Помоги проекту - поделись книгой:
Большое путешествие: Земля черных
Первыми жителями архипелага Занзибар были говорившие на языке банту народы, переселившиеся на острова с континента более 2 000 лет назад. В одном из древнейших руководств для моряков — «Плавании по Эритрейскому морю», написанном неизвестным греческим торговцем в 60 году нашей эры, говорится, что арабы торговали на Восточном побережье Африки еще в I веке нашей эры.
В этом же древнем труде упоминается остров Меносиас — так предположительно греки называли остров Занзибар. Название островной части Республики Танзании происходит от арабского «Зиндж-эль-Барр», или «земля черных». Так арабские торговцы с VIII по XVI век называли архипелаг и все прилегающее побережье. В наши дни Занзибаром считается только сам архипелаг...
Самым первым слово «занж» (или «зинж») упоминал астроном аль-Фазари еще в 780 году. Так он называл черное население островов в Индийском океане у берегов Восточной Африки. До прихода на Занзибар мусульман чернокожих «зинж» (или «занж») долгое время считали людоедами.
В X веке у берегов Восточной Африки появились торговцы из Персии, основавшие несколько поселений на континенте и на островах Пемба и, возможно, Унгуджа.
Своего пика торговля между Занзибаром и странами Персидского залива достигла в XII — XV веках. Именно тогда Занзибар превратился в мощную державу с обширными торговыми связями, простиравшимися в Индию и Азию, куда с острова доставлялись рабы, золото, слоновая кость и дерево. В обмен торговцы с Востока везли на остров специи, стекло и текстиль. Именно бурная торговля способствовала приходу на Занзибар ислама.
В XVI веке с появлением сперва на острове Пемба, а потом и на Унгудже португальцев «золотой век» Занзибара закончился. Впрочем, владычество португальцев длилось недолго — оманские арабы выбили их из крепостей. Правда, на смену им пришли англичане, использовавшие остров Унгуджа как промежуточную базу на пути в Индию.
Столица Занзибара — расположенный на западном берегу острова Унгуджа одноименный город, более известный по названию его центра — Стоунтаун. Говорят, место для строительства новой столицы в 1831 году выбрал лично султан Занзибара, руководствуясь единственной целью — выстроить город рядом с глубокой гаванью. За 15 лет на месте небольшой рыбацкой деревеньки выходцев из Мозамбика и вырос каменный Стоунтаун.
Это типичный арабский город с узкими извилистыми улочками, в которых легко потеряться, старыми домами с крошечными комнатками и многочисленными мечетями. Сегодня большинству домов в городе не менее 100 — 150 лет. И похоже, со времени строительства их никогда не ремонтировали.
Название одного из самых больших зданий в Стоунтауне, построенного в тропическом викторианском стиле, — Бейт- эль-Аджаиб, или Дом чудес. Он был построен по проекту некого шотландского морского инженера по заказу султана Баргаша в 1883 году. Некоторое время дом служил резиденцией султана. Но в 1896-м трехэтажное здание стало объектом британских бомбардировок: англичане не желали, чтобы султан Халид бин Баргаш занял трон после смерти султана Хамада (1893 — 1896).
После самой короткой войны в истории Занзибара, продолжавшейся всего 45 минут (ровно столько британцы обстреливали дворец), султан предпочел сдаться англичанам.
Когда здание было отремонтировано, следующий султан — Хамоуд (1902 — 1911) — использовал верхний этаж в качестве своей резиденции, а после 1913-го здесь заседало правительство Занзибара.
Бейт-эль-Аджаиб было не только самым большим строением во всем Занзибаре, но и первым зданием, в котором появились электричество, водопровод и даже лифт. С тех пор как занзибарское правительство стало проводить свои заседания в другом месте, в Бейт-эль-Аджаибе время от времени проходят выставки и вечеринки, а недавно был открыт роскошный ресторан. Хотя на памятной табличке перед входом написано, что когда-нибудь в этом доме будет устроен музей истории Занзибара и цивилизации суахили...
В начале XIX века арабы превратили Занзибар в крупнейший экономический центр, богатство которого зиждилось на торговле черными рабами и слоновой костью. Острова обрели такое влияние, что султан Омана даже перенес свое правительство из Персидского залива на Занзибар.
В 1810 году на Занзибаре (в основном на островах Пемба и Унгуджа) появились первые плантации гвоздики, завезенные туда из Индонезии. И к середине столетия Занзибар превратился в крупнейшего ее производителя в мире. Этому способствовало и то, что через работорговый рынок Занзибара ежегодно проходили до 50 000 рабов, захваченных по всей Восточной и Центральной Африке. Большинство из них использовались в качестве рабочей силы на гвоздичных плантациях, остальные же продавались на острова Маврикий, Реюньон и в голландскую Восточную Индию.
