Снегурочка с динамитом

Джип тем временем обогнал фургон. Издевательски подмигнул фарами, ушел вперед... И вдруг резко тормознул, одновременно разворачиваясь поперек трассы и отрезая путь.

– Сворачивай! – колотя водителя по спине, заорал Мак-Дак. – Выследили! Перехватят! Заложат! Сядем все! По обочине обходи, по обочине!

Водитель судорожно схватился за руль, швыряя грузовик на заснеженную обочину...

Что-то рыжее, как сполох пламени, взметнулось с крыши грузовичка!

Свесившись прямо перед лицом водителя, появилась конопатая физиономия рыжей девчонки! Приставив к голове растопыренные ладони и пошевеливая пальцами, выпучив глаза и вывалив язык заорала:

– Б-е-е!

Водитель вдавил тормоз... Грузовик стал, будто осаженная на всем скаку норовистая лошадь. Мак-Дак влетел головой в узкое окошко между кузовом и кабиной и впечатался физиономией в лобовое стекло. Рыжую девчонку бросило вперед, прямо под колеса... Но, крутанув в воздухе лихое сальто, она не хуже Человека-паука приземлилась на капот, поглядела на распластанного изнутри кабины Мак-Дака, выпучившего глаза, и издевательски пропела:

– Ку-ку!

– Ку-ку, – обреченно согласился Мак-Дак.

Глава 6

ТАМОЖНЯ РУЛИТ

Дверцы темного джипа распахнулись, и наружу высыпали крепкие молодые парни в темно-зеленой форме. Умело рассредоточившись, они рванули к фургону, окружая его со всех сторон... Задние дверцы распахнулись. Стоящий снаружи парень в форме приветливо улыбнулся и, целясь из пистолета прямо в застрявший в окошке зад Мак-Дака, радостно проорал:

– Всех с наступающим!

По верху кузова снова протопотали энергичные шаги, и прямо с крыши внутрь запрыгнула Мурка, крепко сжимающая в кулаке свой карманный компьютер – с отчетливо мерцающей на экране алой точкой.

– Отличный пеленг, Вадька! Как по ниточке за вами шла! – радостно улыбаясь, прокричала она.

– Я старался, – хрипло выдохнул Вадька, вытаскивая из кармана собственный компьютер и отключая что-то на клавиатуре. Пылающая точка в Муркином компе погасла.

Из окошка с застрявшим Мак-Даком послышался сдавленный стон.

– А побыстрее нельзя было? – недовольно бросила Кисонька сестре. – Я от здешнего запаха чуть в обморок не упала!

Мурка потянула носом, судорожно закашлялась и с искренним сочувствием развела руками:

– Ну извини – спешила как могла!

Парочка крепких ребят в зеленой форме подскочила к застрявшему в окошке директору и рывком вытащила его наружу.

– Вы кто? – глядя на них слезящимися глазами, сипло выдохнул тот. – «Синяя птица»? «Вольная пташка»?

– Я – гордый орел, – с усмешкой разглядывая похожего на встрепанную утку директора, процедил парень. И крепко взяв его за ворот, основательно встряхнул: – А ну, говори, гад, где контрабандные птицы?

– Какие еще контрабандные птицы? – шепотом спросил Вадька у Мурки, которая уже успела завладеть ключами от клетки.

Выражение лица у Мурки стало... странным. В нем было одновременно довольство собой, смущение, испуг и еще много чего:

– Поблизости от переулка, где вас захватили, таможенники новогодний корпоратив гуляли, – возясь с замком, пробормотала она. – Помнишь, ты в офисе этого... – она мотнула челкой в сторону утконосого директора, – ...про контрабандных птиц сказал? Ну вот я и наврала, что страшной ценности птиц, занесенных в Красную книгу, вывозят за границу! А иначе фиг бы они со мной поехали! – она распахнула решетчатую дверцу.

Вместо того чтобы на всех парах мчаться вон из клетки, Вадька застрял на выходе, мешая выбраться остальным. Глаза под припорошенными пылью очками стали отсутствующими...

– Я не сказал... – задумчиво пробормотал он. – Я, выходит, проговорился...

– Что ты там бухтишь? – прошипела Мурка, настороженно косясь на их спасителей. – Мотаем отсюда, пока таможенники не въехали, что я их надурила! – она дернула Вадьку за руку.

Но было уже поздно.

– Какая контрабанда! – с искренним возмущением орал Мак-Дак. Вместо обычного кряканья у него неожиданно прорезался петушиный фальцет. – Девчонка выдумывает, а вы и слушаете? Вы видите в машине хоть одну птицу? – он широким жестом обвел фургон.

Парень в форме огляделся по сторонам. Царящая в фургоне пустота заставила его призадуматься. Пальцы, стиснутые на вороте пленника, медленно разжались.

– Безобразие! – по-утиному передернув головой, Мак-Дак отряхнул воротник ладонью. Под мышкой он по-прежнему крепко сжимал черный тубус. – Из-за детских фантазий устраиваете гонки на дорогах – на служебной машине, между прочим! Нападаете на честных бизнесменов, обвиняете их непонятно в чем... Вам это даром не пройдет! Я этого так не оставлю!

– Надула, значит? – парни в форме дружно уставились на Мурку – и было в этих взглядах обещание ба-альших неприятностей. Девчонка, испуганно пискнув, попятилась к выходу. Ближайший таможенник немедленно перехватил ее за плечи.

– Не трогайте ее! – тут же завопила Катька. – Она нас спасала! Он нас похитил! – она ткнула пальцем в Мак-Дака.

– Чушь и клевета! – немедленно вскинулся Мак-Дак. – Вы сами сюда залезли, скажете – неправда? Обратите внимание, они хотели обокрасть мой фургон! – нахально объявил Мак-Дак.

Не находя слов, Катька гневно ахнула. Сева и Кисонька растерянно переглянулись – ситуация стремительно менялась не в их пользу.

– Кражи – это дело милиции, – недовольно пробурчал парень в форме, – а мы...

– А вы – таможня! – будто они сами этого не знали, объявил Вадька. Он решительно вылез из клетки, давая возможность остальным ребятам тоже выбраться наружу. – Вам что, обычно контрабанду в прозрачных целлофановых пакетах приносят – чтоб вы не напрягались? Если сразу не видно, поискать уже лень?

Достойно ответить на эту наглость таможенники не успели. Вадька подскочил к утконосому директору и выбил у него из рук тубус:

– Зачем торговцу птицами тубус для чертежей? – спросил он.

Мак-Дак с хриплым криком метнулся к мальчишке, пытаясь вырвать у него добычу. И тут же был перехвачен двумя таможенниками:

– Погодите секундочку, гражданин, – прогудел парень в форме. – Давай, пацан!

Вадька медленно и осторожно, словно опасаясь взрыва, повернул тубус и аккуратно разъял его на две части.

Ничего не произошло.

Вадька встряхнул обе половинки...

У Катьки невольно вырвался жалостливый вопль.

Казалось, из тубуса вывалился комок грязно-серых перьев. Один. Потом второй. За ним – третий.

На грязном полу фургона, едва-едва подергиваясь и бессмысленно тараща затянутые мутной пленкой глаза, лежали некрупные птицы. Клювы их были плотно завязаны, тугой грязный бинт обвивался кольцом, приматывая крылья к телу.

– Балабаны, – тихо сказал Вадька. – Спорю на что угодно – занесены в Красную книгу.

Мак-Дак издал совсем не утиное шипение, зверски косясь на болтливого седобородого охранника. Тот от испуга вжался в стенку фургона, словно хотел просочится насквозь.

– Кстати, заказчик ждет их в аэропорту, – насмешливо косясь на самого утконосого директора, хмыкнул Вадька. – Рейс на Штаты. Ну и в чем мы вас надули?

– Так, мужики, берите птиц... – один из парней выхватил несчастных балабанов из рук Катьки, с причитаниями пытающейся развязать стягивающие крылья бинты, – ...и дуйте к ветеринарам, пусть отхаживают! Ты! – в руки одеревеневшему от ужаса директору сунули пустой тубус. – Едешь с нами в аэропорт, будем с твоим заказчиком знакомиться! – таможенник усмехнулся. – У ребят адреса возьмите – они хоть и малолетки, но пока что единственные свидетели. – Таможенник поморщился: такие свидетели его не очень устраивали, но что поделаешь, других нет. – И выметайтесь, выметайтесь из фургона, – накинулся он на ребят. – Не видите, мы спешим – у нас как раз перед Новым годом процент выявленной контрабанды до премии не дотягивает!

– Погодите, – Катька, которую уже выталкивали из фургона, судорожно вцепилась в дверцу. – А как же наш гусь? Они должны сказать, куда завезли нашего гуся!

– Доедают уже твоего гуся! – проорал Мак-Дак, которого спешащие таможенники тащили в глубь его собственного фургона. – Черта с два я тебе что-нибудь скажу, шпионка мелкая! Чявкают уже твоим гусем, ням-ням! Косточки обгладывают! – отбиваясь от запихивающих его внутрь таможенников, продолжал выкрикивать он.

– Не расстраивайся, – бросил Катьке таможенник, вслед за утконосым директором заталкивая в кузов и шофера. – Другого купишь, – он с легкостью выдернул дверцу из Катькиных пальцев и ссадил девочку вниз, туда, где уже стояли другие сыщики. – Они после Рождества подешевеют.

– Вы что, вообще ничего не понимаете?! – Катька попыталась удержать его за рукав, но это было все равно что остановить танк. – Мне нужен мой гусь! Я его люблю!

– Я тоже, – парень повернулся и подмигнул Катьке. – Особенно если с яблоками... – он заскочил в кабину фургона на место водителя.

Прощально погудев, джип тронулся. За ним потянулся фургон, оставив ребят стоять на какой-то неизвестной окраинной улочке.

Глава 7

ТИШЕ, ДЕТИ, ТИШЕ

– Как совпало! Я соврала про контрабанду: а тут раз – и контрабанда! – задумчиво пробормотала Мурка, не отрывая глаз от уезжающих машин.

– Оно еще раньше совпало, – буркнул в ответ Вадька. – Черт меня дернул в «птичьем» офисе насчет контрабанды редких птиц приколоться! Вот они и решили, что мы все знаем!

– А я еще гадал – о чем ты мог проболтаться! – покивал Сева.

– На редкость невоспитанные люди! Я имею в виду таможенников, – раздраженно фыркнула Кисонька. – Мурка с Вадькой им все дело раскрыли, а они даже спасибо не сказали!

– На фига нам их спасибо! – Сева был сама злобность. – Мы это расследование им, считай, подарили! Тоже мне, профессиональные сыщики!

– Тебя только это и волнует? – звенящим от гнева голосом выкрикнула Катька. – А не то, что уткомордый и его люди знали, где Евлампий Харлампиевич? Как мы будем его искать? – Она яростно повернулась к Мурке: – Все ты! Зачем ты привела этих таможенников? Если б не они, мы бы договорились с Мак-Даком! Он бы сказал, куда увезли Харли!

– Если б я их не привела, неизвестно куда увезли бы вас! – насупилась Мурка.

– Ну и что? В первый раз, что ли? Как увезли, так и обратно вернули!

– Ах так! – окончательно разобиделась Мурка. Ну действительно, в ресторан вламывалась, врала, на крышу грузовика прыгала, спасти хотела, а теперь оказывается, еще и претензии! – В следующий раз, если кого-то из вас будут похищать у меня на глазах, я и пальцем не шевельну!

– Ти-ха-а! – гаркнул Сева, да так, что не только остальные сыщики испуганно присели, но и в доме, у которого они стояли, распахнулась форточка и дребезжащий старческий голос настороженно спросил:

– Дети! Чего ж вы так орете?

– Тишины добиваемся, бабушка! – запрокинув голову, ответил Сева и, перейдя почти на шепот, раздраженно бросил: – Прекратите скандалить! Лично меня похищали в первый раз, меня совершенно не прикололо, и большое спасибо тебе, Мурка, что ты это быстро прекратила!

Катька тяжело прислонилась к заснеженному деревцу у края дороги:

– Может, печенку Харли прямо сейчас на мясорубке крутят! – безнадежно выдохнула она.

– Кать, ну чего ты... Ну Кать... – Сева неловко шагнул к ней, протянул руку, словно хотел погладить по плечу, тут же торопливо спрятал за спину и наконец выпалил: – Ничего не случится с твоим Евлампием Харлампиевичем!

– Почему ты так уверен? – Катька вскинула голову, с надеждой вглядываясь в Севу.

– Потому... Потому... – Мальчишка сбился, не зная, что ответить.

На помощь ему пришел Вадька:

– Потому что мы все знаем Евлампия Харлампиевича! – одаривая Севу нехорошим взглядом, отрубил он. – Этот гусь у меня в печенках сидит, а уж за своей собственной печенкой он как-нибудь присмотрит!

– Эх! – в оптимистичные рассуждения Катька не поверила. Она глядела на грязный придорожный снег пустыми, остановившимися глазами. – А ведь этот... помощник... в спецовке... Он ведь нам почти сказал! Ресторан... Какое-то поместье... И беркуты! – Катька помотала головой, боясь даже думать о беркутах, которым нужны гуси.

– Да, – задумчиво сказал Вадька, – почти сказал. Почти все, – и провел ладонью по карману куртки, в которой прятался его портативный компьютер.

– Почти. Все. Сказал, – выпрямляясь, раздельно произнесла Катька. Ее устремленный в никуда взгляд ожил. – Сказал! Почти все! Включай свой комп, Вадька! Быстро! – скомандовала она.

– З-зачем? – переспросил Вадька, тем не менее вытаскивая карманный компьютер и даже доставая стилос.

– А затем, что нам сказали достаточно! – торжествующе завопила Катька. – Они же развозят именно диких гусей, верно? А Мак-Дак говорил, что дикие гуси нужны только в тех ресторанах, которые на дичи специализируются, так? Харли похитили в нашем переулке, значит – что? Надо искать ресторан, который специализируется на дичи и к которому можно проехать через наш переулок! Подключай автомобильную карту города, скорее!

– Надо же, додумалась! – пристраивая комп на ладони, проворчал Вадька. – Подключаю, уже подключаю!

– Странно, что ты сам до этого не додумался, – с небрежной гордостью бросила польщенная Катька. И вдруг поглядела на брата подозрительно: – А правда странно, что ты – и не додумался! Ты же у нас вроде самый умный?

– Почему не додумался – додумался, – не отрывая глаз от экрана, ответил Вадька. – Я как раз это все продумывал, когда ты заорала. Просто ты сообразила раньше.

– Раньше ты всегда соображал раньше! – напряженно ответила Катька. Ей вдруг пришло в голову, что в поисках гуся Вадька не выглядел таким умным, как обычно. Катька прикусила губу – неужели он вовсе не хочет искать Евлампия Харлампиевича? Неужели брат специально затягивает расследование, чтобы – страшно даже подумать! – чтобы Харли погиб? Нет-нет! Катька мотнула головой. Этого не может быть! Пусть у Вадьки с Евлампием Харлампиевичем были свои... разногласия, что ли... Но обречь птицу на смерть? Вадька на такое не способен! Наверное, он говорит правду – за время работы в «Белом гусе» у нее так развилось это... де-дук-тив-ное... в общем, сыщицкое мышление, что теперь она и Вадьку обгоняет!

На экране появилась подробная карта города и окрестностей. В углу, точно как недавно на Муркином мини-компе, мерцал огонек. Вадька досадливо поморщился – видно, огонек ему мешал – и принялся торопливо тыкать стилосом. Огонек пропал наконец, и Вадька начал уже спокойно перебирать один район за другим, внимательно вглядываясь в списки названий.

– Есть что-нибудь? – нетерпеливо спросила Катька.

– Я смотрю, – процедил брат.

Привстав на цыпочки, Катька заглянула в экран:

– Смотришь – и не видишь! И правда, отупел совсем! Вот же два поворота от нашего переулка – ресторан «Охотничий»! – тыча пальцем, возмущенно заорала она на весь квартал.

Над ними опять скрипнула форточка, и старческий голос спросил:

– Дети, а когда вы этой тишины наконец добьетесь?

– Уже почти, бабушка, – бодро откликнулся Сева и, повернувшись к Катьке, спросил: – А как ты собираешься поместье и беркутов вычислить?

– Может, еще и не понадобится, – отмахнулась Катька. – Может, мы Харли прямо в ресторане найдем! Вызывай такси, Сева, надо ехать, срочно!

– Такси-и? – не терпевший лишних расходов Сева скривился.

Кисонька коротко пихнула его в спину:

– Если ты на Харли денег пожалеешь, Катька тебе никогда не простит.

– На Харли мне денег не жалко, мне жалко на такси, – насупился Сева, но уже без разговоров вытащил мобилку. – Знать бы только – куда его вызывать, – пробормотал он, безуспешно пытаясь обнаружить на окрестных домах хоть какую табличку с названием улицы. Наконец он задрал голову и заорал во всю мочь: – Бабушка! Которая тишину любит! Э-ге-гей! Скажите, пожалуйста, как ваша улица называется?