Воин-паразит: Стать человеком

* * *

— Как всё было просто раньше… Никаких проблем, ведь ты просто паразит… Но нет же, надо было богам вмешаться… — произнёс паразит стряхивая с гросс-мессера пыль оставшуюся от крови.

Он положил одиннадцать проклятых служителей. Перед ним, стояло трое костных рыцарей, а за их спинами возвышалась двух с половиной метровая фигура проклятого храмовника.

"На огненный шар сил не хватит." — осмотрев своё энергетическое тело, пришёл к выводу герой.

Вжух! На большие раздумья ему времени не дал рыцарь, набросившийся на него со своим бастардом. Два щупальца выстрелили в колонну, притянув к ней паразита, после чего, он, раскачавшись аки на качелях вокруг столба, напрыгнул на врага.

Два коротких клинка устремились в шею, но находившийся на стадии "Человека" культист сумел их отбить. Отпустив одной рукой бастард, скелет выстрелил кулаком вдогонку паразиту, но его пальцы сжались на пустоте. Взгляд проклятого опустился себе под ноги, между которыми запутались щупальца.

— Р-ра! — Рывок! С грохотом, двухметровая бронекостная туша свалилась на землю. Бам! Рыцарь повторил судьбу предшественника, чьё обезглавленное тело осталось в коридоре. — Отва… кха! — на помощь подскочили два запоздалых товарища покойного. Тем не менее, ботинок одного из них пришёлся по позвоночнику повёрнутому спиной герою.

— Крыса, сука… — простонал он, отряхивая пыль с плаща, — Ну давайте! Разом! — произнёс он, суя одну руку в карман.

Проклятые культисты одновременно бросились в атаку. Щупальца парировали первые удары, но когда двуручники обрушились во второй раз, то лишь раздробили каменные плиты.

— Я здесь, ублюдок! — крикнул паразит и прошёлся по спине одного из рыцарей бастардом.

Слуга тьмы мигом развернулся, рассекая воздух, однако герой, при помощи щупалец, прошмыгнул у того между ног, встав лицом к его товарищу. Треск! Попытавшийся пронзить надоедливого вторженца рыцарь, пронзил двуручником собрата, пусть и не смертельно.

— Ха! — отскочивший путник вдарил полуторным мечом по локтю проклятого и отшатнувшись, тот оставил свой меч в спине другого вместе со сжимавшей его рукой.

Вжух! Первый рыцарь, думая, что это паразит, развернулся на назад, нанося вертикальный удар. Какого же было его удивление, когда его собственный клинок разрубил пополам голову товарища.

Странник, собравшийся перегруппироваться и атаковать находящегося в замешательстве противника, остановился, завидев, как сам храмовник двинулся с места. Подойдя сзади к недоумевающему культисту, он схватил его за голову, которая спокойно помещалась в его латной рукавице и разрубил пополам своей секирой. Сжав шлем-череп рукой, он превратил его в пыль и перешагнув труп, встал во весь рост перед паразитом.

В отличии от своих прихвостней, он не превратился в симбиоз костей и железа. Вероятно, внутри доспехи были полностью полыми, зато тёмной энергии Аммаста в них было хоть отбавляй. Она светящимися пурпурными реками растекалась по его телу.

Храмовник замахнулся своей секирой, но вместо паразита разнёс стоящую позади него колонну. Дзынь! Гросс-мессер героя не оставил и следа на броне храмовника. Меч едва не выскочил от вибрации в локте.

— Твою же… — вскрикнул он от неожиданности, когда секира едва не перерубила его пополам, впечатавшись в пол.

Герой воспользовался этим и оттолкнувшись от рукояти топора храмовника, в прыжке вонзил свой меч в щель для глаз, встав ногами на плечи противника.

Разворотив более тонкое чем броня живота забрало, паразит вытащил из кармана бочонок из-под медовухи с торчащим из него фитилём.