Работорговля в Африке существовала на протяжении всей известной истории, но наибольшего расцвета она достигла с приходом арабов. Им требовалось все больше рабочей силы, а Коран запрещал обращать в рабство единоверцев-мусульман. К тому же и европейцам, а особенно французам, во второй половине XVIII века тоже требовались люди для работы на плантациях островов Маврикий и Реюньон.
Первоначально арабы захватывали рабов на побережье, продавая их в Аравию, Персию и на острова Индийского океана. В XVIII и XIX веках на побережье доставляли рабов уже из районов Малави и Конго. К концу XIX века центр восточноафриканской работорговли переместился на Занзибар. По некоторым подсчетам, в 60-х годах столетия через занзибарский невольничий рынок ежегодно проходили от 10 до 30 тысяч рабов. С 1830-го по 1873-й (в 1873 году англичане официально запретили на острове работорговлю) на Занзибаре были проданы почти 600 000 рабов.
Но несмотря на этот запрет, торговцы живым товаром еще долгое время умудрялись доставлять его на Занзибар. Британские патрульные корабли в прибрежных водах охотились за нелегалами и нередко освобождали найденных в трюмах невольников.
Известно даже имя последней рабыни в Танзании — Мария Эрнестина. Работорговцы захватили ее на территории современного Заира в 1890 году. Через несколько месяцев пути их караван прибыл в Багамойо, где работорговля уже много лет считалась незаконной. Власти конфисковали пленницу и передали маленькую Марию в немецкую семью. Позже она убежала из местной католической миссии и многие годы прожила в Багамойо. Умерла 8 декабря 1974 года, дожив до преклонного возраста.
В XIX веке на Занзибаре продали:
В Аравию, Персию и Индию 347 000 (23,3%) рабов
В Восточную Африку 276 000 (18,6%) На острова Маврикий и Реюньон 95 000 (6,4%)
На Занзибаре, острове Пемба и в других районах Восточного побережья работали на плантациях 769 000 (51,7%)
1822 Продажа рабов в Индию и на французские острова Маврикий и Реюньон запрещена. Великобритании было разрешено досматривать суда в Индийском океане
1845 Запрещена работорговля меж-ду Занзибаром и Оманом
1860 — 1863 Основана первая католическая миссия на побережье Восточной Африки. Официально запрещена работорговля. Для этого были подписаны многочисленные соглашения между Великобританией и султаном Омана, столица которого находилась на Занзибаре после 1832 года. Считается, что это соглашение султан заключил лишь потому, что нуждался в поддержке Британии.
1873 Полностью запрещена продажа рабов, закрыты все невольничьи рынки. Главный рынок на Занзибаре закрыт в течение 24 часов. Позднее на его месте была построена англиканская церковь. Но нелегальная работорговля продолжалась еще 30 лет, вплоть до начала XX века
1876 Запрещено приближение караванов с рабоми к восточному побережью континентальной Танганьики
1890 Антирабовладельческая конференция в Брюсселе. Подписан генеральный акт, провозглашавший свободу вероисповедания, брака, свободу пищи и строительства жилищ, два обязательных выходных в неделю, право владения собственностью и право наследовать часть собственности бывшего хозяина. Рабы получили право отстаивать свои права в суде
С установлением над Занзибаром европейского протектората ситуация стала меняться. В 1798 году британцы заключили договор с султаном Омана. И чем сильнее становился их интерес к Занзибару, тем большее давление оказывылось на арабов с целью запрещения работорговли, которая в самой Британии была запрещена еще в 1772 году. Сперва англичанам удалось прекратить торговлю между Занзибаром и континентом, а с 1873-го вообще положить конец торговле рабами на море.
Вскоре Занзибар стал независим от Омана. И фактически на нем был установлен британский протекторат, хотя номинально оманские султаны продолжали свое правление. Настоящей независимости Занзибару удалось добиться только в декабре 1963-го, но длилась она недолго — месяц спустя султана сместили, и в ходе кровавой революции к власти пришла партия «Афро-Ширази». В апреле 1964-го «партийный» президент Абейд Каруме подписал договор о союзе Занзибара с Танганьикой. Новый союз получил название Объединенная Республика Танзания. Почему именно «Танзания»? ТАН — взяли от Танганьики, ЗАН — от Занзибара.
Революция на Занзибаре мало чем отличалась от большинства революций. На Унгудже было убито более 10 000 арабов. Разъяренная толпа уничтожала потомков работорговцев везде, где только могла найти. Решение, как остановить этническую вражду, нашлось неожиданно.
Дело в том, что до революции любая девушка из арабской семьи могла взять себе в мужья чернокожего юношу. Но ни при каких обстоятельствах юноша не мог добиться брака с арабкой — это было не принято. И тогда на Занзибаре организовали... насильственные свадьбы.
Было провозглашено, что любой чернокожий может взять в жены арабскую девушку. Юношей и девушек выстраивали двумя шеренгами лицом друг к другу. Юноша мог бросить в понравившуюся девушку камешек и... жениться на ней. Таким необычным способом в жаркие дни 1964 года на островах совершались межэтнические браки. И хотя на Занзибаре до сих пор остается немало свидетельств жестокости работорговцев, многие из которых были арабами, кровная месть закончилась. Ведь в жилах уже выросших детей течет арабо-негритянская кровь.
Президента Каруме убили в 1972 году, следующие президенты с переменным успехом пытались примирить занзибарцев с танганьикцами. Но до сих пор завершить процесс примирения так и не получается…
Сегодня Занзибар, хотя и входит официально в состав Танзании, тем не менее сохраняет определенную независимость — здесь есть и свое правительство, и собственный президент.
Так называемый дом Ливингстона находится к северу от Стоунтауна по дороге Бубубу. Построенный в 1860 году дом служил пристанищем для многих европейских миссионеров и исследователей. Здесь Ливингстон останавливался перед отправкой в свою последнюю экспедицию. Позднее здание перешло в собственность индуистского общества. В 1947 году правительство выкупило и реконструировало дом, чтобы устроить в нем лаборатории для научных исследований. Теперь же в здании базируется офис туристической корпорации Занзибара.
Дэвид Ливингстон (1813 — 1873) — миссионер, выдающийся английский путешественник шотландского происхождения и исследователь Африки. Именно он был первым из европейцев, кому удалось пересечь Африку с запада на восток в 1853 — 1856 годах. Ливингстон обследовал значительную часть бассейна реки Замбези и открыл крупнейший водопад Виктория. В 1867 — 1871 годах он исследовал также западный и южный берега озера Танганьика и открыл озеро Бангвеулу.
В общей сложности Ливингстон провел в Африке 33 года. В возрасте 27 лет он был направлен Лондонским миссионерским обществом в Восточную Африку с целью организовать новые миссионерские общества. Но осуществить это Ливингстон так и не смог, а потому решил заняться исследованием Африки, и особенно ее водных путей, а главное — реки Замбези.
Когда британское правительство выделило деньги на очередную экспедицию, чтобы пройти на пароходе всю Замбези вверх по течению, случилось неожиданное — во время предыдущего исследования Замбези Ливингстон, сократив в одном месте путь, не смог обнаружить огромных, длиной 64 км, Кебрабрасских порогов. Эта неудача стала для исследователя таким тяжким ударом, что он уединился в неведомом месте, не подавая признаков жизни.
Его судьба всерьез взволновала мировую общественность. В 1868 году издатель газеты «Нью-Йорк Геральд» Гордон Беннет отправил на поиски Ливингстона журналиста Генри Мортона Стэнли. Тот, собрав участников экспедиции, прибыл на Занзибар и двинулся в путь. Ему удалось найти знаменитого исследователя в небольшой деревеньке у озера Танганьика. Стэнли приветствовал Ливингстона — единственного белого человека во всей округе — словами, вошедшими в историю: «Доктор Ливингстон, я полагаю?..»
... Доктор Ливингстон умер неподалеку от селения Уджиджи, завещав похоронить себя в милой его сердцу Африке. Но убитые горем африканцы смогли похоронить только его сердце. Его тело им пришлось забальзамировать и целых девять (!) месяцев нести в гробу из древесной коры к морю. Оттуда его тело перевезли на Занзибар, затем — в Лондон, где Ливингстон был похоронен в Вестминстерском аббатстве...
Главная гордость и кормилица жителей восточной части острова — кокосовая пальма. Никто из занзибарцев не знает, когда и как именно появились в их краях эти деревья, дающие и кров и пищу. О «сельском хозяйстве», о разбитых где-то неподалеку гвоздичных плантациях они знают лишь понаслышке. Зато даже ребенок, едва залопотавший на суахили, понимает, что пальмовыми листьями можно обвязать хижину, а от больших круглых мячиков, которые время от времени падают сверху, лучше держаться подальше…
Впрочем, просто так кокосы с пальмы не падают. Можно сказать, что все они здесь наперечет, и местные жители знают «в лицо» каждый растущий на них кокос… На одну деревню из трех-четырех хижин здесь приходится около 50 деревьев, каждое из которых берегут как зеницу ока. Срубить кокосовую пальму на дрова — равносильно преступлению.
