Клан Одержимого

Средневековый киллер, стоящий передо мной решил развязать клеванты — шнурки под подбородком, держащие плащ на плечах и спине.

Может быть он хотел воспользоваться плащом, как матадор мулетой для отвлечения моего внимания, а может верхняя одежда стесняла его движения.

Это было не важно. Я не дал ему довершить начатое. Он стоял в пол оборота ко мне, на средней дистанции. «Пора!» прозвучала команда в моей голове.

Тело Девитта мгновенно воспользовалось паузой. Я…

Глава 6

Тело Девитта мгновенно воспользовалось паузой.

Я показал атаку правой рукой, дернув противника в сторону, затем перекинул рапиру в левую и в следующую секунду проткнул раскрывшееся горло убийцы.

Клинок мягко прошел через обе артерии между кадыком и позвоночником.

Это произошло так быстро, что мой противник не успел ничего понять. Он издал булькающий хрип и закашлялся, когда его собственная кровь заполнила его гортань.

Человек в маске и капюшоне сначала выронил свою шпагу, попробовал зажать обеими руками раны на шее. Кровь мощными толчками прибывала из сосудов. Он быстро ослаб и рухнул на колени, а потом завалился вперед.

Я подскочил к маркизе и присел на одно колено и взял ее руку в свою.

— Ваша Светлость, простите меня, я не успел вас защитить. Как вы себя чувствуете? Удар был тяжелый.

— Все в порядке, тебе не в чем винить себя, Девитт. Я сама прозевала удар.

Развернувшись к поверженному врагу, я стянул с него маску. Я ошибся. Это был не Бартель Тиельманс. Просто высокий мужчина с крупным телосложением.

— Вы его знаете маркиза?

Она вгляделась в его лицо и отрицательно покачала головой.

Я посмотрел туда, где продолжалась схватка барона с остальными убийцами.

Там было не все так радужно. Из троих стражников на ногах оставался только один.

Тот, который подмигивал мне и благодарил за сестру в кабинете Аарта.

Стоя спиной к друг другу, они вдвоем с бароном отбивались от четырех убийц. На каждого приходилось по два головореза.

— Прошу прощения Ваша Светлость, я скоро вернусь.

Сказал я маркизе и вприпрыжку помчался к месту схватки. Меня словно овеяло детским ощущением праздника, вступая в бой, я будто ощутил томительное ожидание радости от предстоящей мальчишеской игры.

— Господа, сеньоры или как там вас ещё! Нехорошо нападать вчетвером на двоих. Давайте немного изменим баланс! Кто на меня?

Один из тех, кто нападал на стражника, обернулся на мой голос и побежал мне на встречу.

— Мне одного мало. А ваш друг, который мужественно сражается с бароном, не желает присоединиться к нашей компании? Все-таки барон пожилой человек, давайте уважать возраст! — я услышал, как Дария прыснула от смеха у меня за спиной. Барону было чуть за сорок, и он, отбивая натиск убийц, кряхтя, прокричал мне в ответ

— Я тебе покажу «пожилого человека»! Я тебе еще надеру жадницу, засранец!

Меня забавляла словесная перепалка с бароном в пылу схватки.

— Барон, вы не в том положении, чтобы мне что-то показывать. Но так и быть, я прощаю вам «засранца» и скоро спасу вас!

Мой противник сходу сделал выпад, под его плащом я разглядел вороной кожух матового металлического нагрудника — доспеха испанского образца. Такие носили конкистадоры.

В памяти мелькнула картина покорения ацтеков. «Хорошо, что я вижу доспех. Нужно бить в открытые части тела, плечи, кисти, ноги, голову», подумалось мне.

Я легко увернулся от клинка противника, сойдя с линии его прямого удара. Но я не ожидал, что мой оппонент толкнет меня плечом в солнечное сплетение и выведет из равновесия.

Это было продолжения его атаки и меня отбросило вправо на стену. Я долбанулся спиной и головой о стену. Он перебил мне дыхание. Противник нанес болезненный удар не только по телу, но и по моему самолюбию.