— Scintilla! — крикнул он поджигая масляную веревочку и сунул самодельную бомбу в щель, после чего она провалилась внутрь доспеха.

Вытащив меч, паразит спрыгнул вниз и притянулся щупальцами за колонну.

Бабах! Через несколько секунд, так и не успевшего сообразить храмовника разорвало изнутри, а с потолка стала водопадом просыпаться земля, затопляя зал. Нужно было как можно скорее уходить из этого капища.

Паразит быстро обшманал карманы служителей, в некоторых из которых лежали пожелтевшие листки. У одного из мертвецов обнаружился ржавый ключ, который вёл в последнюю дверь этого подземного храма.

Прежде чем пройти в комнату, воин остановился перед потухшим алтарём культистов. На огромной жёрдочке сидело чучело громадного ворона с расправленными крыльями ночи и козлиной головой.

— Fulgur! — паразит направил своё остриё и разряд молнии подпалил идол.

"Тебе не сбежать от меня" — раздалось вдруг на периферии сознания, но сам зал остался в мёртвой тишине, нарушаемой лишь потрескиванием сгорающей древесины.

— А я и не убегаю. — сплюнул герой.

За дверью оказался вход на небольшой склад. Он был в основном забит колбами с маслом, свечами, спиртом и принадлежностями для проведения жертвоприношений. И лишь в самом конце был крупный ларец.

Сломав на скорую руку замок гросс-мессером, паразит отворил запасы храма. Понятное дело, что еды и воды там не было. Впрочем и не за ними он шёл. На дне ларца лежали несколько пузырьков с настойкой мандрагоры, пара мешочков семян визжащей травы и лекарственных эликсиров пурпурного цвета. Но самое интересное было, когда паразит, вытащив всё прочее, открыл второе дно сундука.

В отдельных ложбинках находилась книга с кожаным переплётом и оккультными символами на обложке, а также пустые ножны.

— Кажется кто-то забыл вложить в них меч. — пожал плечами паразит, оценивая то, как искусно были они выполнены и как, кстати, они подходили под размеры гросс-мессера. Сунув внутрь клинок, он, на секунду призадумавшись, высунул его наружу и заметил, что несколько мелких царапин исчезли. Повторив пару раз, герой с точностью мог быть уверен, что ножны ремонтируют его меч, но делают это они не сразу, а постепенно. — Зачарованный предмет. Обычно служители тьмы используют проклятое оружие, подвластное лишь им… Очень странно. — сказал герой, но выбрасывать ножны не стал и сменил их на те, что были за спиной.

Бросив волшебные ингредиенты в поясную сумку вместе с книгой и кое-какой ещё найденной макулатурой, он поспешил убраться из капища ибо потолок в зале уже начал обваливаться.

"Так, мне нужно будет где-нибудь набрать воды, чтобы не спалиться." — оставил он в памяти засечку, поднимаясь наверх.

* * *

Вернувшись на полянку с бурдюком живительной влаги, паразит застал Энаса с Гарольдом, жаривших мясо в компании с… мандрагорой.

— Я уж думал ты встретил тёмную эльфийку и она заставила тебя сделать что-то непристойное и, возможно, даже смертельно опасное. — произнёс ушастый.

— Была у меня одна тёмная эльфийка и, должен сказать, опыт был одним из лучших в жизни. У них между сиськами пахнет хвоей. — ответил человек с аметистовыми глазами и бросил на землю бурдюк с водой как доказательство своего алиби.

Он старался не поворачиваться спиной, чтобы рано или поздно лучник (старика убеждать смысла не было) не придал значения его новым ножнам, пока те не станут казаться ему теми, что были на спине путника в начале похода.

— Ты стал сильнее. — невзначай сказал Гарольд и посмотрел своими пустыми глазами на паразита, словно зрячий.

— Встретил крупную волшебную зверушку около водоёма. — холодно ответил герой и как-то по другому посмотрел на старика.