Кокосы созревают в этих краях приблизительно за полгода. Когда подходит время, кто-то из взрослых жителей-рыбаков, надев на ноги связанную кольцом веревку, взбирается с ножом на вершину пальмы, чтобы срезать уже созревшие плоды. И вечером, когда спадет жара, а на костре приготовится пойманная днем рыба, вся деревня пустит по рукам круглый плод с отрубленной ножом верхушкой, громко прихлебывая и дожидаясь момента, когда можно будет выгрести из него руками белую мякоть.
Дмитрий Чулов | Фото автора
Этнос: Последний день Кенигсберга
Официально этот день наступил 4 июля 1946 года. Именно тогда древний город был переименован в Калининград, а государство, называвшееся на протяжении веков Восточной Пруссией, — в Калининградскую область. Таким образом, могущественная некогда империя с многовековой историей оказалась практически стертой с лица земли, став ныне анклавом России.
Наш рассказ о том, как это произошло.
К началу XIX века, когда во главе Франции встал Наполеон, Пруссия была уже далеко не тем государством, что в эпоху Фридриха Великого. После его правления страна впала в некий летаргический сон. Ее некогда великолепно организованная и оснащенная армия была по-прежнему внушительной разве что на парадах. На деле же, по позднейшему признанию Генриха Гейне, стоило «Наполеону дунуть на Пруссию, и ее не стало».
Провозглашение в мае 1804 года Наполеона императором и трансформация Французской республики в набирающую силу Французскую империю несло Европе неотвратимую угрозу. Новоиспеченный император уже видел у своих ног кроме Франции, расширенной до берегов Рейна, Западную Германию и Северную Италию. Все это вызывало у европейских монархов серьезные опасения. Россия и Швеция отказались признать Наполеона императором. Но уже в 1805-м Наполеон наметил свою первую жертву — ею стала Англия.
Пока французский десант готовился к ее штурму, Наполеон присоединил к своим владениям Геную, Пьемонт, Лукку, объявил себя королем Италии, помазанным на царство Папой Римским. Английское правительство пообещало не остаться в долгу перед теми, кто поднимет руку на молодую французскую империю. На призыв о помощи откликнулась Россия. Когда французский десант был практически готов к переправе через Ла-Манш, до Наполеона дошли известия о том, что русские войска собираются соединиться с частями австрийской армии. Фактический хозяин половины Европы собрал огромную, около 200 тысяч человек, армию и двинулся навстречу противнику. 20 октября Австрия была разгромлена.
Все надежды англичан возлагались теперь на Россию. Император Александр I в свою очередь очень рассчитывал на поддержку Пруссии. Царь приехал в Берлин, дабы склонить Фридриха Вильгельма III к объявлению Франции войны. Прусский король пребывал в нерешительности — мощь наполеоновской армии пугала его не меньше, чем могущество России. Но доводы российского императора относительно того, что десятки тысяч русских солдат без всякого спроса пройдут через территорию Пруссии, чтобы встретиться с силами Наполеона, произвели впечатление на Фридриха. Пруссия стала готовиться к войне, которая не заставила себя долго ждать. Из Берлина Александр выехал в Австрию, где рассчитывал дать решающее сражение. Командующий армией Кутузов был категорически против этой идеи, но... чем закончилась битва при Аустерлице, нам известно. После Аустерлица Бонапарт принялся за создание «Рейнского союза». Он пришел на смену «Священной Римской империи немецкой нации», существовавшей под этим названием с 1442 года. В Союз вошли 15 германских государств, «избравших» своим протектором Наполеона, обладавшего к тому времени великолепно вооруженной полумиллионной армией. Фридрих Вильгельм III, чья страна не вошла в Союз, написал французскому императору послание с просьбой объяснить его намерения относительно будущего Пруссии. Ответа красноречиво не последовало. В Кенигсберге организовалась дворянско-офицерская «партия войны» во главе с супругой короля Луизой, убежденной в том, что «никакой покорностью не спасешься». Патриотические силы Пруссии жаждали отмщения за унижение со стороны Наполеона, и Фридрих Вильгельм под давлением этих сил выехал в расположение своей армии. Королева Луиза последовала за ним, устраивая по пути продвижения антинаполеоновские манифестации и становясь центром всеобщего внимания... Наполеону понадобился месяц, чтобы расправиться со 175-тысячным войском неприятеля.
Разделавшись с прусской армией, Наполеон объявил континентальную блокаду своему главному оппоненту — Англии. Торгово-экономические связи между Альбионом и Западной Европой оказались разорванными. Англия, неся колоссальные убытки, вновь обратилась за помощью к России. Наполеон узнал об этом через сеть агентов, действовавших в Петербурге, и нанес упреждающий удар. Он оккупировал Гамбург и Бремен, намереваясь добавить к своим многочисленным титулам еще и титул польского короля. Уже в 1806 году французы были в Польше. Россия смогла противопоставить агрессору 100-тысячное войско. Обе стороны — и Франция, и Россия — искали сражения. Оно состоялось в феврале 1807 года у прусского города Прейсиш-Эйлау.
Одновременно с прусской кампанией Россия вела войны с Персией и Турцией и потому уступала французским войскам по численности. В ходе боев Прейсиш-Эйлау дважды переходил из рук в руки. По воспоминаниям участников этого сражения, потери русских были колоссальными, составив около сорока тысяч человек. И все же жертвы были не напрасны — от полного поражения французов спасла только наступившая темнота.
Весной 1807 года начался второй этап войны. Генеральное сражение состоялось возле города Фридланд. Во Фридландском сражении русским опять пришлось сдерживать вдвое превосходившие силы французов. Русские потерпели поражение, однако и Наполеон некоторое время не мог прийти в себя, чтобы организовать преследование противника. Это дало возможность русскому командованию подтянуть силы к городу Тильзит и отступить по мосту на левый берег Немана. Через пять дней после фридландской бойни к Тильзиту подошли французы.
Император Александр I склонялся к мысли о перемирии. Князю Лобанову-Ростоцкому вменялось в обязанность лично передать Наполеону на тот берег текст мирного договора. После ратификации акта перемирия царь сообщил о желательности личной встречи с Наполеоном, которая и состоялась 25 июня на середине реки. Специально для этого был сооружен плот с двумя роскошными павильонами. Беседа государей продолжалась около двух часов. Все это время Фридрих Вильгельм оставался на прусском берегу в ожидании приглашения, но аудиенции Наполеона он удостоился только на следующий день.
Результатом этой встречи в верхах стал знаменитый Тильзитский договор, по которому Пруссия теряла половину территории. Государственная самостоятельность страны была сохранена, как записано в 4-й статье договора, «из уважения к Его Величеству Императору Всероссийскому». Через день после заключения мира, 9 июля, был произведен совместный смотр французской и русской гвардий, после которого оба императора расстались, понимая, что войны не избежать...
24 февраля 1812 года Пруссия заключила союз с Францией. Согласно договору страна обязывалась мобилизовать 21 тысячу человек, составивших 27 пехотных дивизий. Но когда русская армия-победительница вошла в Кенигсберг, все дивизии перешли на ее сторону. В январе 1813 года Пруссия навсегда избавилась от Наполеона и вернула себе отторгнутые им владения.
После повсеместного выдворения французских захватчиков в 1815-м в Вене прошел конгресс. На нем было решено создать «Германский союз», объединивший более 30 немецких государств и Пруссию. Как и прочие государства Союза, она сохранила полную самостоятельность. Последующие десятилетия жизнь в Прусском государстве была относительно спокойной.
Все изменилось, когда прусский король Вильгельм I назначил в 1862 году главой правительства Отто фон Бисмарка. Впоследствии Бисмарк стал еще министром-президентом, а также министром иностранных дел. Воинствующая политика Бисмарка привела страну к трем войнам — с Данией (1864), Австрией (1866) и Францией (1870 — 1871). Итогом одной из них — австро-прусской — стало объединение в 1867 — 1870 годах германских государств в Северо-Германский союз. Во время осады Парижа в январе 1871 года в Версальском дворце была провозглашена Германская империя. В нее вошли 22 немецкие монархии, три вольных города: Любек, Бремен и Гамбург и отвоеванные у Франции Эльзас и Лотарингия. Пруссия, разделенная на Западную и Восточную, превратилась в провинцию со своим обер-президентом. Высшим должностным лицом империи стал рейхсканцлер Отто фон Бисмарк.
После отставки Бисмарка Пруссия и Россия оказались в разных военно-политических лагерях. Завершившийся процесс объединения Германии диктовался стремлением добиться доминирующего положения в Европе. 1914 год стал началом Первой мировой войны. Немцы готовились к ней на два фронта. Они рассчитывали быстро разделаться с Францией, союзницей России, и сосредоточить силы на Восточном фронте. При этом предполагалось, что, пока будет решаться проблема с Францией, Восточной Пруссией можно будет временно пожертвовать. Общественность выступала против такого плана и от него пришлось отказаться. Для Восточного фронта в спешном порядке был сформирован еще один армейский корпус.
Пруссия была единственной немецкой территорией, на которой велись боевые действия. Разрушениям разной степени подверглись 39 ее городов, более того, по итогам войны, Пруссия оказалась отрезанной от остальной Германии, а часть ее земель отошла к Литве. Согласно Версальскому договору на Германский рейх как на проигравшую сторону накладывались огромные репарационные платежи. Это привело к тому, что в конце 20-х годов Пруссия встала у края финансовой пропасти: большинство промышленных предприятий не работало, значительная часть населения страны оказалась на грани нищеты. Как следствие неуклонно росли ряды сторонников возрождения национальной гордости, восстановления прежней немецкой славы и прежних границ. Лозунги нацистов становились все более и более популярными.
В 1928 году из Мюнхена в столицу Пруссии Кенигсберг прибыл Эрик Кох, развивший бурную деятельность по организации нацистской партии. Через 5 лет он стал гауляйтером и обер-президентом Пруссии. В его планы входило сделать из этой провинции центр экономического пространства от Балтийского до Черного морей за счет присоединения к ней территории СССР.
Неоднократно Кенигсберг посещал и Адольф Гитлер. Нацистский лидер приезжал в старый район Росгартен, где находился городской зал — Штадтхалле. В этом здании проводились политические и культурные мероприятия, здесь же не раз выступал и фюрер. Он говорил о жизненном пространстве для немцев, о верховенстве немецкого народа, о защите чистоты крови и о высоком общественно-биологическом значении войны.
Идеи фюрера, высказываемые еще в конце 20-х годов, привели к началу второй мировой войны.
Более трех лет с ее начала боевые действия на территории Пруссии не велись. Но уже к 1942 году обстановка изменилась. Спешными темпами велось укрепление старых оборонительных сооружений. Была создана долговременная оборонительная система, состоявшая из зон, полос и укрепрайонов. Траншеи перед фортами прикрывались проволочными заграждениями и минными полями. Кенигсберг был объявлен городом-крепостью, поэтому мирных жителей эвакуировать не стали.
Однако первый удар по Восточной Пруссии нанесла не Красная Армия, а английская авиация. По официальной оценке, на Кенигсберг было сброшено около 40 тысяч бомб. Весь центр города был практически уничтожен.
Осенью 44-го меньше чем за месяц на подступах к Пруссии советские войска разгромили немецкую группу армий «Центр». Затем война вернулась туда, откуда пришла.
К концу января 1945-го Кенигсберг был отрезан от основной восточно-прусской группировки противника. Несмотря на неизбежность поражения, немецкие войска получили из Берлина приказ оборонять провинцию и столицу до конца. Для штурма города советское командование сосредоточило четыре армии. Стопятидесятитысячной советской группировке противостояло около 35 тысяч немецких солдат.
Перед началом решающего штурма город-крепость подвергся мощному артобстрелу. Тысячи орудий за несколько часов израсходовали несколько эшелонов со снарядами. Девяносто процентов уцелевших после английской бомбардировки зданий было разрушено.
Штурм начался 6 апреля. 9 апреля 1945 года комендант крепости, генерал от инфантерии Отто фон Ляш подписал капитуляцию. Ее условия были следующими: сохранение жизни оборонявшихся, обеспечение их нормальным питанием. Советское командование обещало также достойно обращаться с пленными, позаботиться о раненых и гражданском населении, а по окончании войны отправить пленных на родину или в одно из государств по выбору капитулировавших. Позднее фон Ляш вспоминал: «Ни одно обязательство не было выполнено...» Население Восточной Пруссии подверглось геноциду. Более 100 тысяч жителей немецкой национальности были депортированы в Германию, на территорию советской оккупационной зоны, причем депортация продолжалась вплоть до 1951 года.
Вопрос о послевоенном статусе Пруссии вставал неоднократно. Еще осенью 1941 года Черчилль высказал идею о расчленении Германии и отторжении от нее Пруссии. Зимой этого же года Сталин предложил передать Восточную Пруссию и Кенигсберг Советскому Союзу сроком на двадцать лет в качестве гарантии возмещения убытков, понесенных СССР от войны с Германией. На Тегеранской и Берлинской мирных конференциях советское руководство опять подняло вопрос о передаче Кенигсберга и части Восточной Пруссии в состав СССР.
В апреле 1946 года Указом Президиума Верховного Совета СССР Кенигсбергская область вошла в состав РСФСР, в июле того же года Кенигсберг был переименован в Калининград, а древние земли пруссов — в Калининградскую область. Что произойдет дальше, покажет только время.
Андрей Понкратов
Мегаполис: Неминуемый
Красота и гармония Парижа не мешали ему становиться ареной для самых противоречивых событий: коронаций и казней, торжественных месс и безумного разгула, триумфальных шествий и позорного бегства. Если Париж мог служить красивой декорацией для французской истории, то и история Франции не могла не добавить блеска своему любимому городу.
Если бы кельтское племя паризиев в свое время не поселилось на острове Сите, Париж все равно бы возник там, где он существует уже более 2 000 лет, — только назывался бы, конечно, по-другому. Но паризии были первыми, кто оценил всю прелесть жизни на цветущем, плодородном островке, окруженном спокойным течением Сены. Разумеется, они не могли знать, что подыскивают место для одной из мировых столиц, но выбор, сделанный ими в III веке до нашей эры, был, как оказалось, абсолютно безошибочен. Много позднее, когда Париж уже стал Парижем, ученые попытались найти хоть какое-то рациональное объяснение феномену этого города — его беспрецедентной притягательности и популярности. Неожиданно выяснилось, что Париж, точнее, остров Сите, еще точнее — Собор Парижской Богоматери, находятся в так называемой точке конвергенции — геометрическом центре, к которому сходятся потоки всех окружающих Париж рек. Иными словами, существует невидимая глазом геологическая воронка радиусом почти 200 километров, в центре которой и расположился Париж. В начале город занимал лишь один островок, при римлянах он распространился на ближайший к реке холм: здесь были построены форум, термы, амфитеатр — все, что положено иметь древнеримскому городу. Холм назывался Люкотициус, город — Лютеция, и в 53 году до нашей эры великий Цезарь упомянул его в своих «Комментариях». Для святилища римляне выбрали холм повыше — на другом берегу Сены. Там возвели сначала храм Марса, позднее — храм Меркурия.
В III веке римские солдаты привели на вершину холма трех арестованных проповедников. Среди них был Дионисий (по-французски — Дени), первый епископ Парижа, обвиненный властями в распространении христианства. У стен храма Меркурия от него ждали публичного отречения, но 90-летний старец отказался предать свою веру и был тут же брошен на плаху. Однако, как повествует легенда, едва римский меч обагрился кровью, Св. Дени встал с колен, взял в руки свою отрубленную голову и двинулся вперед. Он прошел еще 6 000 шагов, прежде чем упал, чтобы больше не подняться. По преданию, на этом месте, к северу от холма, его и похоронили. Откуда, вероятно, и произошло название Монмартр — Холм Мучеников. В XII веке над могилой святого появилась базилика — церковь Сен-Дени, ставшая на многие века усыпальницей французских королей.
Спустя два столетия после смерти Св. Дени в Париж пришла маленькая девочка с кельтским именем Женовефа, означающим «дочь неба». Это было время, когда полчища гуннов готовились к завоеванию Европы. Семисоттысячная армия Аттилы катилась к Парижу — в предчувствии беды набожная Женевьева пребывала словно в оцепенении: почти ничего не ела, дни и ночи проводя в молитвах. Римский префект уже сбежал в Испанию, в городе началась паника, когда Женевьева вышла на улицу. «Гунны не тронут Париж!» — в ее словах звучала такая уверенность, что люди невольно успокоились. Непостижимым образом вал нашествия остановился у самых ворот Парижа, а затем обратился вспять! Неизвестно, внял ли Господь ее молитвам, но люди стали считать ее святой. Женевьева умерла в 502 году, 80 лет от роду, и была погребена под сводами базилики на вершине холма Люкотициус, названного с той поры ее именем — Мон Сент-Женевьев. Спустя много лет Мон Сент-Женевьев превратился в цитадель науки и образования: с XIII века здесь стоят солидные стены парижского университета — знаменитой Сорбонны. Что касается Монмартра, то религиозный дух, связанный с памятью о Св. Дени, постепенно ушел с холма, уступив место виноградникам и увеселительным заведениям. В 1787 году из 58 зданий по улице Мартир (той самой улице, вдоль которой поднимался к плахе Св. Дени) 25 принадлежали кабаре.
Революция постаралась «уравнять» оба холма. На Монмартре было разграблено как имущество виноделов, так и святыни монастыря (в том числе и мощи Св. Дени). А на Мон Сент-Женевьев грандиозный собор, построенный Людовиком XV в память Св. Женевьевы, был перепрофилирован в Пантеон — некрополь для знаменитых французов (Руссо, Вольтер, Гюго, Золя, Кюри и др.). Останки же святой, извлеченные из склепа, были безжалостно сожжены и развеяны над Сеной.
В 1814 году в Париж вошли русские войска. Разгромив отряд, оборонявший Монмартр, казаки не пощадили и местных мельников — семью Дебрэ, из которых чудом выжил лишь один. Оставшись калекой, он вынужден был отказаться от выпечки хлеба и стал торговать лепешками (la galette), заодно устраивая для своих клиентов танцы. Так родилось знаменитое кабаре Мулен-де-ла-Галет.
В 1875 году в память о жертвах Парижской коммуны над вершиной Монмартра, да и над всем Парижем вознесся собор Сакре-Кер. Доминируя над холмом, он не смог изменить характерный для обитателей и гостей Монмартра принцип «прожигания жизни». Но его смогли ослабить импрессионисты, придав веселью артистический оттенок. Писсарро, Моне, Ренуар, Мане, Сислей и Сезанн. В 1886 году 33-летний Ван Гог писал здесь холсты, которые тогда даром были никому не нужны. Тулуз-Лотрек создавал свой Монмартр, полный цинизма, эротики и странных фантазий. Позднее на холм взошло новое поколение не менее блестящих имен: Пикассо, Брак, Леже, Утрилло и, конечно, Модильяни. Чтобы уничтожить этот фонтанирующий источник талантов и гениев, истории потребовалось ни много ни мало — мировая война...
Но вернемся в средние века. Под покровительством Св. Дени и Св. Женевьевы Париж стремительно разрастался. В 1600 году в нем жило уже 500 тысяч человек — для того времени это был настоящий мегаполис! Проблемы, с которыми столкнулся средневековый Париж, сегодня трудно вообразить. Ширина мощеных улиц была от полутора до трех метров, посередине при малейшем дожде возникал бурный ручей, в который сбрасывали грязную воду и нечистоты из каждого дома. Запах стоял такой, что изысканные персоны предпочитали не выходить на улицу, не имея в руке букета цветов или флакона с духами. Из-за тесноты и узости улиц в городе практически не было карет, ездили верхом на лошадях и мулах. Один из принцев крови как-то проезжал недалеко от церкви Сен-Жерве, когда на улицу неожиданно выбежало стадо свиней. Лошадь вздыбилась и сбросила своего всадника — принц упал, ударился головой о каменную тумбу и умер. С этого дня свобода перемещения для свиней в Париже была резко ограничена.
В эпоху Возрождения Париж должен был стать произведением искусства. Об этом мечтал Франциск I — страстный поклонник итальянского зодчества. Но титанический труд по преобразованию города начал только Генрих IV, и первым делом он закончил строительство Нового моста. В архитектурной эволюции Парижа этот мост был своеобразным трамплином в будущее, где основными качествами города должны были стать красота и удобство. Новый мост (ныне он — самый старый мост Парижа) был первым мостом, на котором не строили домов и с которого открывался чудесный вид на город и Сену. На протяжении столетий он служил любимым местом для прогулок и встреч, пока не уступил свою роль Бульварам. Мост строился крайне медленно. Любители острых ощущений развлекались тем, что прохаживались над незаконченными пролетами по настеленным доскам, часто падая и получая увечья. В 1603 году сам Генрих IV рискнул повторить этот опасный трюк и, когда придворные попытались урезонить его тем, что много людей упало в реку, спросил: «А сколько среди них было королей?» — «Ни одного», — вынуждены были признать слуги.
Генрих IV раскрепощал Париж в прямом и переносном смысле. Из города-убежища он превращался в город-сцену, город-праздник, приглашавший жителей покинуть свои дома и выйти на улицы и бульвары. Площадь Вож, Лувр, Тюильри, Пале-Рояль, Вандомская площадь, площадь Согласия...
Но оставался и другой Париж — закрытый для общества, опасный и враждебный, Париж тех кварталов, куда не рисковали заходить даже вооруженные солдаты. Это были печально известные Дворы чудес. Главное чудо в этих Дворах происходило каждый вечер, когда весь сброд после «трудового дня» возвращался к своим жилищам. Самый известный Двор чудес насчитывал около 500 семей и выходил на улицу Сен-Дени в районе пассажа дю Кер. Справиться с ним смогла лишь созданная в 1667 году префектура полиции, разместившаяся на знаменитой Ке д’Орфевр. Особенно прославился своими рейдами во Дворы чудес лейтенант полиции Ла Рейни. Встречая вооруженную железными прутьями и мушкетонами толпу, он говорил примерно следующее: «Я мог бы всех вас отправить на галеры. Но мне вас жаль. Сегодня стены ваших бараков будут снесены, и я даю вам ровно час, чтобы убраться прочь... Но учтите: двенадцать последних заплатят за всех. Шестеро будут повешены на месте, шестеро получат 20 лет каторги!» Ла Рейни всегда держал свое слово, поэтому через 30 минут Двор был пуст...
Поделиться книгой: