Античные битвы. Том I

Я их постоянно путаю с фракийцами. Фракийцы тоже очень дерзкие, четкие и необузданные, но они вот из этого пятна:

К тому же фракийцы это легкая и средняя пехота, а фессалийцы это кавалерия.

Кавалерия, это которые на коняшках.

Стоп, стоп, скажет любопытный читатель, а что они делают тут, а где Афиняне там всякие?

О, это наполненная греческим колоритом история, с сексом, убийствами и без женщин. Общество было у греков таким патриархальным, что даже понятие любовь, по отношению к женщине, не употреблялось. Отсюда можно делать далеко идущие выводы, но не стоит — понятие мужской любви, подразумевало крепкую мужскую дружбу и преданность.

Вообще последнее время гейские темы постоянно всплывают в около исторической литературе, и геями оказываются самые неожиданные личности, начиная от Леонарда нашего Да Винчи, и заканчивая такими внезапными людьми как Альберт их Эйнштейн. А уж культура древней Греции, с их пинусами нараспашку, так и вовсе никак этого проскочить не могла.

Правда же в том, что греки, как все нормальные люди, относились к извращениям с юмором, но спокойно. Разумеется, проявлений этого на улице не любили. До парадов точно дело не доходило.

Бабы запертые дома могли ходить тока в церковь и не чаще трёх раз в месяц, поэтому изменяли они наспех, хоть и с огоньком. Но жёны аристократичных гоплитов всё же были нужны именно как производители детей, ну и хозяйством управляли, и потому утончённым грекам и приходилось искать себе компанию среди других начитанных мужчин, особенно по пятницам. Были ещё гетеры, но они деньги брали.

И все было бы хорошо, но случилось так, что в то время был в Афинах тиран, Писистрат. Слово тиран именно в Афинах носило скорее положительный оттенок на тот момент, и Писистрат, несмотря на имя, этому способствовал.

Он пошёл простым путём — придя к власти, разогнал олигархов. Не всех, а самых наглых. В числе прочих — род Алкмеонидов, запомните, они ещё вернутся. В общем, жил Писистрат, жил, да и умер. Во главе Афин, после кроооохотной такой резни, встали сыновья Писистрата — хитрый Гиппий и умный Гиппарх. И надо сказать, в отличие от русских князей например, друг дружку не резали, а жили хорошо. Гиппий был по дипломатической части больше, и баб большой любитель, а Гиппарх всё больше по экономике да градоустройству убивался. Долго ли коротко они правили, да время пришло инвестиции в страну звать. Тут то братья и вспомнили про Алкемеонидов. От которых остался один Клисфен, который других передушил. Но деньги нужны, проекты были великанские — расселение, соцпрограммы разные.

В народе братьев любили — много добра делали, опять же колонии в богатом Египте выбили, пособия всякие, а главное земля. Гоплиты, сиречь граждане — ценили. Братья Писистратовичи добивались многого без войн, но с выгодой. Торговля, ремёсла, город хорошел. А богатейшие граждане, которые олигархи нелюстрированые, братьев ненавидели. Потому как те трясли с них и землю, и зерном спекулировать не давали, и вообще.

Но только с появлением Клисфена, всё это оформилось в какую-то оппозицию. Начали с малого — понанимали всякое отребье стены в людных местах похабщиной исписывать. Придумывать особо ничего не стали, а упирали на то, что братья не той ориентации, в смысле секса. Ну, больше особо обвинить не в чем — воруют в меру, о людях заботятся.

Короче недовольства не случилось. Тогда Клисфен пошёл другим путём, и организовал майдан. Зависимые от олигархов гоплиты в большинстве своём остались в стороне, а нанятые убийцы добрались до умного Гиппарха, но обломились с хитрым Гиппием. Гиппий воспользовался случаем, и зачистил Афины от всякого сброда, заодно много хорошего конфисковал. Но Клисфен Алкмеонид сбежал. Деньги подлец, в офшоры вывел, и сбежал на личной яхте.

Воспользовался конфискованным Гиппий с умом — склады пуль для пращи организовал, церквушку новую отгрохал. Ну и стены вокруг Афин, от греха. Но главное — программу по переселению. Каждому нищему афинянину — гектар годной земли в курортных зонах причерноморья, подъёмные в виде зерна и 5−6 хороших рабов. И не на пустое место посылал — места выбирал живописные, с бухтой удобной, со скалой отвесной. На скале укрепления, под скалой — домики для бедняков афинских. В общем молодец мужик, о людях думал.

Клисфен Алкмеонид однако тоже не сидел без дела. В общем, по всему видать, не любил он тиранов. Он и сам об этом везде говорил, только его мало кто слушал.

Тут он вернулся к любимой теме про отклонения — и дескать умного Гиппарха убил не кто-то там, а любовник какого-то пацана к которому старик приставал, Клисфен вообще не виноват. Да и Гиппий тоже, говорят, из этих…

Афиняне отнеслись к этому спокойно. «Ну даже пусть Гиппий и гей» — думали они, — «Лишь бы он не был таким пид…сом как Клисфен!»

Клисфен обиделся на всех Афинян. И решил, что демократическая оппозиция нуждается во вливании добровольцев из вне. Для свержения тирании и восстановления демократии лучше всего подходило самое демократическое государство всех времён — Спарта. Но там начались сложности. Он договорился с одним царём, но в Спарте их два. Он договорился с другим — первый просит ещё откаты. Клисфен почувствовал, что его разводят как варвара.

И тут он вспомнил о СМИ. Дельфийский оракул в Дельфах — хорошая, нужная вещь. Все греки туда приходили прогноз погоды послушать, гороскоп узнать. Ну и по случаю вопросы задавали — надо ли войну начинать. Стоит ли колонию основывать. Вот этого-то оракула Клисфен и купил. Ну, так по крайней мере Геродот думал. Не знаю кто такой Геродот, но имя раскрученное, так что мнение солидное.

В общем и три года не прошло после того как Клисфена с Афин выперли, как оракул начал Спартанцам странное говорить. Его предсказания и до этого прозрачностью не отличались, но с определённого момента вообще всякую связь с реальностью потеряли.

Ну то есть приходишь ты из Спарты, за советом, что лучше посадить в этом году, пшеницу али рожь. С тебя дары на свечки стрясли, ты стилус достал, записывать, а пифия корчится, падает в конвульсиях, шепчет на ухо жрецу последние слова и умирает. Ты стоишь, красный такой — ну неприятно же, и люди из очереди с неодобрением смотрят, задерживаешь всех. А тут ещё жрец начинает какую-то дичь втирать про тиранию в Афинах. И так раз за разом.

А Спартанцы люди простые. Раз оракул сказал освободить, значит надо пойти поубивать там всех. Цари покочевряжились, да начали готовиться. С Клисфена всё таки серебренных на корабли стрясли, доплыли почти до самых Афин, высадились в Фалерской бухте, которая прям посередине Фалерской долины, ну так совпало. А их там Гиппий ждёт. Точнее его фессалийский союзник. Армии у Гиппия мало — гоплиты не надёжны, легкая пехота из бедняков за него горой, но против гоплитов не стоит. Спрятался Писистратович за стенами. Ну а фессалийцы решили съездить, на спартанцев посмотреть. Под командованием царя Кинеея из Кония, вот его аватарка:

(На самом деле это Севт III, вассал Александра Македонского, но давайте будем честны — никто не заметит разницы.)

Исход встречи ни у кого не вызывает сомнений — спартанцы победят. Потому что во-первых, все видели тот фильм, во-вторых ДЫЗ ИЗ СПАРТААА, а в-третьих все в Греции знают, что пеший лучше конного. До нас сохранились трактаты по военному искусству, где авторитетные люди — спартанцы к тому же — уверенно говорят, что преимущество всадника только в том, что ему легче убегать. И обосновывают это тем, что конному некуда упираться, а пеший упирается в землю ногами. И в этом есть смысл, ибо в то время не было стремян.

Есть свидетельства, что конницу в бою часто сопровождала легкая пехота, и люди беспокоились больше за то, что в бою отстанет конница от пехоты, а не наоборот.

Да что там говорить — даже лошади и те были совсем не те.

Почти единственный сохранившийся до наших времён живой реликт — исландская лошадь. Это порода лошадей брутальных викингов, неизменная примерно с 900-х годов нашей эры.

Высота в холке — 130—145 см. Вес — 380—410 кг.

Сейчас есть собаки такого роста.

Итак, всадник не мог нанести таранный удар копьём, но мог метнуть копьё или дротик, и ускакать на своей собаке прочь. Мог ударить копьём или мечом сверху. Да вот пожалуй и всё. Хотя, конечно, если тебя угораздило родиться саком — ты прямо с рождения умеешь стрелять из лука и скакать верхом — то тогда конница становится инструментом завоевания господства. Но и тогда этим инструментом ещё надо уметь пользоваться.

Поэтому спартанцы увидели фессалийскую конницу, очень обрадовались, наспех построились в фалангу и кинулись к ней. Фессалийцы сначала вели себя как нормальные варвары — обкидывали носителей свободы издалека дротикам и кричали обидные слова. Спартанцы раззадорились и немного увлеклись. В фаланге появились слабые места, она потеряла монолитность. Цитирую источник «Многие воины, спеша показать свою храбрость до того как фессалийцы убегут, покидали свой строй в попытке догнать конницу».

И тут фессалийцы, внезапно, согласованно развернулись и ударили в строй гоплитов. Спартанцы не дрогнули, и сражались уверенно и умело.

Фессалийцы буквально расшвыряли фалангу, сбивая людей с ног своими неприлично агрессивными конями. Спартанцы смогли сплотиться, и держались даже когда их союзников размотали кровавыми ошмётками по всей долине. Но фессалийцы окружив их строй со всех сторон, просто выбивали то одного, то другого. И только когда одного из их царей убили, спартанцы решились отступить к кораблям.

Это было поражение, и поражение сокрушительное.

Забегая вперёд скажу, что спартанцы позже дали матч реванш, но теперь приняли удар фессалийской конницы стоя на месте. Фессалийцы потеряли сорок всадников, обиделись на всех и ушли домой, что очень плохо закончилось для Гиппия, впрочем это уже другая история.

Суть же в том, что при кажущейся слабости конницы того периода, в сравнении с более поздними образцами, важность её, и опасность при умелом применении недооценивать не стоит.

Когда в следующий раз народное собрание доверит вам управление армией, следите за плотностью рядов, обеспечивайте безопасность тыла и флангов, ибо атака конницы по этим местам губительна для любого отряда.

И не забудьте нанять фессалийскую конницу.

Глава 4

Греческие скрепы

Давайте несколько обозначим временные рамки. В истории конкретно Древней Греции (для других регионов периодизация слегка отличаются) историки для удобства ввели четыре периода, которые заметно между собой отличаются.

1) гомеровский, или предполисный, период — ХI—IХ вв. до н. э. — эпоха существования родового строя — отельно я рассматривать его не буду, просто ничего о битвах не известно.

2) архаический период — VIII—VIвв. до н. э. — возникновение античной цивилизации, формирование греческого полиса; распространение полисного устройства государства по всему Средиземноморью. Именно к этому моменту можно отнести некоторые эпохальные произведения, например «Илиаду», но опять же данных мало, так что коснусь лишь слегка.

3) классический период–?—IVвв. до н. э.– расцвет античной цивилизации и греческого классического полиса. Именно тут мы будем воевать вместе с греками против персов и друг друга.

4) эллинистический период — конец IV—I в. до н. э. — покорение персидской державы Александром Македонским и слияние на обширных пространствах Восточного Средиземноморья античного мира с цивилизациями Древнего Востока; завоевание эллинистических государств Римом на западе и Парфией — на востоке. И мы разумеется обязательно поучаствуем с Саней Макендонским в его походах, и кто знает, может даже немного попляшем с Диадохами на его костях.

Но перед этим всем хочется понять мысли и чувства этих древних греков. Как ни странно, такая возможность у нас есть. В источниках, как в личных письмах так и в официальных воззваниях, греки очень часто упоминают знакомых и нам героев. Супергероев, я бы сказал. Причем, в отличии от современных супергероев, это прямо таки образец для подражания, персонажи которые без всяких шуток работают моделью для поведения. Сотни лет, самые разные люди повторяют:

«И тут я разъярился, как Ахилл», или «Очканул как Гектор». Что, и вам знакомы эти имена? Они вам знакомы потому, что полтысячи лет как минимум, греки буквально влезали в эти трафареты, стараясь им соответствовать.

Троянская война была примерно за тысячу двести лет до того как родился Иисус. Потом случился так называемый «Коллапс бронзового века», когда рухнуло все, в том числе и крито-микенская цивилизация. Откат был чудовищным — не только гибель городов и или торговых связей, а просто все рухнуло. В отличии от, например, падения Римской Империи, люди деградировали настолько, что даже письменность забыли. Потом наступили действительно тёмные века (XI—IX вв. до н. э.), и тогда появились бродячие певцы, которые пели истории. Одним из них был Гомер (не Симпсон!), живший в 850−750 годах до нашей эры. Еще лет через триста его песни записали, некоторые из записанных до нас дошли, это и есть Илиада. Поэтому, прямо уж историческим произведением, её назвать сложно. Но то, что это действительно седая древность — бесспорно.

На картинке тонкая хохма для ценителей, многие не поймут. Собственно, я тоже ничего не понял, но к счастью я знаю уникальную технику познания вселенной — «гуглинг». Спешу поделиться.

На картинке примерно показаны, как выглядели герои Гомера в свое время. Во времена Гомера доспехи были другие)

Что я знаю об Илиаде? Что-то там про пятку Ахила, который соображал с собутыльниками на Трою. Ну, и то, это в основном из фильма с Бредом Питом.

Выяснилось: Осада Трои (городка на территории современной Турции) это лишь часть Илиады.

«Илиада» — штука знаменитая, в России одним из первых, кто начал ее переводить был не кто ни будь, а сам Ломоносов. Да и вообще, «Илиада» чтиво которое пришлось по вкусу множеству людей, на протяжении буквально тысячелетий. В какой то момент считалось, что без неё образование человека не полное. В элитных школах Европы, она до сих пор обязательна к изучению. В том смысле, что её наизусть учат. На древнегреческом.

На картинке ниже гражданский костюм крито-микенской цивилизации. Я в самом деле огорчен утратой этой культуры.

Так вот, Диомед, внезапно, один из центральных персонажей Илиады. Собственно практически полностью ему посвящена пара томов. Все эти пяточные уязвимости Ахила, сиськи Елены и даже божье прикрытие Энея — большей частью пафосные декорации для истории о Диомеде. Это как если бы в рассказах об книжном цикле «Игра Престолов», нас забыли просвятить о Тирионе.

Чем Диомед выделяется? Своей заурядностью. Вернее сказать, человечностью. В Илиаде можно плюнуть в любого персонажа, и попасть в сына или внука бога. Любой правитель самого задрипанного острова, мимо которого плывут греки, имеет божественную генеалогию, о которой Гомер, автор Илиады, обязательно расскажет. Даже всякие второстепенные персонажи, роль которых сведена к массовке (в смысле их называют по имени когда убивают) — и те имеют божественных предков.

Вот например парочка, упоминаемая буквально в одном месте:

"Все сильнее теснили греков троянцы. Пал в бою юный сын Геракла, Тлиполем, сраженный копьем сына Зевса Сарпедона. Но и Сарпедон был ранен Тлиполемом в бедро. С трудом вынесли из битвы друзья Сарпедона, не успев извлечь из его раны копья. Увидав проходящего Гектора, стал молить его Сарпедон наголову разбить греков.'

Не откажу себе в удовольствии вставить кусочек из перевода Вересаева:

" Гектора сердце глубоко кольнули слова Сарпедона.

Вмиг со своей колесницы в доспехах он спрыгнул на землю,

Острые копья колебля, пошел по широкому войску,

Всех возбуждая на бой. И возжег жесточайшую сечу.

Оборотившись назад, на ахейцев они налетели.

Те же, сомкнувши ряды, дожидались врагов не робея."

А вот у Диомеда таких родственников нет. Внук внука Ареса. Фактически — жалкий человечишка. Но это не помешало ему собрать третий по численности флот, для участия в походе. Мало того, Диомед с самого начала проявил себя пугающе эффективным юнитом. По мере прокачки он постепенно обрастал умениями, воинами и артефактами. При этом он далеко не был агрессивным гопником, (то есть воином) как Ахил. Например, он залутал доспехи сделанные самим Гефестом, чисто через прокаченное «общение».

Доспехи, кстати, были заметны издалека, Гомер их описывает как «озаренные сияющим пламенем».

Это делает его заметным, но выделяет его на фоне других персонажей другое. Личные фраги. Именных юнитов Диомед набил порядка 20, что не является рекордом. Но в чем он эксперт, так это в спорах с богами.

Собственно Диомед единственный, кто нападал на «бессмертных».

Наградные лычки «за рукопашную с богом» он бы мог получить раз пять.

Минимум дважды он их (богов) достал. Сначала он подранил Энея, которого почему то многие Боги очень любили (сын Афродиты, как никак), естественно мама прибежала выручать корзиночку, но Диомед статуса не испугался. А потом схватился с Аполлоном. Вот кратко:

"Увидя на колеснице двух знаменитых героев, Энея и Пандара, стал советовать Диомеду друг его Сфенел уклониться от борьбы с такими героями. Но с негодованием отверг этот совет могучий герой. Быстро приближалась к Диомеду колесница Энея. Взмахнул копьем Пандар и бросил им в щит Диомеда. Пробило щит копье и ударилось в броню, но броня защитила Диомеда. А Пандар уже ликовал, думая, что насмерть ранил сына Тидея. Метнул свое копье Диомед. Свалился с колесницы мертвым Пандар. Быстро соскочил на землю Эней. Прикрывшись щитом, с громадным копьем в руках, он приготовился защищать труп Пандара. Диомед же схватил громадный камень, который не подняли бы и два человека, и одной рукой бросил его со страшной силой в Энея и попал ему в бедро. Упал на колени Эней и наверно погиб бы, если бы не поспела на помощь ему мать его, богиня Афродита. Она укрыла своей одеждой Энея и хотела унести его с поля битвы.

Бросился к богине Диомед и ранил ее своим тяжелым копьем в нежную руку. Громко вскрикнула богиня и выпустила из своих объятий Энея. Но бог Аполлон покрыл его черным облаком. Диомед же грозно крикнул богине Афродите:

— Скройся, дочь Зевса! Покинь кровавую битву! Разве не довольно тебе того, что ты обольщаешь слабых женщин!

Покинула богиня любви бранное поле, а Диомед опять напал на Энея. Три раза нападал на него сын Тидея, и три раза отражал его Аполлон. Когда же в четвертый раз напал на Энея Диомед, грозно крикнул ему Аполлон:

— Опомнись, сын Тидея! Отступи и не осмеливайся нападать на бессмертных! Никогда не будут боги равны по силам смертным!

Устрашился Диомед, услыхав голос грозного бога Аполлона, и отступил. Аполлон же перенес Энея в свой храм в Трое. Там исцелили Энея богиня Лета и сестра Алоллона, богиня Артемида, на поле же битвы Аполлон сотворил призрак Энея, и вокруг этого призрака закипел упорный бой."

В общем вполне себе боевое эпическое фентези.

Раздача мастерских лещей Диомеду не проходит даром, его периодически ранят. Но, сцуко, не лечат. Правда Афина помогает ему бафами (+10 к силе, −25% урон от стрел).

Тут то на ахейцев и выпускают Ареса.

Арес — бог войны, это так-то все знают. Но если строго по канону, то он не совсем бог войны. Это бог кровавой резни, бог жестоких убийств. Ярость, безумие и ненависть — вот что любит Арес. И старается это везде распространить. Афина-Паллада его противоположность, она богиня разумной войны. Стратегия, тактика — все эти женщины в свите Афины. Они с Аресом друг друга слегка недолюбливают. Ну как слегка… Окажись мы между ними нас бы на куски разорвало.

Арес за троянцев. Что, автоматически делает Афину за ахейцев. Но не все так просто. В Трое стоит храм Афины, в котором, в свою очередь, стоит палладиум. Есть металл, палладий, но это не он. Палладиум в Трое — трогательная статуэтка посвященная Афине. Внимание крипота — эта штуковина выточена из костей Пелопса. Пелопс — самый умный из людей, который любим богами. Был.

Каким боком все это касается Афины — не знаю, о Палладиуме информации очень мало, и вообще с такими штуками все сложно. Например Афина, внезапно, свой собственный оберег не может превзойти. Более того, Троя неуязвима, пока в ней Палладий. Несмотря на то, что само божество прямо настроено против Троянцев, они, с помощью этого загадочного Палладия, в состоянии влиять на ее действия.

К счастью, не безызвестный Одиссей, с уже известным вам Диомедом, выкрадывают Палладий из Трои. Причем это не прославленный хитрец Одиссей-затейник, играет первую роль. Нет, это Диомед прихватил с собой опытного подлеца, на квест со скрытностью и диалогами. Организатор диверсии — сама Афина, следуя очевидно понятной логике древних греков, (и абсолютно невнятной для меня) она стоит за прямым святотатством по отношению к своему храму в Трое.

Но Палладий будет украден после.

Сейчас идет битва у стен Трои, и на поле боя появляется Арес. И он убивает, против обыкновения, не всех подряд, а в основном пришлых греков.

Что такое Арес? Помимо божественной жестокости, и хтонической кровожадности, этот обаятельный персонаж, как правило передвигается на колеснице, запряженной огромными волками. Его окружает его свита, самые ужасные из которой, сыновья Ареса — Фобос и Деймос. Ужасны в прямом смысле — от близнецов исходит аура, которая внушает ужас. Именно аура, типа урона по площади — как ни странно, но это разработчики современных игрушек, изначально черпали вдохновение в древних мифах, а не наоборот.

И так, пока Фобос и Деймос тусят с батей к нему не подступиться. Самые храбрые воины цепенеют от страха, роняют на землю оружие, и не могут пошевелится, пока Арес убивает их странными способами. Еще рядом присутствовали всякие другие жуткие существа.