"Чёртов маг. Что-то мне подсказывает, будто он и не слеп, а просто по другому смотрит на мир." — подумал он в то время как старик, устремив свой пустой взор куда-то в непонятную сторону, вновь притворился самым, что ни наесть обычным слепцом.

Нет, то, что он находился на уровне "смертного" на излёте жизни, говорило о том, что он не был кем-то выдающимся в молодости. По всемирным меркам. Потому что дальше, ближе к центру Империи Доминос или любой другой, адепты уровня "смертного" служили конюхами и трубочистами, едва ли не на позиции рабов. Здесь же, в приграничье… Культисты уровня "Человек" были практически вершиной пути развития Тельмуса.

Однако его путники (ну, если быть конкретней, то Энас) проболтались по поводу своего восточного происхождения и потому, нельзя было сказать, не являлся ли в прошлом старик каким-нибудь великим волшебником.

В конце-концов, деградация по пути Тельмуса была явлением не редким. Некоторые "Человеки", после длительного отсутствия практики, скажем, сотни-две лет, теряли форму и опускались до уровня "смертных".

"Первым делом нужно будет избавиться от него. Пацан ещё сгодится." — кивнул своим мыслям паразит и подойдя к костру, оторвал от жаренного оленя ногу.

Сев на поваленное бревно, он обратил на себя внимание нескольких кореньев мандрагоры, которые что-то щебетали на своём, щекотались и выпрашивали у путников мяса. Одна из них, без разрешения запрыгнула на колени к путнику, но тот не подал виду.

— Как можно из этих крох делать зелья? Резать их на куски… — задался вопросом Энас.

— Точно также, как ты сейчас смакуешь мясом оленя. — ответил паразит откусывая ломоть плоти от копыта.

Мандрагора водила хороводы вокруг костра плясала вокруг путников которые подкидывали им кусочки жаренного мяса. Так продолжалось до тех пор, пока одна из них, по неизвестной причине, не заинтересовалась содержимым сумки человека с аметистовыми глазами.

— Не лезь. — ответил он, толкая пальцами в брюшко растение.

— Ni? — посмотрел на него ходячий корешок.

— Иди отсюда, я сказал. — сверкнул глазами странник, но мандрагору это не остановило.

Было не сложно догадаться о том, что произошло бы, найди та в сумке паразита свежевыжатого (ну ладно, не совсем "свеже") брата. Впрочем, через минуту, ситуация обернулась ещё хуже.

— Да отвали ты от моей сумки! — прикрикнул путник, смахивая мандрагору с полена и заодно… случайно швырнув её в костёр.

— Ni? — раздалось вдруг хором на полянке.

— Это волшебные ругательства на мандрагорском, прикройте уши! — крикнул Гарольд.

— NI! NI! NI!

— А-а-аргх! Мои уши! — завопил странник и используя щупальца стал одну за другой шинковать мандрагору на салат.

Мелкие твари вместо "Ni!" стали просто истошно орать, от чего чувствительные уши Энаса закровоточили.

— Silentium! — Гарольд подтянул свой посох невидимой силой и произнёс заклинание тишины. В ту же секунду, паразит перестал слышать даже собственное дыхание.

Схватив гросс-мессер, он моментально добил оставшихся существ, что раскрыв рот не могли понять, почему их визг не останавливает путника.

— Ах! — простонал лучник, когда звук вернулся в этот мир.

— Пр… Энас, возьми, должно помочь. — Гарольд, не скрывая своего идеального ориентирования в пространстве, подскочил к неко и стал вливать ему в рот лечебную настойку. — Ты в порядке? У меня есть ещё. — обратился старик к страннику с аметистовыми глазами.

— Всё нормально. — ответил паразит.

Он осмотрелся. Повсюду валялась рубленная мандрагора. В суматохе, кто-то толкнул самодельный вертель и туша оленя превратилась в угольки, хотя троица толком и не поела.

Из глубины раздался треск и беспокойное, басистое: "Ni?"

