Бегство с острова Аквариус

– Впечатляет, правда? – продолжал Маккензи. – Вместо примитивной первобытной культуры вы обнаружили здесь островок цивилизации, истинный рай на земле! – Сказав это, он обернулся к гиганту-полинезийцу:

– Свеча, отнеси-ка пожитки Куперов в дом для гостей. Они переночуют сегодня с нами, а завтра со свежими силами пустятся в обратный путь.

Гигант, названный Свечою, легко подхватил их три рюкзака.

– Ах да!.. – спохватился Маккензи. – Теперь можешь погасить свой факел.

Туземец взял в руку висевшую на поясе шляпу и накрыл ею огонь. Факел погас. Затем гигант направился с вещами к небольшому бунгало, также выходившему на площадь.

– Он еще довольно неотесан, – объяснил, глядя ему вслед, Маккензи. – Хотя мы уже вовсю пользуемся тут электричеством, он все еще не может отказаться от разных традиционных штучек – вроде этого факела на голове… Да, и еще, доктор, – кивнул миссионер на револьвер Купера, – если наши люди и нервничали в вашем присутствии, то исключительно из-за этой штуки. Тут нет оружия. Это остров мира и благоденствия.

Доктор улыбнулся и ответил как можно громче, чтобы слышали и остальные:

– Не беспокойтесь. Я ношу его при себе только для самообороны.

– Здесь это не потребуется, уверяю вас! – настойчиво повторил миссионер.

На сей раз Купер лишь кивнул в знак согласия.

– А кто все эти люди? – спросил он. – Откуда они?

Маккензи обвел взглядом площадь и принялся объяснять, время от времени указывая пальцем на того или иного из своих сограждан:

– Здесь представители всех слоев, от юристов до врачей, от плотников до преподавателей колледжей. Из Америки, Англии, Австралии. Есть даже из Франции и Германии. Всех объединяет общая мечта, доктор…

– Что же это за мечта?

– Наш, новый мир, свободный от преступлений, войн, кровопролития и алчности. Мы повернулись спиной к старому миру, отказавшись участвовать в его крысиных бегах, и теперь строим свой собственный. Позвольте мне провести для вас небольшую экскурсию.

И Маккензи провел их по всему поселку, из конца в конец.

– Видите? – говорил он, комментируя по ходу. – У нас тут автономная система водоснабжения и канализации, электросеть. На это ушли годы изнурительного труда, но мы выполнили задуманное… А-здесь столярная и плотницкая мастерская, где мы делаем все, что нам нужно: дровяные повозки, кухонные принадлежности, детские игрушки… А это общественная кухня, где квалифицированные повара готовят на всех еду…

Экскурсия продолжалась долго.

– Стало быть, – отважился уточнить доктор Купер, – вы решили основать здесь новое общество, начав с нуля, на пустом месте?

– Вот именно! В этом – идея нашего медальона, который тут носят все. Знак Водолея символизирует грядущий век всемирного примирения. А мы уже воплощаем этот идеал здесь и сейчас.

– А где у вас церковь?

– Что? – в замешательстве переспросил Маккензи, но затем, быстро справившись с собой, продолжал. – Ах да… Зал собраний. Вы проходили мимо него по дороге сюда, помните? Там мы собираемся для обсуждения духовных вопросов.

– Хм-м… – задумчиво бормотал доктор. Джей заметил довольно широкую тропу, уводящую в джунгли, сделал несколько шагов в ту сторону и, обернувшись, спросил:

– Куда ведет эта дорога? Маккензи, чем-то встревоженный, быстро проговорил:

– Туда ходить не стоит!

Джей остановился и недоуменно уставился на миссионера.

– Она… ведет просто в джунгли, – попытался объяснить Маккензи. – Но ходить по ней небезопасно. Я вынужден предупредить вас, чтобы вы не выходили за пределы поселка.

– Почему? – удивился Джей. – Что там такое скрывается?

– Ну-у… – в затруднении протянул тот. – В общем, мы и сами толком не знаем. Однако в последнее время происходят странные вещи, и мы считаем, что безопаснее оставаться в поселке. Там таится что-то опасное, злое…

– Вы имеете в виду какое-то проклятие или наваждение, вроде моро-кунды? – попытался уточнить Купер-старший.

– Да, возможно… – уклончиво ответил Маккензи. – Мы ведь находимся в совершенно иной части света, доктор, где действуют недоступные нашему пониманию силы и традиции.

– Но миссионер, каким вы являетесь, должен знать, что все сверхъестественное в мире происходит либо от Бога, либо от сатаны. Так что ничего таинственного быть не может.

Маккензи усмехнулся:

– Доктор, существует много такого, о чем вы и понятия не имеете. Остерегайтесь косных религиозных предрассудков и невежества. Они могут оказаться вашими злейшими врагами. Ведь именно за этим пришел на землю Иисус: чтобы спасти нас от невежества, не так ли?

– Ну раз уж на то пошло, то не так. Вместо ответа Маккензи лишь улыбнулся. Они возобновили экскурсию, во время которой миссионер говорил не умолкая, однако Куперы ощущали все растущее напряжение от присутствия этого человека и всей окружающей обстановки. К тому же Джей различал таинственный, крадущийся шорох, словно кто-то следовал за ними, держась поодаль. Маккензи был слишком увлечен разговором, чтобы слышать это, равно как Купер-старший и Лайла, шедшие с миссионером впереди. Джей же, замыкая шествие, вспомнил, что подобный звук предшествовал появлению той странной изможденной фигуры в бухте.

Он остановился на мгновение, чтобы прислушаться. Слух уловил чье-то дыхание. Глубокое, тяжелое дыхание. Затем какие-то нечленораздельные звуки. Джей поспешно тронулся с места и нагнал ушедших вперед спутников.

Как раз в эту минуту они поровнялись с домом, из которого вышел мужчина приметной наружности и обратился к Маккензи:

– Привет! Хорошо, что я поймал тебя! Маккензи поспешил навстречу мужчине, тараторя на ходу:

– Берт! Берт, как дела? Я хочу представить тебе наших гостей. Они приплыли на поиски Адама Маккензи – и можешь представить, как они удивились, узнав, что Маккензи это я!

– А… – начал было Берт, затем взглянул на Куперов и, рассмеявшись, добавил:

– Да, представляю себе!

– Доктор Купер, Джей и Лайла. А это Берт Хэммонд, наш местный врач. Он делает все – лечит порезы, переломы, принимает роды… Верно, Берт?

– Да, я как раз насчет этого… – откликнулся тот, обращаясь к Маккензи. – Ты не хочешь зайти взглянуть на полученное оборудование. Некоторых инструментов все еще не хватает.

– Да, разумеется, – согласился миссионер и продолжал, обернувшись к Куперам. – Вы бы не могли подождать меня тут одну минуту? Только не уходите никуда. Я мигом.

С этими словами он вслед за врачом исчез в доме.

– Не пойму, почему мне все здесь кажется каким-то странным… – медленно проговорила Лайла.

– Надеюсь, вы внимательно все подмечали?.. – спросил Купер-старший.

– Лично я примечаю кое-что прямо сейчас… – заявил Джей. – За нами кто-то следит!

– Знаю, – подтвердил отец. – Возможно, тот самый тип, которого мы видели с яхты?

– Значит, ты тоже слышал?

– Ну, насколько мне позволяла болтовня этого Маккензи.

Внезапно из лесной чащи, чуть позади них, донесся голос:

– Эй, путешественники!.. Друзья! Сюда!

– Как нельзя более кстати… – заметил доктор. – Держитесь за мной и не отставайте ни на шаг. А ты Джей, следи, как бы нас не увидел Маккензи!

Медленно, бесшумно они направились к краю леса, откуда теперь все яснее слышалось глубокое, напряженное дыхание.

– Покажитесь, – велел доктор. – Только тогда мы с вами будем разговаривать.

Два громадных листа раздвинулись, и в проеме между ними показалось то самое бородатое, с дикими глазами лицо, которое они видели на берегу бухты и которое теперь, вблизи, казалось уже не столь пугающим.

– Ваша фамилия Купер? – спросил незнакомец, чьи расширенные глаза блестели в темноте.

– Верно. А ваша? – спросил в свою очередь доктор.

Из зарослей протянулась сухая рука:

– Эймос Дюлани, в прошлом профессор геологии в Стэнфордском университете.

Куперы застыли с открытыми ртами, однако Дюлани опередил их:

– Пожалуйста, не нужно ни о чем меня спрашивать. Слушайте. Вы должны немедленно покинуть этот остров! И прошу – заберите меня с собой. Мы можем отплыть ночью. Встретимся возле бухты.

– Но объясните же…

– Некогда! Потом! Я-а-а!..

Куперы так и подпрыгнули, и в руке доктора оказался его верный револьвер. Кто-то набросился на Дюлани сзади, и тот исчез в зарослях, откуда послышались крики и шум борьбы.

– Пусти! – кричал Дюлани. – Пусти меня! Доктор бросился ему на помощь, но тут из зарослей, как разъяренный слон, неся поперек туловища упирающегося Дюлани, на опушку вывалился мощного телосложения мужчина.

– Не вмешивайтесь! – приказал он.

– Помогите! – взывал Дюлани. – Не позволяйте ему делать это со мной!

Шум и крики, наверное, разнеслись по всему поселку. Двери распахнулись, и отовсюду к месту происшествия бегом бросились жители, многие с пистолетами или ружьями в руках. В воздухе зазвучали крики, приказания, в ответ на которые прибыла новая толпа мужчин.

Куперы, как громом пораженные, лишь стояли и смотрели, не в силах вмешаться.

Глава 3

Маккензи опрометью вылетел из дома Берта Хэммонда и кинулся к месту событий.

– Держите его! – приказал он.

– А-а-а!.. Не надо! Нет! – голосил Дюлани.

– Отойдите в сторону! – велел Куперам один из людей Маккензи.

Они попятились прочь.

Маккензи подбежал к толпе, окружившей Дюлани, чтобы увидеть пойманного. Затем попятился с ужасом в глазах, протянув руки в сторону извивающегося, брыкающегося пленника, и закричал:

– Моро-кунда!

В следующий миг произошло невероятное. Державшие Дюлани дюжина сильнейших мужчин поселка как по команде выпустили его, точно это был раскаленный уголь или бомба, грозящая разорваться, и рассеялись кто куда. Отбежав на безопасное расстояние, мужчины образовали вокруг геолога широкий круг и взяли его на прицел.

– Прочь! – крикнул Маккензи, обращаясь к Куперам. – Бегите прочь! На этом человеке проклятие!

– Сделаем, как он говорит, – посоветовал Купер-старший, и все трое поспешили укрыться во дворе дома, откуда могли наблюдать за происходящим.

Дюлани, стоя в одиночестве посредине кольца вооруженных людей, кричал:

– Не слушайте его! Это ложь!

– Тихо! – приказал ему Маккензи.

– Остров обречен! – не унимался Дюлани. – Все животные и птицы его покинули, приливы затопляют низины, подземные толчки учащаются!

– Молчать! – вновь подал голос Маккензи и, обращаясь к своим подручным, добавил: – Том и Эндрю, принесите протекторы. Быстро!

– Вы что, не слышите? – не унимался геолог. – Бегите с острова, покуда есть возможность! Келно вас обманывает!

Том и Эндрю вернулись, неся что-то вроде охапки красных шарфов, которые тут же были розданы участникам оцепления. Каждый намотал себе на шею по такому шарфу, после чего, как по мановению волшебной палочки, все вновь осмелели и двинулись к Дюлани.

– Схватить его и увести! – распорядился Маккензи.

Подручные поволокли прочь упирающегося, кричащего пленника.

Маккензи, казалось, был потрясен всем происшедшим. С извиняющимся видом он повернулся к Куперам и выдохнул:

– Я ведь предупреждал: это совершенно иной мир, где многое недоступно нашему разумению.

Доктор Купер, выйдя из укрытия, шагнул к Маккензи и сурово потребовал:

– Я жду от вас объяснений.

– Моро-кунда…

– Мне этого недостаточно! – отрубил доктор.

– Мне нечего больше сказать, – произнес Маккензи. – Каких вы ждете от меня объяснений? Это не болезнь, не инфекция – это… это зло, проклятие, безумие, которое овладевает человеком, если он ступает туда, куда не следует, оскверняет святыни или не повинуется царящим здесь силам.

– Вам вверена миссия проповедовать Евангелие Иисуса Христа! – горячо произнес Купер. – Вместо этого вы произносите речи, достойные оккультиста! Если это болезнь – называйте ее болезнью, если сумасшествие – сумасшествием; и не думайте, будто я поверю всей этой темной, необъяснимой абракадабре, позаимствованной у шаманов!

Глаза Маккензи приняли ледяное выражение.