Еще минуту назад я был такой весь из себя мачо и крутой фехтовальщик в глазах Дарии, теперь же меня швырнули как собачонку.

«Каналья! Ты не о том думаешь!» Я снова сконцентрировался на схватке.

Тот, с кем я фехтовал уже успел проворно развернуться. Теперь я стоял спиной к дерущимся барону и стражнику, а противник лицом.

Он начал новую атаку. Его стиль отличался от предыдущего убийцы.

Если поверженный похититель Дарии предпочитал быстрые короткие уколы и порезы, то этот использовал сильные рубящие удары. Он рассчитывал перебить меня.

По его фигуре нельзя был сказать, что он обладает какой-то сверхъестественной силой, скорее наоборот. Но это шло в разрез с тем, что я ощущал в схватке с этим человеком.

Первый удар в мою адрес чуть не выбил рапиру из моей руки. Я ощутил болезненную вибрацию в ладони.

Это заставила меня разорвать дистанцию, чтобы собраться. Со стороны это могло выглядеть как бегство, но мой второй противник знал толк в фехтовании и разгадал причину дискомфорта.

Он напирал с новой силой имея преимущество в весе.

Его движения были точны и размашисты. Он раскручивал свою рапиру над головой словно пастушью плеть обрушивая на меня тяжеленые удары.

Я мог противопоставить только маневрирования на узком клочке поля боя.

Я хотел подловить его на замахе, но человек в черном плаще будто читал мои мысли быстрее, чем я успевал их додумывать. Он перестал замахиваться и теперь бил с еще большей силой подключая ноги.

Когда я блокировал его удары, сталкивающиеся металлические клинки рождали искры.

Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь. Звенела моя рапира, принимая по два мощных удара в каждую секунду.

Когда же он устанет? Он должен был уже выдохнуться! Невозможно так энергично и в таком темпе атаковать столь длительное время.

Я уловил паузу между ударами. Её-то я и ждал.

Мне нужен был глоток воздуха, мне нужна была целая секунда для того чтобы перейти от защиты к атаке. Я ощутил эту свою секунду всем телом.

В этот короткий промежуток я сделал мгновенный контрвыпад-туше в бедренную артерию выставленной вперед правой ноги моего противника.

Сделал выпад и … Ошибся…

Убийца только этого и ждал. В то мгновение года он ломал мой клинок чудовищным ударом сверху я понял, что попал в западню.

Это была ловко расставленная ловушка — полукруговой вертикальный батман. Мне стало обидно.

Наверняка эту комбинацию, эту домашнюю заготовку он отрабатывал тысячи раз в зале, тренируясь учебным оружием.

Я попался на тренировочный шаблон.

Тактика шаблона заключалась в том, чтобы нанести защищающемуся противнику несколько десятков мощных ударов, не позволяющих и помышлять об атаке, затем показать «оголенное» бедро, тут же убрать его и разрубить клинок противника диагонально-круговым сверху.

Конечно вероятность того, что клинок такой удар выдержит присутствовала, но в моем случае в руке остался короткий обрубок рапиры. Я посмотрел на нее и отбросил его в сторону.

Я поискал глазами оружия на стене, но увы поблизости стены были абсолютно голыми. Я быстро отступал, пытаясь разорвать дистанцию, противник же наоборот теперь бежал на меня.

— Ну что спаситель, помолишься? — прокряхтел барон, не глядя в мою сторону.

— Обязательно, только позже. На вашей могилке, барон. — дерзко ответил ему я, отступая.

Я пятился быстрым шагом судорожно соображая, что можно ем противопоставить, как вдруг заметил краем глаза движение другого клинка рядом с моим правым плечом.

Он двигался острием, направленный прямо в глаз моему преследователю.

Я почувствовал чье-то плечо прочертившее прямую линию по моим ребрам.

