СС-инструмент террора

27 июня, создав один из самых крупных «котлов» за всю войну, войска Гудериана и Гота взяли Минск, отрезав 500 тысяч его защитников от остальной России. 46-й танковый корпус был введен в действие 26 июля с тем, чтобы прикрывать с левого фланга 2-ю танковую группу, и принял участие в успешном окружении русских в районе Белостока. Ко 2 июля дивизия «Рейх» достигла Березины, и передовым отрядам удалось закрепиться на плацдарме на противоположном берегу. Затем Гудериан отдал приказ об общем наступлении в направлении Днепра, причем дивизии «Рейх» снова было поручено прикрывать фланги. После успешной переправы 10-я танковая дивизия и дивизия «Рейх», под прикрытием полка «Великая Германия», двинулись на Горки и достигли их 14 июля, хотя и не без боев и значительных потерь. На следующий день дивизия «Рейх», опять-таки с 10-й танковой, перешли в наступление южнее Смоленска и достигли Ельни, которую они удерживали в течение нескольких дней, несмотря на ожесточенные контратаки неприятеля.

ДИВИЗИЯ «РЕЙХ» НА УКРАИНЕ

В конце июля 10-я танковая дивизия была отозвана, а ее место заняла 268-я пехотная. Гитлер принял дорого стоившее ему решение перенести направление основного удара от Москвы на юг. 2-й танковой группе Гудериана было приказано двигаться на юг в направлении Гомеля. Правда, дивизия «Рейх» оставалась на прежних позициях, защищая с левого фланга Ельнинский выступ. Бесконечные контратаки русских, в которых было задействовано около 11 дивизий, привели к тому, что силы «Рейха» оказались растянуты настолько, что это угрожало целостности дивизии.

8 августа дивизия была наконец-таки отведена за линию фронта, в район к северо-востоку от Смоленска, получив долгожданную передышку. К началу сентября возникли проблемы на южном направлении, и дивизию «Рейх» снова перебросили на фронт. Гудериан лично посетил ее позиции и отдал приказ обергруппенфюреру СС Хауссеру, чтобы тот 4 сентября начал наступление на Сосницу. Теперь на успех боевых операций начал существенно влиять местный климат — в результате проливных дождей дороги превратились в непролазные хляби. Однако, несмотря на все трудности, дивизия «Рейх» выполнила поставленную перед ней задачу и взяла Сосницу всего после одного дня боев.

На протяжении последующих недель дивизия увязла в непроходимой от дождей местности, преодолевая упорное сопротивление русских. Красная Армия предприняла ряд контратак под прикрытием авиации и при поддержке танковых сил, отчаянно пытаясь не допустить окружения и взятия Киева. Однако 26 сентября сопротивление русских было сломлено — немецкая сторона захватила в плен 665 тысяч красноармейцев, ей досталось значительное число танков и другой военной техники.

ОПЕРАЦИЯ «ТАЙФУН»

Четыре дня спустя началась операция «Тайфун» — бросок на Москву. Дивизия «Рейх» вместе с тремя армейскими танковыми дивизиями, одной моторизованной и элитной дивизией «Великая Германия» шла в первых рядах танковой группы Гудериана. Дивизия «Рейх» успешно справилась с поставленной перед ней задачей, а именно, перерезала шоссе Смоленск-Минск, и после ожесточенных боев овладела важным стратегическим пунктом — городом Гжатск. Войдя в город, бойцы пехотного полка «Дойчланд» обнаружили многочисленные тела убитых — это были представители гражданского населения, расстрелянные по приказу НКВД перед сдачей города.

Русские стояли не на жизнь, а на смерть, и бои в лесах вокруг Гжатска продолжались несколько дней. Красная Армия безуспешно пыталась собраться с силами, надеясь отбить город у наступающего неприятеля. Однако все ее усилия оказались сломлены под натиском полка «Фюрер» в составе дивизии «Рейх».

Дивизия продолжала наступление на Москву, а сопротивление русских все нарастало. К середине октября погодные условия резко ухудшились и бойцам дивизии пришлось преодолевать путь в условиях сильных снегопадов. Солдаты доходили до полного изнеможения, в то время как русские с каждым часом сражались все ожесточеннее. Примерно в 100 километрах западнее столицы рядом с главной дорогой находится знаменитое Бородинское поле, где около 130 лет назад Наполеон напрасно пытался решить судьбу России. Сталин отдал приказ, что немецких захватчиков должна постигнуть та же участь, и поэтому им навстречу были посланы такие закаленные в боях части, как 32-я стрелковая дивизия из Владивостока, а ей в поддержку несколько пехотных бригад и две танковые, укомплектованные новенькими танками Т-34.

Части Красной Армии обрушили на эсэсовцев всю свою ярость, завязалось сражение, в котором обе стороны стояли насмерть. Немецкая артиллерия, как вскоре выяснилось, оказалась бессильна против мощной брони, и эсэсовским солдатам пришлось забрасывать советские танки связками гранат. 15 октября 1941 года перевес все-таки оказался на стороне полка «Фюрер». После этого дивизия «Рейх» получила приказ захватить важнейшие транспортные артерии, идущие через Можайск, что и произошло 18 октября, правда, лишь после ожесточенной схватки.

Дивизия продолжала двигаться к Москве. Возле деревни Отяково полк «Дойчланд» столкнулся с батальоном монгольской пехоты. Хорошо вооруженные монголы, несмотря на лютый мороз, бесстрашно атаковали пехотные части Ваффен-СС. Не обращая внимания на огромные потери — немецкие солдаты буквально косили их из пулеметов, — монголы снова и снова поднимались в атаку, пока, наконец, не были окончательно сломлены. Эсэсовские солдаты держались не менее стойко, но дорогой ценой — к этому моменту дивизия уже успела потерять убитыми, ранеными и пропавшими без вести около 7 тысяч своих бойцов. В начале же операции «Барбаросса» ее численность достигала 19 тысяч человек.

ПЕРВЫЕ НЕУДАЧИ ПОД МОСКВОЙ

Наступившие холода имели одно преимущество — грязь, наконец, замерзла и продвигаться пехоте стало значительно легче. Именно благодаря этому наступление дивизии практически завершилось — до западных окраин Москвы оставалось всего 20 километров. В целом же линии снабжения растянулись на сотни километров, и вскоре начала ощущаться нехватка продуктов и боеприпасов. Немецкие солдаты, занимавшие позиции на подступах к советской столице, являли бледные тени самих себя несколькими месяцами ранее. Они по-прежнему были одеты в форму летнего образца, и теперь многие буквально замерзали заживо. От цветущих парней под слоем грязи остались кожа и кости, в желудках у них, как правило, было пусто, однако дух их не был сломлен. Они верили, что взятие Москвы — дело лишь нескольких дней, в крайнем случае — недель. А тем временем маршал Жуков поставил под ружье 18 полностью укомплектованных

дивизий, готовясь начать у подступов к Москве мощное контрнаступление.

Группа армий «Юг» под командованием Рунштедта в это время должна была вести наступление в южном секторе фронта. Ее северная группировка состояла из 6-й и 17-й армий и вместе с танковой группой Клей-ста получила задание двигаться на восток вдоль южного края Припятских болот вглубь Украины. На южном участке 2-я армия вела совместные действия с двумя румынскими армиями.

«Лейбштандарт» был приписан к 14-му корпусу 1-й танковой группы, стоявшей в Польше в районе Люблина, и не принимал участия в боевых действиях вплоть до 24 июля, когда вместе с дивизией «Викинг» их ввели в резерв танковой группы.

1 июля 1941 года «Лейбштандарт» переправился на другой берег Вислы, и вскоре его бойцы уже были на месте бывшей границы с Советским Союзом. А еще через несколько дней немецкие солдаты сошлись в бою с советскими бронетанковыми подразделениями, пытаясь перерезать шоссе у Дубно. Сражения эти продолжались несколько дней, и «Лейбштандарт» взял город Мошков еще до того, как ему было приказано отражать советские контратаки на линии Ровно- Луцк.

Танки Клейста вели наступление с такой скоростью, что пехота едва поспевала вдогонку, а в отдельных случаях отстала от быстроходных машин на целых 80 км. Это привело к тому, что немецкие фланги оголились, что и решили использовать с выгодой для себя советские войска. Например, подобная ситуация сложилась со 2-й танковой дивизией, далеко опередившей прикрывающую ее пехоту. И здесь в который раз преимущества полностью моторизованных частей, таких как «Лейбштандарт», говорили сами за себя — эсэсовское соединение в срочном порядке было переброшено для закрытия бреши между быстроходной бронетехникой и медлительной пехотой, которой частенько

приходилось с полной выкладкой совершать многокилометровые марш-броски.

«ЛЕЙБШТАНДАРТ» БЕРЕТ РОСТОВ

«Лейбштандарт», прорвав советскую оборону у Мирополя, продолжал стремительное наступление на Житомир. Севернее автодороги у Романовки передовые части дивизии натолкнулись на крупные соединений Красной Армии, занявшие оборону в густых, труднопроходимых лесах. Несмотря на численное превосходство противника, бойцам СС удалось сдерживать вражеские атаки вплоть до прибытия основных сил дивизии. Разведотряд под командованием Майера стремительным штурмом взял важный транспортный узел, город Куднов. Однако в это же самое время вдоль всего юго-западного фронта Красная Армия пыталась предпринять, хотя и безуспешно, контрнаступление на широком фронте. Массированные атаки русских выливались в ожесточенные рукопашные схватки, и в считанные дни отдельные немецкие формирования потеряли столько же убитыми и ранеными, сколько за всю предыдущую кампанию.

Однако мощь немецкого наступления была слишком велика, чтобы его остановить в одночасье, и русские, которые также несли тяжелые потери, были вынуждены отступить. «Лейбштандарт» вновь перешел в наступление. В ходе ночной атаки его бойцы взяли Щеповку, повернув затем на север, к Житомиру, который вскоре тоже был взят. Однако в этот момент Гитлер вмешался в планы Рунштедта по взятию Киева, перебросив 6-ю армию южнее, в направлении Умани. Сделано это было для того, чтобы отрезать советские силы, ведшие бои против 11-й и 17-й армий. И снова «Лейбштандарту» было поручено прикрывать фланги основных соединений, на сей раз наносивших удар в юго-восточном направлении. И опять, выполняя поставленную перед ним задачу, «Лейбштандарту» пришлось испытать на себе жестокое сопротивление со стороны советских дивизий — это части 5-й армии пытались прорвать немецкие фланги. «Лейбштандарт» также продемонстрировал свою незаменимость, помогая спасать осажденную 16-ю танковую дивизию, когда та оказалась под безжалостным огнем соединенных сил трех советских бронетанковых дивизий. Когда в конце июля войска Рунштедта наконец овладели Ума-нью, в плен было захвачено около ста тысяч солдат из советских 6-й и 12-й армий.

Наступление «Лейбштандарта» продолжалось. 9 августа дивизия взяла Бубры, а затем важный транспортный узел Заселье. Бронетанковым отрядам СС, а также их полевой артиллерии по-прежнему приходилось отбивать ожесточенные контратаки русских.

От Заселья «Лейбштандарт» повернул на юг: перед ним была поставлена новая задача — взять крупный промышленный центр Херсон. Лишь 20 августа, после ожесточенных трехдневных боев защитники, наконец, были вынуждены оставить город. После взятия Херсона дивизия получила заслуженный, хотя и недолгий отдых, а затем вновь вернулась к участию в боевых действиях.

В начале сентября 1941 года «Лейбштандарт» принял участие в наступательной операции к Черному морю, где столкнулся с ожесточенным сопротивлением истрепанных боями частей Красной Армии, медленно отступавших по направлению к Крымскому полуострову. Бойцы Дитриха были брошены на восток в направлении Ростова-на-Дону. После кровавых боев они захватили Романовку, Бердянск и Мариуполь. 17 октября пал Таганрог, а три дня спустя — Сталино (Донецк). Однако погода с каждым днем ухудшалась, а продвижение становилось все труднее. Немецкая техника была почти не в состоянии преодолеть российское бездорожье, и Ростов удалось взять только в середине ноября.

17 ноября «Лейбштандарт», в составе 3-го танкового корпуса, в жутких погодных условиях- при сильном снегопаде и морозе — приступил к штурму города. В самом начале операции бойцы СС, возглавляемые гауптштурмфюрером Генрихом Шпрингером, с налета взяли железнодорожный мост через Дон, который при этом практически не пострадал. Небольшими силами всего одной роты и нескольких разведчиков Шприн-гер, несмотря на ожесточенные контратаки русских, удержал мост в своих руках; получив столь важную транспортную артерию, немецкие соединения 20 ноября овладели самим городом. За эту операцию Шприн-гер удостоился Рыцарского креста.

Увы, линии снабжения немцев растянулись на десятки, если не сотни километров, подвергаясь постоянным контратакам со стороны русских. Наперерез немецкому «клину» было брошено не менее 15 дивизий Красной Армии. Начала ощущаться нехватка боеприпасов, и «Лейбштандарту» не оставалось ничего другого, как бросить Ростов и, отойдя назад, закрепиться на старых позициях. Стояли на редкость лютые холода, и вести боевые операции становилось все труднее.

В том же самом секторе фронта 29 июня начала наступательные действия дивизия «Викинг» под командованием бригаденфюрера СС Феликса Штейнера — от Лемберга (Львова) она двинулась курсом на Тернополь и Житомир. В рядах дивизии, помимо немецких солдат, сражались также добровольцы из Дании, Голландии, Бельгии, Норвегии. Дойдя к концу июля до Белой Церкви, дивизия 3 августа приняла участие в окружении советских сил под Уманью, после чего двинулась в направлении Днепра и к концу месяца, сломив сопротивление противника, овладела Днепропетровском. По завершении этой операции дивизия двинулась на Сталино (Донецк) и Ростов и, не принимая участия в боевых действиях в Крыму, заняла позиции в ожидании зимнего советского контрнаступления после того, как пришлось сдать Ростов.

КОТЕЛ ПОД ДЕМЯНСКОМ

В северном секторе фронта советское контрнаступление началось в ночь на 7 января 1942 года. В районе между озером Ильмень и озером Селигер немецкие силы дрогнули под натиском советских 1-й ударной, 2-й и 34-й армий. В это же самое время к югу от Селигера советские части резко вклинились в немецкие позиции, и 16-я германская армия оказалась под угрозой окружения.

9 января 1942 года от дивизии «Мертвая голова» в срочном порядке были отделены и переброшены в район Старой Руссы два пехотных батальона, один батальон разведки и часть артиллерийского полка. Им был дан приказ удержать, причем любой ценой, важнейшие транспортные артерии. Через несколько дней к Демянску было послано еще два батальона — для прикрытия весьма уязвимого южного фланга.

Через несколько дней ситуация резко обострилась, став критической. Опасаясь окружения, фельдмаршал фон Лееб запросил разрешения Гитлера из тактических соображений отойти за реку Ловать. Как и следовало ожидать, Гитлер ответил отказом, потребовав, чтобы 16-я армия стояла до конца. За этим последовала отставка фон Лееба, чье место занял генерал фон Кюхлер. Однако ситуация продолжала ухудшаться, и 2-й и 10-й армейские корпуса угодили под Демянском в котел. К 20 января все наземные коммуникации с 16-й армией оказались прерваны, а сама она практически отрезана от других немецких армий. Силами люфтваффе удалось организовать снабжение с воздуха, однако этого едва хватало для поддержания сил попавших в окружение немецких частей.

СС УДЕРЖИВАЮТ ПОЗИЦИИ — НО КАКОЙ ЦЕНОЙ?

Если бы не стойкость дивизии «Мертвая голова», немцам, возможно, вряд ли удалось бы сдержать контрнаступление 11-й советской армии, рвущейся наперерез тыловым частям 16-й армии, и заставить ее, в конце концов, повернуть на юг. Однако 8 февраля 1942 года советским 1-й ударной и 11-й армиям все-таки удалось закрыть оставшуюся брешь, и дивизия «Мертвая голова», а с ней еще пять армейских дивизий оказались в окружении.

Основные силы немцев теперь были заняты укреплением оборонительных позиций к западу от Ловати, откуда они могли бы осуществить операцию по вызволению из котла частей 16-й армии. Тем временем в самом котле немецкие солдаты, в первую очередь бойцы дивизии «Мертвая голова», старались держаться стойко и не падать духом. Разделенная на базовые формирования, по численности равные полкам, дивизия была занята на самых сложных и опасных участках обороны. 27 апреля, то есть после 73-дневного окружения, осаду наконец удалось прорвать, и изрядно потрепанная боями дивизия вырвалась из Демянского котла. Правда, до конца октября она оставалась в районе боевых действий, решая, в основном, задачи оборонительного характера, и лишь позднее ей был предоставлен заслуженный отдых. К этому времени в результате тяжелых потерь дивизия являла лишь жалкое подобие той, что когда-то вступала в войну. Остатки ее сначала перебросили в Германию, в Зеннелагер, а затем, для восстановления сил, во Францию. Из 17 тысяч солдат, которых дивизия насчитывала к началу операции «Барбаросса», около 12600 было убито или ранено, причем половина из этого числа — в Демянском котле. С января по март 1942 года 11 офицеров и рядовых дивизии «Мертвая голова» за проявленную во время этих зимних боев доблесть удостоились Железного рыцарского креста. Никакая другая дивизия Ваффен-СС не заслужила столь большого количества высоких наград за столь краткий период.

В начале декабря 1941 года маршал Жуков развернул контрнаступление от Москвы, и к концу месяца немцами были утрачены практически все позиции, завоеванные ими в ходе операции «Тайфун». В период оборонительных боев с января по март 1942 года дивизия «Рейх» потеряла около 4 тысяч человек убитыми и ранеными. Вот почему в марте наконец было принято решение отправить ее во Францию для пополнения и восстановления сил. Однако группа армий «Центр» не могла позволить себе такую роскошь, как утрата целой дивизии. Именно из этих соображений два сводных батальона из остатков полков «Дойчланд» и «Фюрер» под командованием оберштурмбанфюрера СС Вернера Остендорффа оставались в этом секторе фронта вплоть до середины июня, когда и их, наконец, перебросили в тыл.

1 июня 1941 года в состав дивизии вошел еще один полк. В ноябре 1942 года, все еще находясь во Франции, этот новый полк принял участие в попытке не допустить ухода французского флота из Тулона (27 ноября): В этот же самый период дивизия «Рейх» была повышена в статусе до танково-гренадерской. Она оставалась во Франции вплоть до января 1943 года, когда ее вновь перебросили на Восточный фронт.

В январе 1942 года на юге России Красной Армией была предпринята попытка прорыва немецких оборонительных позиций. «Лейбштандарт» в составе 3-го танкового корпуса участвовал в отражении советского контрнаступления у Днепропетровска. Попытки немецкой стороны развернуть летнее наступление, казалось, были сорваны атаками русских в середине мая, однако в считанные недели немецкой стороне удалось отрезать советский плацдарм у Харькова.

После этой операции «Лейбштандарт» перебросили к Сталине (Донецк) для дальнейших действий, однако вскоре немецкая разведка сообщила о предполагаемой высадке союзников на Западе, и дивизию срочно направили во Францию, где она и оставалась до конца года.

Чего же достиг Гиммлер и вверенные ему Ваффен-СС в период Восточной кампании 1941-42 годов? Главные эсэсовские дивизии «Лейбштандарт», «Рейх», «Мертвая голова» и «Викинг», безусловно, доказали свою боеготовность. В наступлениях их солдаты зарекомендовали себя дерзкими, бесстрашными, стойкими, хотя не без доли безрассудства. Предшествующая подготовка также дала о себе знать- бойцы избегали устаревшей тактики ведения боя и быстро впитывали в себя последние достижения военной мысли. Из всех компонентов немецкой военной машины Ваффен-СС, безусловно, являлись наиболее современными и эффективными в условиях наземных боевых действий.

Неудивительно, ведь подготовка простого немецкого солдата не шла ни в какое сравнение с подготовкой бойца СС. Во-первых, в СС практически не существовало сословных барьеров — все офицеры должны были первоначально пройти службу среди рядового состава. При обращении к офицеру крайне редко употреблялось слово «Негг», обычно назывался только его ранг. Между офицерами и рядовыми бойцами, как ни в какой другой армии, ощущались узы товарищества и боевого братства. Кроме того, бойцы Ваффен-СС, принимавшие участие в Восточной кампании на ее начальном этапе, не только прошли отличную подготовку, были крепки телом и духом и отлично вооружены, но также в подавляющем большинстве своем являлись горячими сторонниками национал-социализма, а в Советах видели своих естественных врагов. Ничуть не сомневаясь в верности своих воззрений и, что еще важнее, в себе самих, эти представители Ваффен-СС, безусловно, являли собой грозную силу.

Гиммлеру не раз случалось в своих речах призывать солдат СС относиться к неприятелю как к «недочеловекам» — большевикам. Однако независимо от их воззрений в начале операции «Барбаросса», вскоре бойцы СС научились по достоинству ценить мужество и стойкость отдельного советского солдата.

РЕПУТАЦИЯ ВАФФЕН-СС

Когда лоб в лоб сталкиваются две крайние идеологии, это неизбежно ведет к разного рода перегибам. На совести обеих сторон неоправданная жестокость и кровавые преступления, хотя история не без основания склонна видеть в русских жертву нацистской агрессии. Следует, однако, заметить, что некоторые части Красной Армии, и в частности НКВД, повинны в совершении таких чудовищных зверств, которые идут в сравнение разве что со зверствами средневековья. Солдаты Ваффен-СС считали своим долгом платить той же монетой, и военные действия на Восточном фронте отмечены бесчисленными кровавыми преступлениями. Когда бойцы «Лейбштандарта» взяли Таганрог, ими были обнаружены тела своих захваченных в плен товарищей, буквально изрубленных на куски саперными лопатками и топорами, — несомненно, дело рук местного VIIV (тайной полиции). Дитрих отдал приказ в первые три дня не брать никаких пленных — в результате 4 тысячи бойцов Красной Армии, попавших в руки к немцам, были расстреляны на месте.

Потери в рядах самих Ваффен-СС были чрезвычайно высоки. К середине ноября 1942 года эсэсовские части потеряли более 8400 человек убитыми и около 27100 ранеными. 935 числилось пропавшими без вести. Однако боевые подвиги солдат СС заставили замолчать даже самых злобных хулителей. И хотя в Вермахте по-прежнему имелись те, кто находил эсэсовцев и их методы попросту чудовищными, однако бесстрашие и отличная воинская закалка вряд ли вызывали у кого-то сомнение. Верховное командование Вермахта, некогда относившееся к формированиям СС презрительно и свысока, теперь было только радо заполучить в свое распоряжение такие отлично вышколенные боевые части. Генерал Эберхард фон Макензен, например, по собственной инициативе, без всякой подсказки с чьей-либо стороны, написал Гиммлеру письмо, в котором дал высокую оценку «Лейбштандарту»: «Воистину отборное соединение, которое я несказанно рад иметь в своем командовании и которое, искренне смею надеяться, сохраню и далее». Командующий 8-й армией генерал Велер также высоко отзывался о Ваффен-СС, горячо превознося их «несокрушимую доблесть».

В целом соединения Ваффен-СС с лихвой оправдали все самые заветные мечтания Гиммлера не только в наступлении, но и тогда, когда другие части уже были готовы сложить оружие. Бойцы СС с их фанатичной решимостью и упорством даже при численном превосходстве противника стойко держались до самого конца.

Правда, если элитные подразделения Ваффен-СС и снискали себе славу самых несгибаемых и бесстрашных германских воинов за всю историю войн, то имелись и другие эсэсовские части, чей послужной список был не столь впечатляющ, и такие, чьи действия вообще нельзя вспоминать без содроганий. Например, на крайнем Севере вновь сформированная боевая группа «Норд», наряду с другими армейскими частями и несколькими подразделениями финской армии, участвовала в штурме советских укреплений у Саллы. Первые две атаки эсэсовских частей русские отбили без труда, третья попытка также оказалась безуспешной. Затем русские перешли в контрнаступление и эсэсовские части

в панике бежали с поля боя. «Норд» потеряла 73 человека убитыми, около 230 ранеными и 150 пропавшими без вести. К счастью для эсэсовского формирования, армейские подразделения и финские отряды, сражавшиеся на обоих флангах, «были сделаны из куда более крепкого материала» и в конечном итоге отбили атаку русских. В Вермахте только брезгливо поморщились из-за проявленной эсэсовцами трусости — вскоре после этого инцидента боевое соединение «Норд» было отозвано с фронта и реорганизовано в горно-стрелковую дивизию, которая в конечном итоге вернулась на тот же самый участок фронта; и, как мы предполагаем, непроходимые леса и кишащие гнусом болота вряд ли способствовали поднятию ее боевого духа.

Полицейская дивизия в составе группы армий «Север» также не сумела снискать себе славы, хотя сражалась не так уж и плохо. Например, она принимала участие в боевых действиях под Ленинградом. Кстати, эта дивизия никогда не считалась по-настоящему эсэсовской, т. к. приставку СС она получила лишь в 1942 году. А до того ее бойцы носили нашивки полицейского образца, а вместо эсэсовских рун — обычные знаки отличия. И хотя в июне 1943 года ее повысили в статусе до танково-гренадерской, ее бойцам так и не удалось продемонстрировать чудеса героизма, какими славились другие эсэсовские части. Скорее наоборот, своей жестокостью она снискала себе довольно дурную репутацию, особенно расправляясь с партизанами.

Кроме вышеперечисленных формирований, имелись еще и пресловутые карательные отряды, появившиеся на советской земле вслед за боевыми эсэсовскими частями. Практически мгновенно последовали репрессии против мирного населения, в первую очередь против несчастных евреев, хотя жертвой эсэсовских зверств мог стать любой, даже самый невинный представитель покоренных народов.

Немало писалось о том, что именно «стараниями эсэсовцев» местное население на оккупированных территориях возненавидело немцев. Это не совсем верно, так как в некоторых местах эсэсовцы выступали скорее освободителями, нежели захватчиками, и их приход воспринимался как конец ненавистного коммунистического строя.

Большинство сохранившихся фотографий той поры свидетельствуют о всеобщем ликовании, каким, например, встречали симпатичных солдат СС на Украине — их забрасывали цветами, делились с ними едой и питьем. Эти солдаты имели все основания проклинать действия карательных отрядов (см. гл. 5), в результате которых дружественно настроенное мирное население вскоре превратилось в заклятых врагов.

Тот факт, что те, кто служил в карательных отрядах, носили такую же форму, что и юные эсэсовские пехотинцы, вряд ли способствовал проявлению к ним дружеских чувств. Вряд ли гражданское население видело особую разницу в том, что у эсэсовских карателей на рукавах были особые знаки, отличавшие бойцов элитных соединений Ваффен-СС.

Для юных солдат Ваффен-СС кампания 1941-42 гг, навсегда запомнилась как время стремительных наступлений и ошеломляющих побед — правда, достигнутых ценой жизни многих их товарищей по оружию, а также нечеловеческих тягот, вызванных лютыми морозами. Постепенно тяготы будут усиливаться, в то время как победы станут все более редки. Однако поначалу боевой дух еще будет сохраняться и подкрепляться высокими наградами, коими Гитлер отмечал офицеров и рядовых бойцов Ваффен-СС. Первым Рыцарского креста в этой кампании удостоился группенфюрер СС Пауль Хауссер в знак признания его боевых заслуг как командира дивизии «Рейх». Хауссер, подобно большинству своих товарищей по СС, свято верил, что командир обязан вести за собой солдат — эта убежденность стоила эсэсовским формированиям потери значительного числа старших офицеров. Сам Хауссер в 1941 году в сражении за Ельню лишился глаза. Впоследствии повязка на одном глазу стала своего рода отличительным знаком этого талантливого генерала.

Второй Рыцарский крест был присвоен, хотя и посмертно, унтершарфюреру Эриху Росснеру из 2-го танкового подразделения СС — на его счету было 13 уничтоженных советских танков, однако такой героизм стоил ему жизни. Он скончался 30 июля 1941 года и 25 августа был посмертно награжден Рыцарским крестом. Фанатичную решимость, столь свойственную бойцам Ваффен-СС, наглядно иллюстрирует судьба штурмана дивизии «Мертвая голова» Фрица Кристена. Кристен и возглавляемый им противотанковый расчет отражали массированную атаку вражеской бронетехники и пехоты. Одно за одним противотанковые орудия выходили из строя, гибли люди, пока в живых не остался один лишь Кристен. Оставшись один на один с неприятелем, Кристен продолжал стоять до конца — заряжал орудия, наводил их на цель, стрелял — и все без чьей-либо помощи. Ему в одиночку удалось подбить более десятка вражеских танков и уничтожить более ста солдат, и лишь затем к нему подоспело подкрепление. Кристен по заслугам 21 сентября 1941 года удостоился Рыцарского креста.

Всего с июня 1941 по декабрь 1942 года из личного состава «Лейбштандарта» Рыцарского креста удостоились 3 человека, из дивизии «Рейх» — 8, из полицейской дивизии — 9, из «Викинга» — 8, и еще два человека из кавалерийской бригады. Из общего числа в 48 наград 42 были присвоены лицам офицерского звания, хотя многие из них были из числа младших офицеров.

Хотя в целом Гитлер и Гиммлер были в восторге от героизма, демонстрируемого Ваффен-СС на Восточном фронте, огромные человеческие потери плюс упорное сопротивление Советской Армии вскоре ни у кого не оставили сомнений, что на скорую победу рассчитывать не приходится. И хотя успехи немцев впечатляли, «русский медведь» не только не погиб, но даже еще не был смертельно ранен. Немецкая сторона несла тяжелые потери, и ее силы сильно истощились. Единственный вывод, напрашивавшийся в данной ситуации, — это массовое пополнение войск, коль скоро войну было решено вести до победного конца. В результате, в следующем году Гитлер дал согласие на широкий призыв в ряды СС.

НОВЫЕ ДИВИЗИИ ВАФФЕН-СС

В 1942 году значительное число советских соединений оказались в клещах немецких армий, что, однако, создало для последних новые проблемы. Русские отнюдь не торопились сдаваться в плен. Многие нашли убежище в лесах, откуда затем повели партизанскую войну, срывая захватчикам тыловое снабжение. Ситуация настолько обострилась, что значительную часть немецких солдат, в которых так нуждался фронт, пришлось задействовать в обороне тыла. Выполнять подобные обязанности Вермахт считал ниже своего достоинства, вследствие чего в Россию перебрасывалось все увеличивающееся число полицейских полков, лишь бы только не отзывать с фронта боевые части. Поскольку Гиммлер наряду со званием рейхсфюрера СС считался также главой полиции, полицейские части вскоре также оказались под эгидой СС. Впоследствии удалось установить, что те, кто служил в этих частях, несут ответственность не только за карательные акции против партизан, но также повинны в массовом уничтожении еврейского населения на оккупированных территориях. И в том, и в другом им помогали добровольческие отряды полицаев, состоявшие из представителей коренной национальности.

Что же касается Ваффен-СС, то в 1942 году были сформированы две новые дивизии. Первой из них стала 7-я добровольческая горная дивизия СС, сформированная весной 1942 года в Сербии. В оставшиеся месяцы года ее бойцы в основном проходили подготовку, не участвуя в военных действиях. Второй такой дивизией стала 8-я кавалерийская имени Флориана Гейера. В 1941 году на базе двух довоенных кавалерийских полков в составе частей «Мертвой головы» была сформирована Кавалерийская бригада. Первоначально в ее обязанности входила борьба с партизанами. Командовал бригадой штандартенфюрер СС Германн Феге-лейн, который вскоре своим жестоким обращением с партизанами снискал себе самую нелестную репутацию. Осенью 1942 года бригада была численно увеличена до состава дивизии, а ее командование передано в руки группенфюрера СС Вильгельма Биттриха, талантливого и храброго офицера. Биттрих возглавлял дивизию до 1943 года, когда его снова сменил Фегелейн, дослужившийся до звания группенфюрера. Дело в том, что Фегелейн, продвигавшийся по службе отнюдь не благодаря своим способностям, был женат на сестре Евы Браун, возлюбленной Гитлера. Правда, в конечном итоге это его не спасло- в последние дни войны Гитлер, узнав о том, что Фегелейн, прихватив с собой чемоданчик с ценными вещами, пытался в штатском платье спастись бегством из Берлина, распорядился поставить его к стенке.

Правда, в начале 1942 года части Ваффен-СС все еще купались в лучах боевой славы. А та репутация, которую они снискали себе, привела к тому, что по мере продолжения войны потребность в них возрастала на всех фронтах.

ГЛАВА 5

СЕКРЕТНЫЕ СЛУЖБЫ ГЕРМАНИИ

Возглавляемая Гиммлером империя, существовавшая на территории Третьего рейха, включала в себя гестапо, полицию, пресловутые эйнзацгруппы и различные экономические предприятия, на которых из узников концлагерей выжимались последние соки. Щупальца этой империи пронизывали самые разные сферы внутреннего фронта — тыла нацистской Германии.

В Германии в период войны, под контролем рейхсфюрера СС, существовали главные ведомства, которые контролировали различные стороны жизни империи СС. О тех из них, которые активно вторгались в жизнь военной Германии и оккупированных территорий, в следующих главах книги будет рассказано довольно подробно. Тем не менее существовали и другие главные ведомства, которые оказывали существенное влияние скорее на внутренний фронт, чем на зоны боевых действий или же территории, находившиеся вне Третьего рейха, хотя обычные обыватели, возможно, никогда и не подозревали об их существовании.

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ СУДОВ СС

Юридический департамент СС базировался в Мюнхене, колыбели национал-социализма. Он отвечал, главным образом, за администрирование и насаждение в рядах СС особого дисциплинарного кодекса и контролировал деятельность эсэсовских и полицейских судов как в самой Германии, так и на оккупированных территориях.

Главное управление судов СС контролировалось обергруппенфюрером СС Францем Брейтхауптом и ведало, в дополнение к другим своим обязанностям, расследованием дисциплинарных проступков, а также готовило и выносило обвинительные приговоры по судебным делам, которые заводились против нарушителей эсэсовского кодекса чести. Это управление также курировало эсэсовские и полицейские тюрьмы.

Хотя в сферу его компетенции входило наказание правонарушителей из числа членов СС, всего лишь незначительное количество служащих концлагерей были обвинены в коррупции (обычно это были кражи драгоценностей у узников сразу же после их прибытия в лагерь).

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ СС

Как предполагается из самого названия, это управление первоначально было главным ведомством всех СС. По мере того как эта организация стала стремительно разрастаться, возникло мнение, что она слишком много работает — столь многочисленны были новые управления, созданные для осуществления ее обязанностей. В конечном итоге — когда началась Вторая мировая война, — Главное управление утратило около 70 процентов своих официальных функций, и таким образом его всеобъемлющая власть и влияние значительно уменьшились. Под началом обергруппен-фюрера СС Готтлоба Бергера оно отвечало за сохранность всех личных дел нестроевых офицеров и младших офицеров СС, и, что более важно, начиная с 1941 года и далее- за пополнение личного состава в Ваффен-СС. Бергер проявлял достойную Макиавелли хитрость, затевая всевозможные интриги для пополнения своих рядов за счет Вермахта, и был главной движущей силой в деле формирования отрядов иностранных добровольцев (см. гл. 6).

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ СС

Находившееся с 1942 года под всеобъемлющим руководством обергруппенфюрера СС Ганса Юттнера, это учреждение являлось главной оперативной штаб-квартирой СС. К концу войны оно насчитывало 45 тысяч сотрудников и отвечало за оперативный контроль над Ваффен-СС и остальными СС. Его новые функции, по сравнению с прежними, включали в себя организацию, снабжение, подготовку, мобилизацию и кадровое обеспечение.

ЛИЧНЫЙ ШТАБ РЕЙХСФЮРЕРА СС

Размещавшийся в Берлине личный штаб рейхсфюрера СС отвечал за все дела, которые не подпадали под компетенцию других управлений СС. В тылу главной их задачей было руководство организацией «Лебенсборн». Она была создана в 1936 году для выведения хорошего арийского потомства матерями расово полноценного происхождения — как замужними женщинами, так и одиночками.

В 1939 году, вскоре после того, как началась Вторая мировая война, был обнародован приказ Гиммлера: «Любая война влечет за собой кровопролитие. Гибнут лучшие. Многочисленные победы означают утрату лучших сил и крови нации. Смерть лучших — это еще не худшая судьба. Хуже всего — отсутствие детей, не родившихся от родителей в годы войны. Абсолютно независимо от гражданского права и традиционной морали это должно теперь стать долгом всех немецких матерей и девушек. Им надлежит произвести на свет детей от солдат СС, воюющих на фронте, и отнестись к этому делу со всей моральной ответственностью. Кроме того, будущее этих детей будет обеспечено: официальные опекуны возьмут под опеку от имени рейхсфюрера СС всех незаконнорожденных детей арийской крови, чьи отцы погибли в сражениях… Глава РСХА и его аппарат будут соблюдать свободу действий в ведении документации, касающейся усыновления этих детей… Члены СС должны хорошо понимать этот приказ и подчиняться ему — исполняя этим долг огромной важности. Насмешки, пренебрежение, непонимание не окажут на нас никакого влияния, поскольку будущее — за нами».

Таким образом, была обещана официальная поддержка незамужним матерям и незаконнорожденным детям при условии их арийского происхождения.

Гиммлер тем самым зашел достаточно далеко в деле защиты арийской крови. В августе 1942 года он отдал приказ, заключавшийся в следующем: в эсэсовскую семью, имевшую только одного оставшегося в живых сына, достигшего призывного возраста, того отзывали с фронта и отправляли домой для продолжения семейной линии. Это практиковалось вплоть до самого конца войны.

Фанатизм Гиммлера, касавшийся арийского генофонда, не ограничивался одним только Рейхом. Когда немецкие войска сломили сопротивление армий покоренных ими стран Европы, подходящих под «нордические» нормы детей, осиротевших в годы войны, собирали и отправляли в Германию. Таким образом происходило, по сути дела, то, что именуется киднэппингом- похищением детей. Это относилось даже к некоторым польским детям, которые, будучи славянами, обычно представлялись неподходящими для планов Гиммлера. Но как бы то ни было, всех их отправляли в Германию, где определяли в подобранные эсэсовским руководством семьи.

В соответствии с планами Гиммлера, эти дети, став взрослыми людьми, должны были вернуться к себе на родину уже воспитанными в германизированном духе, с тем, чтобы образовать собой особую нордическую касту на покоренных территориях и таким образом контролировать «низшие» расы.

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ

ИМПЕРСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ (РСХА)

К 1940 году главное ведомство утратило некоторые из своих первоначальных функций, но по-прежнему курировало основные направления: расовые вопросы, семья, переселение и организация, кадры.

Каждый обершнитт СС (территориальное подразделение) в военной Германии имело офицера-куратора из РСХА, а каждый город — офицера СС по обеспечению семей. Несмотря на приказы военного времени, касавшиеся СС и администрации, персонал РСХА по-прежнему занимался проверкой расовых особенностей любого потенциального члена СС. Тщательные проверки осуществлялись как раз накануне Второй мировой войны, разразившейся в 1939 году, стремительный ход которой впоследствии сделал подобные глубокие исследования невозможными во многих отношениях. Полное расследование арийского происхождения и генеалогического древа проводилось только у перспективных офицеров и их потенциальных жен. Что касается младших офицеров, то было достаточно их письменного заявления о том, что они не имеют в роду лиц неарийского происхождения. Наведение более подробных справок переносилось на то время, когда война закончится. Добровольцы германского происхождения подобным образом принимались на службу на основании лишь письменного заявления.

Другая главная функция, осуществлявшаяся этим ведомством, заключалась в переселении немцев на оккупированные восточные земли, где местное население зачастую просто изгонялось из своих домов, а их жилье занимали немецкие семьи.

ГЛАВНОЕ ВЕДОМСТВО ХАЙСМАЙЕРА

Наиболее важное влияние это ведомство оказывало на сферу образования. Оно контролировало NPEA- органы политического образования НСДАП (Националполитише эрциунгсанштальтен). Они были организованы в 1933 году с целью подготовки достойных претендентов на высшие посты в СС или НСДАП. Гиммлер в конечном итоге хитроумно прибрал к своим рукам и этот орган, сначала предложив снабжение одеждой и оборудованием, затем — пообещав стипендии и финансирование. В 1936 году его усилия были вознаграждены, когда обергруппенфюрер СС Август Хайсмайер был назначен генеральным инспектором этого ведомства. Затем Гиммлер добился вступления в СС всего персонала NPEA.

К 1940 году он взял полностью в свои руки бразды правления школами, учредив для педагогического состава похожую на эсэсовскую форму и звания — эсэсовскую приставку в дополнение к прежним званиям, и таким образом оберфюрер СС стал оберфюрером NPEA и так далее. Школы NPEA были также открыты и за пределами рейха для того, чтобы дать образование подходящим абитуриентам из общин, населенных этническими немцами-фольксдойче.

Тем не менее, факты свидетельствуют о том, что, несмотря на всю важность, которую Гиммлер придавал NPEA, лишь малая часть юных немцев прошла через эти школы и таким образом влияние этих учебных заведений на немецкую жизнь было минимальным.