— Похоже, что у нас сегодня на ужин салат из взрослой мандрагоры. — произнёс путник, встречая заклинанием молнии вышедший из чащи четырёхметровый ходячий корень с шапкой из ростков.

* * *

— Как он? — вошёл в горницу поджарый рыжебородый мужчина с длинными, заплетёнными в косу волосами того же цвета.

— Он поправится. Крепок здоровьем больно. Столько проплыть в реке и даже не простудиться… век жить будет. — ответила горбатая знахарка.

— Какой уровень? — спросил мужчина.

— "Дохляк", самый, что ни наесть, обычный. — старуха, смочив тряпку в пахучем вареве, положила её на лоб дремлющему "утопцу".

— "Дохляк", а тем не менее у нас их на всю деревню и десяти не наберётся. — покачал головой хозяин дома (и по совместительству староста этой деревни) и присел на табурет возле кровати.

— Сам понимаешь, Ярон, его заберут эти нечистые с приходом Весны. — ответила знахарка, омывая руки в тазике с водой.

— Я не говорил о том, что я его оставлю у нас. У него свои дела, у нас свои. И помогаю просто потому, что не могу бросить человека в беде.

— Не "Человека" — "Дохляка".

— Ежели тебя устраивает звание "ничтожества", можешь хоть вместо имени его себе поставить. Но для меня ты человек по имени Гудрид. И все остальные для меня тоже люди.

Женщина тяжко покачала головой, не видя смысла в дальнейшем споре.

— В общем, я долг свой выполнила. Яжели хочешь приютить его — дело твоё. Но глаза его — недобрые, мне ни о чём хорошем не говорят. — сказала она на последок.

— Когда я был в армии, мне доводилось встречать такие помеси людей с прочими народами, что в пору пугать ими детей по ночам. И мой командир говорил мне: "Возьми десять человек и у всех десяти ты найдёшь в крови кого-нибудь, в ком никогда не текла кровь человеческая." — ответил Ярон и невольно посмотрел на свои руки. Они были чрезмерно волосатыми, даже для северянина.

"Благо, что в Грезэ кровь снежного барса не взыграла, иначе до самой смерти в девках ходила бы." — ухмыльнулся староста.

* * *

Чужак с аметистовыми глазами проснулся в тёплой, громадной постели накрытый несколькими шкурами и полностью облепленный жгучими горчичниками. Поводив сонными глазами, он понял, что на него смотрит рыжеволоса дева.

— Вот, выпей. — протянула она ему чарку с чем-то пахнущим как дерьмо.

— М-м…

— Пей, иначе захвораешь и батюшка выгонит тебя помирать на улицу. — пригрозила красавица и уверенней прислонила чарку к губам "утопца". Тому не оставалось ничего, кроме как молча втянуть в себя содержимое.

— Кха-кха! М-можно… простой воды? — спросил он.

— Я как раз прокипятила. — ответила Грезэ и дала ему кружку с тёплой водой.

— Спа-си-бо… — речь давалась ему сложно.

— Откуда ты? Мы нашли тебя в реке. Ты бежал от кого-то?

— Я… не помню, честно… — ответил чужак.

— А как зовут тебя?

— Меня? Я… Этого я тоже не помню.

— Не знаю, на долго ли ты здесь, но просто тыкать тут в тебя никто не будет. Если имени ты не помнишь, то я дам тебе другое, пока ты не вспомнишь или не возьмёшь другое сам.

"Что же, одной проблемой этого мира меньше." — мысленно вздохнул с облегчением парень.

— Я не против. — ответил он рыженькой.

— Тогда по рукам. Я буду звать тебя Эспен — предугадывающий. Не знаю, правда ли это или нет, но говорят, что имена во многом решают судьбу человека. Как корабль назовёшь — так он и поплывёт… Кажется так говорилось.

* * *

Паразит очнулся посреди ночи. Убрав с глаз влагу, он прошептал:

— Жаль, что я не оправдал своего имени…