Аарт вогнал свою шпагу в голову моему врагу в глубоком выпаде. Тот умер мгновенно. Выпустив оружие из рук, которое я тут же подхватил

— Держись, бес, — весело подбодрил меня мой кузен, — ты цел?

Я перевел дух после такого яростного напора и сумел лишь выдавить из себя единственное слово.

— Нормально…

— Вот и отлично! Отдышись. Ещё ничего не закончилось, береги силы они тебе понадобятся. — На этих словах он оставил меня и переключился на третьего убийцу в черном плаще напирающего на барона.

Моя грудь вздымалась от учащенного дыхания, я стоял, наклонившись и упершись руками в колени.

Повернув голову вправо, я увидел, что Аарт отвлек на себя одного из черных плащей.

Теперь все стало по-честному — шестеро мужчин дрались три на три. Я посмотрел на труп врага, лежащего под ногами, выпрямился и уверенно зашагал в сторону сражающихся.

Теперь численное преимущество на нашей стороне. Я видел, что Аарт ловко орудует своей шпагой оттесняя своего противника к лестничному пролету, ведущему вниз.

Понятная тактика — он хочет согнать черного вниз, оказаться наверху, чтобы получить преимущество. Он прекрасно справлялся без меня.

Хуже всех на поле боя приходилось в этот момент барону.

Он был ранен в двух местах.

И если небольшое рассечение на лице ему ничем не грозило, то кровоточащая рана на правом плече вынудила его держать клинок в левой руке.

Вторая рука свисала плетью вдоль тела и с нее капала кровь.

Похоже на то, что молодой стражник неплохо справлялся со своим противником.

Он все еще выглядел свежим и дрался с яростью льва, хотя казалось, что его худосочное телосложение совсем не предназначено для ратного дела.

Он был гибок и ловок и доставлял своему врагу немало неприятностей. Стражник носился юлой вокруг черного плаща, все время меняя тактику и месторасположение.

Он дважды неприятно достал противника, оба раза в опорную ногу и тот был вынужден сменить стойку на неудобную. Убийца в черном прихрамывал, и победа стражника была делом времени, чего не скажешь о бароне.

К этому моменту его положение стало совсем аховым, он был зажат между колонной и стеной и все более вяло отбивал атаки неприятеля. Я хотел было пошутить про возраст и могилку, но в итоге просто поддержал барона фразой.

— Барон, я с вами. Держитесь

На последнем слове я увесисто шлепнул рапирой по плечу противника борона со спины.

Он остановился втянул голову от неожиданного удара сзади.

— Хочешь жить — медленно положи оружие на пол, — обратился я к черному плащу, который чуть не добил хозяина замка.

Но противник барона и не собирался сдаваться. Он резко развернулся и с ходу атаковал меня стремительным туше снизу-вверх.

Я среагировал в самое последнее мгновение, отскочив назад.

Кончик его шпаги просвистел в миллиметре от моего подбородка.

И если бы не отменная реакция тела Девитта Лога, то он бы вспорол бы мне последовательно пах, живот, грудную клетку и горло.

Мои глаза непроизвольно расширились от возбуждения.

Нет, это не был страх.

Это было удовольствие от осознания того, что я остался жив. Дыхание сперло от этого чувства. Я широко улыбнулся.

Человек в плаще продолжал уверенно переть на меня.

— Вы, верзила в черном барахле. Вы воняете навозом, кроме того, вы очень грубы. Так нельзя. Я научу вас вежливости.

Теперь я хотел шлепнуть киллера рапирой по макушке, но тот мгновенно ушел с линии атаки и продолжил движение в мою сторону.

Я заметил, что всех нападавших отличала одна черта, они практически не реагировали на слова, оскорбления и посторонние действия.

Они были сосредоточены на схватке, и это выдавало в них профессионалов.

Ну посмотрим, что ты за перец. Я почему-то был уверен, что старшим в группе был тот здоровяк, с которым я схлестнулся первым.

Я отступал до тех пор, пока не почувствовал, что мы удалились от барона на безопасное расстояние.