхозных полях, в исследовательских лабораториях и институтах? Что помогает нашей замечательной советской молодежи осваивать целинные земли, вдохновенно работать на многочисленных новостройках страны? Это, прежде всего любовь к своей социалистической Родине, беззаветная преданность Коммунистической партии.
Я горд тем, что моя Советская Родина, мой народ прокладывают человечеству путь в космос, и считаю своим долгом сделать все, что в моих силах, для решения этой благородной задачи.
В успехе полета я был абсолютно уверен.
Испытывал ли я чувство страха? Вопрос вполне законный. Ведь в космосе много неизведанного, а неизведанное таит в себе сотни опасностей. Я сознавал это, но вместе с тем был настолько увлечен предстоящим полетом, что все мои мысли, чувства, стремления были направлены на то, чтобы выполнить его отлично. В моем сердце не осталось места для сомнений и тревог.
Незадолго до выезда в Байконур я получил от отца письмо.
Поделиться книгой: