Помоги проекту - поделись книгой:
Чадвелл не только призвал расследовать, что Советам известно о летающих тарелках, но и заключил, что «исследование должно определить, смогут ли стратеги Соединенных Штатов в области психологической войны использовать эти явления (НЛО), и если да — каким образом. Также необходимо определить, сможем ли мы подготовить защиту и какого рода на случай если СССР также попробует использовать эти явления». В конце документа он рекомендует ЦРУ управлять тем, как общество воспринимает указанные явления, чтобы «минимизировать риск паники».
Больше Уолтера Смита убеждать не пришлось, и в январе 1953 года ЦРУ созвало секретную комиссию, куда вошли физики-ядерщики, эксперты по радиолокации и ракетной технике, прочие представители ВВС и астроном. Группа, которую возглавил директор группы оценки систем вооружения Пентагона доктор Говард Перси Робертсон, провела четыре дня (с крайне долгими перерывами на обед) за прослушиванием отчетов и просмотром пленок с НЛО — они старались найти возможные объяснения этому феномену. Их выводы, полностью раскрытые только в 1966 году, в сущности, отразили ту же обеспокоенность, что и отчет Чадвелла несколько месяцев назад.
Доклад комиссии Робертсона рекомендовал военным активнее обучать личный состав распознавать необычно освещенные технические объекты и природные явления — метеоры, шаровые молнии, миражи и облака — как при визуальном наблюдении, так и на радарах. «Подобное обучение, — отмечалось в докладе, — должно заметно снизить число сообщений, вызванных ошибками в распознавании и последующим замешательством». Что до рядовых граждан, их интерес к теме должна была убавить программа «развенчания», которая также снизит «их восприимчивость к хитрой вражеской пропаганде» со стороны Советов. «Как и в случае с фокусами, — сообщал доклад, — воздействие слабеет, когда „секрет“ известен». Комиссия выступила с интересными предложениями, как претворить в жизнь такого рода образовательную программу: они рекомендовали использовать мультфильмы «Уолт Дисней» и продукцию компании «Джем Хэнди K°», производившей учебные фильмы во время Второй мировой[108], а также собственный центр специальных устройств ВМС.
Другим важным предложением было проводить психологические мониторинги населения. Члены комиссии наверняка были в курсе, какой переполох вызвал случай в эквадорском Кито 12 февраля 1949 года, косвенно связанный с НЛО. Тогда трансляция радиоспектакля по «Войне миров» привела к беспорядкам, усмирить которые удалось только после ввода танков в город, — все закончилось двадцатью погибшими[109]. Комиссия была «твердо убеждена», что авторов программы мониторинга должны консультировать психологи — упоминался Хэдли Кэнтрил[110], автор исследования паники, которую в США вызвала оригинальная радиопьеса «Война миров» Орсона Уэллса 1938 года, — равно как и «те, кто знаком с техниками массовой коммуникации, возможно, специалисты по рекламе».[111]
Доклад комиссии Робертсона также рекомендовал наблюдать за гражданскими группами, посвященными НЛО, «так как они могут оказать огромное влияние на настроения масс в случае, если наблюдения станут повсеместными. Следует помнить об [их] явной безответственности и о том, что такие группы могут быть использованы в подрывных целях». Следующие два десятилетия одна из групп, упомянутых в докладе, Организация по исследованию воздушных явлений (ОИВЯ), базирующаяся в Тусоне, штат Аризона, находилась под пристальным вниманием спецслужб.
Заключение доклада гласило, что сами по себе НЛО, по-видимому, не представляли «прямой физической угрозы национальной безопасности», в отличие от сообщений о них, «засорявших… каналы связи несущественной информацией» и поднимавших панику. Это способно вылиться в такое количество ложных тревог, что настоящие враждебные действия в этом хаосе остались бы незамеченными. Более того, интерес американского народа к предмету грозил повергнуть американцев в «болезненное психологическое состояние, при котором умелая вражеская пропаганда смогла бы спровоцировать истерическое поведение и опасное недоверие к правомочным органам власти».
В общем, летающие тарелки могли превратить вас в бунтаря или, того хуже, в коммуниста. Следовательно, управления национальной безопасности должны были «безотлагательно предпринять шаги, чтобы лишить Неопознанные Летающие Объекты особого статуса, которым они были наделены, а также той ауры таинственности, которой, к несчастью, обзавелись». Кертис Пиблс подмечает: «На самом деле доклад комиссии Робертсона был не столько о летающих тарелках, сколько о Перл-Харборе… призрак внезапного советского ядерного удара бродил по США».[112]
Не совсем ясно, насколько ЦРУ и ВВС США удалось воплотить в жизнь рекомендации комиссии, но один откровенный ученый по имени Леон Дэвидсон, которого сейчас забыли все, кроме самых убежденных фанатиков НЛО, полагал, что знает ответы.
ЦРУ + РЭП = НЛО
Дитя межвоенного поколения, Леон Дэвидсон очень рано проявил талант к наукам. Уже к тринадцати он провозгласил себя инженером-химиком, а несколько лет спустя его выдернули из аспирантуры на инженерном факультете Колумбийского университета и привлекли к работе на Манхэттенском проекте. В итоге он стал главным инженером лабораторий в Лос-Аламосе, где много лет работал над компьютерными системами для ядерной промышленности, пока не заинтересовался — раньше многих — технологией телефонии с тональным набором и не ушел в частный сектор.
Как и многие ученые, работавшие внутри того, что Эйзенхауэр назвал бы «военно-промышленным комплексом», Дэвидсон был очарован проблемой НЛО. Вскоре после начала работы в Лос-Аламосе в 1949-м он присоединился к местной Астрофизической ассоциации, куда входили сотрудники лаборатории, — группа расследовала частые случаи наблюдения странных зеленых огненных шаров в Нью-Мексико. Дэвидсон был убежден, что это — часть секретной программы ракетных исследований в верхних слоях атмосферы. Официального объяснения не последовало, но постепенно он пришел к убеждению, что чаще всего за случаями с НЛО стоят засекреченные военные испытания. В статье с первой полосы
Дэвидсон, чье исследование тарелок впечатляет научным подходом и вниманием к деталям, сказал, что верит: [НЛО] — это американская «авиационная техника», вероятно, «дискообразные летающие крылья», использующие реактивные двигатели нового типа, благодаря которым они могут то быстро ускоряться, то лететь на сравнительно низких скоростях. Он уверен, что это либо «истребители нового типа», либо управляемые ракеты, либо пилотируемые ракеты. Приводя примеры, на что могут походить эти объекты, Дэвидсон сослался на последние модели реактивных истребителей, такие как F-4D Военно-морских сил, снабженный оригинальным крылом типа «летучая мышь»[114].
К 1959 году то, что Дэвидсон еще недавно рассматривал как одну из версий, стало казаться несомненным фактом, и ученый предположил, что НЛО над Вашингтоном были намеренной постановкой, испытанием передовых технологий радиоэлектронного подавления (РЭП). В блистательно озаглавленном эссе «РЭП + ЦРУ = НЛО» из информационного бюллетеня для уфологов-инсайдеров
«Черный ящик» в наших бомбардировщиках перехватывает радиолокационные сигналы вражеского радара; усиливает и изменяет их; а потом отсылает обратно, тем самым заглушая нормальный отраженный сигнал бомбардировщика. Изменение сигнала могло заключаться в сдвиге синхронизации или фазы, из-за чего отметка на экране радиолокатора снабжалась неверными данными о расстоянии, скорости или направлении.[115]
Самая примитивная разновидность РЭП, которую называли «Окно», или ДО[116], на самом деле вовсе не была электронной. Первыми ее использовали британцы во время сокрушительного налета на Гамбург в июле 1943 года. Члены экипажа сбрасывали с самолетов полоски алюминиевой ленты. Облака металлических обрезков, каждый из которых составлял половину длины волны немецких радаров «Вюрцбург» (53–54 сантиметра), перегружали вражеские радары ложными отраженными сигналами. Конечно, по ходу войны в военном транспорте использовали и более сложные электронные системы, чтобы создавать помехи для РЛС и радио на конкретных длинах волн и радиочастотах.
Все это были методы запутывания, тогда как то, о чем писал Дэвидсон, устроено сложнее и зовется иначе — маскировкой. Первым примером использования подобной тактики он называл инцидент на островах Рюкю в южной части Тихого океана. Шел апрель 1945-го, антигитлеровской коалиции трепала нервы подготовка к захвату Окинавы — одной из последних наступательных операций Второй мировой войны. Экипажи всех кораблей в этом участке боялись атак японских отрядов камикадзе, и любой точки на радаре было достаточно, чтобы свистать всех наверх и готовиться давать отпор. Иногда, впрочем, точки возникали без всякого приближения воздушных судов. Эти фантомные радиолокационные отражения — «летучие призраки» — неоднократно появлялись на экранах радиолокаторов кораблей у архипелага Рюкю. Некоторые призраки на самом деле были стаями птиц: в некоторых случаях оборудование принимало за отдельный летательный аппарат пеликанов — что позднее послужило основой для версии, что эта птица была ответственна и за контакт Кеннета Арнольда с тарелкой. Также научные сотрудники ВМС подозревали, что часть призраков возникла из-за скопления мощных корабельных радиолокаторов, и поняли, что возможность по команде создавать фантомные отражения была бы чрезвычайно полезным инструментом для введения врага в заблуждение.
В статье журнала «Авиационные исследования и разработки» за март 1957 года обсуждалось, насколько технологии создания призраков были усовершенствованы и как они теперь поступают в гражданское распоряжение:
Новая система, имитирующая подвижные цели на радарах и генерирующая до шести отдельных целей на любом стандартном радиолокационном индикаторе, была разработана… для обучения операторов РЛС… а также для проведения тренировок экипажа по раннему обнаружению приближающихся самолетов во время полета… Расположение, пути и скорость движения целей могут… воспроизводить… реалистичные курсы полета… С легкостью получается имитировать скорости до 10 тысяч узлов [около 18 500 километров в час]… Цель может повернуть влево или вправо… Для каждой цели доступна… корректировка, обеспечивающая реалистичное представление о ее масштабе.[117]
Дэвидсон нашел в этом описании немало общего с движением объектов, замеченных над Вашингтоном в июле 1952 года. А еще он знал, в чьих руках была такая технология незадолго до того пролета НЛО:
С 1951 года ЦРУ провоцировало случаи наблюдения тарелок или способствовала таким случаям для решения собственных задач. Путем хитроумных психологических манипуляций череда «нормальных» событий преподносилась как убедительное свидетельство существования внеземных НЛО… [в том числе] с применением военными РЭП, в секретном порядке и без ведома вовлеченных в случаи наблюдения операторов РЛС.[118]
Был ли Дэвидсон прав? Возможно, за событиями в Вашингтоне стояло не ЦРУ, но то, что
Торрес и его напарник в другом «Сейбре» поднялись на высоту 9750 километров и устремились на трансзвуковой скорости 0,92 Маха (около 2 500 километров в час) к огромному объекту: согласно показаниям радара, он был размером с авианосец, при этом скакал туда-сюда по экрану, словно кузнечик. Торрес был готов дать залп из всех двадцати четырех ракет по судну-нарушителю, однако ни он, ни его напарник не смогли увидеть мишень. Она что, была невидимой? Внезапно отметка исчезла с радаров, и «Сейбры» отозвали на базу.
На следующий день к Торресу пришел американец в тренче, назвавшийся сотрудником Агентства национальной безопасности. Таинственный незнакомец предупредил: если Торрес еще хочет летать, придется хранить молчание. Торрес хранил его тридцать лет. Его история похожа на хрестоматийный пример использования радиолокационного подавления, о котором говорил Дэвидсон (анналы истории НЛО знают много похожих случаев). Мы не знаем, в самом ли деле таинственный американец был сотрудником АНБ: и у этой спецслужбы, и у ЦРУ были свои резоны интересоваться технологией подавления, к тому же оба ведомства имели привычку выдавать свои контактные группы за представителей других агентств.[119]
Кроме того, ЦРУ и АНБ работали вместе: к началу 1960-х они затеяли проект, известный как «Палладий», чьей целью было обеспечить американцев разведкой средствами связи (РСС), радиотехнической (РТР) и радиоэлектронной (РЭР) разведкой, используя информацию, считанную с таких источников, как советские самолеты, корабли, подводные лодки, наземные РЛС и ракетные батареи. В первые годы холодной войны эти разведданные собирались трудным путем: пилоты-«вороны» поднимались в воздух для проведения опасных операций по «разнюхиванию». «Вороны» на своих самолетах прощупывали внешние периметры советского воздушного пространства, зацепляя оборонительные системы, чтобы собрать как можно больше данных с наземных радаров и систем связи.
«Палладий» позволял собирать сведения куда более безопасным способом. Технология дала ЦРУ возможность создавать самолеты-призраки, попадавшие на советские радары, тогда как АНБ следило за тем, как сигналы этих призраков принимают, отслеживают и передают. Таким призрачным летательным аппаратам можно было придать любую форму и любой размер, и летали они на какой угодно высоте и скорости.
Бывший специалист ЦРУ по сигналам Юджин Потит описывает сложную операцию во время Карибского кризиса, в которой были задействованы и система «Палладия», и выпущенные с подлодок на парашютах металлические сферы — всё, чтобы сбить с толку кубинские радары. Команда Потита направила в кубинское воздушное пространство призрака, тем самым вынудив кубинцев поднять в воздух истребители и перехватить «нарушителя». С помощью средств управления «Палладия» ЦРУ держали призрачный самолет прямо перед кубинскими истребителями, выжидая подходящий момент. Когда команда АНБ услышала из переговоров, что кубинский пилот готовится сбить самолет-призрак, «у нас в один момент появилась одна на всех идея. Инженер поднес палец к выключателю, я утвердительно кивнул — и он отключил „Палладий“», — вспоминал Потит.[120]
Производство мифа
Пролет тарелки над Вашингтоном в июле 1952 года стал поворотным моментом в истории НЛО. Он вызвал ровно ту путаницу, о которой ЦРУ предупреждало Совет по психологической стратегии (СПС), и дал Управлению превосходный повод заняться НЛО. Также он как следует всколыхнул мировую прессу — как раз тогда интерес к предмету в Великобритании достигал пика.
Вот только действительно ли Америка созрела для инопланетного вторжения? В апреле 1952 года
Авторы статьи, Г. Б. Даррах-младший и Роберт Гинна, целый год консультировались с Военно-воздушными силами США. Предполагалось, что ВВС все еще держали тему летающих тарелок в узде, поэтому текст, проникнутый верой в инопланетян, прозвучал крайне неожиданно. Почему, интересовался Дэвидсон, один из самых уважаемых журналов в США опубликовал такую статью — если только не по желанию Военно-воздушных сил? По словам Руппельта, Гинна общался с самыми высокими чинами ВВС, чьи мнения и отражал текст. Что же это было: стратегия Военно-воздушных сил или, учитывая тесные связи владельца корпорации
Статья в
Что, если кто-то намеренно раздувал истерию вокруг летающих тарелок перед июльскими захватывающими пролетами над Вашингтоном? Дэвидсон был убежден, что вашингтонские события были демонстрацией, примером использования масштабных дезориентирующих помех. И поскольку мы знаем, что происходило дальше, идея, все еще параноидальная, больше не кажется безумной. Нет сомнений, что ЦРУ к 1952 году уже проявляли живой — и совершенно понятный — интерес к феномену НЛО. К 1957 году технология создания и управления правдоподобными самолетами-призраками, в основу которой легли принципы создания помех, усвоенные еще в 1945-м, стала доступна всем, кто готов был платить. Заявление, которое вскоре после вашингтонского инцидента сделал в
Однако самый ясный намек на то, что наблюдения над Вашингтоном не были случайностью, получил Эдвард Руппельт из «Синей книги» всего за несколько дней до июльских событий в округе Колумбия. После серии контактов летных экипажей с загадочными огнями он написал, что два часа обсуждал НЛО с ученым «из агентства, назвать которое я не могу» (Дэвидсон предположил, что речь идет о ЦРУ), и в конце беседы тот «сделал прогноз»: «В ближайшие дни… они объявятся, и это будет самый громкий случай наблюдения НЛО, громче не бывает… случится это в Вашингтоне или Нью-Йорке… скорее в Вашингтоне».[122]
Прошло несколько дней, и предсказание полностью сбылось. В своей книге Руппельт жалуется, что Разведывательное управление ВВС узнало о произошедшем в Вашингтоне в последнюю очередь, а сам Руппельт, как мы уже отметили, и вовсе получил новость только через два дня, из газет. Когда Руппельт попытался попасть в Вашингтон и лично взяться за расследование, ему не смогли обеспечить служебный автомобиль. «Всякий раз, как мы собирались выезжать, — писал он, — возникало что-нибудь более срочное». Так что главный следователь по делам НЛО Военно-воздушных сил торчал на базе Райт-Паттерсон и не мог попасть на место едва ли не самого значительного происшествия в истории летающих тарелок. Позже Руппельт заявлял, что работа над отчетом по вашингтонским пролетам заняла у него год, а могла бы — день, попади он в столицу вовремя. Складывалось впечатление, что кто-то не хотел, чтобы он делал свое дело. «Не знаю, что там творят Военно-воздушные силы», — сказал он журналисту[123]
Что знал аист
Если заваруха в Вашингтоне была подстроена, то какова была ее цель и кто за нее отвечал? Возможно — но это лишь версия, — правда скрывается между строк служебной записки от 9 января 1953 года, которую доктор Говард Клинтон Кросс отправил Эдварду Руппельту через полковника Майлза Гола. Кросс занимался металлургией в Мемориальном институте Баттеля[124][125], частной исследовательской организации, специализирующейся на материаловедении. В то время Баттель обрабатывал весь объем данных Военно-воздушных сил США по НЛО в рамках проекта с кодовым названием «Аист». Майлз Гол работал начальником аналитической службы в отделе передачи технологий ВВС США. Участие Кросса (металловеда), Гола (специалиста по оборудованию) и Руппельта (уфолога) дает четко понять: что бы ни думали в Военно-воздушных силах об НЛО, их связывали с технологическими задачами, с которыми работало их ведомство.
Записка с грифом «секретно» обращала внимание на то, что первое заседание созванной ЦРУ комиссии Робертсона начиналось меньше чем через неделю, поэтому проекту «Аист» и Центру воздушно-технической разведки (ЦВТР) следует загодя обсудить, «что стоит и не стоит говорить на встрече». Это означало, что Военно-воздушные силы готовы были утаить от ЦРУ данные об НЛО. Но какие именно? Возможно, у проекта «Аист» все еще не было удовлетворительного ответа на главный вопрос об НЛО. Повторяя содержимое других известных внутренних отчетов ВВС США, Кросс пишет: «Накопленный на сегодняшний день опыт наших исследований неопознанных летающих объектов выявляет отчетливую нехватку надежных данных, с которыми можно работать».
Может быть, Кросс просто не хотел признаться ЦРУ в том, что Военно-воздушные силы не знают, что происходит? Возможно, но его следующее предположение сделано в куда более заговорщицком тоне. В рамках проекта «Аист» Кросс рекомендует «организовать контролируемый эксперимент, который позволит добыть достоверные физические данные». «Аист» должен был развернуть наблюдательные платформы в районах, где часто происходили контакты с НЛО и где можно было бы собирать подробные данные о погодных условиях, радиолокационных отражениях и любых необычных визуальных явлениях, которые можно спутать с НЛО, включая шары, летательные аппараты и ракетные испытания. «Самые разнообразные виды воздушной активности должны быть тайно и целенаправленно запланированы в этом районе… — пишет Кросс, — можно ожидать постоянный поток сообщений от гражданских, не говоря уже о военных или других наблюдателях из числа должностных лиц». Кросс предлагал инсценировать случаи с НЛО, чтобы отследить последствия. Он даже намекнул, что «воздушную активность» можно держать в секрете от других военнослужащих: «Любые мистификации в подобных условиях почти наверняка можно раскрывать, возможно, не публично, но по крайней мере для военных».
Такой эксперимент, заключает Кросс, поможет Военно-воздушным силам США добиться ясных выводов в «проблеме» с летающими тарелками и определить, насколько серьезно относиться к сообщениям об НЛО, в особенности от рядовых граждан, если паника повторится. Последние строки раскрывают подлинные приоритеты ВВС в вопросе НЛО: «Таким образом, в будущем Военно-воздушные силы смогут выступать с позитивными заявлениями, успокаивающими общественность и свидетельствующими, что все находится под контролем».
Среди сообщений об НЛО, сделанных военными в то время, встречаются описания многочисленных инцидентов, похожих на возможные инсценировки «Аиста», например во время операции «Мейнбрейс»[126] — масштабных совместных учений НАТО у побережья Северной Европы. В мемуарах Руппельт отмечает, что перед началом учений в сентябре 1952 года в Пентагоне «полушутя» посоветовали разведке ВМС следить за НЛО. И действительно, во время учений поступили сообщения о двух значительных случаях наблюдения (один — с фотографиями), оба объекта по описаниям походили на огромные серебристые воздушные шары. Невзирая на расследование, ни одно ведомство не взяло на себя ответственность за их запуск. Неужели это прилетал «Аист» со спецдоставкой?
Служебная записка Кросса показывает, что в ВВС США все еще тщились разгадать тайну летающих тарелок и, как показывают другие внутриведомственные записки, в их распоряжении явно не было разбившегося корабля из Розуэлла, Ацтека или откуда-либо еще. Зачем тогда Военно-воздушные силы рассматривали возможность ограничить объем информации, которым они делились с ЦРУ? Возможно, они просто не пришли к сколько-нибудь убедительным выводам и при этом не хотели, чтобы Управление поспешило сделать собственные. А это могло отразиться на соперничестве между ведомствами, например ВВС и ВМС. А может, Баттель и ВВС хотели инсценировать инциденты с НЛО самостоятельно, не посвящая ЦРУ в свои планы, — скажем, чтобы переложить ответственность на ЦРУ? Сегодня такая инсценировка вторжения в воздушное пространство столицы может показаться нам безответственной — несомненно, она и была безответственной, — но такой шаг послал бы мощный сигнал в самое сердце правительства, а также продемонстрировало бы, что в истории с НЛО у Военно-воздушных сил действительно все «полностью под контролем».
Вашингтонский инцидент наконец-то заставил ЦРУ воспринять НЛО всерьез; комиссию Робертсона обеспокоило, что, как и в прошлом июле, Советы наводнят американские радары и системы связей ложными целями, причем в худшем сценарии за этим последует ядерный удар. Поэтому странно, что никто из членов комиссии не упомянул, что подобная технология уже была доступна — и могла быть напрямую в ответе за суматоху в Вашингтоне. Была ли это одна из тех вещей, которые Кросс хотел утаить от ЦРУ? А раз так, то может ли быть, что ученый из неназванного «агентства», предупредивший Руппельта о грядущей суматохе, представлял не ЦРУ, как подозревал Леон Дэвидсон, а институт Баттеля, работавший на ВВС?
Уликой, что по крайней мере кто-то в Военно-воздушных силах знал о происходящем, может служить то обстоятельство, что глава разведывательного управления ВВС США генерал Джон Сэмфорд, который провел пресс-конференцию по итогам заварухи в Вашингтоне, в 1956 году станет вторым в истории руководителем Агентства национальной безопасности. Сверхсекретное АНБ отслеживало международные коммуникации и, как мы уже видели, часто использовало систему «Палладий» совместно с ЦРУ.
Леон Дэвидсон не знал, что именно обсуждала комиссия Робертсона, и тем более не мог знать о служебной записке Кросса, но он был уверен, что события июля 1952 года были результатом использования технологии по «обману» радаров и, обоснованно или нет, имел собственные представления о том, кто стоял за феноменом НЛО. Дэвидсон полагал, что проектом управлял один человек — директор ЦРУ Аллен Уэлш Даллес (младший брат госсекретаря США Джона Фостера Даллеса), который контролировал Управление как свою личную вотчину с 1953 по 1961 год. Первый гражданский на этой должности, во время войны он был тесно связан с разведкой и курировал тайный ввоз в США немецких ученых, в том числе вдохновителя «Фау-2» Вернера фон Брауна, в рамках операции «Скрепка».
Даллес помогал направлять страну в первые годы холодной войны; именно при нем был создан Директорат планов при ЦРУ — отдел «грязных трюков», отвечающий за психологическую войну и тайные операции, — и сформирован Директорат был всего через несколько дней после пролетов НЛО над Вашингтоном. Директорат сыграет критически важную и довольно печальную роль в последующих событиях, укрепляя роль Америки как главного управляющего глобальным статус-кво. Даллес, как указывает Дэвидсон, был близким другом и почитателем философа Карла Юнга — который в 1959 году провидчески написал о богоподобном статусе летающей тарелки. Эти двое, несомненно, обсуждали столь волновавшую всех в начале 1950-х годов тему. Дэвидсон был убежден, что за каждой новой главой в стремительно разворачивающейся саге об НЛО стояло ЦРУ, а Даллес был его идеологом. Даллес, писал он, «задействовал миф о том, как добрые пришельцы посещали Землю на протяжении тысячелетий» и использовал «иллюзии, трюки и таланты фокусника», чтобы выдать обычные обманы зрения и пролеты военных самолетов за наблюдения за инопланетянами, высадки пришельцев и межпланетные контакты.[127]
Зачем же Даллесу и ЦРУ было рекламировать наших гостей из космоса? НЛО служили удобным прикрытием для собственных тайных психологических и политических операций ведомства, а также для работы передовых военно-технических платформ. Кроме того, это могло спровоцировать Советы тратить время и ресурсы на расследование историй о НЛО, особенно если они подумают, что летающие тарелки — это усовершенствованные самолеты США.
Есть и третья причина: она вытекает из идей Юнга, а также из сюжета «Летающей тарелки» Бернарда Ньюмана. Апокалиптические ужасы Второй мировой войны заставили многих людей почувствовать, что Бог покинул человечество и оставил нас на произвол злой судьбы; мы вступили в новую эпоху, когда технология заменила мораль и стала новой религией, и не может быть силы более могущественной, чем атомная бомба. Юнг видел в идеально круглой форме летающей тарелки современный символ богоподобного совершенства: может ли вера в высшую власть, которая управляет летающими тарелками, уберечь человечество от гарантированного самоуничтожения?
Использовал ли Даллес свои изощренные салонные фокусы, чтобы разжечь эту веру? Если так, кем или чем была эта высшая сила, отраженная в летающих тарелках? Что она хотела нам сказать?7
7. Первооткрыватели космоса
К несчастью, друг мой, Землей заправляют буйнопомешанные; они достаточно ненормальны, чтобы обвинить нас во лжи, если мы скажем им правду.
Обводя взором Международный съезд НЛО в Лафлине с его нескончаемым парадом пришельцев в виде статуэток, фигурок, наклеек, книжных обложек и надувных кукол, легко представить, как археологи будущего решают, что люди XXI века поклонялись божествам в виде карликов с непроницаемыми лицами, — и кто их осудит за такое допущение? Но в действительности отношения между греями, как еще называют пришельцев[128], и людьми, убежденными в том, что они вступили с греями в контакт, в лучшем случае неоднозначны. В разгар паники вокруг похищений пришельцами, охватившей нас в 1980–1990-е, инопланетные соседи чаще всего встречали землян не с распростертыми объятьями, а со скальпелем наготове. Для большинства такие близкие до хирургической степени контакты были травмирующими, но некоторые непреклонные подопытные умудрялись видеть в своем опыте позитив: они возвращались от похитителей с посланиями любви и мира — и предупреждениями о надвигающейся экологической катастрофе. На лафлинском съезде пришельцы о себе ничего не рассказывали, но так было не всегда. В 1950-е, вслед за нравоучительным гуманоидом Клаату, героем «Дня, когда остановилась Земля», небольшой миссионерский отряд источающих мудрость инопланетян якобы высадился на планету Земля, чтобы рассказать, как нам стоит и не стоит жить.
Случаи с Кеннетом Арнольдом, островом Мори, Розуэллом и Ацтеком обозначили рассвет эпохи НЛО и заложили два ключевых элемента мифологии, существующей и поныне: НЛО — это сконструированные летательные аппараты, которые, подобно нашим, подвержены авариям. Вплоть до выхода статей в журналах
В 1952 году мир наконец получил ответ — спасибо Джорджу Адамски, 61-летнему американцу родом из Польши, управляющему кафе Palomar Gardens у подножия горы Паломар, что между Сан-Диего и Лос-Анджелесом. На вершине горы располагался пятиметровый телескоп Хейла, на тот момент крупнейший в мире, — Адамски, впрочем, любил устанавливать собственные сорока— и пятнадцатисантиметровые модели, чтобы проезжавшие мимо тоже могли всматриваться в небеса. Еще Адамски управлял Королевским орденом Тибета, мистической организацией с теософским уклоном, и регулярно выступал в кафе с лекциями на эзотерические темы для тесного круга, в котором он был известен как Профессор.
В 1949 году профессор Адамски опубликовал научно-фантастический роман «Первооткрыватели космоса: Путешествие на Луну, Марс и Венеру» — на обложке стояло его имя, хотя вообще-то книгу написала секретарша Адамски, Люси Макгиннис. Вскоре после этого он стал все чаще упоминать летающие тарелки в своих лекциях, заявляя, что видел космические корабли и делал их снимки. Его репутация наблюдателя за тарелками крепла, сначала — только на местном уровне, но в 1950-м он стал героем журнала
Летающие тарелки заполоняли новости, и мистический кружок Адамски стал привлекать новых членов, среди которых оказался и Джордж Хант Уильямсон, приближенный Уильяма Дадли Пелли, который в Ноблсвилле, штат Индиана, заправлял мистическим орденом под названием «Серебряный легион». Пелли, в прошлом голливудский сценарист с шестнадцатью лентами в послужном списке, был отъявленным экстремистом, который одинаково ненавидел все и вся: черных, евреев, коммунистов, президента Рузвельта, — кроме своего обожаемого героя Адольфа Гитлера. Отделения «Серебряного легиона» существовали практически в каждом штате; в этой организации поощряли своих участников, известных как «серебряные рубашки», носить серебристую форму, напоминавшую нацистскую. «Легион» также издавал ряд журналов и к началу 1940-х привлек внимание ФБР. Когда Пелли стал публично подвергать сомнению официальную версию нападения на Перл-Харбор, его обвинили в государственной измене и подстрекательстве и приговорили к пятнадцати годам тюрьмы, позднее выпустив по УДО в 1950 году.
Как раз тогда Уильямсон, который вместе с женой пытался выйти на связь с экипажем летающей тарелки с помощью доски для спиритических сеансов, услышал запись разговоров профессора Адамски с пришельцами, которых тот называл Космическими Братьями. Глубоко впечатленные, Уильямсон с женой присоединились к группе и стали ее ключевыми участниками к моменту, когда 20 ноября 1952 года Адамски, Люси Макгиннис, супруги Уильямсон и еще два их товарища-тарелочника, Альфред и Бетти Бейли, увидели гигантский объект в форме сигары, проплывший над их машиной, когда они ехали по калифорнийской пустыне. Адамски объявил пассажирам, что это один из кораблей Космических Братьев, и попросил высадить его.
Час спустя профессор вернулся и рассказал невероятную историю. Оставшись один в пустыне с телескопом и камерой, Адамски увидел, как в полутора километрах от него приземлился красивый корабль поменьше первого. Из корабля появился «человек из другого мира», ростом примерно 168 сантиметров, возрастом лет под тридцать, с длинными светлыми волосами, высокими скулами и высоким лбом. Одет он был в коричневый комбинезон и красные ботинки, а на лице сияла идеальная улыбка. Они с Адамски обменялись считанными словами — большая часть беседы проходила посредством телепатии и языка жестов.
Нордического вида пришельца звали Ортон. Он прибыл в Калифорнию со своей родной планеты Венера, чтобы выразить обеспокоенность венерианцев по поводу судьбы человечества и в особенности использования атомной бомбы. Ортон попросил Адамски помочь распространить их послание, а когда встреча подошла к концу, корабль вместе с Ортоном взлетел ввысь, оставив лишь единственный отпечаток ботинка, который Адамски вместе с друзьями смогли сохранить в гипсе. На слепке были видны загадочные символы, среди них — звезда и свастика.
Адамски был верен своему слову и немедленно принялся рассказывать о своем поразительном знакомстве. В 1953 году его рассказ (снова написанный за него другим человеком, на сей раз Кларой Л. Джон) вошел в сборник-бестселлер «Летающие тарелки приземлились» вместе с эссе об истории летающих тарелок в древности авторства ирландского товарища Адамски по имени Десмонд Лесли. Адамски путешествовал по миру, всюду рассказывая о своих встречах с Космическими Братьями, которые не ограничились первичным контактом. Среди тех, кто добивался аудиенции у профессора, были королева Нидерландов Юлиана и, по слухам, папа римский Иоанн XXIII. Тем временем Космические Братья поддерживали связь, временами заглядывали в калифорнийское кафе, чтобы справиться о делах своего приятеля-землянина, и даже брали его с собой в путешествия в открытый космос, которые Адамски описал в другой своей книге, «Внутри космических кораблей» (1955).
Более поздние расследования были суровы к профессору: его знаменитый снимок НЛО фантастически похож на кормушку для кур и модель летающей тарелки, изображенную в технической статье, которая широко разошлась в начале 1952 года. Что в действительности произошло в тот день в пустыне, известно лишь Адамски и, может быть, Ортону, но время встречи было на редкость удачным — всего лишь через несколько месяцев после вашингтонской шумихи и ровно в тот момент, когда ЦРУ и Военно-воздушные силы США обсуждали, как разрядить ситуацию с тарелками.
Истории Адамски предоставили столь необходимый ответ на главный вопрос о летающих тарелках: нет, в них летали не злые русские, а миролюбивые венерианцы. Та часть НЛО-сообщества, которая тяготела к научному подходу (ее олицетворял Леон Дэвидсон, и влияние этой группы росло), высмеивала рассказы Адамски, зато более мистически настроенные люди скорее ему верили — а вместе с ними и население в целом. По мере того как слава Адамски росла, появлялось множество других «контактеров», и все они рассказывали похожие истории о дружелюбных Космических Братьях и веселых путешествиях в открытый космос.
Именно эти контактеры организовали первые крупные собрания любителей НЛО, причем таких масштабов, что наш съезд в Лафлине был бы посрамлен. На съездах вроде того, что многие годы проводился подле гигантского валуна в пустыне Мохаве[129] и был организован авиаинженером компании Douglas Aircraft Джорджем Ван Тасселом, тысячи верующих в НЛО могли услышать и поделиться всеми последними новостями и теориями на любимую тему. Наплыв контактеров задал новый тон отношению к феномену НЛО как общества, так и правительства. Появился новый образ НЛО-энтузиаста, совершенно не похожий на серьезных исследователей вроде Дэвидсона или Кихоу. Целеустремленный ученый, ищущий ответ на технологическую загадку, исчез бесследно; его место заняли чудаки, духовидцы и поехавшие.
С 1950-х годов ходили слухи, что Адамски и некоторые другие контактеры были вовлечены в игры спецслужб. Леон Дэвидсон связывался с Адамски вскоре после того, как тот предал огласке свой контакт; в течение следующих лет они обменялись несколькими письмами. Когда Дэвидсон спросил, было ли в Ортоне и его Космических Братьях что-то необычное, Адамски ответил, что тот «однозначно был человеком… постриги его и одень в деловой костюм вроде тех, что носят мужчины у нас, и он бы где угодно смешался с толпой».[130]
Дэвидсон закономерно почуял в истории о контактах Адамски с инопланетянами режиссерскую руку Аллена Даллеса. Последующие «путешествия» профессора в открытый космос, задокументированные во «Внутри космических кораблей», неизменно начинались с того, что Космические Братья приезжали за ним в черном «понтиаке» и отвозили в пустыню. Там Адамски поднимался на борт приземлившегося «разведывательного корабля», располагался в кресле и глядел на двух экранах, как мимо проносятся звезды (иллюминаторы корабля всегда оставались запечатанными), хотя и не чувствовал в полете «никакого движения». Во время путешествий на тех же экранах ему показывали «кинохронику» с Венеры, а Космические Братья выступали с лекциями на разные темы, при этом угощая Адамски напитками странных оттенков. Подозрительный Дэвидсон отметил, что в 1955 году в Диснейленде открылся аттракцион «Ракетой на Луну», в котором посетители благодаря рир-проекции[131] испытывали чувство полета в космос. Может, и космические странствия Адамски были созданы при помощи похожих голливудских спецэффектов? Да и что там намешали в напитках, которые ему наливали Космические Братья?
Кто бы ни стоял за приключениями Адамски, участие в его кружке серебрянорубашечника Джорджа Ханта Уильямсона и настойчивые слухи, что под личиной Королевского ордена Тибета скрывался самогонный бизнес времен сухого закона, обеспечили Адамски пристальное внимание со стороны ФБР — с самого начала карьеры. Яркая картина обрисована в отчете ФБР от сентября 1950 года. «Лично я считаю, — сказал Профессор агенту ФБР, — что у них там, возможно, коммунистический строй… За ним будущее, он просто более прогрессивный». Он также предсказал, что «СССР будет господствовать над миром, и тогда наконец-то настанет мир на тысячу лет». Он обратил внимание на то, что у Советов уже есть атомная бомба, и добавил:
В ближайшие двенадцать месяцев бомбы сбросят на Сан-Диего… Сегодня Соединенные Штаты вырождаются так же, как и Римская империя перед самым распадом, — и падут они точно так же. Правительство этой страны коррумпировано, а капиталисты порабощают бедных.[132]
Но не все контактеры были коммунистами: скажем, Орфео Ангелуччи, любимец Карла Юнга, как и Джордж Ван Тассел, работавший в аэрокосмической сфере, определенно занимали сторону США. «Коммунизм, этот фундаментальный враг планеты, скрывает под своей вывеской авангард объединенных сил зла… [он] есть необходимое зло и теперь существует на Земле так же, как и ядовитые твари, голод, болезни, катаклизмы — всё это зло отражает добро внутри человека и побуждает его к действию».[133]
Существуют убедительные доказательства, что ФБР следило за контактерами, но нам неизвестно, вдохновляли ли кого-то из них (или управляли ли ими) американские или советские власти. Леон Дэвидсон не сомневался, что ЦРУ «работали» с Адамски и его коллегами-путешественниками, и рассматривал их преимущественно мирный, антиядерный посыл как ключевой фактор укрепления международного движения за мир, которое достигло пика в 1958-м, когда США, Великобритания и Советский Союз на короткое время договорились о запрете ядерных испытаний. Что, если все это была часть замысла Аллена Даллеса?
Были ли Адамски и прочие контактеры марионетками ЦРУ или нет, так или иначе, они сумели претворить в жизнь одну из ключевых рекомендаций комиссии Робертсона, а именно: гарантировать, что тему НЛО нескоро начнут снова воспринимать всерьез. Стягиваясь косяками на свои съезды верующих в НЛО, они упрощали жизнь для наблюдателей из спецслужб, и эта традиция живет до сих пор.
Остров Мори по-бразильски
Для Адамски и таких, как он, контакты с пришельцами из космоса оборачивались проникновенным опытом, а полеты на их кораблях были несравненным удовольствием. Космические Братья источали благожелательность и мудрость в полном соответствии с интеллектуальным и технологическим совершенством их цивилизации, а людям-пассажирам следовало потом делиться этой мудростью со всем человечеством. Но что, если вместо космических проповедников вам бы повстречались внеземные изверги, которые похитили бы вас, накачали наркотиками и изнасиловали, всю дорогу фыркая и лая, словно перевозбужденные собаки? Ровно это и произошло с молодым бразильским фермером по имени Антонио Виллас-Боас в 1957 году.
Любопытным прологом к истории Виллас-Боаса можно считать события в Рио-де-Жанейро в сентябре того года. В своей популярной колонке для местной газеты
Будучи вашим преданным читателем и почитателем, я хотел бы передать вам кое-что, представляющее наивысший интерес для газетчика, это связано с летающими дисками… всего несколько дней назад… я рыбачил вместе с друзьями в местечке неподалеку от города Убатуба, штат Сан-Паулу, когда увидел летящий диск. На неимоверной скорости он приближался к берегу; казалось, он обязательно разобьется, упав в море. Но в последний момент, уже почти ударившись о водную гладь, диск вдруг резко поднялся вверх и стремительно набрал высоту, словно его подхватил некий фантастический импульс. Мы смотрели на это зрелище в ошеломлении, а потом увидели, как диск взорвался и запылал. Он распался на тысячи горящих осколков, которые падали вниз, испуская поразительно яркие искры… Большинство осколков, почти все, упали в море. Но несколько небольших осколков попали на берег, и мы собрали много этого материала — легкого, как бумага. Я прилагаю к письму небольшую его часть.[134]
Колонку прочитал доктор Олаво Фонтис, молодой и уважаемый врач, который затем станет вице-президентом Бразильского общества гастроэнтерологии и питания, прежде чем умереть от рака в 1968 году, не дожив и до сорока. Фонтиса поразили впечатляющие рассказы об НЛО над Бразилией в 1954-м, и, начав собственное расследование этих случаев, он присоединился к американской Организации по исследованию воздушных явлений (ОИВЯ), наблюдать за которой в начале 1957 года порекомендует комиссия Робертсона.
Узнав о крушении в Убатубе, Фонтис тут же связался с Суэдом и договорился провести анализ легкого металлического материала в Национальном департаменте добычи полезных ископаемых бразильского министерства сельского хозяйства. При посредничестве американского посольства образцы также отправили Военно-воздушным силам США. Материал оказался магнием, причем в одних образцах на редкость чистым, тогда как в других в нем содержались необычные частицы — впрочем, их без труда можно было добавить.[135]
Расследование попало в федеральные новости, сделало Фонтиса крупнейшим уфологом Бразилии и подтолкнуло его уже к собственному странному контакту. В феврале 1958-го к Фонтису заявились два офицера разведки бразильского Военно-морского министерства, желавшие обсудить с ним материалы из Убатубы. Начали они с того, что предостерегли не совать нос в дела, «его не касающиеся», а затем рассказали ему все, что сами знали об укрывательстве НЛО. Правительства стран мира, по их словам, находятся в курсе инопланетного присутствия на Земле и делают все, чтобы сохранить его в тайне. Уже шесть летающих тарелок размерами от девяти до тридцати метров в диаметре потерпели крушение: три из них в Штатах (две остались в хорошем состоянии), одна в Великобритании, еще по одной в Сахаре и Скандинавии. Во всех кораблях были обнаружены тела низкорослых гуманоидов, ни один из которых не выжил. Путем обратного проектирования ученые пытаются, пока безуспешно, исследовать эти тарелки, по-видимому, работавшие на мощных вращающихся электромагнитных полях с атомным компонентом. Сами пассажиры НЛО не проявили никакого интереса к установлению отношений с человечеством и теперь считались исключительно враждебными существами: они уже уничтожили несколько самолетов, преследовавших их. Фонтиса предупредили: вопрос НЛО держат в секретности — даже президент Бразилии ничего не знает. Режим секретности настолько строгий, что уже нескольких исследователей и очевидцев пришлось устранить, чтобы избежать утечки информации.[136]
Визит сбил Фонтиса с толку, но не сломил. Возможно, он даже задался теми же вопросами, что и мы: почему откровения представителей ВМС по вопросу настолько засекреченному, что даже президент ничего не знает, уже публиковались в популярных книжках и журналах? И зачем было все это рассказывать Фонтису, который тут же поделился всем с Корал и Джимом Лоренценами, главами ОИВЯ, подтвердив тем самым схожие слухи из других источников? Может, кто-то
Нулевой похищенный
Поразительное, если не зловещее совпадение:
16 октября 1957 года, меньше чем через две недели после запуска «Спутника-1», первого в истории искусственного объекта в космосе, Антонио Виллас-Боаса захватили инопланетяне. 23-летний фермер вспахивал принадлежавшие его семье поля неподалеку от Сан-Франсиску-ди-Салиса на берегу реки Рио-Гранде в юго-восточном бразильском штате Минас-Жерайс. Работал он в одиночку, ночью, когда солнце уже не палило, и от этого Антонио было не по себе.
За две ночи до этого Антонио и его брат Жуан вместе работали на тех же полях, когда их вдруг ошеломил сгусток резкого красного света. Столь яркий, что глаза болели, он временами испускал ослепительные вспышки, «словно заходящее солнце». Каждый раз, когда они пытались приблизиться к источнику света, тот отлетал прочь, а потом внезапно исчез, как будто «его выключили».
В час ночи 16 октября красный свет вернулся, «осветив трактор и землю вокруг него так ярко, будто наступил день». Спустя какие-то мгновения источник света приземлился — метрах в сорока пяти от побережья Рио-Гранде. В ту же секунду бензиновый двигатель трактора заглох, а фары погасли.
«Странная машина, — рассказывал Виллас-Боас Фонтису. — Довольно скругленной формы, на ней мерцали маленькие багряные огоньки, а впереди — громадный красный носовой огонь… [она была] как большое вытянутое яйцо… В ее верхней части что-то крутилось на высокой скорости, источая тот мощный флюоресцирующий красноватый свет». На следующий день Виллас-Боас замерил треногую отметину, оставшуюся от корабля, — получилось примерно одиннадцать метров в длину и семь в ширину в самой широкой точке.[138]
Когда летательный аппарат приземлился, Виллас-Боас попытался убежать, но его грубо схватил некто низкорослый и сильный в «необычном костюме». Следом появились три существа ростом повыше и отнесли его на борт своего корабля, затолкав его сперва на железную лестницу, а затем через откидной люк. Виллас-Боас в подробностях рассказал об одежде этих существ: серые комбинезоны с черными полосами; на головах матерчатые шлемы с металлическими накладками, включая треугольную на носу, между двумя глазными линзами. Кверху шлемы вытягивались, в высоту почти в два раза превосходя обыкновенную человеческую голову, — видимо, у них были очень высокие лбы (как и у друга Адамски Ортона), а от макушки к спине комбинезона тянулись серебристые трубки. Похитители носили жесткие пятипалые перчатки, резиновые ботинки на толстой подошве и по одному круглому красному отражателю на груди, размером с ананасовую дольку.
Звучит всё это весьма низкобюджетно, словно сцены из сериала про Бака Роджерса[139] или, чего уж там, «Дня, когда остановилась Земля». Интерьер корабля также соответствовал представлениям о будущем образца 1950-х: всё круглое, белое, ярко освещенное и безликое, из мебели — только металлический стол и вращающиеся стулья, привинченные к полу. По потолку тянулось кольцо квадратных флуоресцентных ламп.
Переговариваясь между собой гортанным лаем и взвизгиванием, гуманоиды раздели пленника, протерли его мокрой губкой и отвели в комнату с большой мягкой постелью с серой простыней. Под его подбородок поместили устройство, похожее на медицинскую банку, в которую собирают кровь, после чего пленника оставили одного. Из отверстий в стенах пополз серый дым, заполнивший всю комнату, от которого Виллас-Боаса чуть не стошнило, но тут в дверном проеме появилась невысокая, невероятно красивая и совершенно обнаженная женщина. Она выглядела как человек, хотя черты ее лица казались необычно заостренными. Разделенные пробором волосы были очень светлыми, почти белыми, а лобок — ярко-рыжим. Глаза женщины были «большими и голубыми, скорее удлиненными, чем круглыми, и раскосыми, как у тех девушек, которые раскрашиваются на манер арабских принцесс».[140]
Женщина принялась тереться о Виллас-Боаса, вызывая у него неудержимое возбуждение. Одно привело к другому… «Это был нормальный половой акт, — говорил позже Виллас-Боас, — и вела она себя так же, как любая другая женщина». Свое возбуждение фермер списал на ту жидкость, которой похитители обтерли его тело, хотя можно задаться вопросом, был ли вообще необходим афродизиак в данных обстоятельствах. Когда они закончили, женщина улыбнулась, указала на свой живот, а затем на небо, из чего Виллас-Боас сделал вывод, что у нее родится ребенок-гибрид.
