ДИКИЙ ВОЛК(Сборник НФ)

После того, как она ушла, я немного постоял, оглядывая ряды стеллажей с книгами, и собственные проблемы стали овладевать моими мыслями. Я подумал о большом двуручном мече, хранящемся в моей квартире, и о кольчуге, висящей в шкафу вместе с большим боевым шлемом. Я нашел этот меч в древнем шотландском захоронении еще тогда, когда был студентом и изучал археологию, и с тех пор он был моей самой большой драгоценностью. Я ненавижу мир, в котором живу, и мечтаю о том мире, где я мог бы одевать эту кольчугу и носить этот меч. Мир, где враги честно относятся друг к другу, стоят в битве лицом к лицу, где борются мечом против меча и заклинанием против заклинания. Я ненавижу этот мир с его автомобилями, самолетами, атомными бомбами и нервно-паралитическими газами. Я возненавидел его с детских лет, когда впервые понял, каков он. И с удовольствием обменял бы его, если бы мне предложили, на любой другой, а в особенности на Лохлэнн, где управляет магия, действуют заклинания.

Но других миров нет, есть только этот больной мир. Только этот, и мне нужно работать, чтобы получать деньги. Мне нужно расследовать историю, рассказанную мне Морган Лейси, но завершать расследование мне будет очень жаль, ведь все это превратится в чью-то игру ума и растает, как башни и дворцы Фата Моргана. А мне снова придется продавать книги и предметы ритуала, остерегаться автомобилей и добиваться благосклонности девушек типа Пегги О’Ши.

Воспоминание о Пегги напомнило о человеке со шлемовидной головой, пытавшемся заполучить мои волосы. Да, это открывало интересную перспективу… Но кто же мог подослать его?

Глава 3

В своем расследовании дела Морган Лейси в течение нескольких следующих дней я не сделал существенных открытий, хотя оббегал весь город и обзвонил всех астрологов и знахарей. Я посетил пульт Мазды и говорил с самим образом Мазды. Он ничего не смог мне сообщить, несмотря на свою божественную репутацию. Я позвонил главе местного союза ведьм, который знал меня и относился ко мне с доверием.

— Есть что-нибудь новое? — спросил я, услышав в трубке его голос.

— В дамском белье? Ничего. А что?

— Вы же знаете, что я имею в виду другое.

— А что вас интересует?

— Что-нибудь новое в городе. Три человека, которые прибыли сюда недавно… Пара, одетая как хиппи и называющая себя лорд Сион и миссис Крейрви, а также девушка, которую зовут Аннис или Бранвейн.

— А кто они? Актеры?

Очевидно, он ничего не знал, так что я немного поболтал о заклинаниях и черной магии, а потом выслушал его жалобы по поводу того, как трудно было достать отрезанную руку осужденного на смерть убийцы, чтобы использовать ее как Руку Славы в Черной Мессе.

— Это все Верховный Суд, — жаловался он. — Они сейчас нянчатся с преступниками и никого не приговаривают к смерти. Я посочувствовал ему и положил трубку. Думаю, он больше напоминает председателя общества Джона Берча, чем главу союза ведьм. Впрочем, особой разницы между ними нет. И те, и другие живут в обособленном мирке нереальности, как и я. Затем я позвонил Морган Лейси и сообщил, что недалеко продвинулся в своем расследовании относительно ее странных друзей. Морган чуть слышно что-то проговорила, и меня это обеспокоило.

— Они навещали вас?

— Нет, были только голоса.

— Игнорируйте их. Не слушайте, доверьтесь камню Соломона.

Она пообещала, что так и будет делать, и я положил трубку. Был уже восьмой час, я устал и решил пойти немного выпить. Заперев дверь магазина, я подождал минут двадцать, пока поблизости не оказалось ни одного автомобиля, а потом пересек бульвар, направляясь в «Медный Колокол» для серьезной выпивки. Я попал туда не так быстро, как собирался, потому что наткнулся на человека со шлемовидной головой. Я уже хотел войти в боковую дверь бара, как увидел поджидавшего меня мужчину. И сразу же узнал его по точному описанию Анджело. Он тоже увидел меня и подошел, наклонив голову и сжимая в руке кастет.

Я никогда не ношу оружия, ненавижу пистолеты, а мой большой меч, перекинутый через плечо, выглядел бы смешно в комплексе с костюмом от братьев Брукс. Но я научился в совершенстве владеть рукопашным боем и, когда мне приходилось драться, стремился покончить с противником как можно быстрей. Я не так силен, чтобы разорвать противника на клочки одним ударом или толчком, поэтому стремлюсь сразу же оглушить его. Это самое лучшее и безболезненное, что можно придумать для всех участников драки.

Шлемоголовый намеревался ударить меня сбоку в голову, и я понял, что все двести фунтов его веса будут в этом ударе. Я отклонил голову, он промахнулся, но попал мне в плечо. Я не стал уходить в сторону от его натиска, а просто ударил коленом в пах, а когда он пошатнулся, приемом карате свалил его. Он потерял сознание еще до того, как выражение удивления исчезло с его лица.

Я наклонился над ним, перекатил на спину и, обыскав карманы, достал бумажник. Из его водительских прав следовало, что его зовут Вильям Стедман. Кроме пятидесяти долларов я ничего больше не обнаружил — ни амулетов, ни паспорта. В другом кармане был маленький пистолет. Морщась от брезгливости, я достал обойму, вынул из нее патроны и положил пистолет назад в карман. Патроны, конечно, выбросил. Потом поднял Стедмана за лацканы и начал бить по щекам.

— Вставай, Стедман! Пора просыпаться!

Он зашевелился. Глаза полуоткрылись и превратились в голубые щелочки ненависти.

— Кто тебя послал? Что тебе надо?

— Пошел к черту!

Я ударил его в лицо и треснул головой о тротуар. Стедман попытался ударить меня коленом, но я перехватил удар и еще дважды достаточно сильно ударил головой о тротуар. Даже твердый череп должен был это почувствовать.

— Стой! Будь проклят! Ты хочешь убить меня?

— Этого мне не нужно. Все, что я хочу, несколько ответов на мои вопросы.

Он упрямо затряс головой и даже после нескольких ударов отказался говорить. Тогда я кое-что вспомнил, улыбнулся, полез в карман и достал конверт, полученный по почте сегодня утром.

— Ты сегодня был в парикмахерской, да?

— Что? О чем ты говоришь?

— Твои волосы, — ответил я, показывая несколько прядей его белокурых волос, которые мне послал Анджело.

— Это мои?

— Конечно. А моих у тебя нет.

Даже при слабом свете луны было видно, как он смертельно побледнел.

— Что… Что ты хочешь узнать?

— Кто тебя послал?

— Лорд Сион.

— Зачем?

— Я должен был что-нибудь добыть, чтобы использовать против тебя. У леди Крейрви было видение. Она узнала, что королева Морриган обратилась к тебе за помощью. Мы хотели получить против тебя магическое оружие.

— Все это по-любительски. Вы никогда не подниметесь до профессионалов.

Он посмотрел на меня.

— Мои волосы… Ты мне их вернешь?

— Конечно! Зачем они мне? — И я швырнул конверт ему в лицо. Он встал и вытер кровь.

— Я еще доберусь до тебя рано или поздно, Дженюэр!

— Иди отсюда, пока у тебя еще осталось несколько зубов! — сказал я, шагнув в его сторону.

Он отскочил, рука его скользнула в карман, появившись назад с пистолетом. Я врезал ему, и он свалился на колени. Быстро — было противно снова брать в руки пистолет — я вывернул ему руку. Пистолет выпал, и я швырнул его в лицо Стедману.

— Он же разряжен, идиот! Пуст, как твоя башка! Пошел вон отсюда! Ругаясь, он с трудом поднялся и пошел прочь, бросая через плечо взгляды, которые должны были казаться свирепыми, а на самом деле были смешными, особенно когда ему пришлось побежать, спасаясь от пинка под зад, который я хотел ему дать.

— И чтобы я больше тебя не видел, не то заставлю съесть этот пистолет! — крикнул я ему в след.

Когда он исчез, я нагнулся и поднял платок, который он уронил. На нем была кровь, его кровь. Я аккуратно сложил платок и положил в карман. Кровь мужчины, как считают колдуны, является лучшим оружием против него. Если дело дойдет до борьбы заклинаний, у меня уже есть большое преимущество. С радостными мыслями я открыл дверь бара и вошел.

Минуту я осматривался, пока не нашел место, которое искал. Оно находилось далеко от кондиционера, от музыкального и сигаретного автоматов, на противоположном конце бара. Когда я проходил, кондиционер угрожающе зашипел, а сигаретный автомат несколько раз щелкнул, демонстрируя свою злобу. Я заказал первую выпивку и, прежде чем выпить, посмотрел на автоматы.

— Как поживаете, Дженюэр? — спросил бармен, который принес вторую порцию, не дожидаясь заказа, зная, что три первые порции у меня проходят в режиме нон-стоп. — Сегодня вечером будете пить?

— Да. Я обнаружил, что алкоголь в крови — прекрасное средство против расширяющейся угрозы машинного века.

— Простите, не понял.

— Вы слышали, как зашипел кондиционер, когда я вошел?

— Зашипел на вас? Наверное, там что-то испортилось. Я распоряжусь, чтобы его починили.

— Не надо. Я знаю, что от них нужно быть подальше и не хочу быть причиной чьей-либо смерти, даже если это один из колдунов, которые связаны с этими штуками.

Озадаченный бармен удалился, произнеся:

— Да, мистер Дженюэр, конечно. Сейчас я принесу еще порцию. С несколькими алкогольными бомбами под ремнем я почувствовал себя гораздо лучше. Настолько лучше, что стал даже думать о музыкальных автоматах, как о чем-то, что играет музыку по вечерам, а не охотится по ночам за своими жертвами. Через несколько минут я достаточно хорошо освоился в этом мире, так что даже мог встать, подойти к автомату и опустить монету. К сожалению, я не нашел в списке «Танец Смерти» или другую хорошую песню ведьм и мне пришлось довольствоваться «битлами». Пока я, натыкаясь на стулья, с трудом прокладывал путь к своему месту, какая-то девушка встала и подошла ко мне.

— Прошу прощения, — сказал я. — Кажется я не совсем в порядке. Меня может свалить даже ребенок.

Молодая леди почти вываливалась из своего короткого платья с очень большим декольте. Платье было сшито из какого-то полупрозрачного сверхлегкого материала и оно могло держаться на теле женщины только с помощью очень сильных заклинаний.

— Вы в этом не виноваты, — сказала она, откидывая назад черные волосы и глядя на меня черными глазами. — Я специально подошла к вам. Я наблюдала за вами с того момента, как вы вошли.

— Если вы из Охраны Здоровья, то не беспокойтесь, у меня все нормально. Просто я все понял о них.

— О них? — удивилась и немного встревожилась она.

— Об этих механических штучках вокруг нас — автомобилях, аэропланах и прочем. Я понял, что они все творения колдунов и некроманов.

— Теперь я вижу, что вы пьяны, — засмеялась она.

— А я тоже вижу. Когда я пьян, то нечеткие очертания предметов в окружающем мире, который считается реальным, становятся более отчетливыми… Как вы сказали, откуда вы? Из Камариллои или Сономской больницы?

— А я ничего подобного не говорила и вовсе не состояние вашего рассудка интересует меня в вас.

Девушка посмотрела на меня так, как будто только что вышла из зеркала. Черт возьми, именно это я все время и чувствовал в ней, и именно это давало ей способность быть такой красивой. Я попытался сфокусировать на ней свой взгляд. Она исчезала и пропадала, проходя сквозь туман четырех двойных виски.

— И что же во мне интересует вас? — спросил я, стараясь держаться с достоинством.

Она так наклонилась ко мне, что ее острые груди коснулись моего пиджака.

— Хотите пойти со мной и узнать все?

Все стало понятным даже для моей затуманенной виски головы, и тогда она встала и направилась к выходу, покачивая маленьким упругим задом. Я последовал за ней, последовал, как примерный солдат. Спустя некоторое время я уже стоял на улице, озираясь в темноте. Благодаря магии бармена Бена, грозные механические монстры, несущиеся вверх и вниз по Голливудскому бульвару и издающие зловещий лай, словно гончие собаки, казались дружелюбными мастифами, которые могут случайно укусить за руку, но никогда не схватят за горло.

Вот в этом и есть магия этого мира. Она в самых обычных вещах — в хорошем виски, в снотворных таблетках, которые заглушают рев реактивных двигателей внушающих ужас самолетов под облаками. Поэтому мои заклинания здесь не действуют. Самые сильные заклинания заключены в бутылки, которые есть в любом баре. Девушка быстро продолжала путь и была так уверена во мне, что даже ни разу не оглянулась. Я пожал плечами и пошел за ней.

— Что все это значит? — спросил я, догнав ее.

— Моя машина находится здесь недалеко, — ответила она низким хрипловатым голосом.

Даже в состоянии алкогольной эйфории при упоминании об автомобиле у меня по спине пробежали мурашки. Не из этих ли она ведьм?

— Чего вы от меня хотите?

— Разве ты не знаешь? — шепнула она, толкнув меня в тень домов.

— Я… — начал я, но она оборвала меня прижавшись ко мне и приникнув своими губами к моим.

— А теперь знаешь?

— Да… Думаю, что да, — ответил я, чувствуя учащение своего пульса и зная, чего она хочет, но будучи не в состоянии понять, почему именно от меня, и все ли это, чего она хочет.

— Тогда пойдем, — сказала девушка и взяла меня за руку.

— Но смотри, у меня с собой нет денег. Я только что оставил все в «Медном Колоколе», мой кошелек пуст.

— Дурак! Мне не нужны твои деньги, Я не проститутка! — раздраженно воскликнула она, и глаза ее потемнели. — Я сама могу дать тебе денег, если тебе нужно!

Я замолчал. Что за странная история? Такие красивые женщины не ходят по барам завлекать мужчин, они всегда окружены толпой телохранителей, готовыми выстрелить в каждого. Тут что-то другое…

Ее машина, припаркованная в боковой улице, оказалась большой, низкосидящей скотиной с огрызающейся тигриной мордой. Как только я ее увидел, тут же покрылся холодным потом.

— Я… Давайте увидимся как-нибудь в следующий раз, когда вы будете одни, — сказал я, отступая назад.

— Садись! — сказала она, открывая дверцу и проскальзывая на сидение водителя, показав на мгновение красоту ног, покрытым шелком.

— Нет, не могу, — с сожалением сказал я, так как женщины с такими ногами обычно имеют красивую душу, а мне очень нравится дружба и общение с такими женщинами.

— В чем дело? — с раздражением спросила она.

— Я… Я только что вспомнил, что моя жена ждет меня к ужину. Она приготовила что-нибудь вкусное, и мне не хотелось бы огорчать ее.

— Вас смущает автомобиль? Похоже, вы боитесь его.

— Я? Я боюсь эту кошечку? — Я протянул руку и, так как он не зарычал, осторожно дотронулся до его блестящей шкуры. — Я совсем не боюсь.

— Тогда, может быть, дело во мне? — спросила она, откидываясь на сидение. — Может, вам не нравится, как я выгляжу?

— На женщин с такими ногами всегда приятно смотреть.

— Тогда в чем же дело? — Она ухватила меня за голову и притянула к себе.

Когда ее рот прижался к моему, я почувствовал вишнево-яблочно-апельсиновый вкус ее помады. Ее поцелуй, казалось, длился вечно и вынул всю душу из моего тела.

— Может, ты думаешь, что я буду недостаточно хороша? — прошептала она, не отрывая своих губ от моих. — Может ты думаешь, что я не знаю, как доставить мужчине удовольствие?

— Да нет, не думаю, — ответил я, пытаясь вздохнуть. — Уверен, что вы совершенны во всех отношениях.