Пришельцы дали Виллас-Боасу одеться, после чего вывели из корабля, дали рассмотреть, как он выглядел снаружи, и сообщили, что пора прощаться. Потрясенный фермер, еле стоя на ногах, наблюдал, как корабль со свистом взлетел; его огни сияли разными цветами, пока наконец не стали красными, вращающийся элемент раскручивался все быстрее, и вот аппарат медленно оторвался от земли, а три его ноги сложились и исчезли в его чреве. С громким жужжанием поднявшись на высоту тридцати метров, он внезапно пулей рванул вверх и исчез в воздухе. Молодой фермер остался впечатлен до глубины души. «Эти ребята свое дело явно знают», — сказал он доктору Фонтису. Он также выразил убеждение, что это были люди, хоть, возможно, и с другой планеты.
На часах было 5:30 утра; весь инцидент продлился около четырех часов. Когда Виллас-Боас попытался завести трактор, то оказалось, что он все еще отказывается работать. Из аккумулятора выдернули провода — не очень-то высокотехнологично, но действенно с точки зрения предотвращения побега. Фермер побрел домой. Его сестра потом вспоминала, что его рвало желтой жидкостью, а на подбородке остались темные кровоподтеки. Следующие несколько недель Антонио мучили различные боли, раздражение глаз и всяческие сыпи.
Вскоре после происшествия он написал Жуану Мартинсу, редактору популярного журнала
И что же это было? Действительно ли Антонио Виллас-Боаса похитили озабоченные пришельцы? А может, все это ему приснилось или привиделось — допустим, он попросту отрубился, чем объяснялись бы кровоподтеки на подбородке? Это вполне в рамках нормальной человеческой психологии: он и его брат в том же месяце наблюдали красный свет в небе, а в газетах всплывали сообщения о наблюдениях НЛО; может, это и вдохновило Антонио на фантазию о пришельцах? Однако есть и другая возможность — правда, она может показаться такой же абсурдной, как и реальное похищение инопланетянами.
Машина по промыванию мозгов
До самой своей смерти в 1999 году в Фэрфаксе, штат Вирджиния, Боско Неделкович работал переводчиком в Межамериканском военном колледже, где обучаются будущие лидеры латиноамериканских наций. В 1978 году этот югославский эмигрант поведал исследователю НЛО Ричу Рейнольдсу, что в 1950-е и 1960-е ЦРУ намеренно инсценировали инциденты с НЛО по всему миру в ходе программы под названием «Операция „Мираж“». Мало того, Неделкович, с 1956-го по 1963-й сотрудничавший с ЦРУ в Латинской Америке под прикрытием работы в Агентстве США по международному развитию (АМР), сам присутствовал при некоторых из этих постановочных происшествий. Похищение Виллас-Боаса было одним из них.[141]
Неделкович утверждал, что в середине октября 1957-го он, в составе вертолетного отряда, проводил психологические операции и испытания психоактивных веществ в бразильском штате Минас-Жерайс. В команду кроме него входили два других сотрудника ЦРУ, врач, два офицера ВМС — американец и бразилец, — а также летный экипаж из трех человек. На борту находились разнообразные электронные приборы, а также металлическая «ячейка» длиной около полутора метров и меньше метра шириной. Неделковичу не говорили, зачем она нужна, — только то, что военные используют ее в психологических операциях.[142]
Сначала команда летала вокруг оперативной базы в Уберабе примерно в 240 километрах от Сан-Франсиску-ди-Салиса, испытывая электронное оборудование. Через несколько дней они пролетели вдоль Рио-Гранде, проводя очередную ночную разведку. Используя теплочувствительные камеры, они зафиксировали на земле одинокую фигуру. Вертолет снизился на высоту 60 метров, распылив аэрозольное седативное средство. Экипаж приземлился, и человек побежал прочь. За ним бросились три оперативника ЦРУ, схватили и затащили в вертолет, по пути впечатав подбородком в пол салона. Неделкович ничего не сказал о том, что с фермером делали на борту, лишь упомянул, что несколько часов спустя его оставили рядом с трактором — все еще без сознания.[143]
Был ли это Антонио Виллас-Боас? Многие детали рассказа Неделковича соотносятся с историей фермера: например, время, местность, погодные условия и кровоподтеки на подбородке у жертвы. К тому же многие элементы из рассказа Виллас-Боаса, такие как костюмы похитителей, выглядят скорее человеческими, чем инопланетными. Да и их летательный аппарат по описанию вполне напоминает вертолет, который модифицировало то ли воображение фермера, то искусный редизайн в научно-фантастическом стиле: вид НЛО ему могло придать необычное количество цветных и белых огоньков, а лопасти несущего винта могли сойти за «вращающийся» купол. С другой стороны, крупный вертолет — очень шумный аппарат, и в 1957 еще оставались годы до того, как «тихие» вертолеты начнут эксплуатировать в полевых условиях. Даже поздно ночью и в такой глуши кто-нибудь наверняка все же услышал звук вертушки, весьма необычный для сельской Бразилии того времени.
Многие другие обстоятельства рассказа тоже звучат правдоподобно. К моменту, когда с Виллас-Боасом произошел этот странный инцидент, ЦРУ, как и американские войска, крепко обосновалось в Бразилии и по всей Латинской Америке и пристально следило, куда вырулит политическая ситуация в регионе. Бразильский вопрос считался особенно деликатным; эта страна с ее обширной территорией, существенными природными ресурсами и близостью к США могла стать лакомой целью советской экспансии. Предельного накала ситуация достигнет в 1964-м, когда ЦРУ примет участие в военном перевороте с целью свержения президента Жуана Гуларта — а на смену ему придет жестокая хунта, удерживавшая власть еще два десятка лет.
В 1957 году ЦРУ также вовсю занималось своей программой МК-ULTRA, исследовавшей техники изменения сознания и поведения с помощью наркотиков, хирургического и технологического вмешательства. Агенты экспериментировали и с психоактивными веществами: галлюциногенами, седативными, стимулирующими, психомиметическими и прочими средствами, — причем нередко подопытные даже не подозревали, что стали участниками таких экспериментов. Стало бы ЦРУ проводить часть своих испытаний за пределами США, то есть вне собственной юрисдикции? Несомненно. Юрисдикция ЦРУ в те годы распространялась на весь белый свет.
Во время и после похищения Виллас-Боас неоднократно чувствовал тошноту, а также испытывал неприятные физиологические проявления, которые, по мнению Фонтиса, были связаны с воздействием радиации. Могла ли загадочная «ячейка» внутри вертолета, описанная Неделковичем, быть частью незаконных испытаний воздействия радиации? Хотя Неделкович не рассказывал, что он и команда носили во время вылетов, то, как Виллас-Боас описывал одежду и шлемы его похитителей, напоминает противорадиационные костюмы.
Поделиться книгой: